# Рассуждение о Важности Греческого Языка, читанное ... Игнатием Коссовичем...

Алексей Дмитриевич Галахов

Разсужденіе о Важности Греческаго Языка, читанное въ торжественномъ собраніи Московской 1-й Гимназіи, старшимъ учителемъ, магистромъ Игнатіемъ Коссовичемъ. Москва. Въ университетской тип. 1846. Въ 4-ю д. л. 14 стр.

Если бы можно было счесть, сколько рѣчей и разсужденій написано о пользѣ, важности, необходимости греческаго языка (о латинскомъ ужь и говорить нечего), то каждый пришелъ бы въ удивленіе, отъ-чего мы до-сихъ-поръ не всѣ знаемъ греческій языкъ, отъ-чего не изъясняемся на немъ такъ же свободно, какъ на отечественномъ, и какимъ образомъ обходимся безъ необходимаго языка. Принимая въ соображеніе количество доказательствъ, которыя всѣ почти казались неоспоримыми тому, кто доказывалъ, мы приходимъ къ слѣдующимъ двумъ положеніямъ: или эти доказательства не убѣдительны, или самый предметъ не можетъ доказаться.

Говоря о пользѣ ученія, надобно различать двѣ его цѣли; житейскую и чисто-ученую, кабинетную.

Житейская польза ученія такъ иногда очевидна, что нѣтъ ни малѣйшей надобности объяснять ее ученику. Смѣшно, на-примѣръ, доказывать ему пользу новѣйшихъ языковъ, когда онъ безпрерывно видитъ ихъ употребленіе. Онъ слышитъ, какъ въ свѣтѣ говорятъ по-французски или по-нѣмецки, весьма-легко обходясь безъ необходимаго греческаго; гувернёромъ у него французъ или Нѣмецъ, а не Грекъ; его-самого наказываютъ за то, что онъ лѣпится говорить по-французски или по-нѣмецки; во время своихъ прогулокъ по городу, онъ видитъ французскія и нѣмецкія вывѣски, видитъ французскій театръ и нѣмецкую оперу. При такомъ повсемѣстномъ употребленіи французскаго и нѣмецкаго языковъ, учащійся не найдетъ страннымъ, если учитель произнесетъ рѣчь о пользѣ ихъ изученія: слова оратора не будутъ противорѣчить тому, что онъ встрѣчаетъ въ жизни. А такъ-какъ безъ жизни очень-трудно и обходиться живому человѣку, то умное дитя съ удовольствіемъ начнетъ заниматься французскимъ и нѣмецкимъ языками.

Что жь въ греческомъ языкѣ полезнаго для жизни практической? гдѣ его приложенія въ дѣйствительномъ, некабинетномъ быту? Случится поѣхать въ Грецію? но такія путешествія очень-рѣдки, да и въ этомъ путешествіи, если бъ оно въ-самомъ-дѣлѣ состоялось, гораздо-труднѣе обойдтись безъ нѣмецкаго и французскаго языковъ и всего легче обойдтись безъ греческаго. Перебираю всѣ аргументы г. Коссовича -- и не вижу ни одного, который указывалъ бы на прямую пользу древняго языка, на его приложеніе къ жизни, общей всѣмъ намъ, на тѣ случаи въ общественномъ быту, которые встрѣчаются съ нами каждый день и, слѣдовательно, имѣютъ почти обязательство закона, требованіе необходимости. Авторъ говоритъ: "Квинтиліанъ предложилъ родителямъ и наставникамъ римскаго юношества начинать ученіе съ греческаго языка". Но мы не Римляне, и Квинтиліанъ намъ не указъ. Мало ли что было у Римлянъ, и мало ли что говоритъ Квинтиліанъ! "На греческомъ языкѣ излились божественныя истины Евангелія". Но для приложенія истинъ евангельскихъ къ жизни, для того, чтобъ сдѣлаться дѣйствительнымъ, истиннымъ христіаниномъ, нѣтъ надобности читать Евангеліе на греческомъ языкѣ; довольно перевода его на русскій, довольно того, чѣмъ мы пользовались и пользуемся. "Языкъ ни какого народа не существовалъ съ такою славою, и столь долго, какъ языкъ греческій". Мы почитаемъ его, во, кажется, нѣтъ настоятельной надобности простирать уваженіе къ славѣ языка до обязанности изучать его. "Новѣйшіе народы Европы не менѣе обязаны Грекамъ и своими искусствами и своими образцовыми сочиненіями". Что жь? развѣ намъ учиться греческому языку въ знакъ благодарности за то, что онъ доставилъ новѣйшимъ народамъ Европы?

Нѣтъ! зачѣмъ навязывать предмету необходимость и важность, которыхъ нѣтъ въ немъ? Всего слабѣе тѣ доказательства, противъ которыхъ вооружается сама дѣйствительность. Ученикъ тотчасъ замѣтитъ противорѣчіе между рѣчью и жизнью, и тогда рѣчь потеряетъ всякое для него значеніе, потому-что значеніе жизни непобѣдимо. Да и самъ авторъ, пересмотрѣвъ обстоятельства своей жизни, увидитъ ясно, что греческимъ языкомъ занимался и занимается онъ, безъ-сомнѣнія, ex officio, тогда-какъ другими предметами и языками занимается по необходимому ихъ приложенію къ жизни.

Другое дѣло -- ученая, кабинетная цѣль изученія греческаго языка. Но и здѣсь надобно осмотрительно восхвалять пользу его, важность и необходимость, чтобъ слова оратора не противорѣчили той пользѣ и важности, которыхъ мы въ-правѣ требовать отъ другихъ наукъ и языковъ, изучаемыхъ тоже съ ученою цѣлью. Г. Коссовичъ говоритъ:" не только исторія, поэзія, философія, но и всѣ прочія отрасли человѣческихъ познаній возросли и созрѣли въ древней Элладѣ". Что жь отсюда слѣдуетъ?-- что не только исторію, поэзію и философію, но и всѣ прочія отрасли человѣческихъ познаній надобно изучать въ греческихъ источникахъ? что надобно читать въ подлинникѣ греческихъ историковъ, греческихъ поэтовъ, греческихъ-философовъ, греческихъ ораторовъ, греческихъ геометровъ, греческихъ медиковъ? Но мы спрашиваемъ каждаго: возможно ли это? достанетъ ли на это времени? не повредитъ ли такое изученіе греческаго языка изученію другихъ предметовъ, польза которыхъ ближе, ощутительнѣе, важнѣе? Оставимъ въ сторонѣ поэзію, которая, по своимъ свойствамъ, имѣетъ особенныя требованія, и обратимся къ другимъ наукамъ. Много ли -- не только учителей или профессоровъ, но и знаменитыхъ ученыхъ, которые за познаніемъ своей науки обращались къ греческому языку? много ли ораторовъ, историковъ, медиковъ, геометровъ, читавшихъ въ подлинникѣ Геродота и Ѳукидида, Галена и Гиппократа, Эвклида, Демосеепа? Слѣдовательно, вмѣнять въ обязанность изученіе греческаго языка съ тою цѣлію, чтобъ всѣ отрасли человѣческихъ знаній, -- по-крайней-мѣрѣ въ той степени, въ какой онѣ были выработаны Греками, -- изучать въ подлинникѣ, значитъ готовить своему ученику какое-то слишкомъ-спеціальное, исключительное положеніе, годное только для одного изъ ста тысячь. Слушатель рѣчи тотчасъ увидитъ, что это такая лотерея, въ которой выигрышъ почти-невозможенъ, и что всего приличнѣе и ближе при изученіи наукъ обращаться къ языкамъ нѣмецкому, французскому, англійскому и -- въ случаѣ рѣдкой надобности -- къ латинскому.

Остаются поэтическія произведенія, которыя не могутъ быть переданы со всѣмъ изяществомъ на чуждый языкъ. Кто хочетъ наслаждаться всею прелестью греческихъ лириковъ, эпиковъ и драматурговъ, тотъ, конечно, обязанъ читать ихъ въ подлинникѣ. Жаль только, что средство для этого несомнѣнно-высокаго наслажденія, также несомнѣнно-высоко. Авторъ справедливо говоритъ, что "гораздо-вкуснѣе пить свѣжую воду изъ хрустальнаго ключа, чѣмъ принесенную издалека и потерявшую животворную прохладу, хотя бы даже и въ золотой чашѣ", но мы, пользуясь его же орудіемъ, сравненіемъ, можемъ съ такою же справедливостію сказать, что иногда гораздо-убыточнѣе идти къ свѣжему, хрустальному ключу, нежели пить воду изъ сосуда. Русская пословица говоритъ тоже: "за моремъ телушки по полушкѣ, да рубль перевозъ"...


"Отечественныя Записки", No 1, 1847