# Η. Φ. Федоров

Л О Пастернак

## Л. О. ПАСТЕРНАК


## Н. Ф. Федоров


Н.Ф.ФЕДОРОВ. PRO ET CONTRA

Антология. Книга первая

Издательство Русского Христианского гуманитарного института

Санкт-Петербург 2004


В 1892--1893 годах я посещал Румянцевскую публичную библиотеку, где собирал материал по военным и гражданским костюмам 1812 года, вообще начала прошлого столетия для будущих моих иллюстраций к "Войне и миру" Толстого1. Журнал "Север" затеял издание альбома иллюстраций в красках как художественную премию своим подписчикам, и к этой работе привлечены были лучшие тогдашние иллюстраторы-художники: Репин, Кившенко, Каразин и Верещагин2 (последний, кажется, отказался). К ним присоединили и меня. Заведовал тогда огромной Румянцевской библиотекой маленький согбенный старичок3 с седой бородкой и усами, с жиденькими волосами на почти лысом черепе, очень бедно и странно одетый в какую-то старую женскую тонкую кофту-кацавейку; руки его были всегда засунуты в рукава, словно он ежился от холода. С зеленовато-желтого, бледно-смуглого худощавого старческого лица живо и остро пронизывал вас горящий взгляд черных запавших глаз. В нем было что-то очень странное, оригинальное, что-то от аскетических монахов, которых изображали итальянские художники. С него можно было бы писать Франциска Ассизского. Как я потом узнал, это и был своего рода святой -- по своим высоким нравственным принципам и по аскетическому образу жизни.

Заметно было, что он заботился о том, чтобы посетитель в поисках нужного материала возможно шире и лучше был им обслужен. И потому он сам тащил большие тяжелые фолианты: "Вот здесь вы найдете нужное вам", -- говорил он.

Он был всесторонне образован -- и научно, и литературно; не было вопроса, интересовавшего посетителя, которого не знал бы Федоров; тотчас же он начинал искать подходящую книгу или журнал. Приходит, например, инженер, которому нужно найти что-либо про какую-нибудь особенную гайку, и Федоров, подумав с минуту, уже знает, когда и в каком специальном журнале появилась статья, о ней упоминающая! И он отыскивал необходимый периодический журнал.

Иногда, отрываясь от чтения лежавшей передо мной книги, я любил наблюдать его. Он это замечал, а я чувствовал, что его это волнует -- почему, мол, я не "занимаюсь"? И я снова начинал "заниматься".

Тогда я так и не узнал, кто такой этот Федоров. И даже забыл про него. Только через много лет, будучи как-то в гостях в Ясной Поляне, встретил я там молодого человека, который рассказал мне о нем подробнее.

Малоизвестное дотоле имя Федорова после смерти его в 1904 году4 прославилось по всей России, и не было у нас образованного человека, который не слыхал бы о нем. У меня сохранился этюд к моему групповому портрету Толстого, Соловьева и Федорова5. Лицо и фигуру Федорова на этой картине я написал с набросков, которые мне удалось сделать с него в библиотеке, когда он не смотрел на меня и не замечал, что я рисую6. Беседы в Румянцевской библиотеке трех философов, изображенных мною, продолжались иногда до позднего вечера, уже в квартирке Федорова, в скромной его комнате с одним всего стулом, с маленькой керосиновой лампочкой под бумажным абажуром. Директор великолепного собрания, человек блестящей эрудиции, философ-мыслитель, Федоров раздавал все, что имел, нуждавшимся. Говорили даже, что он из собственного жалованья старался иногда покупать и дарить книги Румянцевской библиотеке!

В комнате его, в Замоскворечье, собирались ученые, философы, писатели; велись дискуссии, обсуждались жгучие вопросы, волновавшие умы; споры религиозно-философского характера затягивались иногда далеко за полночь. Из скромности, а может быть, в соответствии с его принципами, Федоров противился всякой попытке сфотографировать его. Не случись мне встретить его и если бы, пользуясь своими зарисовками (сделанными без его ведома) с натуры, в библиотеке, я не сделал его портрета7, никто впоследствии не имел бы понятия, каким по внешности был этот оригинал, этот великий русский человек и философ8.


## КОММЕНТАРИИ


Впервые: Пастернак Л. О. Записи разных лет. М., 1975. С. 143-145.

Леонид Осипович Пастернак (1862-1945) -- художник, в 1894-1921 -- преподаватель Училища живописи, ваяния и зодчества, с 1905 академик живописи, член-учредитель "Общества 36-ти" (1901-1902) и Союза русских художников (1903-1921). Знал Н. Ф. Федорова по библиотеке Румянцевского музея. Автор картины "Три философа (Толстой, Соловьев и Федоров" (1903) и портрета Н. Ф. Федорова (1919).

Воспоминания были написаны Л. О. Пастернаком в эмиграции, по нашему предположению, во второй половине 1930-х гг. В собрании Fedoroviana Pragensia хранятся шесть его писем философу Н. А. Сетницкому за 1928-1934 гг. Последний регулярно посылал художнику свои харбинские издания: оттиски работы Горского "Федоров и современность" (1928-1933), выпуски переиздания "Философии общего дела" (1928-1930), собственные работы -- "СССР, Китай и Япония (начальные пути регуляции)" (1933) и "О конечном идеале" (1932). Л. О. Пастернак неизменно откликался благодарственными письмами и открытками на эти посылки. "Удивительные вещи про Николая Федоровича вычитываешь -- что за гениальный ум", -- писал он в одном из писем Сетницкому (от 3 июня 1933). Тот же Н. А. Сетницкий в 1933 г., в год тридцатилетия со дня смерти Н. Ф. Федорова, обратился к художнику с просьбой написать воспоминания о мыслителе. Л. О. Пастернак так откликнулся на эту просьбу: "30 лет уж прошло, как умер Ник. Фед. Федоров!!! И как будто недавно и как будто очень давно и как будто этого не было!

Ваше предложение написать свои воспоминания о Федорове вполне совпадают с моими давнейшими желаниями и еще недавно кто-то мне о том же говорил. -- Но беда в том, что некогда, все откладываешь -- я ведь ежели время есть, то пишу скорее кистью... Но обязательно это должен сделать -- по крайней мере зафиксировать то, что я еще помню и знал" (Л.О.Пастернак -- Н. А. Сетницкому, 2 февраля 1934 // FP. 1.3.29). Спустя три с половиной месяца, получив от Н. А. Сетницкого посвященный Федорову сборник "Вселенское Дело" (Вып. 2. 1934) с репродукцией своей картины "Три философа (Толстой, Соловьев и Федоров)", он вновь уверяет харбинского корреспондента: "Еще не потерял надежды что-нибудь написать о Федорове -- ужо-тко сообщу Вам" (Л.О.Пастернак -- Н. А. Сетницкому, 14 мая 1934 // Там же). Как видим, свое обещание художник исполнил, несмотря на то что было ему к тому времени уже больше семидесяти...

Впрочем, к образу Федорова Л. О. Пастернак обращался словом и ранее, хотя и признавался Сетницкому, что главное его орудие все-таки кисть. В 1928 г. он писал сыну, поэту Б. Л. Пастернаку: "...Я о Николае Федоровиче Федорове по-немецки написал статейку, немцам он мало знаком и не интересен, а потому в "Epochische Zeit" не напечатали. Но я ее помещу. Имеешь ли ты о Федорове понятие? Слыхал, должно быть. Я тебе писал о нем, хотел даже брошюрку о нем послать (из Китая, Харбина прислали мне), да ты как-то не обмолвился" (Леонид Осипович Пастернак. 1862-1945. Каталог выставки. Москва, 1979). Судьба этой, по всей видимости, небольшой статьи, неизвестна.

1 Л. О. Пастернак будет еще не раз иллюстрировать произведения Л. Н. Толстого, с которым он был лично знаком и о котором оставил воспоминания (Пастернак Л. О. Встречи с Л. Толстым // Пастернак Л. О. Записи разных лет. С. 169-212). Наиболее значительной стала его серия иллюстраций к роману "Воскресение" (1898-1899).

2 Алексей Данилович Кившенко (1851-1895) -- художник, академик живописи, руководил батальной мастерской в Академии художеств. С 1880 г. жил и работал в Дюссельдорфе, Мюнхене, Париже. Николай Николаевич Каразин (1842-1908) -- художник, прозаик, журналист. Много работал в области иллюстрации. Василий Васильевич Верещагин (1842-1904) -- художник. Так же, как и Пастернак, был знаком с Федоровым по библиотеке Румянцевского музея.

3 Л. О. Пастернак называет Федорова заведующим, а ниже -- директором библиотеки Московского публичного и Румянцевского музеев -- ошибка, свидетельствующая о той фактической роли, которую играл в главном московском книгохранилище "дежурный чиновник при читальном зале" (именно такова была официальная должность Федорова на протяжении всех 25 лет его службы).

4 Федоров скончался 15 (28) декабря 1903 г.

5 Сохранился ряд эскизов Л. О. Пастернака к картине "Три философа (Толстой, Соловьев и Федоров)", переданной художником в 1928 г. Государственному музею Л. Н. Толстого в Москве, где она и находится ныне. Первый эскиз, сделанный еще при жизни Федорова в 1902 г., хранится в отделе рукописей Российской государственной библиотеки, другие, выполненные итальянским карандашом на бумаге и углем на картоне, -- в собрании семьи художника в Оксфорде (там же хранится и точная копия с картины, сделанная Л.О.Пастернаком). Подробнее см.: Коваль Л. М. Страница истории. Николай Федорович Федоров и Московский публичный и Румянцевский музеи // Философия бессмертия и воскрешения. Вып. 1. С. 241.

6 Фотографии с этих набросков, сделанных Л. О. Пастернаком в 1892-1893 гг. с натуры, хранятся в собрании Fedoroviana Pragensia. В 1919 г. на их основе художник написал портрет Н. Ф. Федорова по заказу Ученой коллегии Румянцевского музея (подробнее см.: Коваль Л. М. Указ. соч. С. 241-242).

7 См. примеч. 6.

8 В финале своих воспоминаний об историке В. О. Ключевском Л. О. Пастернак писал: "Заканчивая воспоминания о Ключевском, я, естественно, вспоминаю Москву тех времен и вижу перед собою трех оригинальнейших стариков -- Толстого, Федорова, Ключевского. Как благодарен я судьбе, давшей мне возможность с каждым из них встречаться в моей жизни" (Пастернак Л. О. Записи разных лет. С. 158).