# Трезвенники

Ярослав Гашек

Sylvestr abstinentů.

Гашек Я. И.

Рассказы и фельетоны. Уфа: Башкирское книжное издательство, 1983.-- (Серия: "Золотые родники").


## ТРЕЗВЕННИКИ


Не знаю, как случилось, что председатель общества трезвости Ворачек, его заместитель Бек и секретарь Машек постановили также праздновать новый год, но, конечно, способом, соответветствующим интересам и задачам общества трезвости. Впоследствии говорили, что правление вынуждено было выйти на улицу и активно проповедывать идею борьбы с алкоголиками под прямым давлением членов общества.

В данное время члены общества это отрицают, но в протоколе, составленном полицией на указанных трех трезвенников, значится, что, преследуя единственную цель -- проповедывать чистые антиалкогольные идеи, они вышли вечером, чтобы провести всю новогоднюю ночь, как апостолы, в борьбе с величайшим в мире злом -- пьянством. Когда они вышли на улицу, председатель Ворачек спросил стоявшего на углу постового, не может ли он сообщить, где они могут найти сейчас больше всего пьяных. Это было в шесть часов вечера. Полицейский посмотрел на него и сказал:

-- Неужели вам не стыдно глотать водку с раннего утра?!

-- Но позвольте...

-- Ничего я вам не позволю. Еще одно слово -- и я вас заберу в участок.

-- Ну, тогда спасибо.

-- Глядите, говорю вам!-- предупредил полицейский.

Трезвенники печально отправились дальше и на углу Житной улицы заметили двух мужчин, которые, бормоча что-то себе под нос, шли по направлению к городу. Секретарю пришла мысль, что эти два человека наверняка идут куда-нибудь в притон, и он предложил отправиться за ними.

Долго преследовать их не пришлось. Те заметили их и бросились бежать, бросив какой-то сверток.

Покачивая головой, заместитель председателя Бек развернул сверток и увидел в нем две пары ботинок. Тем временем вокруг них собралось много народа, и какой-то коренастый человек взял одной рукой Бека за рукав, а другой махал перед его лицом и кричал, что он его знает, что у него так много ботинок, что он их выбрасывает, а другим беднякам приходится ходить босыми в зимнее время...

Затем секретарь Машек услышал выкрик: "Дай ему хорошенько!", послуживший сигналом к всеобщей атаке на трех апостолов, вынужденных отступить к одному большому дому и спасаться в каком-то магазине, собственник которого, впустив их, плотно закрыл за ними дверь. На всякий случай торговец спросил, что им угодно и не желают ли они обождать, пока полицейский не разгонит толпу, кричавшую у дверей магазина. Они осмотрелись вокруг и, к своему ужасу, увидели, что на маленьких бочонках красуются надписи: "Житная с ромом", "Водка -- первый сорт", "Водка -- второй сорт", "Ямайский ром". Такие надписи окружали их со всех сторон.

-- Дайте нам что-нибудь без алкоголя,-- сказал Машек.

-- За пять или за десять?-- хитро улыбаясь, спросил содержатель винной лавки.

-- За десять.

Он налил всем по стакану. Они выпили сразу, и Ворачек первый усомнился в том, что в напитке не было алкоголя.

-- Ну, какой там алкоголь, настоящая старая польская "контушевка"!

-- Но позвольте, ведь мы вас просили без алкоголя.

-- Полно болтать! Сами целый день шляются по кабакам и напились до того, что за ними ходит толпа народа. Да и сейчас вы, должно быть, хотите учинить какой-нибудь скандал. Хорошо же вы начинаете новый год! Пошли вон отсюда!

И торговец грубо вытолкнул их на улицу, где к тому времени толпа уже разошлась.

Председатель общества трезвости, осматривая один кабачок, услышал, как проходившие мимо него господин с дамой разговаривали:

-- Посмотри, Анна, вот этот пьяный -- Ворачек, из первого отделения нашего банка. Раньше он был порядочным человеком, а теперь, ты видишь, совсем спился...

-- Простите, господин директор,-- подойдя к ним, испуганно заговорил Ворачек,-- простите, вы ошибаетесь: мы, наоборот, проповедуем идеи трезвости, особенно сегодня, когда человечество совершенно неправильно встречает новый год, полагая...

Полицейский, ранее разгонявший толпу людей перед винной лавкой, подошел к Ворачеку и строго сказал ему:

-- Я уже долго наблюдаю за вами и последний раз прошу вас ни к кому не приставать, иначе я вас за пьянство отправлю в участок.

Как мокрые курицы, не говоря ни слова, три приятеля отошли от полицейского. Ворачек возбужденно рассказывал им, что произошла большая ошибка. Директор сказал о нем полицейскому: "Да, он здорово нализался".

Так шли они по улице, и, очевидно, польская "контушевка" сильно ударила им в голову. Перебивая друг друга, они рассказывали о юридических ошибках и убийствах, пока не услышали за углом, в ресторане, игру на гармонике.

-- Ага, вот где гнездо разврата, которое мы ищем,-- сказал секретарь.-- Пойдемте и расскажем им, как они постепенно превращаются в диких животных!

Они вошли в помещение, попросили бутылку содовой и стали осматриваться. Две подозрительного вида женщины сидели на коленях у двух парней, о которых вся пивная орала хором: "Ходят там фрайеры чесаные..."

Когда публика кончила петь, Машек влез на стул и твердым голосом, подкрепленным польской "контушевкой", сказал:

-- Будьте любезны, разрешите сказать вам, что вы, собственно говоря, звери.

В сущности говоря, это была правда, так как, если бы эти трезвенники оказались брошенными на съедение льва в римском цирке, то и тогда они чувствовали бы себя лучше, чем здесь.

Через минуту они уже бежали по улице в самом жалком виде: без шляп, оборванные, словно после борьбы с медведем, и с опухшими лицами.

Чтобы передохнуть и привести себя в порядок, они забежали в одну пивную. В этой пивной они встретились с такой же публикой и, боясь расправы, на вопрос, что им угодно, скромно ответили: "Хотя бы пива".

Половой, крепкий мускулистый парень, долго советовался с содержателем пивной. Затем подошел к их столу и сказал, что он им ничего не может подать, так как лицам в пьяном виде ничего не подается.

-- Это большая ошибка,-- вежливо сказал Машек,-- мы как раз всюду проповедуем воздержание от пьянства, особенно сегодня, когда человечество...

Однако договорить ему не удалось. Содержатель пивной взял его за шиворот и потащил к дверям.

-- Берите свои ноги на плечи и убирайтесь подобру-поздорову. Подрывать мне торговлю я не позволю.

Когда Машек вернулся за Беком и Ворачеком, то последних уже не было в пивной. Он нашел их в кухне, где Ворачек, подымая руки вверх, кричал: "Это юридическая ошибка!"

Но, безусловно, им не следовало в таком состоянии идти в префектуру и там, перебивая друг друга, с опухшими лицами, без воротничков и галстуков, в разорванных костюмах и пальто, доказывать инспектору, что их целью является проповедь идеи трезвости, что они -- апостолы новой культуры и прочее, и прочее.

Инспектор сказал дежурившему полицейскому:

-- Посади их всех в карцер, пусть проспятся.

Двери одиночки открылись и опять закрылись.

Так была окончена великая трагедия проповедников. Утром на другой день было весьма забавно наблюдать, как проснувшийся Ворачек гонялся по стене за клопами. Затем он достал карандаш и написал на стене изречение: "Нет пророка в своем отечестве".

Он оказался прав. В довершение всего все трое получили через неделю письма от общества трезвости, в которых им кратко сообщалось, что все они за нарушение устава исключаются навсегда из состава членов общества, так как в уставе ничего не упоминается о польской "контушевке", драках и нарах в участке.


## ПРИМЕЧАНИЯ


"Как я спас утопающего" и следующие рассказы: "Как пан Караус начал пить", "Трезвенники", "Исповедь старого холостяка", "Счастливый очаг" публикуются по тексту "Новеллы", Псковское областное газетно-книжное издательство, 1950. Переводчики данных рассказов не указаны.


-----


Первая публикация "Kopřivy" No 6, от 15 января 1914 г.