# Сочинение Джильса Флетчера "Of the russe common wealth", как исторический источник. С. М. Середонина. 1891 г

Джайлс Флетчер

Сочиненіе Джильса Флетчера "Of the russe common wealth", какъ историческій источникъ. С. М. Середонина. 1891 г. Авторъ поставилъ своею задачей "опредѣлить достоинство какъ всего сочиненія Of the russe common wealth, такъ и отдѣльныхъ сообщеній Флетчера". Во введеніи (стр. 1--70) онъ изложилъ англійскія извѣстія о Россіи до Флетчера, біографію Флетчера, содержаніе его книги, ея отношеніе къ существовавшей литературѣ о Россіи и ея зависимость отъ сообщеній Горсея. Затѣмъ критическій разборъ содержанія книги Флетчера распредѣленъ между четырьмя главами: въ первой -- авторъ разсматриваетъ историческія и географическія извѣстія Флетчера (стр. 71 -- 140), во второй -- извѣстія о внѣшнемъ бытѣ, о нравственныхъ и умственныхъ силахъ народа и о бытѣ соціальномъ и экономическомъ (стр. 141--213), въ третьей -- извѣстія о власти (стр. 214--244), въ четвертой, наиболѣе обширной и оригинальной -- извѣстія объ администраціи, судѣ, финансахъ и войскѣ (стр. 245--369). Въ заключеніе (стр. 370--376) авторъ даетъ общую оцѣнку исторической достовѣрности сообщеній Флетчера.

Значеніе работы и выводовъ автора въ весьма значительной степени опредѣляется свойствами выбранной имъ темы. Есть или, по крайней мѣрѣ, было недавно цѣлое направленіе въ русской исторической наукѣ, которое считало очередною задачей изслѣдованія -- разработку темъ по источниковѣдѣнію и исторіографіи. Это направленіе вызвало, дѣйствительно, цѣлый рядъ работъ соотвѣтствующаго содержанія, частью весьма цѣнныхъ. Принципіально, конечно, нельзя не согласиться съ тѣмъ, что критическая разработка источниковъ должна предшествовать ихъ употребленію въ дѣло. Но въ практическомъ употребленіи эта основная аксіома школы, какъ намъ кажется, часто вела къ такого рода односторонности, которая не можетъ не вызывать рѣшительнаго осужденія. Моменты изслѣдованія, несомнѣнно логически различные, на практикѣ были раздѣлены фактически: формальная сторона изученія становилась при этомъ иногда главнымъ предметомъ изученія независимо отъ реальной, а, вмѣстѣ съ тѣмъ, изслѣдователь, особенно начинающій, рисковалъ потерять всякую почву для своихъ критическихъ сужденій. Мы говоримъ обо всемъ этомъ какъ о дѣлѣ прошломъ, потому что, какъ намъ кажется, среди самихъ послѣдователей школы уже замѣтно сознаніе односторонности изображеннаго направленія и дѣлаются попытки вернуться къ реальному изученію. Но что старая закваска школы не совсѣмъ выдохлась и продолжаетъ оказывать вредное вліяніе на изслѣдователей, это особенно ярко видно на примѣрѣ разбираемаго изслѣдованія. Авторъ взялъ тему въ духѣ школы, но постарался разработать ее въ духѣ болѣе современномъ: въ результатѣ получился компромиссъ, какъ всегда бываетъ, менѣе удовлетворительный, чѣмъ послѣдовательное проведеніе какого-нибудь одного начала.

Уже по перечню содержанія книги можно видѣть, въ какое трудное положеніе поставилъ себя авторъ выборомъ темы. Флетчеръ рисуетъ общую картину русской жизни конца XVI в. и касается рѣшительно всѣхъ сторонъ ея. Чтобы судить о значеніи его показаній, изслѣдователь долженъ быть спеціалистомъ по всѣмъ отраслямъ исторической науки, по исторической географіи и этнографіи, по археологіи быта, по исторіи учрежденій, по культурной и соціальной, церковной, военной и финансовой исторіи. Начинающему изслѣдователю, конечно, довольно трудно совмѣстить спеціальныя познанія по всѣмъ этимъ отраслямъ, и мы не будемъ винить нашего автора, что въ томъ и другомъ случаѣ ему приходилось заимствовать свои свѣдѣнія изъ вторыхъ рукъ. Но автору слѣдовало дать себѣ отчетъ въ томъ положеніи, въ которое онъ сталъ вслѣдствіе этого между своимъ источникомъ и существующею научною литературой. Литература эта для XVI вѣка далеко не богата; затѣмъ, мы далеко не согласны съ авторомъ, что "едва ли можно разсчитывать на появленіе въ ближайшемъ будущемъ новыхъ документовъ по этой эпохѣ, содержанія доселѣ неизвѣстнаго". Такимъ образомъ, и выводы существующей литературы о XVI в. приходится считать далеко не такими окончательными, какими склоненъ иногда считать ихъ авторъ. И такъ, когда какое-либо показаніе Флетчера противорѣчитъ современному научному представленію, слѣдуетъ ли Флетчера поправлять современнымъ представленіемъ, или это представленіе -- Флетчеромъ? Авторъ большею частью отвергаетъ въ такихъ случаяхъ показанія Флетчера, иногда рѣшается отвергнуть или дополнить существующіе взгляды; ноочень рѣдко ему приходитъ въ голову мысль, которая должна бы была быть руководящею и,-- если бы была усвоена авторомъ,-- предупредить самый выборъ темы. Дѣло въ томъ, что слишкомъ часто, къ сожалѣнію, наши познанія о XVI в. оказываются черезъ-чуръ еще слабыми для того, чтобъ съ увѣренностью принять и, тѣмъ болѣе, съ. рѣшительностью отвергнуть несогласное съ ними показаніе Флетчера. Вопросъ въ этихъ случаяхъ долженъ рѣшиться дальнѣйшимъ детальнымъ изученіемъ, матеріалъ для котораго не только не исчерпанъ, но даже, вопреки мнѣнію автора, часто и не собранъ доселѣ въ достаточномъ количествѣ. Другими словами, для критической оцѣнки показаній Флетчера еще не наступило время; мы имѣемъ здѣсь случай, наглядно опровергающій изслѣдовательскія традиціи школы и показывающій, что критическая оцѣнка источника, подобнаго Флетчеру, должна не предварять реальное изученіе, а быть выводомъ изъ него или, по крайней мѣрѣ, идти съ нимъ объ руку.

Урокъ, даваемый, такимъ образомъ, изслѣдованіемъ С. М. Середонина традиціямъ школы, тѣмъ болѣе поучителенъ, что, какъ видно изъ книги, въ данномъ случаѣ со стороны автора не было недостатка ни въ талантливости, ни въ добросовѣстности, ни въ рабочемъ усердіи. Изслѣдователь сдѣлалъ все, что могъ сдѣлать изъ своей темы; онъ собралъ наличный матеріалъ и наличную литературу по всѣмъ вопросамъ, затрогиваемымъ книгой Флетчера, сопоставилъ собранныя данныя съ показаніями Флетчера и, такимъ образомъ, приготовилъ необходимый матеріалъ для критическаго комментарія къ своему автору. Онъ пытался сдѣлать больше: онъ хотѣлъ произвести научную сортировку сообщеній Флетчера; но, по самому существу дѣла, выводы автора въ этомъ отношеніи представляются наименѣе удовлетворительными; и чѣмъ онъ строже относится къ показаніямъ Флетчера (наприм... въ отдѣлѣ о финансовомъ управленіи), тѣмъ произвольнѣе представляются его собственныя предположенія.

Въ частностяхъ найдется, конечно, въ работѣ С. М. Середонина. не мало вѣрныхъ и цѣнныхъ наблюденій; но нельзя не признаться, что количество такихъ наблюденій и степень ихъ значительности не соотвѣтствуютъ количеству затраченнаго труда. Не обвиняя въ этомъ автора, мы тѣмъ настойчивѣе подчеркиваемъ вину школы; остается пожелать только, чтобъ ошибка автора была послѣднею изъ тѣхъ ошибокъ и тѣхъ случаевъ непроизводительно затраченнаго труда, которые лежатъ на ея отвѣтственности.

Не можемъ не высказать по поводу разбираемаго изслѣдованія еще одного пожеланія. Всѣмъ извѣстна печальная случайность, изъявшая 45 лѣтъ тому назадъ Флетчера изъ ученаго оборота. Теперь, когда Флетчеръ удостоился спеціальной работы, въ которой пересказано и процитировано почти все его содержаніе, пора было бы снять цензурный запретъ, тяготѣющій до нынѣ надъ этимъ важнѣйшимъ источникомъ по исторіи XVI столѣтія.


"Русская Мысль", кн.II, 1892