# Положение статистики среди предметов агрономического образования

Александр Алексеевич Фортунатов

## Положеніе статистики среди предметовъ агрономическаго образованія *).


*) Вступительная лекція, прочитанная въ Ново-Александрійскомъ институтѣ 12 сентября 1894 года.


Предметомъ нашихъ занятій будетъ наблюдательное количественное массовое изслѣдованіе человѣческой общественной жизни и въ особенности хозяйственной дѣятельности человѣка. Нашъ предметъ -- будетъ ли онъ выдѣляемъ въ особую дисциплину, или остается разсѣяннымъ въ составѣ другихъ предметовъ -- является непремѣнною частью агрономическаго образованія. Агрономія не можетъ и не должна быть собраніемъ правилъ для практической хозяйственной дѣятельности. Ремесленное сельско-хозяйственное образованіе не должно быть именуемо агрономическимъ, и названіе агрономическаго образованія прилично только системѣ дѣйствительно научныхъ дисциплинъ, изслѣдующихъ законы явленій. Французскій національный агрономическій институтъ, учрежденіе котораго въ 1876 г. было однимъ изъ признаковъ поворота къ возобновленію самостоятельныхъ агрономическихъ школъ, имѣетъ, согласно первому параграфу устава, своимъ девизомъ "изученіе и преподаваніе наукъ въ ихъ отношеніи къ земледѣлію". Нормальная дѣятельность такъ называемыхъ высшихъ (правильнѣе, научныхъ) учебныхъ заведеній немыслима безъ этого ежедневнаго и постоянно процессирующаго, тѣсно сплетеннаго изученія и преподаванія наукъ. Всякій изъ насъ слыхалъ латинскую пословицу "docendo discimus" (уча учимся), и всякій преподаватель убѣждался въ ея справедливости; но далеко не такимъ распространеніемъ пользуется обратное предложеніе "discendo doesmus" (учась учимъ), между тѣмъ, оно глубоко вѣрно для отношенія преподавателей и студентовъ высшей школы, и, въ то же время, должно бы было распространиться на отношенія высшей школы, къ обществу. Главная задача научной школы -- упражненіе въ пріемахъ научнаго изслѣдованія -- одинаково является обязанностью для учащихъ и учащихся. Агрономическое образованіе стремится научить пониманію тѣхъ явленій, которыя происходятъ въ области сельскаго хозяйства, а это пониманіе не прочно безъ личнаго самостоятельнаго упражненія въ научномъ изслѣдованіи.

Разнообразныя науки, изучающія законосообразности во всѣхъ явленіяхъ, относящихся къ сельско-хозяйственной дѣятельности, какъ дѣйствительной, такъ и возможной, носятъ въ совокупности названіе агрономіи. Слово "агрономія" впервые вошло въ употребленіе во Франціи въ восьмидесятыхъ годахъ прошлаго столѣтія. Хотя еще Колумела отмѣчалъ полную возможность философскаго ознакомленія съ сельскимъ хозяйствомъ {"Sola res rustica, quae sine dubitatione proximo, et quasi consanguinea sapientiae sit tarn discentibus quam magistris eget", т.-е. "одно только сельское хозяйство, которое, безъ сомнѣнія, весьма близко къ философіи и какъ бы единокровно съ нею, чувствуетъ недостатокъ какъ въ учащихся, такъ и учителяхъ".}, но развитіе агрономической науки принадлежитъ почти цѣликомъ XIX вѣку.

Сельское хозяйство есть фактъ общественной жизни; вслѣдствіе этого, обществовѣдѣніе является однимъ изъ двухъ базисовъ агрономической науки. Въ настоящее время едва ли можно спорить противъ равноправности двухъ основъ, на которыя опирается агрономія,-- основы физической и соціальной. Естественныя науки, долго заслонявшія собою общественно-научную сторону агрономіи, сослужили и еще сослужатъ неизмѣримо важную службу въ дѣлѣ развитія сельско-хозяйственной науки. Онѣ не только непосредственно питаютъ агрономію своими методами и богатымъ содержаніемъ, но и сами вліяютъ на общественные отдѣлы агрономіи, гдѣ столь плодотворнымъ оказывается наблюдательный методъ, поставленный и совершенствующійся именно въ естествознаніи. Но однимъ естествознаніемъ не исчерпывается содержаніе основъ агрономіи. Прежде сельско-хозяйственная наука отождествлялась съ изученіемъ физическихъ условій существованія сельско-хозяйственныхъ растеній и животныхъ; затѣмъ постепенно сталъ заявлять свои требованія человѣкъ -- тотъ субъектъ, который дѣлалъ и дѣлаетъ извѣстныя группы растеній и животныхъ сельско-хозяйственными. Въ своей книгѣ Наши степи прежде и теперь {Спб., 1892 г., стр. 121--127.} проф. B. В. Докучаевъ справедливо настаиваетъ на необходимости всесторонняго изслѣдованія непремѣнно во взаимной связи всѣхъ естественныхъ факторовъ хозяйства. Добавимъ, что такое же всестороннее изслѣдованіе и то же изслѣдованіе явленій во взаимной связи должно быть примѣнено къ изученію общественныхъ условій хозяйства и затѣмъ къ изученію соотношенія естественныхъ и общественныхъ условій. Въ той же книгѣ совершенно основательно указывается, что никакая агрономія не поможетъ нашей сельской промышленности, если сами хозяева не пожелаютъ понимать свои права и обязанности по отношенію къ землѣ. Такое же пониманіе правъ и обязанностей необходимо примѣнить къ человѣку, а это примѣненіе невозможно безъ ознакомленія съ общественно-научною стороной агрономіи. Устанавливая въ принципѣ положеніе о равноправности естествовѣдѣнія и обществовѣдѣнія, какъ двухъ основъ агрономіи, мы отнюдь не скрываемъ того, что общественно-научная основа, особенно въ Россіи, еще очень молода и по размѣрамъ своего развитія еще долго не сравняется съ агрономическимъ естествознаніемъ. Напомнимъ, что первая русская диссертація по общественно-научной сторонѣ агрономіи подверглась публичной защитѣ только въ февралѣ 1891 г.; она принадлежитъ перу профессора Ново-Александрійскаго института А. П. Скворцова {Вліяніе парового транспорта на сельское хозяйство. Варшава, 1890 г.}.

Нашъ предметъ по содержанію входитъ въ область обществовѣдѣнія, но методъ, которымъ мы будемъ пользоваться при изслѣдованіи общественной жизни человѣка, всецѣло примыкаетъ къ тѣмъ методамъ, которыя употребляются естествовѣдѣніемъ, а именно наблюдательнымъ естествовѣдѣніемъ. Недавно пользовались распространеніемъ такія опредѣленія статистики, которыя придавали бы ей еще новое соприкосновеніе съ естествовѣдѣніемъ по содержанію; въ статистику прямо включалось (А. Вагнеръ) изученіе нѣкоторыхъ сторонъ внѣшней природы; но если даже отказаться (какъ это теперь обыкновенно и дѣлается) отъ такого широкаго толкованія понятія о нашемъ предметѣ, нельзя забывать ни на минуту о тѣснѣйшей связи статистики съ естествознаніемъ. Не даромъ британская ассоціація наукъ съ самаго начала своего существованія отвела одну изъ своихъ шести секцій статистикѣ. У насъ въ Россіи статистика дождалась включенія въ составъ естественно-научныхъ съѣздовъ лишь съ IX съѣзда, происходившаго въ Москвѣ въ январѣ 1894 года. Какъ англійскіе, такъ и французскіе изслѣдователи нерѣдко относятъ статистику къ естественнымъ наукамъ. Спеціальный отдѣлъ нашего предмета, сельско-хозяйственная статистика, въ Парижскомъ національномъ агрономическомъ институтѣ является, подъ названіемъ сельско-хозяйственной географіи, одною изъ четырехъ составныхъ частей курса сравнительнаго земледѣлія; другія составныя части того же курса суть климатологія, геологія и исторія сельскаго хозяйства. Хотя естествознаніе, въ большинствѣ случаевъ, имѣетъ дѣло съ достовѣрными явленіями, а статистика изучаетъ явленія вѣроятныя, но надо помнить, что приблизительность не есть черта, принадлежащая исключительно изученію вѣроятныхъ явленій: и для достовѣрныхъ событій данныя, добытыя путемъ наблюденія, могутъ быть болѣе или менѣе приблизительными.

Прежде чѣмъ обратиться къ разсмотрѣнію той связи, которая замѣчается между статистикой, съ одной стороны, и различными отдѣлами естествознанія -- съ другой, отмѣтимъ отношеніе статистики къ двумъ формальнымъ предметамъ научной школы,-- предметамъ, которые сдѣлались давно достояніемъ такъ называемаго средняго образованія. Мы говоримъ о логикѣ и математикѣ. Логика, какъ ученіе объ основныхъ формахъ мышленія и познанія, не можетъ быть чужда ни одной области науки. Для статистики, какъ и для всякой другой науки, особенно важенъ тотъ отдѣлъ логики, который именуется "логикою наукъ", который разрабатывался Контомъ, Миллемъ, Джевонсомъ и другими. Въ ежедневной практикѣ обращенія со статистическимъ матеріаломъ не слѣдуетъ упускать изъ вида общихъ пріемовъ научной обработки матеріала, а основанія этихъ пріемовъ даются именно логикой. При всякомъ удобномъ случаѣ намъ полезно будетъ позадуматься надъ тѣмъ, что такое законъ, что такое причина, правильность, законосообразность явленія, какими методами изучается причинная зависимость явленій и какіе изъ этихъ методовъ приложимы при статистическомъ изученіи человѣческаго общества. Математика имѣетъ несомнѣнно важное значеніе для статистики, но значеніе это слишкомъ часто преувеличивается. Въ обыденномъ мышленіи понятіе о счисленіи, на которомъ покоится статистика, нерѣдко смѣшивается съ понятіемъ о вычисленіи, а это двѣ рѣзко различныя операціи. Счисленіе -- совершенно реальная и синтетическая операція, подобная другимъ количественнымъ операціямъ измѣренія и взвѣшиванія, нашедшимъ себѣ такое обширное примѣненіе въ современномъ естествознаніи. Вычисленіе -- аналитическая операція, развивающая лишь необходимыя слѣдствія изъ предположенныхъ понятій о величинахъ. Гаусгоферъ находитъ возможнымъ подчеркнуть рѣзкую противуположность статистики и математики; по мнѣнію его, статистикъ настолько же математикъ, какъ и любой кассиръ, бухгалтеръ или столяръ. Но вспомогательное значеніе математики для статистики не нуждается въ доказательствахъ: статистику ежедневно приходится заниматься подсчетомъ матеріала, и при этомъ подсчетѣ онъ, конечно, бываетъ признателенъ за всевозможныя техническія облегченія, предлагаемыя ариѳметикой. Геометрическія дисциплины представляютъ интересъ для построенія графическихъ изображеній въ статистикѣ, а эти изображенія служатъ для насъ не только пособіемъ для изложенія результатовъ, но иногда и средствомъ открытія новыхъ законосообразностей. Во особенно важную, хотя, все-таки, формальную связь имѣетъ статистика съ тѣмъ отдѣломъ математики, который носитъ названіе теоріи вѣроятностей. Только знакомство съ нѣкоторыми положеніями теоріи вѣроятностей даетъ статистику опору въ самой важной операціи -- въ научной обработкѣ матеріала. Но, пользуясь неоцѣненными контрольными услугами математики по отношенію къ изученію общественныхъ явленій, статистикъ ни на минуту не долженъ забывать своеобразной физіономіи этихъ явленій: онъ не можетъ разсматривать ихъ, какъ отвлеченныя величины, и не можетъ надѣяться, чтобы ряды количественныхъ измѣненій въ общественной жизни, хотя бы ясно обнаруживающихъ причинную связь, совершенно совпадали между собою.

Изъ наблюдательныхъ наукъ существуетъ одна, обыкновенно непосредственно не входящая въ курсъ агрономическаго образованія (иногда сближающая съ нимъ при помощи геодезіи), но связанная съ образованіемъ статистическимъ. Мы говоримъ объ астрономіи. Ни въ одной дисциплинѣ такъ тщательно не разработана критика наблюденій, какъ въ астрономіи, ни одна дисциплина не сдѣлала болѣе важныхъ услугъ въ разработкѣ опредѣленія погрѣшностей наблюденія. Едва ли можно считать случайностью то обстоятельство, что одинъ изъ крупнѣйшихъ представителей статистики Кетлэ былъ астрономомъ. Помимо громаднаго значенія для критики наблюденій астрономія связана съ ними и своею географическою стороной: чтеніе картограммъ облегчается упражненіями въ чтеніи картъ неба и самоге звѣзднаго неба въ его разнообразнѣйшихъ условныхъ комбинаціяхъ созвѣздій. Вѣтвь астрономіи, геодезія, включаемая обыкновенно въ программы агрономическихъ школъ, даетъ нашему предмету одно изъ прочнѣйшихъ основаній; безъ точнаго измѣренія поверхности невозможны никакія редукціи на единицу площади, а эти редукціи представляютъ одно изъ могущественнѣйшихъ орудій сравненія въ статистикѣ не только хозяйственной, но и въ демографической. Много недоразумѣній проистекаетъ отъ непривычки мыслить въ связи съ точнымъ пространственнымъ ограниченіемъ предметовъ нашего мышленія. "У насъ, въ нашей мѣстности, хозяйничаютъ такъ-то",-- слышимъ мы на каждомъ шагу, а попробуйте разузнать, что это такое "наша мѣстность", и вы обыкновенно встрѣтитесь съ непреодолимыми затрудненіями и, въ громадномъ большинствѣ случаевъ, найдете, что говорящіе не въ состояніи локализовать свое знаніе подобно тому, какъ ребенокъ не въ состояніи локализовать свое ощущеніе боли. Статистикѣ нужны территоріальныя единицы по возможности мелкія, съ точно обозначенными границами и съ точнымъ указаніемъ величины или, по крайней мѣрѣ, съ точнымъ знаніемъ погрѣшностей въ суммарномъ опредѣленіи этой величины. Здѣсь появляется на помощь геодезія съ своими непосредственными и косвенными (планиметрическими) опредѣленіями поверхности. Геодезическое опредѣленіе площади представляетъ для насъ предѣльный идеалъ, и статистикъ не можетъ скрыть своего удовольствія, если замѣчаетъ, что съ теченіемъ времени мы приближаемся къ осуществленію этого идеала. Напримѣръ, площадь Ново-Александрійскаго уѣзда, по планиметрическому опредѣленію генерала Стрѣльбицкаго, составляетъ болѣе 155 тысячъ десятинъ; обслѣдованіе поземельной собственности въ 1877 году дало въ итогѣ только съ небольшимъ 143 тысячи, повтореніе того же обслѣдованія совмѣстно съ регистраціею угодій и культуръ въ 1887 году показало уже слишкомъ 150 тысячъ, наконецъ, регистрація территоріи и населенія, исполненная Варшавскимъ комитетомъ къ 1893 году, дала уже 151 тысячу десятинъ.

Переходя къ естественнымъ наукамъ, вспомнимъ, что не только біологическія науки, но и физика, и химія имѣютъ свои наблюдательные отдѣлы на ряду съ отдѣлами экспериментальными и отдѣлами умозрительными. Аналогія между нашимъ предметомъ и различными частями естествознанія можетъ быть проведена гораздо дальше, чѣмъ это кажется съ перваго взгляда. И въ физикѣ, и въ химіи мы встрѣчаемъ не только наблюдательное изслѣдованіе дѣйствительности вообще, но и количественное наблюденіе въ частности. Счисленіе, измѣреніе и взвѣшиваніе искони считались видными орудіями человѣческой мысли, изслѣдующей природу, какъ о томъ свидѣтельствуютъ и библейскія книги, и произведенія греческой философіи; съ тѣми же счисленіемъ, измѣреніемъ и взвѣшиваніемъ придется имѣть дѣло и намъ, и придется вспоминать о пріемахъ и. условіяхъ количественнаго анализа въ физикѣ и химіи. Количественный химическій анализъ можетъ быть серьезною школой для количественныхъ соціологическихъ наблюденій. Хотя химическое наблюденіе однопредметно, а статистическое по необходимости множественно, но химическій анализъ пріучаетъ къ точному измѣренію погрѣшностей наблюденій, а это весьма важно въ статистикѣ, которой часто приходится имѣть дѣло съ неизбѣжными погрѣшностями. А тотъ прикладной отдѣлъ физики, который изучаетъ явленія погоды (метеорологія), не можетъ довольствоваться однопредметнымъ наблюденіемъ и подобно нашему предмету требуетъ наблюденій массовыхъ. Зависитъ это отъ того, что метеорологія, также какъ и наблюдательное обществовѣдѣніе (и въ противуположность различнымъ умозрительнымъ отдѣламъ обществовѣдѣнія) имѣетъ дѣло съ явленіями нетипическими, т.-е. съ такими, которыя зависятъ не отъ однѣхъ только постоянныхъ причинъ, но, кромѣ постоянныхъ, также и отъ перемѣнныхъ. Законъ большихъ чиселъ имѣетъ въ метеорологіи такое же значеніе, какъ и въ любомъ отдѣлѣ статистики. Метеорологическая критика наблюденій, далеко менѣе совершенная, чѣмъ астрономическая, тѣснѣе связана съ ними, такъ какъ примѣняется къ наблюденіямъ массовымъ. Помимо близкой связи по методу, метеорологія имѣетъ близкое отношеніе къ статистикѣ и по содержанію. Какъ естественныя явленія человѣческой жизни (рожденіе, смерть), такъ и явленія хозяйственной дѣятельности подчинены вліянію климата, а потому климатологія представляетъ выдающійся интересъ для статистики. Безъ помощи климатологіи намъ трудно было бы давать объясненіе многимъ количественнымъ отношеніямъ, которыя получаются, какъ результатъ регистраціи хозяйственной дѣйствительноси. Къ климатологіи, между прочимъ, придется обратиться для объясненія громадной распашки земель въ Царствѣ Польскомъ (53,2%), превышающей распашку русскаго чернозема, взятаго въ совокупности.

Почво вѣдѣніе весьма важный базисъ всякаго мѣстнаго сельско-хозяйственнаго знанія. Распредѣленіе почвъ связано съ разнообразнѣйшими явленіями хозяйственной жизни. Къ почвенной картѣ приходится намъ прибѣгать, какъ это было, напримѣръ, въ 1891 г., для объясненія причинъ пестроты урожая; изученіе распространенія отдѣльныхъ культуръ, напримѣръ, относительно высокая роль, занимаемая гречихою въ полевой культурѣ Ново-Александрійскаго уѣзда (изъ 84 уѣздовъ Царства Польскаго только два оказываются ржано-овсяно-гречишными), требуетъ знакомства съ отношеніями культурныхъ растеній къ почвамъ. Ново-Александрійскому институту посчастливилось получить первую въ Россіи отдѣльную каѳедру почвовѣдѣнія. Почвовѣдѣніе, подобно климатологіи, можетъ увеличить свое соприкосновеніе съ техническими предметами при помощи статистики. Климатъ и почва должны быть объектами агрономическаго изученія не только съ точки зрѣнія потребностей сельско-хозяйственныхъ растеній, но и съ точки зрѣнія потребностей самого хозяйствующаго человѣка. Жизнь и здоровье хозяйствующаго человѣка, доступныя въ массахъ статистическому наблюденію, находятся въ зависимости отъ особенностей климата и почвы. Здѣсь агрономическія дисциплины подаютъ руку и санитарнымъ дисциплинамъ.

Метеорологія, минералогія, геологія, ботаника, зоологія, антропологія, этнографія тѣсно сплетаются съ хозяйственною статистикой своими географическими отдѣлами. Извѣстно, что въ настоящее время всѣ географическіе отдѣлы естествознанія стремятся соединиться подъ общимъ покровомъ географіи. Статистика же настолько тѣсно примыкаетъ къ географіи, что нерѣдко эти оба предмета отождествляются или же считаются относящимися другъ къ другу, какъ часть къ цѣлому; при этомъ одни считаютъ географію частью статистики, другіе,-- что, по нашему мнѣнію, правильнѣе,-- признаютъ, напротивъ, статистику частью географіи, понимаемою въ обширномъ смыслѣ слова. Гаттереръ говоритъ, что земля и народъ, отдѣльно взятые, не имѣютъ въ себѣ ничего статистическаго; они разсматриваются отдѣльно въ географіи и въ этнографіи; но вмѣстѣ взятыя отношенія мѣстности къ человѣку и народу изучаются въ статистикѣ. Этнографія и антропологія оказываютъ весьма существенную помощь тому отдѣлу статистики, который всего раньше и глубже подвергся научной обработкѣ, т.-е. демографіи (или популяціонистикѣ), ученію о населеніи. Связь наблюдательнаго обществовѣдѣнія съ антропологіей и физіологіей должна укрѣпиться еще болѣе тогда, когда вниманіе экономистовъ и статистиковъ будетъ сильнѣе направлено на измѣреніе работы не съ помощью времени, а съ помощью энергіи; уже теперь такое измѣреніе рекомендуется въ экономическихъ трактатахъ, наприм., въ диссертаціи А. И. Скворцова. Отмѣтимъ кстати, что вопросъ объ измѣреніи работы уже не человѣка, а сельско-хозяйственныхъ животныхъ занялъ вниманіе и другого представителя спеціальныхъ знаній въ здѣшнемъ институтѣ, М. И. Придорогина, напечатавшаго въ 1890 г. статью о производствѣ работы {Журн. Вѣстникъ Русскаго Сельскаго Хозяйства.}. Это новая связь съ антропологическими дисциплинами, которыя въ настоящее время разрабатываются преимущественно медиками. Помимо того, что сама демографія въ настоящее время служитъ предметомъ занятій многихъ медиковъ, связь статистики съ научною медициной укрѣпляется общностью примѣненія опроса -- того, что медики называютъ examen subjectivum. На основаніи личнаго опыта могу удостовѣрить, что для статистическаго образованія существенную пользу оказываетъ знакомство съ такимъ examen subjectivum, какой, напримѣръ, примѣнялся въ преподаваніи покойнаго С. П. Боткина.

Мы говорили до сихъ поръ лишь объ одной страницѣ счета статистики съ естествознаніемъ вообще, съ агрономическимъ естествознаніемъ въ частности, о той страницѣ, которая можетъ быть названа страницею debet'а для счета статистики. Слѣдуетъ, по крайней мѣрѣ, упомянуть о существованіи противуположной страницѣ credit'а, гдѣ должно исчисляться все получаемое естествознаніемъ отъ статистики. Еще недавно нѣкоторые ученые, наприм., Габальо, утверждали, что физическая географія не можетъ пользоваться данными статистики; между тѣмъ, русская литература послѣднихъ лѣтъ опровергаетъ такое представленіе. И геологи, и ботаники, и зоологи начинаютъ справляться съ результатами массоваго опроса свѣдѣній, относящихся къ почвамъ, флорѣ и фаунѣ,-- свѣдѣній, давно накопившихся въ мѣстномъ знаніи, но выступающихъ въ связной формѣ лишь по примѣненіи статистической регистраціи.

Хотя, можетъ быть, правильнѣе было бы отъ естествознанія перейти къ общественно-научнымъ основаніямъ агрономіи, но такъ какъ ученіе о сельско-хозяйственной техникѣ въ его современномъ видѣ основывается почти всецѣло на естествознаніи, то мы теперь же коснемся техническихъ предметовъ агрономическаго образованія.

Статистика занимается изслѣдованіемъ дѣйствительности, и слово "дѣйствительность" сразу отдѣляетъ нашъ предметъ отъ области техническихъ знаній. Тотъ отдѣлъ нашего курса, гдѣ мы будемъ заниматься современными пріемами сельскаго хозяйства, при поверхностномъ знакомствѣ съ его содержаніемъ можетъ показаться цѣликомъ заимствованнымъ изъ предметовъ, излагающихъ основанія сельско-хозяйственной техники. Но внимательное разсужденіе покажетъ, что этому отдѣлу принадлежитъ полное право на самостоятельное существованіе и что описаніе техническихъ пріемовъ земледѣлія, практикуемыхъ въ настоящее время въ Россіи и другихъ государствахъ, можетъ принадлежать курсу сельско-хозяйственной статистики. Техническая агрономія знакомитъ съ научными основаніями наиболѣе совершенныхъ техническихъ пріемовъ. Тѣ пріемы, при помощи которыхъ достигаются наилучшіе техническіе результаты, заслуживаютъ наибольшаго вниманія со стороны технической агрономіи. Насъ же, главнымъ образомъ, будутъ занимать наичаще встрѣчающіеся техническіе пріемы (безъ отношенія къ тому, хороши они или дурны съ технической точки зрѣнія), ихъ географическое распространеніе, измѣненія во времени и тѣ ихъ стороны, которыя доступны количественному изученію. Задачи сельско-хозяйственной статистики, какъ предмета агрономическаго образованія,-- показать агроному, каковы дѣйствительныя условія сельскаго хозяйства въ странѣ, каковы наиболѣе распространенные пріемы веденія хозяйства и какіе дѣйствительные результаты достигаются при употребленіи этихъ пріемовъ. Знакомство съ техническою агрономіей позволяетъ агроному на каждомъ шагу при изученіи статистики сопоставлять техническіе идеалы и окружающую насъ дѣйствительность. Статистика является весьма важнымъ звеномъ между техническими знаніями и нуждами хозяйственной практики. Меліораціи, полевая культура, лѣсоводство, животноводство, устройство сельско-хозяйственныхъ заводовъ, возведеніе сельскихъ построекъ нуждаются для своего примѣненія къ удовлетворенію мѣстныхъ нуждъ въ справкахъ съ матеріалами статистики. Помимо этого справочнаго значенія, многіе научные вопросы, разрѣшаемые въ технической агрономіи съ помощью умозрѣнія или эксперимента, допускаютъ также рѣшенія съ помощью статистическаго метода, метода массовыхъ наблюденій.

Послѣ экскурсіи въ области естествознанія и техники намъ предстоитъ хотя бы вкратцѣ отмѣтить отношеніе статистики къ другимъ предметамъ обществовѣдѣнія. Наблюдательное обществовѣдѣніе исчерпывается двумя тѣсно сплетенными предметами: статистикою и исторіей. Подобно статистикѣ, хозяйственная исторія разсѣяла свои элементы по разнообразнѣйшимъ дисциплинамъ агрономическаго образованія {Какъ отдѣльный предметъ, исторія сельскаго хозяйства читается въ Россіи въ Ригѣ.}. Къ сожалѣнію, въ настоящее время тѣсная связь статистики и исторіи пользуется у насъ меньшимъ признаніемъ, чѣмъ прежде. До 1863 г. статистика въ русскихъ университетахъ причислялась къ предметамъ историческимъ, какъ это и сейчасъ имѣетъ мѣсто въ нѣкоторыхъ университетахъ Германіи и до недавняго времени продолжалось въ Юрьевскомъ университетѣ. Исторія количественныхъ отношеній общественной жизни свободно можетъ входить въ составъ статистики. Безъ пособія исторіи намъ трудно будетъ объяснять многіе факты и явленія современной жизни, наприм., высокую плотность населенія въ Царствѣ Польскомъ, высокій процентъ городского населенія (вдвое большій, чѣмъ въ 50 губерніяхъ), значительную убыль дворянскаго землевладѣнія въ послѣднее десятилѣтіе. Какъ ни далеко мы, повидимому, стоимъ въ стѣнахъ агрономической школы отъ филологическаго образованія, намъ для наблюденій надъ дѣйствительною хозяйственною жизнью пригодится и помощь языковѣдѣнія, которое должно насъ знакомить съ хозяйственною терминологіей мѣстныхъ языковъ и нарѣчій, которыхъ такъ много въ нашемъ обширномъ отечествѣ.

Правовѣдѣніе соприкасается съ статистикою многими своими частями, что и послужило, конечно, причиной преобладающаго теперь въ университетахъ отнесенія статистики къ предметамъ юридическаго факультета. И право въ тѣсномъ смыслѣ слова (т.-е. уголовное и гражданское право), и такъ называемое государствовѣдѣніе, т.-е. государственное, финансовое и полицейское право, даютъ матеріалъ для статистики и сами въ свою очередь пользуются ея услугами. Устройство практической статистики, т.-е. государственныхъ и общественныхъ учрежденій, собирающихъ статистическіе матеріалы, входитъ въ область полицейскаго права или ученія объ управленіи. Помимо связи съ общимъ правовѣдѣніемъ, въ агрономическомъ образованіи устанавливается спеціальная связь между сельскохозяйственною статистикой и сельско-хозяйственнымъ законовѣдѣніемъ.

Намъ осталось упомянуть объ отношеніяхъ статистики къ ея сестрѣ -- экономіи. Статистика и политическая экономія издавна находятся между собою въ союзѣ, который по отношенію къ преподаванію является, къ сожалѣнію, нерѣдко принудительнымъ союзомъ. При соединеніи преподаванія въ одномъ лицѣ, большею частью страдала и страдаетъ статистика, что согласуется съ ходячими воззрѣніями на соотношеніе обѣихъ дисциплинъ {Напомнимъ, что въ 30-хъ годахъ Харьковскій университетъ отклонилъ докторскую диссертацію И. И. Срезневскаго на томъ основаніи, что въ ней за статистикою признавалось больше правъ на названіе науки, чѣмъ за политическою экономіей.}.

Реформированный Ново-Александрійскій институтъ представляетъ рѣдкій примѣръ отдѣльнаго преподаванія статистики и политической экономіи. Политическая экономія нуждается въ статистикѣ, какъ въ провѣркѣ полученныхъ уже ею умозрительныхъ выводовъ и какъ въ исходномъ пунктѣ для новыхъ умозрѣній. Почти таково же и обратное отношеніе, т.-е. значеніе экономіи для статистики. Всѣ вопросы, волновавшіе экономическую мысль въ какое бы то ни было время, заслуживаютъ вниманія статистики, хотя лишь ничтожное меньшинство этихъ вопросовъ можетъ при нашихъ современныхъ средствахъ рѣшаться съ помощью статистическаго метода. Что касается собственно сельско-хозяйственной статистики, то, какъ намъ представляется, преимущественно примѣненіе наблюдательнаго метода отграничиваетъ насъ отъ нашихъ ближайшихъ сосѣдей -- сельско-хозяйственной экономіи и сельско-хозяйственнаго законовѣдѣнія. Всѣ три дисциплины, собираемыя иногда подъ общимъ именемъ сельско-хозяйственной экономіи, имѣютъ общій объектъ, сельское хозяйство во всей его совокупности, но подходятъ къ нему съ разныхъ точекъ зрѣнія. Сельско-хозяйственная экономія (въ собственномъ смыслѣ слова) изыскиваетъ способы полученія возможно большаго постояннаго дохода и, исходя изъ основныхъ свойствъ человѣческой природы, строитъ тѣ формы, въ которыхъ должно организоваться хозяйство. Законовѣдѣніе, исходя изъ созданныхъ человѣкомъ нормъ, указываетъ тѣ хозяйственныя формы, которыя вызываются или только требуются правовыми отношеніями (писаннымъ и обычнымъ законодательствомъ). Наконецъ, статистика, имѣя базисомъ дѣйствительную хозяйственную жизнь въ прошломъ и настоящемъ, изучаетъ дѣйствительное положеніе сельскаго хозяйства, являющееся слѣдствіемъ совокупнаго вліянія естественныхъ и общественныхъ условій страны. Прикладные отдѣлы сельско-хозяйственной экономіи -- ученіе о таксаціи и объ организаціи хозяйствъ -- будутъ давать интереснѣйшіе мотивы для нашихъ практическихъ упражненій въ сельско-хозяйственной статистикѣ. Статистическое рѣшеніе этихъ таксаціонныхъ и организаціонныхъ задачъ является хорошею школой для будущаго пріурочиванія агрономической науки къ нуждамъ мѣстной сельско-хозяйственной жизни.

Мы окинули бѣглымъ взглядомъ отношеніе статистики къ различнымъ отраслямъ человѣческаго знанія, преимущественно къ тѣмъ отраслямъ, изъ которыхъ должна составляться сложная агрономическая наука. Позволительно надѣяться, что послѣдующія занятія достаточно убѣдятъ васъ въ томъ, что у статистика много своей собственной спеціальной работы, которая не дѣлается другими дисциплинами и которая съ перваго взгляда можетъ показаться скучною, ко, какъ и всякая научная работа, вознаграждается громадными наслажденіями. И статистика, чего мы уже нѣсколько коснулись, выигрываетъ, подчиняясь столь выгодному для научной работы правилу раздѣленія труда. Но сегодня нашею задачей было привлечь вниманіе не къ раздѣленію, а къ соединенію научнаго труда. Соединеніе труда особенно важно для такихъ молодыхъ дисциплинъ, какъ агрономія. Намъ кажется, что статистика можетъ существенно помочь цементированію многочисленныхъ элементовъ агрономіи. Смѣло идя на встрѣчу упрекамъ въ диллетантизмѣ, въ поверхностной погонѣ за недостижимымъ многознаніемъ, сторонники соединенія труда въ стѣнахъ научной школы до гроба не перестанутъ вѣрить въ существованіе единой науки, хотя и облекающейся въ разнообразныя формы, примѣненныя къ спеціальнымъ видамъ человѣческаго мышленія, и, все-таки, по существу единой и нераздѣльной.


А. Фортунатовъ


"Русская Мысль", кн.IV, 1895