# Открытие истоков Нила

Исследования_и_путешестви Географические

Memoirs communicated то the Royal Geografical Society, June 22, 1863. By Captain Speke.

Papers communicated to Ethnological Society, June 30, 1863. By Captain Grant.

Anniversary Address, May 25, 1863. By Sir Roderick Impey Murchison, President of the Royal Geografical Society.

Текст издания: журнал "Отечественныя Записки", No 8, 1863.

## ОТКРЫТІЕ ИСТОКОВЪ НИЛА.


Memoirs communicated то the Royal Geografical Society, June 22, 1863. By Captain Speke.

Papers communicated to Ethnological Society, June 30, 1863. By Captain Grant.

Anniversary Address, May 25, 1863. By Sir Roderick Impey Murchison, President of the Royal Geografical Society.

Adventures in Somoli Land. By Captain Speke. Blackwood's Magazine -- 1860 May, June and July.

Journal of а cruise on the Tanganyika lake, South Africa.-- By Captain Speke. Blackwood's Magazine.-- 1859 September, October and November.

The sources of the Nile. Edinburgh Review.-- 1863, July.

L'Année géographique.-- Par Vivien de Saint-Martin. Paris. 1863.

Въ ряду великихъ услугъ, оказанныхъ наукѣ XIX-мъ вѣкомъ, исторія отведетъ почетное мѣсто географическимъ открытіямъ. Въ этомъ отношеніи, какъ и во многихъ другихъ, нашъ вѣкъ можетъ состязаться съ величайшими эпохами человѣческой исторіи. Съ каждымъ годомъ все менѣе и менѣе остается неизвѣстныхъ странъ на земномъ шарѣ. Огромные пробѣлы существовали на нашихъ картахъ въ концѣ прошлаго столѣтія; пополнить эти пробѣлы и сдѣлалось цѣлью самыхъ неутомимыхъ трудовъ и смѣлыхъ экспедицій.

На далекомъ сѣверѣ была совершенно неизвѣстна вся арктическая страна, доступъ къ которой загражденъ двойною стѣною льдовъ и морозовъ; въ Америкѣ не только ничего не знали о сѣверныхъ берегахъ, но и о всемъ обширномъ восточномъ краѣ; Австралія оставалась полною terra incognita, исключая узкой береговой полосы; наконецъ въ Африкѣ предстояло изслѣдовать не какія нибудь отдѣльныя страны, но почти двѣ трети внутренности материка.

Эти огромные пробѣлы, въ какіе нибудь тридцать лѣтъ, почти совершенно пополнены. Трудный арктическій вопросъ разрѣшенъ окончательно. Первоначальная задача -- найти кратчайшій сѣверный путь изъ Европы въ Восточную Азію, давно уже оставленъ, но научная сторона этихъ изслѣдованій Сѣвернаго Океана представляла столько важности для географіи, что Англія съ неутомимой энергіею продолжала эти изслѣдованія, которыя ей стоили три или четыре поколѣнія самыхъ искусныхъ моряковъ, погибшихъ отъ страшныхъ физическихъ трудовъ.

Во внутренности материка Америки, открытія шли съ изумительной быстротой. Вся страна Скалистыхъ горъ пройдена путешественниками, и голыя степи оживились тысячами эмигрантовъ, привлеченныхъ калифорнійскимъ золотомъ. Города выростаютъ тамъ какъ-бы изъ земли; новая религія, какая-то смѣсь моисеевой и мухаммеданской, развивается на дѣвственной почвѣ; желѣзныя дороги покрываютъ своею сѣтью невѣроятныя пространства. Болѣе къ сѣверу, между канадскими провинціями и новыми поселеніями англичанъ на Ванкуверскомъ Архипелагѣ, капитанъ Паллизеръ прошелъ весь континентъ съ запада на востокъ.

Внутренность австралійскаго материка долго оставалась недоступной, несмотря на всѣ усилія смѣлыхъ путешественниковъ. Наконецъ, послѣ двадцатилѣтнихъ неудачныхъ попытокъ, въ послѣдніе два года и эта великая задача исполнена. Буркъ и Виллисъ, заплатившіе жизнью за свое великое открытіе, первые прошли материкъ Австраліи съ конца въ конецъ, съ юга на сѣверъ, изъ Мельбурна до залива Карпентеріи. Вслѣдъ за ними, той же дорогой прошли Мак-Кинли и Валькеръ, съ цѣлью узнать судьбу смѣлыхъ путешественниковъ, трагическій конецъ которыхъ займетъ одну изъ самыхъ любопытныхъ страницъ въ лѣтописяхъ путешествій. Въ то же время, Мак-Довель-Стюартъ, еще въ 1860 году достигшій почти центра Австраліи, послѣ двухъ неудачныхъ попытокъ, прошелъ весь материкъ также съ юга на сѣверъ, но гораздо западнѣе.

Но Африка -- вотъ театръ блистательнѣйшихъ географическихъ открытій нашего времени. Тамъ были самые большіе пробѣлы, тамъ сдѣланы и самыя большія открытія. Они производились заодно и по сю и по ту сторону экватора, и на сѣверѣ, и на югѣ, и одинаково покрыли славою смѣлыхъ изслѣдователей. Весь образованный міръ съ одинаковымъ восторгомъ и любопытствомъ слѣдилъ за смѣлыми экспедиціями Барта и его товарищей въ Суданѣ, Ливингстона -- въ южныхъ странахъ, орошаемыхъ рѣкою Замбези, Буртона и Спика -- въ центральной странѣ Большихъ озеръ.

Многія другія путешествія: Дишалью -- въ землѣ Габона; французскихъ морскихъ офицеровъ -- въ Нижнемъ Сенегалѣ; Генри Диверье -- въ землѣ Туареговъ, къ югу отъ восточнаго Алжира, открыли до тѣхъ поръ недосягаемую Африку со всѣхъ сторонъ. Въ послѣдніе два года вниманіе Европы было обращено на двѣ важныя экспедиціи во внутренности Африки. Одна изъ нихъ, ученая нѣмецкая экспедиція, посланная для узнанія участи несчастнаго Фогеля, занималась изслѣдованіемъ неизвѣстныхъ странъ восточнаго Судана, между верхнимъ бассейномъ Нила и озеромъ Чадомъ; другая экспедиція, Спика и Гранта, направленная въ экваторіальныя страны, искала источники Нила. Долго объ этой экспедиціи, отправившейся въ 1860 году изъ Занзибара, не было никакихъ извѣстій; наконецъ, въ апрѣлѣ мѣсяцѣ, получена телеграфическая депеша изъ Александріи, что смѣлые путешественники прибыли благополучно въ Картумъ, и вѣковая задача разрѣшена: источники Нила открыты. Подробности этого великаго событія долго не заставили себя ждать. Знаменитые путешественники 22 іюня явились въ лондонскомъ географическомъ обществѣ и при громадномъ стеченіи публики объявили славный результатъ своихъ неутомимыхъ трудовъ.

Могутъ существовать сомнѣнія о полнотѣ изслѣдованій Спика и Гранта; можетъ быть, окажутся впослѣдствіи другіе притоки Нила, впадающіе въ него съ запада или востока и истоки которыхъ находятся выше тѣхъ, которые видѣли эти путешественники; но кажется вполнѣ достовѣрнымъ, что главное русло нила выходитъ изъ озера Ніанца и что Спикъ и Грантъ положительно опредѣлили границы южной широты, въ которыхъ должны непремѣнно находиться рѣки и ручьи, впадающіе въ это озеро.

Самый общій, популярный фактъ, выводимый изъ этого великаго открытія, состоитъ въ томъ, что Нилъ -- длиннѣйшая рѣка въ свѣтѣ. Если мы проведемъ прямую линію отъ устья до истоковъ Нила и Миссиссиппи, считавшейся до сихъ поръ самой большой рѣкой, мы получимъ разстояніе для перваго въ 2,380 миль, а для второй 1,740. Если же мы компасомъ измѣримъ теченіе обѣихъ рѣкъ въ главнѣйшихъ ихъ изгибахъ, то увидимъ, что длина Миссиссппи простирается на 2,450, а Нила на 3,050 миль. Нѣтъ другой рѣки на свѣтѣ, которая проходила бы столько различныхъ климатовъ какъ Нилъ; нѣтъ другой рѣки, которая бы была такъ замѣчательна своими физическими особенностями и историческимъ интересомъ; наконецъ нѣтъ рѣки, которая бы привлекала къ себѣ столько изслѣдователей и такъ долго оставалась недоступною.

Прежде, чѣмъ приступить къ разсказу о похожденіяхъ Спика и Гранта, представимъ краткій очеркъ неудавшихся попытокъ открыть истоки Нила.

Вопросъ этотъ поднятъ уже давно. Великая рѣка, выходя изъ глубины неизвѣстныхъ странъ и пробѣгая такое огромное пространство прежде по степямъ Еѳіопіи, а потомъ по плодороднымъ нивамъ Египта, во всѣ времена поражала воображеніе человѣка. Искать истоковъ Нила сдѣлалось у древнихъ пословицею, означавшею невозможное дѣло. Многіе властители посылали для этого большія экспедиціи, но безъ всякаго успѣха. Всего далѣе проникли посланные Нерономъ два центуріона. Они, выѣхавъ изъ Мероэ, поднялись по Бѣлому Нилу до огромныхъ болотъ, изъ которыхъ, имъ казалось, выходила рѣка. Это путешествіе до нашихъ временъ самое замѣчательное: оно достигло до девятаго градуса сѣверной широты. По словамъ географа Птолемея и арабскихъ авторовъ, Нилъ образуется изъ нѣсколькихъ притоковъ, вытекающихъ изъ большихъ озеръ, окруженныхъ Лунными горами. Это извѣстіе, долго бывшее единственнымъ свѣдѣніемъ объ истокахъ Нила, теперь подтверждено открытіемъ Спика и Гранта.

Всѣмъ извѣстно, что путешественники легко подымаются по Нилу отъ устья до вторыхъ водопадовъ на протяженіи 750 миль; далѣе можно проѣхать, но уже съ большими трудностями, еще 700 миль до Картума, гдѣ сливаются два главные притока Нила -- Бѣлый и Голубой. Первый изъ нихъ всегда считался туземцами за главное русло. Но англійскій путешественникъ Брюсъ, проникнувъ въ концѣ прошлаго столѣтія въ Абиссинію, принялъ за главное русло Голубой Нилъ, и изслѣдовавъ его до озера Дембеи, откуда онъ вытекаетъ, объявилъ, что разрѣшилъ вѣковую задачу, открылъ истоки Нила.

Конечно, Голубой Нилъ быстрѣе, воды его чище, но Бѣлый Нилъ, несмотря на свою кажущуюся стоячую воду, превосходитъ его по ширинѣ и глубинѣ. Болѣе точныя измѣренія показали, что большее количество воды и длина этого притока доказываютъ, что это главное русло великой рѣки.

Г. Ливанъ первый изъ ученыхъ обратилъ вниманіе на Бѣлый Нилъ; онъ поднялся по немъ въ 1827 году на небольшое разстояніе -- миль на 200. Его описаніе величины рѣки и произведеній, которыя можно получать у дикихъ по берегамъ, именно слоновую кость и камедь, возбудили жадность египетскаго правительства. Оно высылало, впродолженіе трехъ лѣтъ съ 1840--1842 г., три экспедиціи, въ которыхъ приняли участіе Арно и Вернъ. Эти экспедиціи поднялись по теченію на 1,000 миль до Гондокоро, гдѣ основано было поселеніе католическими миссіонерами и которое, по точнымъ свѣдѣніямъ Спика, находится подъ 4о54' сѣверной широты и 31о46' западной долготы.

На пятидесяти или шестидесяти миляхъ выше Гондокоро, всякое судоходство пріостанавливается отъ громадныхъ пороговъ и скалъ. Съ тѣхъ поръ мало по малу Бѣлый Нилъ сдѣлался большой дорогой для купцовъ, торгующихъ слоновой костью и невольниками. Но наука отъ этого немного выиграла.

Нѣсколько смѣлыхъ путешественниковъ, изъ которыхъ большею извѣстностью пользуется англичанинъ Петерикъ {Сочиненіе его надѣлало много шума въ Англіи. Оно называется "Egypt, the Soudan and Central Africa". London. 1861.}, дѣлали попытки проникнуть далѣе Гондокоро и снять карту съ окрестностей рѣки, но безъ большаго успѣха. Всего далѣе проникъ итальянскій ученый Міани: до 3о34' сѣверной широты: по изслѣдованіямъ Спика. Что касается картъ, составленныхъ этими путешественниками, то всѣ онѣ очень разнорѣчивы и не имѣютъ никакихъ астрономическихъ основаній. Изъ многихъ сочиненій, вышедшихъ объ этомъ предметѣ, лучшее принадлежитъ миссіонеру Кауфману {Das Gebiet des Weissen Flusses und dessen Bevohner.-- Von А. Kaufmann.-- Brixen. 1861.}, который въ своей книгѣ представилъ полный сводъ всѣхъ географическихъ и этнологическихъ свѣдѣній о странѣ, окружающей Нилъ отъ Картума до Гондокоро.

Главными причинами неуспѣха экспедицій изъ Гондокоро были отдаленность этого поселенія отъ Картума, откуда надо было брать продовольствіе, совершенная несостоятельность картумскихъ слугъ и нищенское состояніе страны, простирающейся за Гондокоро, гдѣ нельзя достать ни проводниковъ, ни вьючнаго скота.

Въ то время, какъ производились эти неуспѣшныя попытки на Бѣломъ Нилѣ, неожиданно представилось совершенно новое поле для изслѣдованія того же предмета. Два англійскіе миссіонера, Крапфъ и Гебманъ, поселившіеся въ маленькомъ городкѣ Момбасъ, на восточномъ берегу Африки, къ сѣверу отъ Занзибара, подъ 4о47' южной широты, объявили, что они открыли въ 1848 и 1849 годахъ двѣ высокія снѣговыя горы, Килимандьяро и Кеніа, отстоящія въ двухъ или трехъ-стахъ миляхъ отъ берега. За этими горами, по словамъ туземцевъ, находились большія озера, воды которыхъ изливаются къ сѣверу. Эти извѣстія взволновали ученый міръ и возбудили предположеніе, что горы, открытыя миссіонерами, именно Лунныя горы, окружающія, по мнѣнію Птолемея и туземцевъ, озера, изъ которыхъ вытекаетъ Нилъ. Однако, нѣкоторые ученые въ Англіи и въ главѣ ихъ г. Кули усумнились въ достовѣрности открытія миссіонеровъ. Вскорѣ г. Ребманъ, вмѣстѣ съ другимъ миссіонеромъ Ергардтомъ, прислали въ Англію карту, составленную со словъ путешественниковъ, достигшихъ различными, но параллельными дорогами до большаго озера. Объяснительная записка при картѣ была составлена очень ловко и каждый, прочтя ее, не могъ не убѣдиться, что дѣйствительно во внутренности Африки, въ какихъ нибудь шестидесяти дняхъ разстоянія отъ восточнаго берега, находилась обширная страна озеръ, совершенно доступная путешественникамъ. Впечатлѣніе, произведенное въ Европѣ всѣми этими извѣстіями и предположеніями, было такъ сильно, и вопросы поднятые такъ важны, что лондонское королевское географическое общество рѣшилось послать ученую экспедицію для изслѣдованія любопытной страны средне-африканскихъ озеръ. Ричардъ Буртонъ, извѣстный уже своими прежними путешествіями, первый предложилъ свои услуги. Никто лучше его не могъ удовлетворить всѣмъ требованіямъ предводителя подобной экспедиціи. Въ немъ соединялись въ замѣчательной степени смѣлость, энергія, осторожность, предугадывающая опасности, хитрость и хладнокровіе, побѣждающія ихъ, наконецъ, презрѣніе къ усталости и всякаго рода лишеніямъ. Этотъ молодой, но уже знаменитый человѣкъ былъ въ одно и то же время смѣлый путешественникъ и ученый изслѣдователь. Географическое общество тотчасъ приняло предложеніе Буртона и исходатайствовало значительную субсидію отъ англійскаго правительства на осуществленіе предположеннаго дѣла. Буртонъ взялъ къ себѣ въ помощники капитана Спика, и такимъ образомъ осуществилась знаменитая экспедиція 1857--58 г., проложившая дорогу послѣдующей экспедиціи Спика и Гранта, окончившейся такъ блистательно.

Здѣсь у мѣста сказать нѣсколько словъ о самомъ героѣ нашего очерка, о капитанѣ Спикѣ, такъ-какъ ему одному, по словамъ его сотоварища капитана Гранта, свѣтъ одолженъ великимъ открытіемъ.

Джонъ-Генри Спикъ, сынъ почтеннаго Уильяма Спика, эсквайра изъ Джорданса, въ графствѣ Сомерсетъ, находясь въ индійской службѣ, отличался во многихъ кампаніяхъ, особливо въ пенджабскую подъ начальствомъ сэра Колина Кембеля. Но главная страсть его была охота и собираніе различныхъ экземпляровъ роскошной фауны Индіи, Гималайскихъ горъ и Тибета. Наполняя ежегодно музей въ домѣ отца своей добычей, капитанъ Спикъ дошелъ наконецъ до того, что не осталось почти звѣрей, въ тѣхъ странахъ, которыхъ бы онъ не имѣлъ по экземпляру. Тогда пришла ему въ голову мысль путешествія въ центральную Африку, фауна которой была совершенно неизслѣдована. Мысль эта вошла ему въ голову въ 1849 году, но онъ только могъ привести ее въ исполненіе въ 1854 году, когда истекла его десятилѣтняя служба и онъ получилъ отпускъ на три года. Жажда посѣтить неизвѣстныя страны была въ немъ такъ сильна, что срокъ его службы кончился 3-го сентября, а 4-го онъ уже уѣзжалъ изъ Индіи въ Аденъ. Выйдя на берегъ въ Аденѣ, Спикъ просилъ начальника этого мѣстечка, впослѣдствіи знаменитаго сэра Джемса Утрама, способствовать ему проникнуть во внутренность Африки. Но, къ величайшему изумленію, Утрамъ объявилъ, что путешествіе въ странахъ, лежавшихъ напротивъ Адена, было такъ опасно, что онъ не только не пособитъ ему, но просто воспротивится его выѣзду. Спикъ былъ въ отчаяніи. Но въ это время сооружалась бомбейскимъ правительствомъ экспедиція для изслѣдованія страны Сомоли, находящейся на югъ отъ Адена, на африканскомъ берегу и населенной самымъ дикимъ племенемъ. Начальникомъ этой экспедиціи былъ назначенъ лейтенантъ Буртонъ, уже знаменитый въ то время своимъ путешествіемъ въ Мексику, считавшимся до того совершенно невозможнымъ дѣломъ. Спикъ тотчасъ предложилъ свои услуги и былъ принятъ съ радостью Буртономъ, которому предстояло съ-тѣхъ-поръ дѣлить съ нимъ столько трудовъ и славы.

Прежде чѣмъ предпринять большую экспедицію, Буртонъ хотѣлъ разузнать нѣсколько обычаи племенъ и странъ, по которымъ имъ приходилось путешествовать, потому онъ раздѣлилъ свою экспедицію на нѣсколько частей и разослалъ въ различныя стороны. Спикъ отправился въ Бундер-Гори и оттуда долженъ былъ черезъ Вади-Ногалъ проникнуть въ Берберы, гдѣ и соединиться съ другими сотоварищами. Взявъ мѣстныхъ проводниковъ, Спикъ отправился въ первое свое африканское путешествіе 18-го октября 1854 года. Встрѣтивъ на пути огромныя непреодолимыя затрудненія и отъ туземцевъ и отъ своихъ проводниковъ, Спикъ возвратился, въ февралѣ 1855 года, въ Аденъ, не достигнувъ цѣли своего путешествія. Онъ привезъ съ собою однако значительную коллекцію по всѣмъ предметамъ естествознанія, конечно обращая болѣе всего вниманіе на свой любимый предметъ, на фауну. Отдохнувъ нѣсколько дней, онъ снова пустился въ путь и берегомъ благополучно достигъ Берберы. Тамъ къ апрѣлю собралась вся экспедиція и были сдѣланы всѣ необходимыя приготовленія. Въ этихъ приготовленіяхъ прошло время берберской ярмарки; караваны удалились и экспедиція Буртона осталась одна на голомъ пустынномъ берегу. Черезъ нѣсколько дней ночью напало на европейскій легерь одно изъ дикихъ туземныхъ племенъ, осыпая его камнями и дротиками. Положеніе несчастныхъ было отчаянное; послѣ неравнаго боя, большая часть изъ нихъ была изранена, капитанъ Стройенъ убитъ, Спикъ взятъ въ плѣнъ, Буртонъ съ остальными бѣжалъ въ Берберы. Повергнутый на землю страшнымъ ударомъ, Спикъ былъ захваченъ дикими и преданъ ужаснымъ истязаніямъ, но вскорѣ они занялись грабежемъ лагеря и онъ, покрытый одинадцатью ранами, истекая кровью, голый, съ связанными руками пустился бѣжать. Несмотря на погоню своихъ мучителей, которые впрочемъ скоро отстали, предпочитая дѣлить добычу, Спикъ достигъ берега. Тутъ силы ему измѣнили и онъ упалъ на землю, предчувствуя конечную гибель отъ истощенія и голода. Но недолго пролежалъ онъ, какъ явились ему на помощь люди, посланные капитаномъ Буртономъ, съ корабля, на которомъ онъ нашелъ убѣжище. Такимъ несчастнымъ образомъ окончилась эта первая экспедиція Спика, который долженъ былъ впослѣдствіи такъ славно загладить свою первую неудачу.

Оправившись нѣсколько въ Аденѣ, Спикъ въ срединѣ 1855 года отправился въ Англію, для поправленія здоровья. Но недолго усидѣлъ тамъ безъ дѣла энергическій человѣкъ. Крымская война открывала обширное поле для всѣхъ смѣльчаковъ, и Спикъ тотчасъ поступилъ волонтеромъ въ турецкій контингентъ генерала Вивьяна. Прибывъ въ Константинополь, онъ былъ назначенъ капитаномъ въ турецкій полкъ, отправлявшійся въ Крымъ, гдѣ и оставался до окончанія кампаніи. Но и на полѣ битвы, страстный охотникъ не забывалъ своихъ любимыхъ занятій; не имѣя никакой надежды воротиться въ Африку, онъ рѣшился отправиться на Кавказъ для собиранія тамошней фауны. Онъ уже совершенно собрался въ путь, какъ получилъ письмо отъ капитана Буртона, приглашавшаго его снова отправиться съ нимъ въ Африку. Спикъ конечно не задумался ни минуты и возвратился въ Англію въ 1856 г.

Прибывъ въ Занзибаръ въ декабрѣ того же года, Буртонъ и Спикъ занялись необходимыми приготовленіями и изученіемъ мѣстнаго языка и обычаевъ. Наконецъ, экспедиція двинулась въ іюнѣ 1857 года. Цѣль ея, какъ мы уже сказали, была изслѣдовать страну большихъ средне-африканскихъ озеръ. Сначала путешественники шли по низменной, плоской странѣ, простирающейся отъ берегу миль на полтораста. Племена ее населяющія, чѣмъ далѣе отъ берегу, тѣмъ болѣе теряютъ характеръ смѣшанной африканской и арабской крови. Пройдя Зангомеро, почва начинаетъ возвышаться и наконецъ показывается горная страна, перерѣзанная великолѣпными долинами, орошаемыми многочисленными рѣками. Страна эта, по своему умѣренному и здоровому климату, обѣщаетъ сдѣлаться современемъ одной изъ богатѣйшихъ странъ Африки. Населяетъ ее негрское племя усагара, занимающееся скотоводствомъ и земледѣліемъ. Самый высокій проходъ между горами Рубего, находится на высотѣ 5,097 футовъ (это разсчитано приблизительно по температурѣ кипѣнія воды). Пройдя это ущеліе, начинается собственно плоская возвышенность, состоящая изъ безконечныхъ холмистыхъ равнинъ, то обнаженныхъ, то покрытыхъ первобытными лѣсами. Изъ всѣхъ племенъ, чрезъ земли которыхъ прошли наши путешественники, самое большое племя уніамёзи, превосходящее другихъ своимъ развитіемъ. Столица Казехъ, отстоящая отъ Занзибара на 560 миль или около того, составляетъ, несмотря на то, что заключается изъ нѣсколькихъ рядовъ хижинъ, главнѣйшій коммерческій центръ Южной Африки; арабы посылаютъ туда караваны и имѣютъ тамъ своихъ резидентовъ. На востокъ отъ Казеха страна понижается, почва становится плодороднѣе, рисъ, сахарный тростникъ и всѣ индійскія произведенія встрѣчаются въ изобиліи. Пройдя миль 200, караванъ остановился для отдыха. Это было 13-го февраля 1858 года. Сквозь зелень виднѣлась какая-то свѣтлая блестящая полоса.

-- "Что это за свѣтъ?" спросилъ капитанъ Буртонъ.-- Я думаю, что вода, отвѣчалъ проводникъ. Буртонъ сдѣлалъ нѣсколько шаговъ и увидѣлъ передъ собою свѣтлыя воды огромнаго, безпредѣльнаго озера. Усталость, труды, все было забыто, цѣль была достигнута.

Наши путешественники изслѣдовали въ лодкѣ южную половину этого озера, называемаго Танганьика. По ихъ словамъ, оно имѣетъ видъ овала и простирается вѣроятно въ длину миль на 300, находится же оно надъ поверхностью моря на высотѣ около 1,844 футъ. Озеро это повидимому служитъ резервуаромъ всѣхъ окрестныхъ рѣкъ, берега его возвышены, вода прѣсная. Разстояніе отъ Танганьика до Занзибара немного менѣе 800 миль, слѣдственно это озеро находится въ 1,500 миляхъ отъ западнаго берега Африки. Пробывъ одинадцать недѣль на берегахъ открытаго ими озера, разузнавъ все, что могли отъ туземныхъ племенъ, которыя стоятъ гораздо выше другихъ негровъ по развитію, путешественники возвратились въ Казехъ. Тутъ болѣзнь Буртона заставила его остановиться, а Спикъ одинъ отправился на сѣверъ, гдѣ въ нѣсколькихъ дняхъ разстоянія, по словамъ арабскихъ купцовъ, находилось другое озеро, не менѣе если не болѣе Танганьика.

Спикъ отправился 9-го іюля въ эту экспедицію, долженствовавшую сдѣлаться главною славою всего путешествія. Черезъ двадцать-пять дней, онъ достигъ дѣйствительно берега большаго озера, называемаго туземцами Ніанза (вода). Спикъ назвалъ его Викторія Ніанза. Онъ не пошелъ далѣе этого пункта южнаго берега, который находится подъ 2о45' южной широты и 33о30' западной долготы, слѣдовательно въ разстояніи 480 миль отъ Гондокоро и около 400 отъ самого крайняго пункта, до котораго поднялся по Нилу Міани. Вспомнивъ этотъ фактъ и узнавъ отъ туземцевъ, что озеро простирается на 400 миль (въ дѣйствительности оно простирается немного болѣе 200) и что на сѣверѣ изъ него выходитъ большая рѣка, посѣщаемая бѣлыми, Спикъ пришелъ къ тому убѣжденію, что эта рѣка долженъ быть Нилъ и слѣдовательно Викторія Ніанза -- его такъ долго отыскиваемый истокъ.

Горько было Спику удалиться отъ береговъ Ніанзы, не разрѣшивъ этого вопроса, который однако разрѣшить время и средства ему не позволяли. Рѣшившись во что бы то ни стало предпринять новую экспедицію, онъ возвратился въ Казехъ, и вмѣстѣ съ Буртономъ прибылъ обратно въ Занзибаръ 1-го февраля 1859 года. Мы не станемъ подробно распространяться о важныхъ результатахъ этой экспедиціи для географіи и этнографіи; мы только упомянули о главныхъ чертахъ ея {Смотри подробное описаніе экспедиціи Буртона и Спика.-- "Journal of the Royal Geografical Society".-- Vol. XXIX. London. 1859.-- И "The Lake Regions of Central Africa".-- By R. Burton. London. 1860.-- 2 vol.}, такъ-какъ иначе не была бы вполнѣ понятна экспедиція Спика и Гранта, бывшая ея слѣдствіемъ.

Открытія Буртона и Спика, произвели огромное впечатлѣніе въ ученомъ мірѣ; предположеніе послѣдняго объ истокахъ Нила тотчасъ обратило на себя вниманіе лондонскаго географическаго общества. Въ первый же день по пріѣздѣ Спика въ Лондонъ, послѣ того, какъ онъ разсказалъ свои соображенія и показалъ свои карты, президентъ общества, извѣстный сэръ Годерикъ Мурчисонъ, не задумываясь, воскликнулъ: "Спикъ, мы должны васъ еще разъ туда послать". И дѣйствительно, испросивъ субсидіи отъ правительства, географическое общество снарядило въ 1860 году экспедицію подъ начальствомъ Спика и Гранта, также офицера индійской службы.

Переходимъ къ описанію самаго путешествія Спика и Гранта, на сколько намъ позволяютъ вышедшіе до сихъ поръ матеріалы. Для большей ясности отдѣлимъ географическія свѣдѣнія о неизвѣстныхъ странахъ, посѣщенныхъ этою экспедиціею, отъ этнографическихъ.

Послѣ долгихъ приготовленій, Спикъ и Грантъ тронулись изъ Занзибара въ октябрѣ 1860 г., пославъ впередъ цѣлый караванъ съ продовольствіемъ и дорожными принадлежностями. Самую экспедицію сопровождали шестьдесятъ вооруженныхъ слугъ, нанятыхъ въ Занзибарѣ, которые несли собственно багажъ путешественниковъ, цѣлая армія мѣстныхъ носильщиковъ, около 250 человѣкъ, съ вещами для подарковъ дикарямъ, состоящихъ преимущественно изъ бусъ, ситцевъ, суконъ и проволоки; наконецъ отрядъ готентотскихъ солдатъ, которыхъ, по причинѣ непривычки ихъ къ климату и путешествію, пришлось вскорѣ отправить назадъ. Взятые путешественниками мулы и ослы оказались столь же непригодными, и они всю экспедицію должны были совершить пѣшкомъ. Сначала всевозможныя затрудненія представились нашимъ путешественникамъ. Страшная засуха и голодъ, свирѣпствовавшіе въ то время въ Восточной Африкѣ, производили сильныя волненія между туземными племенами; кромѣ того въ одномъ изъ государствъ, чрезъ которое лежалъ путь экспедиціи, пылала междоусобная война за наслѣдство престола. Наконецъ съ большими трудностями Спикъ и Грантъ достигли Казеха, но попытка идти далѣе совершенно не удалась; окрестныя дикія племена напали на нихъ и ограбили ихъ караванъ. Пришлось возвратиться въ Казехъ, гдѣ Спикъ опасно занемогъ. Наконецъ, укомплектовавъ свою экспедицію новыми носильщиками, смѣлые путешественники двинулись въ дальнѣйшій путь въ октябрѣ 1861 г., ровно черезъ годъ послѣ выхода ихъ изъ Занзибара.

Изъ земли Упьяньемби, отстоящей на 3 градуса отъ озера Ніанзы, Спикъ и Грантъ направились на сѣверъ и достигли Лунныхъ горъ, восточный скатъ которыхъ орошается большимъ количествомъ мелкихъ озеръ. Озера эти образуются изъ источниковъ, текущихъ съ горъ и поддерживаемыхъ постоянными дождями. {По замѣчанію капитана Спика, въ тѣхъ мѣстахъ, въ 1862 году, 233 дня въ году шелъ дождь.} Замѣчательнѣйшія изъ нихъ Уриги, сильно высыхающее, Аксуіардъ, Лукуровъ, Карагуве и маленькій Винандермиръ. Всѣ эти озера изливаютъ свои воды въ великое озеро Ніанза, посредствомъ большой рѣки, Китангуле. Она отличается своей шириной, до 80 ярдовъ, и быстротой теченія до 4 миль въ часъ -- быстротой, неуступающей самому Нилу при его выходѣ изъ Ніанзы. Эта-то рѣка, служащая истокомъ для озера Ніанзы, и есть по настоящему основный источникъ Нила.

Прибывъ въ Масгуде, Спикъ во второй разъ увидѣлъ великолѣпныя воды Викторіи Ніанзы. Окрестные жители ѣздятъ по этому озеру съ одной стороны до его южныхъ береговъ, гдѣ находится островъ Укереве, и съ другой до сѣверо-восточной его оконечности, гдѣ посредствомъ пролива оно соединяется съ другимъ озеромъ, Баринга. Это озеро, по словамъ туземцевъ, изливается на сѣверъ рѣкою Асуа, которая впадаетъ въ Нилъ выше Гондокоро. Огибая Ніанзу западнымъ берегомъ, наши путешественники шли по холмистой странѣ, покрытой роскошной растительностью и перерѣзанной многочисленными ручьями. Перейдя экваторъ, пейзажъ отличается первобытною, дикою прелестью. На сѣверѣ озера выходятъ изъ него нѣсколько рѣкъ: Мворанго, впадающій въ Нилъ въ странѣ Уніро, подъ названіемъ Кафу; Луажеври, также впадающая въ Нилъ и, наконецъ, самъ Нилъ, образующій при выходѣ изъ озера великолѣпный водопадъ, имѣющій до 12 футъ вышины. Водопадъ этотъ названъ Спикомъ Рипонскимъ, въ честь бывшаго предсѣдателя лондонскаго географическаго общества, лорда Рипона.

Послѣ водопада Нилъ быстро течетъ на сѣверъ, прокладывая себѣ дорогу черезъ холмистую страну. Немного далѣе онъ расширяется и, проходя по широкой низменной равнинѣ, образуетъ то пороги, то огромныя болота, дающія ему скорѣе видъ озера чѣмъ рѣки. Принявъ въ себя притоки Кафу и Луажеври, Нилъ судоходенъ до водопадовъ Карума. Здѣсь онъ быстро изгибается на западъ и, по словамъ туземцевъ, проходитъ черезъ озеро Малое Лута Мциге. Наши путешественники, къ величайшему ихъ неудовольствію, не могли далѣе слѣдовать по теченію рѣки, такъ-какъ на берегахъ ея свирѣпствовала междоусобная война. Поэтому они пошли на сѣверъ по прямой линіи, и на разстояніи около осьмидесяти верстъ снова вышли на берегъ Нила, который они легко узнали по характеру его водъ и русла, то проходящаго черезъ пороги, то черезъ болота. Здѣсь, подъ 3о 10' сѣверной широты, нѣсколько южнѣе крайняго пункта, достигнутаго Miami, находится станція турецкихъ купцовъ, торгующихъ слоновою костью. Соединившись съ турецкимъ караваномъ, наши путешественники поднялись въ Гондокоро, гдѣ ихъ встрѣтили Бэкеръ и Петерикъ, предпринявшіе каждый экспедицію для поданія помощи Спику и Гранту. Такимъ образомъ окончилось это знаменитое путешествіе, эта прогулка въ 1,300 миль по экваторіальнымъ странамъ Африки.

Представивъ въ краткихъ чертахъ географическія свѣдѣнія, которыми мы одолжены экспедиціи Спика и Гранта, мы можемъ теперь вывести изъ всего сказаннаго, въ чемъ именно состоятъ главнѣйшіе географическіе результаты этого путешествія. Самый главный результатъ, конечно, состоитъ въ разрѣшеніи вѣковой задачи, въ открытіи истоковъ Нила; но не менѣе важно для науки открытіе плоской возвышенности внутри Африки, простирающейся вокругъ горы Мфумбиро въ длину на 120 миль, орошаемой съ востока источниками Ніанзы, слѣдовательно Нила, а съ юго-юго-запада источниками озера Танганьики, соединяющагося по свѣдѣніямъ, собраннымъ Спикомъ у туземцевъ, съ Ливингстоновскимъ озеромъ Ніасса, слѣдовательно съ рѣкою Замбези. Есть основаніе полагать, что тутъ же скрываются и истоки Конго. Слѣдовательно, эта плоская возвышенность Мфумбиро, которая соединяется системами рѣкъ и озеръ съ Средиземнымъ, Атлантическимъ и Индѣйскимъ морями -- есть ключъ, узелъ всей африканской гидрографіи. Вся эта громадная система озеръ и рѣкъ придаетъ Восточной Африкѣ видъ большаго или меньшаго углубленія, тянущагося непрерывно отъ Александріи по всему материку до косы, кончающейся мысомъ Доброй Надежды. Наконецъ, чрезвычайно важнымъ результатомъ этой экспедиціи въ научномъ отношеніи служитъ опроверженіе вкоренившагося понятія, что внутренность Африки покрыта безплодными степями. Мы видимъ теперь, напротивъ того, что страны на экваторѣ, вокругъ большихъ озеръ, пользуются сырымъ климатомъ и роскошною растительностью.

Отъ географическихъ условій странъ, изслѣдованныхъ Спикомъ и Грантомъ, перейдемъ къ ихъ этнографіи, къ свѣдѣніямъ, сообщаемымъ нашими путешественниками объ исторіи, характерѣ и обычаяхъ племенъ, населяющихъ берега Викторіи Ніанзы. Земли, которыя посѣтили Спикъ и Грантъ, можно раздѣлить на страну, занятую дикарями преимущественно изъ племени Ваніамези, которые не составляютъ одного государства, а живутъ отдѣльными родами, и три большія государства, основанныя племенемъ Вахума. Первая страна простирается отъ Казеха до южныхъ береговъ Ніанзы, и изъ отдѣльныхъ ея частей всего замѣчательнѣе великолѣпная, холмистая земля Уніамвези, покрытая отрогами Лунныхъ горъ и орошаемая многочисленными источниками. На роскошныхъ ея долинахъ пасутся большія стада, въ лѣсахъ множество антилопъ и зебровъ; флора чрезвычайно разнообразная, но деревья очень тонки и высоки. Весь западный и сѣверо-западный берегъ Ніанзы занятъ тремя большими государствами Вахума -- Карагве, Уганда и Уніоро. Племя Вахума стоитъ по развитію гораздо выше туземныхъ негровъ и ведетъ пастушескую жизнь. Спикъ считаетъ это племя азіятскаго происхожденія, именно потомками галласовъ изъ Абиссиніи. Онъ полагаетъ, что они переселились оттуда въ различныя времена. Положеніе этого племени не вездѣ одинаково: такъ въ Уніамвези оно смѣшалось съ туземцами, а въ трехъ большихъ государствахъ, основанныхъ имъ, несмотря на свою малочисленность, въ сравненіи съ неграми, оно достигло значенія господствующей касты. Своею наружностью Вахума совершенно отличается отъ туземнаго негра. Высокаго роста {По словамъ капитана Гранта, онъ видѣлъ людей въ 6 фут. 3 дюйма вышины.}, съ длинными ногами и плоской грудью, Вахума всегда можно узнать издали. Голова у него хорошо сформирована, глаза хороши, челюсть не такая широкая какъ у негровъ, носъ замѣтно отдѣляется это лба, волосы курчавые.

Первое государство Вахума, которое посѣтили наши путешественники, было Карагве. Эта великолѣпная горная страна находится на высотѣ 6,000 футовъ надъ поверхностью моря. На западѣ лежитъ красивое озеро Виндермиръ; климатъ круглый годъ напоминаетъ англійское лѣто. Странно сказать, на скатахъ горъ нѣтъ вовсе деревьевъ, за то трава достигаетъ трехъ футовъ высоты. Король Карагве принялъ Спика и Гранта очень любезно. Онъ весьма умный, любознательный человѣкъ. Дня не проходило, чтобъ наши путешественники не бывали у него и онъ ихъ разспрашивалъ обо всемъ. Особенно же интересовался географіею другихъ странъ и выразилъ сильное удивленіе, услыхавъ, что есть земли, окруженныя со всѣхъ сторонъ водою. Потомъ онъ спрашивалъ о томъ, куда дѣваются старыя луна и солнца, и наконецъ желалъ знать, могутъ ли бѣлые люди, о могуществѣ которыхъ онъ столько наслышался, взорвать Африку. Самъ онъ передалъ много интересныхъ подробностей объ окрестныхъ странахъ, но очень сопротивлялся намѣренію Спика и Гранта идти на сѣверъ отъ его владѣній. Наконецъ онъ однако согласился ихъ отпустить и далъ даже рекомендательное письмо къ своему сосѣду, королю Уганды.

Объ Угандѣ оба путешественника, Спикъ и Грантъ, отзываются съ восхищеніемъ. Это, по ихъ словамъ, садъ экваторіальной Африки. Климатъ сырой и растительность самая роскошная. Въ темныхъ долинахъ растутъ самыя благородныя деревья, цѣлыя десятины земли покрыты бананами, служащими главною пищею жителей. Негры, какъ этого такъ и другихъ государствъ Вахумы, занимаются земледѣліемъ, разводятъ сахарный тростникъ, сладкій картофель, индійскую рожь и другія тропическія произведенія, но только для собственнаго своего потребленія. Плуга и вьючнаго скота никогда не видали въ этихъ странахъ; какъ-то разъ только попала въ Карагве лошадь. Вся полевая работа производится послѣ дождей, разрыхляющихъ почву, длинными или короткими матиками. Женщины чаще этимъ занимаются чѣмъ мужчины, которые въ свою очередь въ странѣ Лунныхъ горъ молотятъ рожь длинными цѣпами. Вахума -- чисто пастушеское племя, живетъ преимущественно на молокѣ, мажетъ тѣло масломъ и одѣвается въ коровьи шкуры. До зерна они рѣдко дотрогиваются, а мясо многіе изъ нихъ только сосутъ. Пьютъ же они въ огромномъ количествѣ вино, приготовляемое изъ банановъ, и часто бываютъ пьяны. Табакъ курятъ всѣ, и Вахума и туземные негры. Всѣ они также отличаются своею ловкостью въ охотѣ; они стрѣляютъ изъ луковъ съ замѣчательною вѣрностью: такъ попадаютъ въ листъ на разстояніи 30 и 40 англійскихъ ярдовъ; вообще стрѣла у нихъ летитъ на 150 ярдовъ. Луки, напримѣръ въ Карагве, громадные, 6 футовъ вышины и тетива сдѣлана, изъ коровьихъ жилъ. На Нилѣ туземцы охотятся баграми на гипопотамовъ. Другихъ звѣрей также ловятъ въ различныя западни.

Что касается минеральныхъ произведеній этихъ странъ, то желѣзо находится вездѣ, а мѣдь на южномъ берегу Танганьики. Добываютъ желѣзо не въ рудахъ, а прямо собираютъ желѣзные сростки, находимые на поверхности земли, и потомъ сплавляютъ ихъ въ одну массу. Это производится самымъ простымъ образомъ: вырываютъ въ землѣ яму, наполняютъ ее желѣзомъ и сверху накладываютъ древеснаго угля. Жаръ поддерживается четырьмя большими мѣхами. Когда желѣзо соединится въ одну массу, то бьютъ его молотами до тѣхъ поръ, что оно вытягивается въ длинные куски. А тамъ уже даютъ ему форму пикъ или самой тонкой проволоки. Иголки также дѣлаются изъ желѣза, но совершенно другой формы, какъ у насъ. Серебро, золото, каменный уголь и известнякъ нигдѣ не встрѣчаются. Въ промышлености племена эти ушли недалеко; напримѣръ, тканье не очень процвѣтаетъ: наши путешественники находили очень мало станковъ, почти одинъ на восемь деревень. Тканныя матеріи, исключительно изъ бумаги, очень грубы. Гораздо болѣе цѣнятся одежды изъ древесной коры и оленьихъ шкуръ, великолѣпно отдѣланныя. Издѣлія изъ дерева чрезвычайно разнообразны. Стулья обыкновенно дѣлаютъ изъ lignum vitae, лодки изъ болѣе мягкаго дерева; посуду дѣлаютъ руками и въ иныхъ мѣстахъ даже умѣютъ наводить глазурь.

О религіозномъ положеніи разсматриваемыхъ племенъ мы только можемъ сказать, что у туземцевъ и Вахума нѣтъ никакой религіи; колдуны и колдуньи вѣрятъ въ переселеніе душъ, но простой народъ не имѣетъ никакой идеи ни о душѣ, ни о будущей жизни. Что касается соціальнаго и политическаго устройства, то въ государствахъ Вахума царствуетъ самый жестокій деспотизмъ. Однако, порядокъ вездѣ удивительный и народъ поражаетъ своею чистотою, веселостью и учтивостью. Спикъ сравниваетъ его съ французами. Законовъ въ мелкихъ государствахъ отъ Занзибара до королевствъ Вахума не существуетъ, и короли или султаны и назначенныя ими власти чинятъ расправу по собственному произволу. Наказанія самыя безчеловѣчныя и, напримѣръ въ Угандѣ, обычай непремѣнно требуетъ казни каждодневно. Но замѣчательно, что преступленій очень мало. О воровствѣ почти и не слыхать; наши путешественники никогда не запирали своихъ вещей и у нихъ ничего не было украдено. Короли живутъ на подарки, которыхъ они требуютъ отъ своихъ подданныхъ и путешественниковъ. Кромѣ того у нихъ есть свои поля, обработываемыя рабами. Ведутъ они жизнь самую праздную, большую часть дня проводятъ въ пьянствѣ. Такъ одинъ изъ этихъ королей или султановъ цѣлый день ничего другаго не дѣлаетъ, какъ пьетъ пиво, и то даромъ. Узнаетъ онъ, напримѣръ, что такой-то изъ его подданныхъ сварилъ пиво, и отправляется къ нему; тотъ конечно долженъ угостить своего государя; на другой день онъ идетъ къ другому, и такъ круглый годъ. Этотъ государь выпиваетъ такое огромное количество пива, что почти не ѣстъ мяса. Другой король въ Уніоро все свое время проводитъ въ заботахъ о коровахъ, но также не забываетъ пить и часто случалось Спику и Гранту слышать, что онъ до того пьянъ, что не можетъ ихъ принять.

Самое могущественное государство, какъ мы уже сказали, Уганда. Объ его основаніи существуетъ слѣдующая легенда. Много поколѣній тому назадъ, существовало на мѣстѣ Карагве, Уганды и Уніоро одно большое негрское королевство, управляемое племенемъ Вахума. Теперешняя Уганда считалась садомъ всей страны, а ея населеніе, обработывавшее такъ хорошо свою землю, находилось въ рабскомъ состояніи. Въ это время одинъ великій охотникъ изъ племени Вахума, по имени Кимера, приходилъ часто охотиться на истоки Нила. Онъ вскорѣ заслужилъ между туземцами такую популярность, что они кончили тѣмъ, что провозгласили его королемъ. Они говорили, что ихъ собственный государь жилъ слишкомъ далеко и имъ отъ него не было никакой пользы. Если кто нибудь ему посылалъ въ дань корову, то покуда корова достигала до дворца его, она успѣвала отелиться на дорогѣ, да и теленокъ вырости и въ свою очередь отелиться. Поэтому они рѣшились отдѣлиться. Кимера вскорѣ сдѣлался могущественнымъ государемъ и основалъ королевство Уганду. Онъ построилъ себѣ въ видѣ дворца цѣлое собраніе большихъ шалашей; проложилъ дороги, выстроилъ цѣлый флотъ лодокъ, организовалъ армію, издалъ законы о придворныхъ церемоніяхъ, одеждѣ и поведеніи, и слѣдилъ такъ строго за общественной гигіеной, что ни одинъ шалашъ не могъ быть выстроенъ безъ необходимыхъ условій чистоты. Однимъ словомъ, онъ былъ образцовый государь и порядокъ, имъ установленный, существуетъ и теперь въ седьмомъ поколѣніи. Онъ оставилъ послѣ себя огромное потомство, съ которымъ народъ поступилъ чрезвычайно оригинально. Что сдѣлалось съ дочерьми -- неизвѣстно, но сыновья содержались поцарски: ихъ кормили, поили, наконецъ поженили, но все время содержали порознь, чтобы они не могли интриговать. Наконецъ лучшій изъ нихъ былъ избранъ въ короли, еще двое были оставлены на случай несчастья, а всѣ остальные сожжены. Конечно, народъ управляется отлично по этой системѣ строго художественнаго избранія, и всѣ три короля Вахумы огромнаго роста, болѣе шести футовъ вышины.

Церемоніи и этикетъ при дворѣ Уганды и другихъ дворовъ Вахума опредѣлены самымъ точнымъ образомъ, и за неисполненіе этихъ правилъ грозитъ смертная казнь. Первое мѣсто при дворѣ, во время пребыванія тамъ Спика и Гранта, занимала бывшая кормилица матери короля. За нею слѣдуетъ сестра королевы и королевскій брадобрей; потомъ уже начальники провинцій и военныя власти, наконецъ палачи и повара. Въ низшемъ чинѣ считаются малолѣтніе пажи, прислуживающіе женщинамъ и посылаемые по различнымъ порученіямъ, которыя они, подъ опасеніемъ смертной казни, должны исполнять бѣгомъ. Кромѣ всего этого существуютъ придворные пѣвчіе и музыканты, играющіе на барабанахъ, набитыхъ горохомъ, на флейтахъ, арфахъ и деревянныхъ гармоніяхъ. Каждый значительный человѣкъ обязанъ постоянно присутствовать при дворѣ, иначе имѣнія его конфискуются, и долженъ быть прилично одѣтъ въ нѣчто въ родѣ тоги, сдѣланной изъ коры фиговаго дерева. Если же у несчастнаго будетъ видна малѣйшая частичка тѣла, то онъ лишается своего состоянія и даже жизни. Какое благословеніе были бы для нихъ наши панталоны. Эти одежды изъ коры великолѣпно сдѣланы и кажутся издали лучшимъ полосатымъ бархатомъ; ихъ надѣваютъ поверхъ платья изъ шкуръ антилопы, сшитыхъ самымъ мастерскимъ образомъ. Придворные должны выражаться и держать себя согласно установленнымъ правиламъ. Даже самъ король не освобожденъ отъ правилъ, этикетъ которыхъ, напримѣръ, требуетъ, чтобы онъ когда ходитъ, подражалъ бы бѣгу льва, закидывалъ бы ноги и быстро поворачивался съ одной стороны на другую. Когда король принимаетъ подарокъ отъ подданнаго или приказываетъ его высѣчь, то осчастливленный человѣкъ долженъ благодарить за снисходительное вниманіе, растянувшись на землѣ и визжа какъ счастливая собака. Выходы король дѣлаетъ во дворцѣ почти ежедневно. Дворецъ этотъ состоитъ изъ огромнаго огороженнаго мѣста, на склонѣ горы, посреди котораго возвышаются гигантскіе шалаши изъ травы, великолѣпной отдѣлки. Въ этихъ шалашахъ живутъ жены короля отъ 200 до 400 штукъ. Земля устлана рогожами и узорчатымъ тростникомъ. На этихъ выходахъ дѣламъ и церемоніямъ нѣтъ конца. Тутъ выдаются, приказанія, присуждаются наказанія, принимаются подарки. Военные начальники приводятъ сюда скотъ и приносятъ добычу, награбленные; ими, художники являются съ своими произведеніями, охотники представляютъ рѣдкихъ звѣрей, живыхъ и мертвыхъ, такъ-какъ еще Кимера завелъ звѣринецъ. Во все это время пажи снуютъ взадъ и впередъ, разнося бѣгомъ приказанія, музыканты не перестаютъ бить въ барабаны и свистѣть. А высоко надъ головами коршуны выглядываютъ добычу, изъ отводимыхъ въ сторону на казнь. Впрочемъ, король три дня въ мѣсяцъ отдыхаетъ; онъ посвящаетъ эти дни религіознымъ церемоніямъ. У него есть коллекція магическихъ роговъ, съ помощью которыхъ онъ входитъ въ сношенія съ духомъ, живущимъ глубоко въ водахъ Ніанзы. Онъ также пользуется славою истолкователя сновъ. По временамъ онъ предпринимаетъ пилигримства, и тогда таскаетъ съ собою всѣхъ своихъ жонъ; въ подобныхъ случаяхъ обыкновенный смертный не смѣетъ выглянуть на королевскую процессію, подъ опасеніемъ, что на него тотчасъ нападутъ пажи, изобьютъ и ограбятъ. Теперешній король Мтезе -- человѣкъ молодой, лѣтъ двадцати-пяти; одѣвается очень изысканно и употребляетъ даже носовой платокъ.

Вотъ какъ описываетъ Спикъ свою первую аудіенцію у короля. Достигнувъ дворца, я узнадъ, что король еще не одѣвался, и потому меня просили сѣсть на землю и подождать его. Но я отказался и ушелъ въ лагерь, желая сразу поставить себя на высокую ногу и пріобрѣсти вліяніе на народъ. Когда король вышелъ и увидѣлъ, что англичанинъ ушелъ, онъ послалъ за нимъ офицера. Возвратившись, я объяснилъ королю, что не хочу сидѣть на землѣ, считая это за оскорбленіе. Въ Угандѣ никто никогда не сидѣлъ на стулѣ передъ королемъ, но мнѣ первому позволили эту честь. Король сидѣлъ на тронѣ изъ латуни; онъ былъ великолѣпно одѣтъ и держалъ въ рукѣ свой дротикъ и щитъ. Его воины были также вооружены дротиками. Офицеры стояли вокругъ короля и поддерживали общій разговоръ. Уставъ сидѣть такъ долго на солнцѣ, я открылъ зонтикъ къ неописанному удивленію короля и всего двора. Наконецъ всѣ придворные и воины удалились и король, устремивъ на меня глаза, спросилъ: "Видѣлъ ты меня?" Я отвѣчалъ, что имѣлъ это счастье и, посмотрѣвъ на часы, увидѣлъ, что оно продолжалось ровно полчаса. Король тогда удалился во внутренность дворца, куда пригласилъ и меня. Взойдя, я удивился, увидѣвъ короля снова на тронѣ, но уже окруженнаго не придворными, а своими женами, по крайней мѣрѣ двумя или тремя-стами. Тутъ снова прошло полчаса въ обоюдномъ смотрѣніи другъ на друга, наконецъ король снова спросилъ:-- "видѣлъ ты меня?" Кромѣ того еще спросилъ, откуда я прибылъ, и выразилъ желаніе меня еще разъ видѣть. Я отвѣчалъ, что буду очень счастливъ и при этомъ замѣтилъ, что привезъ ему подарки. Король сказалъ: "покажи ихъ". Первый подарокъ былъ револьверъ, и король, не зная его употребленія, игралъ съ нимъ самымъ смѣшнымъ образомъ. Передъ концомъ аудіенціи, Мтезе сказалъ: "уже темнѣетъ, не хочешь ли чего нибудь выпить? Чего ты желаешь?" Обѣщая прислать мнѣ завтра напитковъ, король со мною распрощался".

Спикъ съ перваго свиданія вошелъ въ дружбу съ королемъ, и во все свое пребываніе въ Угандѣ почти съ нимъ не разставался. Онъ выучилъ его стрѣлять, и часто отправлялся съ нимъ на охоту. Въ первый разъ устройство процесіи, слѣдовавшей на охоту, было нѣсколько трудно, такъ-какъ король бралъ всегда съ собою своихъ жонъ. Спику отведено было мѣсто впереди короля, но онъ отказался; позади же его не хотѣли пустить, такъ-какъ онъ находился бы между королемъ и его жонами. Но онъ настоялъ на этомъ и нашелъ общество женщинъ очень пріятнымъ, такъ-какъ, по его словамъ, онѣ были чрезвычайно любезны. Главною причиною того, что король обходился такъ дружелюбно съ нашими путешественниками, было желаніе его открыть торговыя сношенія съ бѣлыми, такъ-какъ до него доходили въ видѣ подарковъ отъ сосѣднихъ государей товары, вымѣненные у бѣлыхъ. Однако, несмотря на всю свою дружбу, король долго не хотѣлъ выпускать ихъ, наконецъ они съ трудомъ выбрались изъ Уганды, гдѣ ихъ задерживали мѣсяцъ за мѣсяцемъ.

Изъ этой страны Спикъ и Грантъ перебрались въ Уніоро, послѣднее королевство Вахума. Здѣсь ихъ приняли совершенно недружелюбно. Король не допускалъ ихъ до себя, а народъ былъ какой-то сердитый и коварный, ни мало непоходящій на привѣтливыхъ жителей Уганды. Много перенесли они тутъ непріятностей, много провели грустныхъ скучныхъ мѣсяцевъ, прежде чѣмъ имъ позволили слѣдовать дальше. Вообще эта послѣдняя часть путешествія была самая обильная несчастными приключеніями и опасностями, встрѣчавшимися на каждомъ шагу. Тѣмъ съ большею радостью увидѣли себя Спикъ и Грантъ внѣ опасности, когда достигли наконецъ Гондокоро.

Намъ остается теперь сказать только два слова о двухъ новыхъ экспедиціяхъ, въ настоящее время изслѣдующихъ Нилъ: одна изъ нихъ предпринята другомъ Спика, г. Бекеромъ, и имѣетъ цѣлью изслѣдовать колѣно рѣки, въ которое не могли попасть Спикъ и Грантъ. Другая же заслуживаетъ еще большаго вниманія, такъ-какъ она предпринята тремя женщинами. Три смѣлыя голландки, г-жа Тинне съ дочерью и сестрою, баронессою Ван-Капелнъ, снарядили огромную экспедицію, состоящую изъ двухъ-сотъ человѣкъ, одного парохода и четырехъ кораблей, снабженныхъ продовольствіемъ, оружіемъ и даже пушками. Эти смѣлыя дамы уже совершили въ 1862 году путешествіе въ Гондокоро и, возвратившись въ Картумъ, снарядили тамъ свою теперешнюю экспедицію при помощи извѣстныхъ нѣмецкихъ путешественниковъ Геглина и Стенднера, 25 января они вышли изъ Картума. Цѣль этого путешествія -- подняться по притоку Нила, Бар-Ель-Газалъ, и оттуда проникнуть черезъ Дарфуръ и Вадай до знаменитаго озера Чада. Послѣднія извѣстія получены объ этой экспедиціи отъ 10 марта. Она находилась тогда въ озерѣ Рекъ, которое считается источникомъ Бар-Ель-Газала. Спикъ разсказываетъ, что онъ встрѣтилъ этихъ смѣлыхъ женщинъ на Нилѣ и всѣми силами старался уговорить ихъ оставить свое предпріятіе, но совершенно безуспѣшно.

Великое открытіе Спика и Гранта, принятое всѣми учеными и неучеными съ такимъ восторгомъ, конечно не могло не подвергнуться и критикѣ. Извѣстный путешественникъ Miami написалъ протестъ противъ открытія англійскихъ путешественниковъ, увѣряя, что открытый ими Нилъ есть нечто иное, какъ простой притокъ, уже указанный имъ на картѣ, изданной въ 1861 году. Говорятъ, что онъ на дняхъ пріѣдетъ въ Англію, чтобы вступить въ борьбу съ Спикомъ и Грантомъ и торжественно доказать ихъ ошибку. Докажетъ ли онъ что или нѣтъ -- еще неизвѣстно, а достовѣрно, что Спикъ и Грантъ уже указали на многія ошибки ихъ итальянскаго собрата. Между прочимъ Міани утверждаетъ, что онъ поднялся по Нилу до 2о сѣв. ш. и для полной вѣрности этого факта вырѣзалъ свое имя на деревѣ, стоящемъ на томъ мѣстѣ. Спикъ же опредѣлилъ астрономически положеніе этого самаго дерева и нашелъ, что оно находится не подъ 2, а подъ 3 1/2 градусомъ сѣв. ш. Изъ всего этого мы можемъ вывести, что Miami -- не очень опасный противникъ для англійскихъ путешественниковъ и что, по всѣмъ вѣроятіямъ, слава открытія истоковъ Нила останется навѣки связанной съ именами Спика и Гранта. Можно, кажется, безошибочно сказать, что одна изъ величайшихъ географическихъ задачъ окончательно разрѣшена. И еслибъ теперь еще самъ Спикъ или Бекеръ прошли Африку поперегъ отъ озера Лута-Мциге до Атлантическаго океана, и какой нибудь Грегори или Стюартъ прослѣдилъ бы изъ конца въ конецъ западную Австралію, то всѣ великіе тайники обитаемыхъ частей земнаго шара были бы открыты.


"Отечественныя Записки", No 8, 1863