# С. А. Гедеонов: биографическая справка

Степан Александрович Гедеонов

## I.


## Гедеонов, Степан Александрович


-- сын А. М. Гедеонова, директор Эрмитажа и Императорских театров (1816-1877). В 1850 г. назначен помощником заведующего археологической комиссией в Риме для изыскания и приобретения древностей и оставался в Риме в течение почти 13 лет. В 1861 г. назначен заведующим археологической комиссией и попечителем над находящимися в Риме пенсионерами императорской Академии художеств. За время службы в Риме при посредстве Г. приобретено немало художественных предметов и коллекций древнего искусства для Эрмитажа, директором которого он был назначен в 1863 г. В 1867 г. назначен также директором театров. Вначале он проявил немало благих намерений; но, встречая всюду противодействие своим начинаниям, мало-помалу совершенно охладел к делу и, находясь в частых заграничных отпусках, способствовал переходу власти по театральному управлению в руки управлявшего контролем министерства двора барона Кистера. В 1875 г. Гедеонов уволен от должности директора театров с оставлением директором императорского Эрмитажа. Гедеонов написал трагедию "Смерть Ляпунова", поставленную на сцене Александринского театра в конце 1845 г. и пользовавшуюся успехом на столичных и провинциальных сценах; он же указал сюжет и передал А. Н. Островскому план драмы "Василиса Мелентьева", поставленной в 1868 г., и написал программу оперы-балета "Княжна Млада", переработанную М. И. Петипа в балет "Млада", поставленный в СПб. в 1879 г., и Римским-Корсаковым -- в оперу-феерию "Млада", поставленную в 1892 г. Ему же принадлежит крупный труд "Варяги и Русь" (СПб., 1876); см. Варяжский вопрос.


Источник текста: Энциклопедический Словарь Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона.


## II.


Гедеонов, Степан Александрович, гофмейстер, тайный советник, директор Императорского Эрмитажа и Императорских театров, сын Александра Михайловича (см. выше). Родился в 1815 г. Одаренный светлым блестящим умом и редкой памятью, Г. был глубоко и всесторонне образованным человеком. С юных лет он любил искусство. В детстве Г. прошел через строгую классическую школу и в университете уже был известен как знаток древних языков. Он мог не только с легкостью переводить экспромтом с латинского языка на греческий, но даже, как гласит предание, перекладывал на греческий язык сочинения Шиллера. В 1835 г. Г. кончил Петербургский университет со степенью кандидата и поступил секретарем к президенту Имп. Академии Наук С. С. Уварову (впоследствии графу и министру народного просвещения). В свободное от службы время он занимался литературными трудами. В 1845 г. он сочинил драму: "Смерть Ляпунова". Ее поставили в конце этого года с хорошим ансамблем и лучшими артистами. Пьеса имела некоторый успех и в начале игралась чуть не каждый день, но так продолжалось недолго. В первый сезон она была поставлена 18 раз, во второй -- 12, а потом -- по 1--2 раза в год. Критика находила в ней мало жизни и совсем не находила поэзии, называя ее "либретто без музыки". Критик "Отечественных Записок" признавал в авторе ловкость, образованность, начитанность, гладкий и чистый слог, но в то же время находил у него отсутствие истинного драматического таланта и самобытности; школы ему не создать, последователей не приобрести. Критик видел в драме Г. влияние Шекспира, Загоскина, Шиллера, Гете, Гоголя, Кукольника и проч. и не находил возможным причислить его к какому-нибудь направлению. В пьесе было немало патриотизма, но шаблонного, было много условного и деланного.

В 1848 г. Г. был назначен помощником кн. Г. П. Волконского, заведовавшего Высочайше учрежденной в Риме археологической комиссией для приискания древностей. С этого времени начались его близкие отношения к Петербургскому Эрмитажу, которые продолжались все 14 лет его пребывания в Риме. По должности помощника кн. Волконского Г. должен был делать покупки древностей, и он проявил в этом деле много вкуса и умения. В 1851 г. он приобрел для Императорского музея статуи Аполлона (со стрелой в руке), Афродиты, Аполлона вроде флорентийского Аполлино и Л. Аврелия Коммода. В том же году у венецианского антиквария Санквирино от купил статую дорийского эфеба и целый ряд других скульптурных произведений. По случаю приобретения статуи архаической музы Г. поместил в "Annales de l'institut archИologique, 1852 г." (стр. 42--85) ученое исследование: "Groupe de muses antiques dИcrit par E. GuИdИonoff, avec planches", появившееся потом отдельной брошюрой и обнаружившее в авторе солидные и глубокие знания по археологии. В 1859 г. им были произведены новые покупки, стоившие ему много труда и денег: так, например, статуя Венеры была куплена им за 42 тысячи франков. Еще больших трудов и хлопот стоило ему приобретение в 1861 г. (в этом году Г. стал заведующим археологической комиссией в Риме и попечителем пансионеров Императорской Академии Художеств) известной коллекции маркиза Кампана. Общественное мнение и правительство Италии сильно противились вывозу сокровищ из Италии, и Г. с большим трудом удалось приобрести (за 750 тыс. франков) и вывезти коллекцию Кампана, а по поводу сделанной им тогда же покупки (за 310000 франков) Мадонны Рафаэля заговорила вся европейская печать, а в итальянский парламент был даже внесен по этому поводу запрос. По случаю приобретения коллекции Кампана Г. составил брошюру, напечатанную в Париже: "Notice sur les objets d'art de la Galerie Campana Ю Rome acquis pour le musИe impИrial de l'Ermitage. Paris. Imprimerie Simon Bacon et compagnie, rue d'Erfurt", 1861, 8°. Вместе с этой коллекцией он поехал в Петербург, где и работал 2 года при Эрмитаже над установкой купленных статуй и ваз. Кроме того, ему было поручено составить проект для нового устройства Эрмитажа, и он привлекался на заседания в разных комиссиях, учрежденных по этому делу. Составленный им проект нового устройства Эрмитажа был принят и утвержден. 2 июня 1863 г. была создана должность директора Эрмитажа, и на эту должность был назначен Г. Вскоре были введены в Эрмитаже новые штаты и упорядочено управление им; теперь вся власть и инициатива сосредоточилась в руках директора. Первой заботой Г. было издание каталогов. Дело это было уже начато раньше, но он ускорил выход каталога картин, а вслед за ним при его ближайшем участии вышел каталог галереи древней скульптуры. Через год вышло новое издание -- уже труд самого Г., сначала на французском языке, а в следующем году и на русском. Затем Г. был поднят вопрос о широком допущении публики в Эрмитаж для осмотра его художественных богатств. До того в Эрмитаж надо было приходить в вицмундирах или фраках, по особым входным билетам, выдававшимся Придворной Конторой; для того чтобы получить право снять копию с какой-нибудь картины, нужно было проделать такую процедуру, что многие предпочитали скорее отказаться от своего намерения, чем пойти на эту канцелярскую волокиту. Поэтому Эрмитаж посещался мало, и его богатства оставались неизвестными. Г. облегчил вход копиистам и стал добиваться пропуска публики на широких началах. Было образовано несколько комиссий для рассмотрения этого вопроса, и Г. не без труда удалось добиться, что публику стали пускать без всяких билетов и в обыкновенных костюмах, но с сокращением числа часов открытия Эрмитажа по сравнению с прежним порядком. Дело издания каталогов продолжалось, и в 1867 г. был выпущен каталог рисунков, в 1872 г. издан русский перевод Керченских древностей и описание бронз и терракота, а в 1873 г. вышло доступное для публики описание расписных ваз. Особенное значение Г. придавал археологическим сокровищам Эрмитажа. Вот что он писал 28 сентября 1865 г. министру Двора по поводу предложения передать Эрмитажные дублеты в Одесский музей: "Здесь, где дело идет о единственной в мире коллекции древностей Киммерийского Босфора, Эрмитаж почитает неприкосновенность ее жизненным для себя вопросом, себя же, в той мере, какая подлежит влиянию его, ответственным в этой неприкосновенности перед всей Россией. Каждый из предметов, входящих в состав Керченских древностей, принадлежит как часть одного целого той или другой знаменитой и в археологическом мире всеизвестной находке. От охранения в ненарушимой целости даже ничтожнейших к таким находкам относящихся мелочей, зависит и самое значение Императорского музея, как единственного обладателя единственными на свете сокровищами".

Став директором Эрмитажа, Г. продолжал пополнять его коллекции; с этой целью в 1865 г. он побывал в Милане и в Париже, где на аукционе купил для Эрмитажа немало ценных вещей. В 1867 г. он ездил в Лондон, где работал в библиотеке Британского музея. В том же году Г. был назначен директором Императорских театров, что отвлекло его от работы по Эрмитажу. Сначала он проявил на этом посту энергичную деятельность, но потом охладел ввиду фактического ограничения его власти, и дела театров шли плохо; расходы по театральному хозяйству были очень велики, а надзор за ними был очень слаб. Знакомый с театральным делом еще при отце (тоже директоре театров) и будучи осведомлен о злоупотреблениях, царивших здесь, он встретил при попытке искоренить их такую оппозицию и сверху и снизу, что совершенно отстранился от дел, но должности не оставил. Вскоре его совсем оттеснил от дел начальник контроля и кассы барон Кюстер. По словам г-на Нильского ("Закулисная хроника", СПб., 1900 г.), Г. был высокообразованный и замечательно умный человек; он был весьма серьезен и деловит. Став директором театров, Г. не захотел, чтобы ставилась его пьеса: "Смерть Ляпунова", говоря: "Это мой юношеский грех. Кроме того, я, как начальник, должен быть лишен прав на постановку своих сочинений. Что скажут драматурги? Я бы не хотел, чтобы они на меня обижались". В обращении с актерами Г. был вежлив и обходителен, но сух. Он не особенно любил драматический театр и поднял значение только итальянской оперы, которая упала и не делала сборов; в Петербурге появились Патти, Лукка и другие знаменитости. Деятельность Г. в области театра выразилась еще в том, что он составил план сюжета из древнеславянской мифологии под названием "Млада". По его приглашению 4 композитора -- Римский-Корсаков, Кюи, Бородин и Мусоргский -- должны были написать по одному акту для "Млады", что составило бы оперу-балет. Предложение Г. было принято и исполнено, но пьеса не была поставлена. Но замыслом Г. воспользовался музыкант Минкус, написавший на эту тему балет. Позже Римский-Корсаков вернулся к этой теме и написал оперу-балет "Млада", поставленную в 1892 г. в Петербурге. В конце своей жизни Г. написал драму "Василиса Мелентьева", но не хотел выступить с ней в театре и, по свидетельству Горбунова ("Полное собрание сочинений", изд. Маркса, т. II, стр. 391), передал написанную пьесу Островскому, "который, оставив в неприкосновенности сюжет, написал собственную пьесу, не воспользовавшись ни одной сценой, ни одним стихом из творения Гедеонова". В 1875 году Г. был уволен от должности директора театров.

Научная деятельность Г. не ограничилась названными выше трудами. Ему еще принадлежит небольшое исследование: "Мертвый ребенок на дельфине. Группа из мрамора, приписываемая Рафаэлю" (Приложение к XXI тому "Зап. Имп. Академии Наук", СПб., 1872 г.), в котором он доказывает, обнаруживая знакомство со многими иностранными источниками, что эта группа есть настоящая и принадлежит действительно Рафаэлю. По этому поводу он вел полемику в печати с немцем Доббертом и итальянцем Дженералли. Но особенно важно его исследование "Варяги и Русь" (2 тома, СПб., 1876 г.). Этим вопросом Г. занимался еще будучи в Италии, и отрывки из его труда вошли в 1862 г. в приложение к I--III тт. "Записок Имп. Академии Наук", под заглавием: "Отрывки из исследований о варяжском вопросе. С. Гедеонов. I--XVI. С критическими замечаниями Куника", а в полном виде он вышел через 14 лет, обратив на себя внимание ученого мира. В своем исследовании Г. выступил решительным противником норманизма. Занимаясь вопросом о варягах много лет (Г. задумал эту работу уже в 1846 г., но служба, путешествие и слабое зрение мешали работе), он хорошо изучил источники и литературу и пришел к выводу, что варяги западнославянского происхождения, а Русь -- восточнославянский народ. В своей книге Г. подверг своих противников меткой и верной критике, но и его (как он говорил) "протест против мнимо-норманнского происхождения Руси" не разрешил вопроса, давно спорного в исторической науке. Особенно большое значение труду Гедеонова придавал Погодин, который говорил, что "норманнская система, со времен Эверса, не имела такого сильного и опасного противника", как Г., и считал его книгу "отличным украшением нашей историко-критической богатой литературы о происхождении варягов и Руси"; но, несмотря на это, Погодин находил по-прежнему правильными основные положения норманнской школы. Сочинение Г. "Варяги и Русь", снабженное обширными примечаниями, было удостоено Академией Наук Уваровской премии. Г. неправильно приписывается иногда участие в книге: "Описание Российской империи в историческом, географическом и статистическом отношениях", -- там писал М. А. Гедеонов. Умер Г. после продолжительной болезни 15 сентября 1878 г. в С.-Петербурге, 62-х лет. Погребен на Лазаревском кладбище Александро-Невской Лавры.


Библиография


Энциклопедический Словарь Брокгауза и Ефрона, тт. V, VIII и XLI (слово "Эрмитаж"); "Большая Энциклопедия" Южакова, т. VI; Венгеров С. А., "Источники словаря русских писателей", т. I; Геннади, "Справочный словарь русских писателей", т. I; М. Погодин, "Г. Гедеонов и его система о происхождении Варягов и Руси", приложение к VI т. "Зап. Имп. Академии Наук", No 2, 1864 г., СПб. (тут же ответ Гедеонова и замечания Куника); "Отеч. Записки", 1846 г., No 8, т. 47, стр. 88--96 (о драме "Смерть Ляпунова"); Иконников, "Опыт русской историографии", Киев, 1908 г., т. II, кн. І; Пыпин, "История русской литературы", т. І и III; Вольф, "Хроника петербургских театров с 1821 г. по 1855 г. и с 1855 г. до начала 1881 г.", СПб., 1884 г.; "Русск. Мысль", 1898 г., No 1; "Истор. Вестник", 1899 г., No 11; Михневич, "Наши знакомые. Фельетонный словарь современников", СПб., 1884 г., А. А. Нильский, "Закулисная хроника", СПб., 1900 г. (с портретом Г.); "Императорский Эрмитаж 1855--1880", СПб., 19 февраля 1880 г.; Иловайский, "Разыскания о начале Руси", М., 1876 г.; Бестужев-Рюмин, "История России", т. I; "Журнал Министерства Народного Просвещения", ч. 184 (ст. Щеглова); Некрологи: "S.-Petersburger Zeitung", сентябрь 1878 г., "Голос", 1878 г., No 258, "Новое Время", 1878 г , No 918, "Биржевые Ведомости", 1878 г., No 258; Руммель и Голубцов, "Родословный сборник", I, 186; Петербургский Некрополь, І, 553.


К. Сивков.


Источник текста: Русский биографический словарь А. А. Половцова.