# Беседа в день священного коронования и помазания на царство Благочестивейшего Государя Императора Александра Николаевича

Аноним Филарет

## Беседа в день священного коронования и помазания на царство Благочестивейшего Государя Императора Александра Николаевича


## (Говорена в Успен. соборе августа 26; напечатана в Твор. Св. От. 1857 г. и в собр. 1861 г.)


## 1857 год


Светел паче многих нынешний день: потому что на нем отражается свет бывшего за год пред сим дня, который озарил Россию светом царского венца, и простер над нею благоухание царского священного помазания.

Возвратись, незабвенный день. Приближься к нашему зрению. Тогда мы смотрели на тебя наиболее оком радующегося сердца. Теперь нам досужнее посмотреть на тебя и оком размышляющего ума.

Вспомним, что это был достопамятный Бородинский день, в который Россия одна противостояла всей Европе, в который дух завоеваний и преобладания, не знавший дотоле преград, приразился челом к стене, встретясь с духом любви к Царю и Отечеству. Сему дню по достоинству досталась честь быть днем Царского венца, и торжественным свидетелем любви народной к Царю.

Вспомним тогдашнее ясное и тихое утро. Оно как бы нарочно приготовлено было, чтобы явиться зеркалом и образом души Царевой.

Вспомним тогдашнюю в Кремле и окрест Кремля прекрасную тесноту, которая выражала сердечное стремление к Царю всего народонаселения московского и, по возможности, чрез представителей, всего народа русского, или точнее, всех народов царства Всероссийского.

Найдется ли довольно сильное слово, которое изобразило бы тогдашний всеобщий восторг? -- И пусть не найдется. Это ненайденное слово вам и слышимо, и понятно: поелику от тогдашних сердечных воскликновений есть и ныне верный отголосок в верных сердцах.

Особенно желал бы я, чтобы каждый сын России в таком же свете узрел ныне мысленным оком, как мы тогда мысленным и чувственным оком зрели Благочестивейшего Царя нашего и Благочестивейшую Супругу Его, и совершавшееся с Ними в сем святилище в священнейшия минуты священного дня. Как смиренным являлось Их величие пред лицем Царя царствующих, и вместе как величественным Их смирение! Какое благоговение пред святынею! Какое одушевление молитвы! Какое небесное безмолвие в церкви, когда венчанный Царь один преклонил колена, и горящая молитва о благословении свыше на Него и на царство Его просиявала из Его сердца, и очей, и уст, и тихо воспламеняла все сердца; сливала их в одно кадило, в один благоуханный фимиам; и его, без сомнения, невидимо принимал Ангел Хранитель России, "и взыде дым кадильный молитвами святых от руки Ангела пред Бога" (Апок. VIII. 4).

Да взираем на сие и ныне оком радующегося сердца: но притом, как я сказал, и оком размышляющего ума.

Как тщится Царь, благословенный на царство Родителем и законом престолонаследия, снискать высшее благословение и освящение! Как тщится с своей стороны святая Церковь усвоить Царю вышнее благословение и освящение!

Священнодействие царского венчания православная Церковь начинает тем, что предлагает Благочестивейшему "Императору" произнести во всеуслышание православное исповедание веры. Что сие значит? -- Это значит, что Церковь, как сама основана неколебимо на камени веры, так желает и царское достоинство и желаемое благословенное царствование утвердить непоколебимо на камени веры. Поистине, если Господу нашему Иисусу Христу, владычествующему всем по Божеству, в следствие заслуги спасительного страдания и воскресения, новым образом, как Богочеловеку, "дадеся", по собственному изречению Его, "всяка власть на земли", как "на небеси" (Матф. XXVIII. 18); если Он, по слову Тайновидца, есть "князь царей земных" (Апок. I. 5): то царь и царство могут быть истинно благословенны и благоденственны только тогда, когда угодны Ему и Его верховному владычеству; а угодны Ему могут быть только тогда, когда право исповедуют и деятельно хранят веру, которая есть сила, средство и цель Его владычества. Сию истину деятельно признал Благочестивейший Государь наш при своем царском венчании. О если бы сею истиною одушевлялись и все сыны царства, и наипаче все особенным званием и должностию призванные служить державной воле Царя и благу царства!

Весь чин царского венчания святая Церковь, как облаком духа облекает, как благоуханием священного кадила исполняет, -- обильною молитвою. Каждое восприемлемое Царем знамение величества, порфиру, венец, скипетр, державу, она осеняет Божественным именем Пресвятой Троицы. И сего не довольно. Чтобы усвоить Царю более внутреннее, таинственное освящение, она священным помазанием полагает на нем "печать дара Духа Святаго": приближает его к самой трапезе Господней, и в лице священнодействующих и священнослужащих укрепляет его на великий подвиг царствования Божественною пищею тела и крови Господней.

Взирая мысленно на сие столь же священное, как величественное зрелище, кто не помыслит с благоговением, как велико поистине значение православного Царского Величества. Оно осенено, объято, проникнуто освящением свыше. Мне кажется, что здесь недавно слышал я древние иерусалимские пророческие от лица Божия гласы: "вознесох избранного от людей моих;...елеем святым... помазах его; -- истина моя и милость Моя с ним" (Пс. LXXXVIII. 20--21, 25); -- "не прикасайтеся помазанным Моим" (Пс. CIV. 15).

Но преимущество иметь Богом венчанного и помазанного Царя к тому ли только должно располагать нас, чтобы благоговеть пред Ним, и покоиться в уповании покровительства и помощи Божией Ему, и чрез Него и нам? -- Нет. Это не все. Преимущество по справедливости влечет за собою соответственную обязанность. За получением дара следует обязанность быть благодарну; за полученною честию -- обязанность хранить ее посредством достоинства. По суду Самого Иисуса Христа, "ему же дано будет много, много взыщется от него" (Лук. XII. 48). Итак, если нам дарован Богом освященный Царь: то как он обязан хранить себя достойным принятого освящения, так и все мы обязаны являть себя достойными освященного Царя, дабы благотворящее благоволение всевышнего Величества небесного чрез величество земное без преград простиралось на все царство и народ. Неужели кто подумает, что всесвятому, всеправедному, всечистому Богу прилично, чрез освященного Им Царя, покровительствовать народу, небрегущему о святости, беспечно погружающемуся в бездну грехов и нечистот, не помышляющему о том, чтобы сделаться народом Божиим чрез веру и добродетели? -- Сию несообразность опровергают и здравый разум и нравственное чувство.

Православные Россияне! Благодаря Бога за дарованного нам Царя, будем внимательны к тому, что требуется от нас, дабы сей священный дар был для нас вполне благотворен. Да тщимся, не именем только и словом, но и делом и истиною быть верны Царю небесному: ибо только при сем и верность наша Благочестивейшему Самодержцу нашему будет угодна Ему, благословенна Богом, удовлетворительна для нашей христианской совести, истинно полезна отечеству. Аминь.