# Слово в день обретения мощей преподобного Сергия, во время возобновившейся и продолжающейся губительной болезни

Аноним Филарет

## Слово в день обретения мощей преподобного Сергия, во время возобновившейся и продолжающейся губительной болезни


## (Говорено Июля 5; напечатано в Тв. Св. От. 1848 г. и в Собр. 1861 г.)


## 1848 год


Научивше многи, возвратишася в Листру и Иконию и Антиохию, утверждающе души учеников, моляще пребыти в вере, и яко многими скорбми подобает нам внити в царствие Божие. (Деян XIV. 21--22).

Святый Евангелист Лука в книге Деяний Апостольских повествует, между прочим, о путешествии Павла и Варнавы, по особенному повелению Духа Святаго, для проповеди Евангелия. Они прошли несколько городов; проповедывали в них веру Христову; творили чудеса; многих действительно привели в веру Христову; основали Церкви; испытали, попеременно с славою, гонения, так что в одном и том же городе Листрах, сперва, по внезапном исцелении Павлом хромого от рождения, их обоих приняли язычники за богов, и хотели было почтить их жертвами, но потом Павла побили камнями; и не оставляющий Своих избранных Бог сохранил жизнь его только тем, что его почли уже мертвым, и потому бросили. Совершив порученное Духом Святым посольство, Павел и Варнава возвращаются, чрез те же города, которые проходили прежде, не минуя и убийственного города Листр: таково дерзновение Апостольское! Они не заботятся об охранении себя от опасности, уже испытанной: потому что все их попечение устремлено ко спасению других. Они не просто идут обратным путем; но продолжают Апостольское дело, "утверждающе души учеников, моляще пребыти в вере", и вразумляюще, "яко многими скорбми подобает нам внити в царствие Божие".

Когда видим, что люди, принявшие веру непосредственно из уст Апостолов, видевшие Апостольския чудотворения, в ней удостоверяющия, еще требовали Апостольского попечения, чтобы "утвердить души" их: что должны мы подумать, братия, о наших душах? Меньшая ли, -- даже не большая ли потребна забота о их утверждении?

Тверды ли наши мысли о святом и праведном? Тверды ли наши добрые намерения? Постоянно ли духовное направление нашей деятельности? Не колеблют ли нашего ума сомнения, нашего сердца и воли -- страсти и чувственные пожелания? Не упадаем ли духом, иногда в уныние печали, иногда в уныние разленения?

Мнящагося стоять твердо разочаровывает Апостольское слово: "мняйся стояти да блюдется, да не падает" (1Кор. X. 12).

Итак для собственной нашей потребности будем внимательны к тому, как богомудрые Павел и Варнава утверждали души учеников. Каким же образом? -- Они увещевали их "пребывать в вере". Это значит, что не довольно узнать веру Христову, принять ее посредством крещения, и оставаться погруженным в обыкновенную жизнь сего видимого мира; не довольно и того, чтобы прибегать к помощи веры только по временам, когда в наших недостатках или трудностях не находим земной естественной помощи: но надобно так себя располагать, и бдительно наблюдать за таким расположением духа, чтобы мы "пребывали в вере" постоянно и непрерывно, чтобы дух веры проникал и обнимал наши силы, способности, наклонности, желания, действия, чтобы он был главною движущею силою нашей жизни.

Открываешь ли око, пробуждаемое утром: открывай в то же время око веры в сердце, и взирай к Владычествующему днем и вечностию, и проси Его помощи провести начинающийся день так, чтобы он мог вести тебя к дню невечернему, а не к ночи вечной.

Отходишь ли ко сну: помяни смерть, которой сон есть образ и преддверие, и молитвою веры передай себя Тому, Который "есть воскрешение и живот" (Иоан. XI. 25); поколику же можешь победить сон, или поколику он не победит тебя, "помяни и в нощи имя Господа" (Пс. CXVIII. 55), и "полунощи востань исповедатися" Ему "о судьбах правды" Его (Пс. CXVIII. 62).

Предприемлешь ли что: прежде всякого другого советника, советуйся с верою. Воззови словом Павловым: "Господи, что мя хощеши творити" (Деян. IX. 6)? Угодно ли Тебе, Господи, предприемлемое мною? Если угодно, благослови; если не угодно, не допусти меня сделать не угодное Тебе. И потом слушай, что речет тебе Господь в Своем слове, в твоем разуме, в твоей совести, в советах людей мудрых и благочестивых, и во внешних указаниях и знамениях.

Приступаешь ли к делу: приветствуй свое дело, как приветствуешь дело ближнего: "Бог в помощь!" "Боже, в помощь мою вонми!" (Пс. LXIX. 2).

Идешь ли куда: "иди с Богом", по напутственному слову, от благочестивых предков довольно у нас обычному, но едва ли столь же обычно делом исполняемому. "Ходи пред Богом", с Авраамом (Быт. XVII. 1); "предзри Господа пред собою выну", с Давидом (Пс. XV. 8); держи, как можно, в мыслях и в сердце, что Бог тебя видит, чтобы тебе и стыдно и страшно было покуситься на недостойное пред очами Божиими, чтобы тебя не смутила нечаянность, и не поколебала трудность, когда Господь "одесную тебе есть, да не подвижешися" (Пс. 15:8).

Хочет ли твоя мысль, как птица, носиться, где случится, кpyжитьcя в paзнooбpaзии сует, или даже опускаться на нечистоту; ты, напротив, ее удерживай, связуй ей крылья усиленным вниманием к предметам духовным, возвращай твой странствующий ум в сердце, и давай ему благословенный труд призывания спасительного имени Господа Иисуса, в вере, любви и смирении; -- труд, который, при верном продолжении, должен обратиться и в пищу, и в покой, и в радость, под осенением Святого Духа, так как, пo Апостолу, "никтоже может рещи Господа Иисyca, точию Духом Святым" (1Кор. XII. 3).

Таковы должны быть расположения и упражнения верующего, чтобы он постепенно мог приближиться к состоянию утвержденной души, в котором Святый Павел не обинуясь говорил о себе: "верою живу Сына Божия; -- живу не ктому аз, но живет во мне Христос" (Гал. II. 20).

Обратимся к богомудрым Павлу и Варнаве, чтобы рассмотреть еще особенный способ, которым они утверждали души учеников. Какой это способ? -- Вразумление или предвещание, яко "многими скорбми подобает нам внити в царствие Божие". Способ неожиданный! Средство, по видимому, не обещающее привести к цели! Мысль о многих скорбях на пути к царствию Божию не более ли способна колебать, нежели утверждать души? Как же Апостолы употребляют ее тогда, как стараются утверждать души?

Павел и Варнава, в наставлении, которым старались утвердить души новопросвещенных верою, не могли не упомянуть о скорбях: потому что скорби уже были в виду. Новопросвещенные видели, как на Павла и Варнаву неверующие повсюду воздвигали гонение за проповедуемую веру: по всему вероятию, подобной участи ожидать надлежало и принявшим веру. Чего ученики опасались по догадке, то наставники предвидели по Духу Божию: и таким образом против скорбей неизбежных спасительного средства оставалось искать только в том, чтобы правильно смотреть на них, и уметь их принять и перенесть. Сему поучали Апостолы, когда говорили, "яко многими скорбми подобает нам внити в царствие Божие".

То есть: вы опасаетесь скорбей, и от того можете возмалодушествовать. Знайте же, что скорби неизбежны на пути в царствие Божие. Так "подобает": таково устроение Провидения Божия. Итак, если, встречая скорби на пути к царствию Божию, вы колеблетесь, и отступаете вспять: то вы воспящаетесь от царствия Божия. Если же вожделенно вам царствие Божие: то скорби на пути к нему вы должны встречать без малодушия и колебания. Если вы охотно идете и не гладким путем, помышляя, что он ведет в отеческий дом: то проходите охотно поприще скорбей, ведущих в царствие Божие.

Так правильная мысль о скорбях на пути к царствию Божию должна служить не к ослаблению, но к утверждению душ.

Не знаю, удержались ли христиане антиохийские, иконийские и листрийские, а наша пытливость, думаю, не удержалась бы, чтобы не спросить богомудрого Павла: почему же Бог, хотящий всем человекам спастися, основавший веру Христову, и покровительствующий ей чудесными силами, -- почему не облегчил для верующих пути спасения? Почему или определено, или попущено быть скорбям на пути в царствие Божие? -- Есть на сие готовый отзыв, Павлов и вместе Исаиин, Пророческий и Апостольский: "кто разуме ум Господень? или кто советник Ему бысть" (Рим. XI. 34. Иса. XL. 13)? Отзыв, достойный бесконечной премудрости Божией, и достаточный для смиренной мудрости человеческой!

Но против возношения помышлений, взимающихся на разум Божий, присовокупим к сему нечто, также под руководством Пророческого и Апостольского слова.

Скорбям суждено быть на пути спасения, во-первых, по правосудию.

Бог хотел вести человека на небо райским путем: но человек преступил волю Божию, и оступился. Возмечтал идти выше пути Божия: и столько низринут правосудием Божиим, сколько низринул сам себя. Терние, волчцы, труд, пот, печали, воздыхания, посеялись на его пути, а, на конце его явилась смерть временная и вечная. По закону рождения, мы все наследовали от первого прародителя грех и, его неразлучное последствие, наказание: и тем менее можем отказаться от сей последней части наследия, что сами умножаем первую грехами произвольными. Милосердие Божие открыло нам новый путь спасения во Христе, Который и правосудию Божию за нас удовлетворил Своею крестною смертию: но, при всем том, закон правосудия Божия не должен быть нарушен, и потому щадимого грешника нельзя вести наравне с райским безгрешным человеком. Радуйся, что уже не к смерти, а к жизни ведет тебя милосердие: и прими безропотно легкие и не продолжительные уроки правосудия: труды, лишения, скорби, печали.

Во-вторых, скорби в руке Провидения бывают средством врачевания душ.

Грех есть болезнь, внедривающаяся в существо человека. Греховное впечатление и порочное услаждение оставляет, частию в душе, частию в теле, след, который становится глубже при повторении греховных действий, и который, возобновляясь воспоминанием, образует наклонность к греховному действию и некую жажду греха. Посему как иногда телесный врач внедрившуюся в тело и заражающую его язву болезненно выжигает или отделяет железом, и причиняет искусственную боль, чтоб излечить болезнь: подобно сему Врач душ и телес употребляет орудие скорбей, чтобы исторгнуть корни и изгладить следы греха, и огнем страдания выжигает заразу наклонности к греховным услаждениям. На сие указует изречение Апостола Петра: "пострадавый плотию преста от греха, во еже не ктому человеческим похотем, но воли Божией прочее во плоти жити время" (1Петр. IV. 1--2).

В-третьих, скорби употребляет Провидение Божие для верующих и спасаемых, как средство испытания и приготовления к высшей степени добродетели, совершенства и блаженства.

Испытание сие не нужно для Бога Сердцеведца: но нужно для самого человека, которого "сердце глубоко" (Псал. LXIII. 7), и который сам не знает, что из него может быть открыто и выработано. Как приражение железа к твердому камню высекает искры, которых до того не было признака: так при ударах скорбей блистают из твердой души искры добродетели, которые без того не возбудились бы.

Каким сильным болезненным ударом падало на родительское сердце Авраама каждое слово повеления Божия: "пойми сына твоего возлюбленного, егоже возлюбил еси, Исаака, и вознеси его во всесожжение!" (Быт. XXII. 2). Но когда необычайное испытание возбудило отца Исаакова к необычайному подвигу веры, любви к Богу и самоотвержения: в каком высоком свете явились и его добродетель, и ее воздаяние! Он получил высокое и обширное благословение; "увидел день Xристoв" (Иоан. VIII. 56), соделался прародителем Христовым и отцем верующих.

Какие тяжкие и многообразные скорби переносил Апостол Павел! Но притом он имел дерзновение говорить: "хвалимся в скорбех" (Рим. V. 3); "радуюся во страданиих моих" (Кол. I. 24). Как это могло быть? Могло быть, и было потому, что он понимал, и не только понимал, но, по крайней мере начинательно, испытывал и чувствовал благословенные и блаженные плоды скорбей и страданий. "Якоже, -- говорит, -- избыточевствуют страдания Христова в нас: тако Христом избыточевствует и утешение наше" (2Кор. I. 5).

Буди нам свидетелем утешительного учения и ты, Преподобне Отче Сергие. Не избрал ли ты добровольно скорбей и лишений строгого и беспомощного пустынножительства? Не понес ли трудностей брани против коварства и дерзости врагов невидимых? Не испытал ли скорбей от малодушия людей, не понимавших твоего совершенства, и от зависти искушаемых любоначалием? И се, по мере обильного сеяния скорбных подвигов, обильная для тебя жатва благодати, которую и других многих, во многие роды, по вере, питать продолжаешь!

Но кто исчислит скорби святых на пути освящения, и даже в состоянии совершенства и святыни?

И Ты, Пресвятая Мати Дево, высшая небес, чистейшая света солнечного, одною ли радостию Матери Господа жила на земли? И Твою душу чистейшую, осененную высочайшим благословением, исполненную благодатию, не прошло ли "оружие скорби" (Лук. II. 35) так же беспримерной, как беспримерно Твое достоинство и Твоя последующая слава?

Обращаясь к себе самим, не признаем ли, братия, что ныне особенно ко времени углубляться в Евангельское учение о скорбях? Видно, мы не довольно внимали оному, когда суждено свыше послать нам, и не однажды послать, чрезвычайных и строгих проповедников, -- болезнь и смерть. Они проповедуют не словами, но, сильнее слов, событиями. Что проповедуют? Думаю, нечто подобное проповеди Ангела откровения: "убойтеся Бога, и дадите Ему славу" (Апок. XIV. 7). Если в благоденствии вас не довольно привлекали к Богу благодарность и любовь: да приведет вас к Нему, по крайней мере, страх бедствия. Если вы не пользовались свободно тихими скорбями покаяния и умерщвления плоти, для очищения души: воспользуйтесь для сего по крайней мере невольно находящею, но в покаянии приемлемою скорбию бедствия, постигающего или угрожающего, или с бедствующими ближними состраданием разделяемого. Дайте славу правосудию Божию, и, со смирением и самоосуждением приемля временное наказание, спасайте себя от вечного.

"Господи, да не яростию Твоею обличиши" нас, "ниже гневом Твоим накажеши" нас (Пс. XXXVII. 2). "Наказуя накажи нас" временно, "смерти же" безвременной и вечной "не предаждь" нас (Пс. 117. 18). Ключем скорби "отверзи нам врата правды" и благодати, да "вшедше в ня исповемыся" Тебе (Пс.117:19), Взыскателю погибших, Спасителю грешных, Облаженствователю злостраждующих. Аминь.