# Слово в день Преображения Господня

Аноним Филарет

## Слово в день Преображения Господня


## (Говорено в Спасо-Вифанском монастыре августа 6-го; напечатано в Твор. Св. Отц. 1846 г. и в собрании 1848 г.)


## 1845 год


Приидите любящие учение истины: любовь ваша ныне награждается и удовлетворяется совершеннейшим учением высочайшей Истины. Приидите и маловнимательные к учению, или недовольные несовершенством и недостоинством преподающих оное; возбудите ваше внимание: ныне можете слышать Учителя, Которого достоинство беспримерно, и, конечно, так же превосходно должно быть и учение. От Фавора слышна проповедь не учителя церковного, не Апостола, не Пророка, даже не Ангела, но самого Бога Отца. "Се глас из облака, глаголя: сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих: Того послушайте" (Матф. 17:5).

Учители церковные различают два вида спасительного учения: догматы и заповеди. Догмат есть Богом открытая истина, которой мы должны веровать для нашего спасения. Заповедь есть Богом данное повеление или правило, которое мы должны исполнять для нашего спасения.

Сей самый состав учения представляет и небесная Фаворская проповедь. "Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих": вот догмат! "Того послушайте": вот заповедь!

О догмате была проповедь Божественная еще прежде, на Иордане. И там был глас с небесе глаголя: "Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих" (Матф. III. 17). То была проповедь к первому проповеднику Нового Завета, Иоанну Крестителю; и едва ли не один он в то время достаточно ее выразумел. Начинал он и сам проповедывать слышанное с неба, когда говорил о Иисусе: "Грядый свыше над всеми есть" (Ин. III. 31), и еще: "Отец любит Сына, и вся даде в руце Его" (Ин. III. 35): но проповедь Иоанна вскоре прекратилась, с его свободою и жизнию. Посему благопотребно то было для утверждения веры и благотворно для нашего неведения и маловерия, что догмат о Единородном Сыне Божием вновь проповедан с неба на Фаворе трем первейшим из Апостолов, как трем, по закону, достаточным свидетелям, уготовляемым во вселенские проповедники веры. Ибо, хотя им в то же время и было заповедано "никомуже поведати видения" Фаворского, "дондеже Сын человеческий из мертвых воскреснет" (Матф. XVII. 9): но, по миновании предела сего запрещения, они имели сие видение одною из непоколебимых опор своего свидетельствования о Божестве, силе и Славе Иисуса Христа, как о сем пишет Апостол Петр в своем предсмертном послании: "сказахом вам силу и пришествие Господа нашего Иисуса Христа, самовидцы бывше величествия оного. Прием бо от Бога Отца честь и славу, гласу пришедшу к Нему такову от велелепные славы: сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже Аз благоизволих! И сей глас мы слышахом с небесе сшедш, с Ним суще на горе святей" (2Петр. 1:16--18).

С благоговением и радостию да помышляем, братия, о святости и твердости веры во Иисуса Христа, Сына Божия, и с непрестающею благодарностию к открывшему ее и утвердившему Богу. "Тако бо возлюби Бог мир, яко и Сына Своего Единородного дал есть, да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный" (Иоан. III. 16). И дабы приготовить мир к принятию Его, предварительно "многочастне и многообразне древле Бог глаголал отцем во пророцех" (Евр. I. 1), предвозвещая Его явление, и образы будущего явления Его представлял в праотцах и в "законе, имевшем сень грядущих благ" (Евр. 10:1). Когда же Он действительно явился в мире, но явился в естестве человеческом: тогда к открытию того, что скрывалось под сим покровом, употреблены были чудеса, являющие Божественную силу. Но как и чудеса, являя присутствие Божественной силы, не проявляют решительно Божеского существа в лице чудотворца, потому что могут быть и человеками совершаемы, по воле и силе Божией: то что еще надлежало делать, чтобы явить истинного Сына Божия в лице Иисуса? Провозгласить ли Ему Самого Себя? Не обинулся Он сделать сие, когда, например, сказал: "Аз и Отец едино есма" (Ин. 10:30); и Его слово твердо было само собою, как слово самой Истины, и подтверждаемо было Его чудесами. Но поелику Он признал также, что для человеческого удостоверения недостаточно собственное о Себе свидетельство: "аще Аз свидетельствую о Мне, свидетельство Мое несть истинно" (Иоан. V. 31): то видите ли, какою преизбыточествующею мерою восполняется сей недостаток? Бог Отец, Который, по изъяснению Апостола, "во свете живет неприступнем, егоже никтоже видел есть от человек, ниже видети может" (1Тим. VI. 16), подвигся от Своей неведомой высоты, преклонил небеса, облек Свой неприступный свет в доступный созерцанию светлый облак, сократил Свое бесконечное ведение и откровение бесконечного в подобие человеческого гласа, и Сам проповедал единосущное с Собою Божество рабий зрак носящего Иисуса, нарекше Его Своим "Сыном возлюбленным", ибо сын "возлюбленный" в священном языке означает сына "единородного" {Быт. 22:2, 12, 16. Суд. 11:34. Иер. 6:26. Амос. 8:10. Зах. 12:10.}; а Сын Единородный не иный быть может, как "Единосущный" Отцу Своему.

Обратимся от догмата к заповеди.

В Богоявлении на Иордане провозглашен только догмат о Единосущном со Отцем Сыне Божием: в видении на Фаворе к сему догмату присовокуплена заповедь: "Того послушайте!" То есть: вы должны как слушать учение воплощенного Сына Божия, так и вступить в деятельное к Нему послушание, и постоянно пребывать в сем послушании.

На Иордане провозглашать заповедь послушания для Иоанна было уже не нужно, а для других еще рано. Для Иоанна уже не нужно: поелику он уже исполнял сию заповедь, когда из послушания крестил Иисуса, препобеждая собственное убеждение, по которому желал сам от Него креститься, а не крестить Его. Для других еще рано: потому что на Иордане Христос явился еще только Своим лицем, к которому нужно было возбудить внимание и веру, а не открыл еще Своего учения, которое требовало повиновения.

На Фаворе заповедь послушания провозглашена, частию, может быть, соответственно с особенною потребностию свидетелей Фаворского видения. Ибо пред сим и первоверховный в вере Петр, хотя первый из Апостолов исповедал Иисуса "Христом Сыном Бога живаго" (Мф. 16:16), не оказал однако готовности препобеждать собственные убеждения покорностию слову Христову. Когда "начат Иисус сказовати учеником Своим, яко подобает Ему ити в Иерусалим, и много пострадати от старец и архиерей и книжник, и убиену быти, и в третий день востати": тогда "Петр начат пререцати Ему, глаголя: милосерд Ты, Господи: не имать быти Тебе сие" (Мф. 16:21--22). Хотя же сие открытое прекословие таинству веры немедленно пресечено было строгим упреком Господа: однако, может быть, внутреннее расположение Петра требовало дальнейшего врачевания. Вероятно, сие врачевание продолжали Моисей и Илия, когда, беседуя с Иисусом на Фаворе, "глаголаста исход Его, егоже хотяше скончати в Иерусалиме" (Лук. 9:31), то есть, беседовали с Ним о предстоящих Ему страданиях и крестной смерти. Для них это была беседа созерцания и молитвы, а для Петра продолжение того учения о кресте, которому он дерзнул-было противоборствовать. Вероятно, сие врачевание довершал и Сам Пренебесный Врач силою Своего слова. "Того послушайте"; то есть, покаряйтесь учению воплощенного Сына Божия, хотя бы оно и казалось прекословным для вашего естественного мудрования, хотя бы оно вас оглашало страданием и крестом, среди вашего стремления к блаженству и славе.

Но как бы то ни было с Апостолом Петром и с двумя его соучастниками в Фаворском видении: то верно, что как догмат, так равно и заповедь, проповеданные на Фаворе, проповеданы не для них одних, но и для всех нас. Не для трех человек гласит с небес на землю Божественная Истина, но для спасения всего рода человеческого. "Глас Господень в крепости, глас Господень в великолепии" (Псал. 28:4). Он не ограничивается местом, не пресекается временем. С какою властию и силою возгремел он на Фаворе для трех учеников Христовых: с тою же самою властию и силою исходит он и ныне из Евангелия для всех учеников Христовых. И тогда, как властию всепокаряющею повелевает, силою вседействующею дает способность исполнять повеленное. Помыслим же, братия, что сею самою властию и силою сам Бог Отец вводит и нас в послушание возлюбленному Сыну Своему Иисусу Христу. Дерзнет ли кто не покориться сей Божественной власти? Кто не возжелает от сея спасительные силы принять дар послушания? "Того послушайте!" Как не послушать всегда и во всем? Неужели кто-нибудь не послушает?

Глаголет воплощенный Сын Божий: "веруйте в Бога, и в Мя веруйте" (Иоан. XIV. 1). "Послушайте" Его; и соделайте сию веру начальною движущею силою вашей жизни!

"Начат Иисус", и еще не престает, "проповедати и глаголати: покайтеся, приближися бо царство небесное" (Матф. IV. 17). "Послушайте" Его; и поспешайте путем покаяния достигать царства небесного близкого, доколе правосудие, также близкое, не затворило дверей милосердия!

С горы, не так высокой, как Фавор, но тем удобнее всем доступной, учит Господь Иисус народы, и для разнообразного множества учеников указует различные стези к блаженству, впрочем соединяющияся в единый общий путь спасения: "блажени, -- говорит, -- нищии духом; блажени плачущии; блажени кротцыи; блажени алчущии и жаждущии правды; блажени милостивии, чистии сердцем, миротворцы"; наконец "блажени изгнани правды ради" и "Мене ради" (Матф. V. 3--11), то есть, верные до страдания и смерти. "Послушайте" Божественного Наставника; и, если с первого взгляда трудным кажется пройдти столь многие степени восхождения к блаженству, вступите хотя в некоторые из указанных стезей, более близкия, или соответственные вашему настоящему положению, только непременно вступите и неленостно продолжайте идти. Поколику чувствуете себя в состоянии греха: держитесь стези плача, может быть, жесткой и неудобопроходной в начале, но в продолжении, без сомнения, приятной, и простирайтесь далее по стезе непрестанного алкания правды, не человеческой, но Божией, даруемой Иисусом Христом, "Иже бысть нам премудрость от Бога, правда же, и освящение, и избавление" (1Кор. I. 30). Мнящие себя быть в чем-нибудь не малыми, поспешайте на стезю нищеты духовной и познания своего ничтожества. Искушаемые своею или других склонностию ко гневу и несогласию, с особенным усилием устремляйтесь на стези кротости и миролюбия. Подвизайтесь для чистоты сердца, не менее чистоты внешних дел: ибо на сердце зрит всечистое око Божие. Не чуждайтесь и крестного пути, слыша Господа глаголющего: "аще кто хощет по Мне идти, да отвержется себе и возмет крест свой, и по Мне грядет" (Матф. XVI. 24). Не прекословьте слову креста вашего, как Петр напрасно прекословил слову креста Христова. Не находим ли мы высокого удовольствия, если можем перенести трудный подвиг для человека, которого чтим и любим? Из сего, по восхождению от малого к великому, самое верное заключение есть то, что, если охотно понесем крест для Христа, найдем блаженство в самом подвиге, прежде блаженства за подвиг. Не отречемся же взять крест свой, да распнемся плоти, умерщвляя похоти ее; да распнемся миру, не прельщаясь его блеском и славою; да распнемся нашему самолюбию, подвизаясь всегда действовать, говорить, мыслить и жить для Христа, да живет в нас Христос!

Христиане! Всяким и всегдашним послушанием "послушайте" Христа Господа, Который "бысть" и будет "послушающим Его виновен спасения вечного" (Евр. V. 9). Слава Ему со Отцем и Святым Духом во веки! Аминь.