# Парикмахерская кукла

Николай Иванович Фалеев

Миниатюра в 1 действии.

Кабаретные пьесы Серебряного века

М.: ОГИ, 2018.


## ПАРИКМАХЕРСКАЯ КУКЛА


Миниатюра в 1 действии


УЧАСТВУЮЩИЕ:


ПАРИКМАХЕР.

КУКЛА.


Парикмахерская. Прямо против зрителя высокое и широкое окно, на половину высоты закрыто занавеской.

Левее окна, у стены, стоит диван, впереди него стол с газетами и журналами.

Справа идут зеркала. Перед каждым из них -- венское кресло. В одном из них виден Парикмахер, в белой парикмахерской тужурке: сидит, откинув назад голову.

Часы громко бьют десять. Парикмахер встает с места, тушит огни, кроме одного, запирает все двери, подходит к зеркалу.


ПАРИКМАХЕР: Я или пьян, или схожу с ума!.. Никого нет. Магазин заперт... Десять часов... Заветное время... Приведу себя в порядок... (Достает из шкафа флакон, душится, мажет усы, расчесывает волосы.) Какие очаровательные духи! "Кер-де-Жаннет"!47 Я готов! Безумствую... Говорю и даже думаю стихами... (Идет в дальний угол, достает бутылку, тянет оттуда, говоря.) Ах, отчего я не поэт? А парикмахер! Отчего все парикмахеры не поэты? Или, может быть, все поэты -- парикмахеры?! Чу! (Прячет бутылку.) Она уже здесь... (Подходит к окну, зажигает в нем огонь, ярко освещается бюст Парикмахерской куклы, которая стоит спиною к зрителю, Парикмахер отдергивает занавеску.) Она! Она! Амур испанской красоты! Почему же ты молчишь? Или ты ревнуешь меня к толстой даме, которую я причесывал? Но ведь у нее на голове ничего нет, кроме двух тоненьких сосисок вместо волос. Сердишься? Но разве ты не видела, как я нарочно... нарочно горящими щипцами зацепил эту барыню за ухо? Все для тебя, все! Повернись ко мне своим чудным личиком... Повернись. Я сегодня придумал для тебя новые стихи в альбом. Слушай! (Вынул бумажку, стал на колени, читает.)

Ах!.. Когда стухнет электричество

И запрется магазин, --

То любви моей количество

Не измерить на аршин...

Пусть твой бюст, моей наложницы,

Помещается вот тут, --

Образ твой, как будто ножницы,

Сердце бедное стригут...

Я готовлюсь, как пред битвою,

И едва погаснет свет,

Я терзаю щеку бритвою

И душусь "Кер-де-Жаннет"...

Днем же, мыля мыло в мыльнице,

Я любуюсь на тебя,

От твоей ли подзатыльницы

Веет счастьем на меня...

А позавтракав ветчинкою,

Я мечтаю... Тру-ля-ля!..

Если б мог любовь машинкою

Выстричь я под два нуля...

Ах! Тебя бы, златокудрую,

Позабыть бы, разлюбить,

Страсть мою запудрить пудрою

Да шампунем бы промыть...

Ах ты, кресло, кресло венское,

Передай ты скрыпом ей

Мое горе декадентское,

Сделай милость, поскорей!

А-ах! (Стоит на коленях и ждет.)


Кукла медленно, как на шарнире, поворачивается к нему лицом, на котором словно написана улыбка, и когда она говорит, то остается неподвижной (у артистки обнаженные руки должны быть закрыты материей, подходящей к окружающей обстановке; поворот выйдет удачным, если она будет передвинута на винтовой стул).


КУКЛА: Поль! Мой Поль!

ПАРИКМАХЕР: Какой голос!

КУКЛА: Пренэ муа!48

ПАРИКМАХЕР: Нет, мой очаровательный Амур! Я не могу вас сегодня пренэ...

КУКЛА: У нас, в Париже, всегда молодые люди трогают дам.

ПАРИКМАХЕР: Я вас вчера взял, а на место поставить забыл. Хозяин сегодня и говорит: "Черти... хоть бы руки помыли!"

КУКЛА: Какой чудный романс вы мне продекламировали! Скажите, у какого французского писателя вы его заимствовали?

ПАРИКМАХЕР: Нет, нет, моя куколка! Романс сам вышел изнутри меня...

КУКЛА: Ах, какие у вас стихотворные внутренности! Поцелуйте меня!

ПАРИКМАХЕР: Останется пятно! У меня усы намазаны фикстуаром!

КУКЛА: Оботрите ваши усы!

ПАРИКМАХЕР: Извольте! (Обтирает усы, поднимается с колен и целует куклу.) Какой холодный поцелуй! Не больше 12 градусов тепла!..

КУКЛА: В комнате холодно, а на подоконнике еще холоднее...

ПАРИКМАХЕР: О, если бы у вас были руки!

КУКЛА: Нас с руками не делают в Париже. Дама с руками -- это очень дорогая дама!..

ПАРИКМАХЕР: Ах, если бы у вас были ноги!

КУКЛА: Тогда к нам трудно было бы подступиться! А мы изготавливаемся фабричным способом. Папье-маше, клей, краска, и больше ничего...

ПАРИКМАХЕР: Мне кажется, что, если я еще немного выпью, я могу вообразить, что у вас руки, и ноги, и все прочее... Но почему, моя куколка, вы никогда не скажете мне про любовь свою? Отчего не выложите мне свою душу?

КУКЛА: Ах, у нас на фабрике внутрь ничего не кладут. Там -- пустота и клейстер! Но зато я могу спеть...

ПАРИКМАХЕР: Спеть? Это великолепно. Я сам пою цыганские романсы. А у меня к тому же и гитара есть... Вот... ВОТ... (Сбегал в другую комнату и принес гитару; становится около окна, опираясь плечом на стенку и скрестив ноги, и играет.)

КУКЛА (поет с большим надрывом трагически; мотив "Очи черные")

Ах, зачем мой бюст

Совершенно пуст?

Ах, зачем, мой друг,

У меня нет рук?

Ах, зачем нет ног,

Чтоб снимать чулок?

Зачем нет крови,

Чтоб кипеть в любви?..

ПАРИКМАХЕР (отвечает ей с еще большим надрывом)

Ах, зачем внутри,

У тебя внутри,

Для меня пари-

Парикмахера

Нет хранилища,

Нет вместилища

Для любви моей

Парикмахерской?

КУКЛА (со слезами в голосе)

Платонически,

Гимназически

Ты люби меня,

Парикмахер Поль!

ПАРИКМАХЕР (рыдая)

Я люблю тебя

Демонически,

О! закрытая

Герметически!..


Оба растроганы, долго молчат.


КУКЛА: Мон шер Поль, авэ-ву49 носовой платок? ПАРИКМАХЕР: Нет... Возьму простыню! Свежая! Только Три раза В ней стриг! (Идет к комоду, достает простыню.) КУКЛА: Вытрите мне глаза и нос!

ПАРИКМАХЕР: Вытереть? (Вытирает.) Моя красота, если у вас льются слезы, значит, у вас внутри не совсем пусто? Откуда эти слезы?

КУКЛА: С окна накапало. Всегда зимою капает с окон.

ПАРИКМАХЕР: Я должен вдохновиться! Позвольте мне вдохновиться? (Показывает бутылку водки.)

КУКЛА: Только не с красной головкой...

ПАРИКМАХЕР: Я хи-и-трый! Покупаю с красной и потихоньку от хозяина вливаю туда одеколончику... (Пьет.)

КУКЛА: Вдохновились?

ПАРИКМАХЕР: Уж! Обожгло! Не то бензин, не то вежетель с шампунем... (Прячет бутылку.) Куколка моя амуристая, попробуйте приподняться немножечко!

КУКЛА: Но у меня подставка приклеена столярным клеем.

ПАРИКМАХЕР: Пустяки: это ваша талия. Я отлично вижу! Смотрите! Смотрите!!! У вас растут руки!


У Куклы мало-помалу сползает с плеч вуалирующая материя и обнажает ее руки.


ПАРИКМАХЕР: Какие прекрасные, белые, нежные... Теплые руки... Градусник! Где градусник? (Бегает по сцене.)

КУКЛА (с недоумением): Я не вижу их!

ПАРИКМАХЕР: Куколка, не притворяйтесь... Я вижу... У вас вырастут и ноги... Приподнимитесь, приподни... Батюшки, она растет...


Кукла приподнимается выше и выше; стоит в окне; подставка превратилась в юбку; стоит красивая, не шевелясь. Парикмахер бегает в восторге, хватаясь за голову.


ПАРИКМАХЕР: Я говорил! Ноги! Какие прекрасные ноги! Кукла, ты с ногами! Вы -- настоящая женщина!


Мгновение -- и Кукла автоматическим движением кидается Парикмахеру на шею, руки ее стоят прямо вверх, корпус не перегибается.


КУКЛА: Ах, я люблю тебя!

ПАРИКМАХЕР: Все женщины таковы! Как только почувствуют руки, так хватаются за мужчину. Будем кротки и целомудренны! (Освобождается от объятий.)

КУКЛА (остается стоять неподвижной, как в окне): Предупреждаю вас, что я, как настоящая парижанка, говорю только по-французски!

ПАРИКМАХЕР: Тре боку!50 Мадам, бонжур! (Церемонно, как старинные маркизы, раскланивается перед ней.) Не вуле-ву51 кафе?

КУКЛА: Нон! Се... се... Очень мокро... кафе!.. Се... вредно для внутренностей...

ПАРИКМАХЕР: О-о! Ну, позвольте вам предложить бутерброд авек52 ветчина?

КУКЛА: Мерси! Ветчина -- се тре53 твердо. Се54 вредно для внутренностей!

ПАРИКМАХЕР: Но, мадам... это невозможно... Вы так долго стояли на окошке, вы с самого рождения не кушали и отказываетесь теперь! Ну, два яйца дан55 ля смятка! Вы согреетесь!

КУКЛА: Се тре тепло. Нон!

ПАРИКМАХЕР: Ну, может быть, чайной колбаски?

КУКЛА: Нон колбаска! Уй амур!56

ПАРИКМАХЕР: Амур!


Слились в поцелуе и двигаются до стульев.


ПАРИКМАХЕР: Прошу садиться!

КУКЛА: Я не умею!

ПАРИКМАХЕР: Это очень просто. Так ручкой платье прочь, согнуться и положить... себя положить на этот стул ВОТ так! (Садится.)

КУКЛА: Вуаля! (Села, как автомат.) Дить муа кельк шоз57.

ПАРИКМАХЕР: Рассказать вам что-нибудь? Хорошо! Ну вот, теперь авиаторы летают...

КУКЛА: Нон, нон! (Вертит головкой, как кукла.)

ПАРИКМАХЕР: Неинтересно? Ну вот. Дума у нас. теперь...

КУКЛА: Нон, нон, нон... Амур, амур!

ПАРИКМАХЕР: А-а, про любовь нашу! Хорошо? Возвышенное? Нежное? Страстное?

КУКЛА (отвечает утвердительно головой): Не рюсс, а франсез... Страстное франсез...

ПАРИКМАХЕР: Я плохо говорю! Но страстное могу и по-французски. (Становится посреди и говорит с любовной экспрессией.) О!-де-колон! О!-де-колон!.. Пиджак, дивертисмент, парик, Фенацетин, и падекатр, И шантеклер демисезон58...

КУКЛА (радостно): Ай, ай!..

ПАРИКМАХЕР (упав на колени, прижался к кукле и жадно обнимает ее): О, крем де ваниль! Вагон-салон! О, филантроп! Папье-маше! Будуар, филе, саквояж!

КУКЛА: Мон граммофон... мон граммофон...


Сидят, замирая в объятиях.


ПАРИКМАХЕР (изменившимся голосом): Скажите, пожалуйста, когда я вас обнимаю, что это как будто у вас внутри катается?

КУКЛА: Папье-маше, из которого я сделана! Отвалился кусочек.

ПАРИКМАХЕР: Это не вредно? Надо позвать доктора!

КУКЛА: Он мне пропишет син-де-ти-кон!

ПАРИКМАХЕР: Какая вы хрупкая! Скажите, вам ничего не хочется?

КУКЛА: Ни чуточки!

ПАРИКМАХЕР: Ни пить? Ни есть? Ни встать? Ни сесть? Ни лечь? У вас все без всяких желаний? Какая вы бесчувственная!

КУКЛА: Нет, я даже на окошке чувствую ревность.

ПАРИКМАХЕР: Ревнуете меня к дамам, которым я делаю прически? Если бы знали, как я их презираю! Живая женщина! Разве можно сравнить ее с вами... Сколько она наговорит, пока ее причешешь. А вон стоите на подставке целый день и хоть бы словечко...

КУКЛА: И дамы вас часто просят причесать...

ПАРИКМАХЕР: Потому что я парикмахер-художник. И когда эти земные создания позволяют мне распустить их волосы... О, моя нежная подруга, какой это ужас -- женская голова! (Ударяет себя по коленке.) Почти ОДНО и то же...

КУКЛА: Абсолюман?59

ПАРИКМАХЕР: Тутафе60 -- аэродром! Скверные мочалки. И из такого материала я должен делать сказочные прически! Легче поросенка завить, нежели даму! Впрочем, милая куколка, наши минуты коротки. Давайте наслаждаться. Ведь вы отлично танцуете?

КУКЛА: Не умею!

ПАРИКМАХЕР: Это очень просто! Я вас научу! Надо только приподняться...

КУКЛА (встала): Как?

ПАРИКМАХЕР (обнял ее и шепчет ей на ухо): Слушайте! Разве вы не слышите? Прислушайтесь вашим розовым ушком? Она еще так далека, эта музыка, но она все ближе и слышней... Вот-вот... Сейчас зазвучит громко и весело. Слышите?

КУКЛА: Слышу!


Звучит тонкая музыка.


КУКЛА: Слышу! Мои ноги сами начинают двигаться. Как это весело! Какая-то сила толкает меня!


Кукла сначала еле заметно движется, автоматная и красивая; потом, с повислыми руками, невидно переступая, идет быстрее и вдруг пускается в бешеную, красивую пляску, как человек. Парикмахер забился в угол и смотрит оттуда. Когда прекращаются танцы, он кидается к ней. Изнеможенная, она всем телом опирается на него и закрывает глаза.


ПАРИКМАХЕР: Нет больше куклы. Есть женщина! Ты дышишь! У тебя поднимается грудь!

КУКЛА: Где я?

ПАРИКМАХЕР: Здесь, со мною, в моих объятиях!

КУКЛА: Унеси меня. Я захотела спать?

ПАРИКМАХЕР: Но я боюсь, что ты проспишь до утра! А утром вернется хозяин и застанет тебя не на окне, а в моих объятиях...

КУКЛА: Дан будуар61, мон шантеклер деми-сезон! (Повисла неподвижно. Он берет ее на диван и кладет так, что зрителю она становится невидимой.) Сними с меня дессу!62

ПАРИКМАХЕР: Снять? Но разве они есть у вас? Ведь там, кроме клейстера, ничего...

КУКЛА: Раздень меня... Бай-бай!

ПАРИКМАХЕР: Здесь публичная парикмахерская...

КУКЛА: Не возражать!

ПАРИКМАХЕР: Лежачего не бьют, лежачий не сопротивляется! Хорошо! Но под утро заверну тебя в одеяло и увезу на легком извозчике в гостиницу!

КУКЛА: Плю вит!63 Плю вит! И мод, и роб!64

ПАРИКМАХЕР: И мод! (Выбрасывает высоко какие-то материи.) И роб! Какая красота! Ужель все это из папье-машэ?

КУКЛА: Мой Поль, ты способен даже в статуе шерше ла фемм. Готов ли ты?

ПАРИКМАХЕР (отошел на другой конец сцены, сбросил с себя тужурку, надушился, поправил пробор): О! де КОЛОН! (Бежит, бросается на диван. Слышен треск. На пол сыпятся осколки, черепки... Весь бледный, с подставкой в руках, Парикмахер выбегает на авансцену и бормочет что-то, только и можно разобрать.) Я так страдал!.. Я так любил! Я парикмахерскую куклу раздавил. (Замирает в ужасе.)


Занавес.


47 "Сердце Жаннет" (франц.).

48 Возьмите меня (франц.).

49 Мой дорогой Поль, есть ли у вас (франц.).

50 Очень много (искаж. франц.).

51 Не хотите ли (искаж. франц.).

52 с (франц.).

53 это очень (франц.).

54 Это (франц.).

55 в (искаж. франц.).

56 Нет колбаска! Да любовь! (франц.)

57 Скажите мне что-нибудь (франц.).

57 Куплет представляет собой набор иностранных слов, в основном французских: фенацетин -- анальгетик; падекатр -- танцевальная форма в балете и бальный танец; "Шантеклер" -- драма Э. Ростана (1910), действие которой происходит на птичьем дворе, где царит важный петух Шантеклер.

59 Безусловно (франц.).

60 Именно так (франц.).

61 В будуаре (франц.).

62 Нижнее белье (франц.).

63 Быстрее (франц.).

64 Платье (франц.).


## ПРИМЕЧАНИЯ


Печатается по авторской машинописной копии: СПбТБ ОРИРК. Фонд "Драматическая цензура". No 40981. На экземпляре печать цензора драматических сочинений Н. В. Дризена: "К представлению дозволено 21 октября 1910 г." Пьеса была републикована как приложение к статье: Букс Н. Феномен Чуж-Чуженина: юрист на кабаретной сцене // Русская развлекательная культура Серебряного века. 1908--1918. С. 335--343.