# Стихотворения

Иоганн Вольфганг Гёте

Божественное

Покаяние

Перемена

Молитва парии

На озере

Лесной царь

"Единого, Лилли, кого ты любить могла..."

Певец

"Кто со слезами свой хлеб не едал..."

"О, кто одиночества жаждет..."

Завет

Перевод А. А. Григорьева

Гете Стихотворения Аполлон Александрович Григорьев. Избранные стихотворения Библиотека поэта. Большая серия. Ленинград: Советский писатель, 1959 Божественное Покаяние Перемена Молитва парии На озере Лесной царь "Единого, Лилли, кого ты любить могла..." Певец "Кто со слезами свой хлеб не едал..." "О, кто одиночества жаждет..." Завет Божественное Прав будь человек, Милостив и добр: Тем лишь одним Отличаем он От всех существ, Нам известных. Слава неизвестным, Высшим, с нами Сходным существам! Его пример нас Верить им учит. Безразлична Природа-мать. Равно светит солнце На зло и благо, И для злодея Блещут, как для лучшего, Месяц и звезды. Ветр и потоки, Громы и град, Путь совершая, С собой мимоходом Равно уносят То и другое. И счастье так, Скитаясь по миру, Осенит то мальчика Невинность кудрявую, То плешивый Преступленья череп. По вечным, медяным, Великим законам, Все бытия мы Должны невольно Круги свершать. Человек один Может невозможное: Он различает, Судит и рядит, Он лишь в минуте Сообщает вечность. Смеет лишь он Добро наградить И зло покарать Цел_и_ть и спасать, Всё заблудшее, падшее К пользе сводить. И мы бессмертным Творим поклоненье, Как будто людям, Как в б_о_льшем творившим, Чт_о_ в малом лучший Творит или может. Будь же прав, человек, Милостив и добр, Создавай без отдыха Нужное, правое... Будь нам их образом Провидимых нами существ. (Апрель 1845) Покаяние Боже правый, пред тобой Ныне грешница с мольбой. Мне тоска стесняет грудь, Мне от горя не заснуть. Нет грешней меня, - но ты, Боже, взор не отврати!.. Ах, кипела сильно в нем Молодая кровь огнем! Ах, любил так чисто он, Тайной мукой истомлен. Боже правый, пред тобой Ныне грешница с мольбой. Я ту муку поняла, И безжалостно могла Равнодушно так молчать И на взгляд не отвечать. Нет грешней меня, - но ты, Боже, взор не отврати!.. Ах, его терзала я, И погиб он от меня. Потерялся, бедный, он, Умер он, похоронен. Боже правый, пред тобой Ныне грешница с мольбой. (Апрель 1845) Перемена На камнях ручья мне лежать и легко, и отрадно... Объятья бегущей волне простираю я жадно, И страстно мне жаркую грудь лобызает она. Умчит ее прихоть - тотчас набегает другая, Всё так же прохладна, всё так же мне сердце лаская И вечною мерой душа так блаженно полна. К чему же безумно, к чему же печально и тщетно Часы наслажденья, летящие так незаметно, Ты мыслью о милой неверной начнешь отравлять? О, пусть возвратится, коль можно, пора золотая: Целует так сладко, целует так страстно вторая, Как даже и первая вряд ли могла целовать. (Апрель 1845) Молитва парии Вечный Брама, боже славы, Семя ты всему единый, И лишь ты единый правый... Неужель одни брамины Да богатые с раджами Созданы тобою, боже, Или звери вместе с нами Рук твоих созданье тоже? Правда, мы неблагодарны: Нам худое подобает; Всё, что смертно для свободных, То одно нас размножает. Так судить прилично людям, - Но не в мнение людское, А в тебя мы верить будем: Правых нет перед тобою. И к тебе мое моленье: Приими меня как сына И восстань соединенье В том, что было б нам едино. Для любви твоей нет меры, И тебя не тщетно чту я: В искупленьи баядеры, Вечный Брама, чуда жду я! (1845) На озере И пищу свежую, и кровь Из вольной жизни пью. Природа-мать! ты вся любовь, Сосу я грудь твою. И мерно челн качает мой То вниз, то вверх волна, И горы, в облаках главой, Встречают бег судна. Что ты поникло, око? Ты ли снова, сон далекий? Славный сон, ты лишний здесь... Здесь любовь, и жизнь здесь есть... На волнах сверкают Тысячи звездочек вдруг, Облака впивают Даль немую вокруг. Утренний ветр обвевает Дремлющий тихо залив. Озера зыбь отражает Много зреющих слив. (1850) Лесной царь Кто мчится так поздно под вихрем ночным? Это - отец с малюткой своим. Мальчика он рукой охватил, Крепко прижал, тепло приютил! "Что всё личиком жмешься, малютка, ко мне?" - "Видишь, тятя, лесного царя в стороне? Лесного царя в венке с бородой?" - "Дитятко, это туман седой". Ко мне, мой малютка, со мною пойдем, Мы славные игры с тобой заведем... Много пестрых цветов в моем царстве растет, Много платьев златых моя мать бережет". - "Тятя, тятя... слышишь - манит, Слышишь, что тихо мне он сулит?" - "Полно же, полно - что ты, сынок? В темных листах шелестит ветерок". "Ну же, малютка, не плачь, не сердись. Мои дочки тебя, чай, давно заждались. Мои дочки теперь хороводы ведут; Закачают, запляшут тебя, запоют..." - "Тятя, тятя, за гущей ветвей Видишь лесного царя дочерей?" - "Дитятко, дитятко... вижу я сам, Старые ивы за лесом вон там". "Ты мне люб... не расстанусь с твоей красотой; Хочешь не хочешь, а будешь ты мой..." - "Родимый, родимый... меня он схватил... Царь лесной меня больно за шею сдавил..." Страшно отцу. Он мчится быстрей. Стонет ребенок, И всё тяжелей... Доскакал кое-как до дворца своего... Дитя ж был мертв на руках у него. (1850) * * * Единого, Лилли, кого ты любить могла, Хочешь вполне ты себе и по праву... Твой он вполне и единственно. Ибо вдали от тебя мне Жизни быстро стремительной Всё движение шумное, Словно легкий флер, сквозь который я Вижу твой лик из-за облака, И, приветливо-верный, он светит мне, Как за радужным блеском сиянья полночного, Вечные звезды сверкают. (1851) Певец "Что там за песня на мосту Подъемном прозвучала? Хочу я слышать песню ту Здесь, посредине зала!" - Король сказал - и паж бежит... Вернулся; снова говорит Король: "Введи к нам старца!" - "Поклон вам, рыцари, и вам, Красавицы младые! Чертог подобен небесам: В нем звезды золотые Слилися в яркий полукруг. Смежитесь, очи: недосуг Теперь вам восхищаться!" Певец закрыл свои глаза- И песнь взнеслась к престолу. В очах у рыцарей гроза, Красавиц очи - долу, Песнь полюбилась королю: "Тебе в награду я велю Поднесть цепь золотую". - "Цепь золотая не по мне! Отдай ее героям, Которых взоры на войне - Погибель вражьим строям; Ее ты канцлеру отдай - И к прочим ношам он пускай Прибавит золотую! Я вольной птицею пою, И звуки мне отрада! Они за песню за мою Мне лучшая награда. Когда ж награда мне нужна, вели мне лучшего вина Подать в бокале светлом". Поднес к устам и выпил он: "О сладостный напиток! О, трижды будь благословен Дом, где во всем избыток! При счастье вспомните меня, Благословив творца, как я Всех вас благословляю". (1852) * * * Кто со слезами свой хлеб не едал, Кто никогда от пелен до могилы, Ночью на ложе своем не рыдал, Тот вас не знает, силы. Вы руководите в жизни людей, Вы предаете их власти страстей, Вы ж обрекаете их на страданье: Здесь на земле есть всему воздаянье! (1852) * * * О, кто одиночества жаждет, Тот скоро один остается! Нам всем одинаково в мире живется, Где каждый - и любит, и страждет. И мне не расстаться с глубоким, Изведанным горем моим... Пусть буду при нем я совсем одиноким, Но все же не буду одним. Одна ли подруга? Подходит Украдкой подслушать влюбленный... Вот так-то и горе стопой потаенной Ко мне, одинокому, входит. И утром, и ночью глубокой Я вижу и слышу его: Оно меня разве лишь в гроб одинокой Положит совсем одного. (1852) Завет Внутри души своей живущей Ты центр увидишь вечно сущий, В котором нет сомнений нам: Тогда тебе не нужно правил, Сознанья свет тебя наставил И солнцем стал твоим делам. Вполне твоими чувства станут, Не будешь ими ты обманут, Когда не дремлет разум твой, И ты с спокойствием свободы Богатой нивами природы Любуйся вечной красотой. Но наслаждайся не беспечно, Присущ да будет разум вечно, Где жизни в радость жизнь дана. Тогда былое удержимо, Грядущее заране зримо, Минута с вечностью равна. (1859)