# Слово в день Святыя Пасхи

Аноним Филарет

## Слово в день Святыя Пасхи


## (Говорено в Успенском Соборе апреля 2-го дня; напечатано в собраниях 1822, 1835, 1844 и 1848 гг.)


## 1822


Христос воскресе!

Сколь ни много уже раз повторяли мы ныне, но и еще не утомляемся повторять, уповаем же, что и вы не утомляетесь так часто слышать одно и тоже слово: "Христос воскресе!"

Какое чудесное слово! Как изменяется от него вид всего, что существует!

До сих пор многие из человеков знали только землю, на которой они являются на краткое время, и вскоре скрываются, неизвестно, куда; иные нечто еще слыхали об аде, как о пропасти, которая всех угрожает поглотить, и никого не отдает обратно; не многие помышляли о небе, как о таком горнем жилище, к которому лествицу только во сне видел некто, и только такую, по коей видны были восходящие[1] Ангелы Божии, а человеков не примечено.

Теперь, когда "Христос воскресе", чем оказывается земля? -- Она есть разсадник для неба; кратковременная и разрушением оканчивающаяся жизнь человека в теле, -- скажем словами то, что наблюдаемый между нами при взаимном изъявлении радости воскресения обряд выражает вещию, -- жизнь человека в теле есть начинающаяся жизнь птенца в яйце, которому, по сокрушении скорлупы, открывается высший и обширнейший круг жизни; надобно только, чтобы зародыш птенца объят, проникнут и возбужден был теплотою крови матерней; то есть, надобно, чтобы зародыш небесной жизни в человеке объят, проникнут и возбужден был животворящею силою крови Христовой.

Теперь, когда "Христос воскресе", и когда Ему, яко Богочеловеку, "дадеся всяка власть на небеси и на земли" (Матф. XXVIII. 18), не только небо сделалось досязаемым, но даже соединилось с землею так, что трудно найти между ими предел и различие; ибо и на земли является Божество, и на небеси человечество; Ангелы, которых Иаков видел восходящих и нисходящих по лествице небесной, теперь сонмами ходят по земли, как вестники Сына человеческаго, Который владычествует на небеси.

Что и ад после того, как, по сошествии во ад, "Христос воскресе"? Крепость, в которую под видом пленника вошел победитель; темница, у которой врата сокрушены, и стражи разсеяны; вот подлинно, по изображению Христову, чудовище, которое поглотило сверженнаго с корабля Пророка; но, вместо того, чтобы пожрать и истребить его, сделалось для него другим, хотя не столь покойным, кораблем, чтобы вынести его на брег жизни и безопасности. Теперь становится понятным, как надеялся некто чрез самый ад пройти безопасно: "аще и пойду посреде сени смертныя, не убоюся зла, яко Ты со мною еси" (Псал. XXII, 4), -- Ты, Который для нас сшел с неба[2], подобно нам, ходил по земли, и, подобно нам, низшел в сень смертную, дабы и оттоле проложить Твоим последователям путь во свет жизни.

Наконец, и нас самих не иными ли уже, противу прежняго, соделало воскресение Христово? -- Поверим одному из верных свидетелей воскресения Христова, что и нас оно переродило, если не самым действием, по крайней мере, надеждою. "Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа", восклицает Апостол Петр, "Иже по мнозей Своей милости порождей нас во упование живо воскресением Иисус Христовым от мертвых" (1Петр. I, 3)!

Но, если мы порождены воскресением Христовым только еще "во упование"; а за нашим упованием следует упование и всея твари, "чаяние бо твари откровения сынов Божиих чает" (Рим. VIII, 19): то все чудеса, которыя произвело воскресение Христово, суть только еще начатки дальнейших чудес, которыя оно будет открывать в продолжении, особенно в конце времен, и даже в безконечной вечности.

По сим неистощимым чудесам совершившимся, и долженствующим совершиться[3], воскресение Христово есть для нас источник размышления, созерцания, удивления, радости, благодарности, надежды, всегда полный, всегда новый, сколь ни давно, сколь ни часто из него почерпаем; оно есть вечная новость. И по сему-то, сколь ни уверены мы друг о друге, что каждому из нас известно воскресение Христово, еще однако желаем тысящекратно возвещать друг другу, как неслыханную весть, яко "Христос воскресе"; сколь ни удостоверены в истине сего события, засвидетельствованнаго очевидцами Воскресшаго, доказаннаго знамениями и чудесами, не оспоримаго врагами Христианства, еще однако жаждем слышать подтверждение, яко "воистинну воскресе Христос".

Если слово есть пища, по реченному, яко "не о хлебе едином жив будет человек, но о всяком глаголе, исходящем из уст Божиих, жив будет человек" (Втор. VIII, 3): то слово о воскресении Христовом, подобно манне, как изображает ее Премудрый, есть "хлеб всякое услаждение в себе имеющий, и ко всякому сличный вкушению" (Прем. XVI, 20). Изнурен ли ты грехом, и алчешь правды? Прииди, насыщайся: "Христос воскресе, Иже предан бысть за беззакония наша, и воста за оправдание наше" (Рим. IV, 25). Утомлен ли ты безотрадным игом закона, и желаешь прейти от сего рабства в благодатную свободу? Приступи, вкуси пасху, тобою желаемую: "ибо пасха наша за ны пожрен бысть Христос" (1Кор. V, 7); "свободою убо, еюже свободи нас Христос, стойте, и не паки под игом работы держитеся" (Гал. V, 1). Недугуешь ли ты страхом смерти? Приими врачевство против сей болезни: "Христос воста от мертвых, начаток умершим бысть" (1Кор. XV, 20). Изнемогаешь ли во брани противу врагов твоего спасения? "Вкуси добраго глагола" (Евр.6:5) воскресения, и в нем победоносной "силы грядущаго века; воскреснет Бог, и расточатся врази Его" (Пс. 67:2)! Прельщает ли тебя ложный вкус душевный, и побуждает искать пищи желаниям в тленных и суетных вещах мира? Исправь оный причастием силы воскресения: "аще воскреснусте со Христом, вышних ищите, идеже есть Христос, одесную Бога седя" (Кол. III, 1). Или уже и "возжадала душа твоя к Богу крепкому, живому", и томится желанием, "когда приидешь и явишься лицу Его" (Псал. XLI, 3)? Живое упование воскресения утолит томление сея жажды, и сохранит самую жажду, яко здравую и спасительную, представляя уму, что "егда Христос явится, живот ваш, тогда и вы с Ним явитеся в славе" (Кол. III, 4).

Видишь, христианин, какое обилие, какое разнообразие духовной пищи представляет нам Пасха наша, воскресший Христос. Питается ли теперь ею душа твоя? Действительно ли "вкушаешь" ты, "яко благ Господь" (Пс.33:9)? Ощущаешь ли в себе внутренно силу Воскресения Христова, разрешающую от грехов, и от проклятия за них, низлагающую страсти и похоти ветхаго человека, созидающую в тебе сердце чистое, и дух правый обновляющую во утробе твоей, подкрепляющую тебя в вере и надежде, воспламеняющую любовию к Жизнодавцу? Или при самой трапезе Господней ты гладен и жаждущ, и душа твоя не услаждена и пуста? -- Впрочем, не хотим чрез сие испытание привести тебя в смущение и уныние. Нет! Хотя печаль, яже по Бозе, спасительна: но теперь не время печали, а радости, которая также может иметь свое спасительное действие: "ибо радость Господня, сия есть сила наша" (Неем. VIII, 10). И так, вкусил ли ты благости Воскресшаго? "Да возрадуется душа твоя о Господе" (Псал. XXXIV, 9), и сия радость да подвигнет тебя к теснейшему с Ним соединению. Не вкусил ли еще ты благости Его? Все однако возрадуйся, что Он не отлучает тебя от сего вкушения, но и призывает к сему, дая тебе слышать благовестие Своего воскресения, и быть между собравшимися во имя Воскресшаго, где по обетованию Своему и "Он посреде их" (Матф. XVIII, 20). Если чувствуешь себя и недостойным радости: возрадуйся о той дивной благости, которая и недостойнаго не отчуждает от участия в радости. Радость же о воскресении Господа нашего да введет во всех нас и силу воскресения Его живоносную и спасительную. "Ибо радость Господня, сия есть сила наша". Аминь.


-----


[1] По Евреин. сборн.: восходящие и нисходящие...

[2] В собр. 1822, 1835 и 1848 гг.: оставя небо,...

[3] В собр. 1822 и 1835 гг.: совершившимся, совершающимся и долженствующим совершиться,...