# Здесь в Европе

Зинаида Николаевна Гиппиус

Дьявольская триада

З. Н. Гиппиус


Здесь в Европе

Дьявольская триада


Гиппиус З. Н. Мечты и кошмар (1920--1925)

СПб.: ООО "Издательство "Росток", 2002.


Вся Европа... нет, все европейские правительства, кроме правительства Франции, протягивают руку помощи Ленину и Троцкому. Соединяются с большевистским "правительством", поддерживают его в трудный для него час: окровавленный народ восстал против властвующих "людоедов" (по выражению их ближайшего помощника и покровителя -- Ллойд Джорджа).

Возмущаться глупо и бесполезно: европейские правительства, после войны, утеряли точку зрения, с которой могли бы понять наше возмущение, утеряли начисто критерий всякой человеческой нравственности. Допускаю, что они и не имели его никогда; но они имели стыд, прикрывались какой-то видимостью; ныне они совлекли и ее с себя. Исполнили мечту мертвецов Достоевского -- "обнажились, заголились".

Перед подобными актами "заголения" не только исчезает способность возмущаться: теряется и всякая возможность обратиться к этим людям со словом разума: да, обыкновенного разума, здравого смысла. Потому что само заголение уже есть один из патологических признаков потери, между прочим, и человеческого разума.

Что же остается делать нам, еще находящимся в здравом рассудке и твердой памяти? Одно: спокойно, без праздного возмущения и унизительного отчаяния, со всей простотой человеческого здравого смысла, говорить о том, что есть, и о том, что будет. Рисовать картину данного и -- неизбежного, грядущего.

Пророчества? Да, всякая логика идет до пророчеств. И они всегда исполняются. Всякая теза имеет свою антитезу и свой синтез. Это тоже физический закон.

Данное таково: по мере выздоровления европейских народов (и русского, в том числе) -- заболевают европейские правительства. Болезнь России, как теперь видно, была не народной болезнью. Народ, после острого припадка, очнулся: народы Европы, пережив легкую форму заразы, совершенно приходят в себя; злейшие носители большевистской заразы -- правительствующие большевики -- заразили правительства Европы. (И в первую голову -- английское.) Это они, а не их народы" падают все ниже в области культурно-духовной. Они, а не их народы, заголяясь, обнажают свою язву, триаду дьявола, которую он называет: "Страх, Похоть и Тщеславие".

И не народы европейские, а их правительства, во главе с "Русским" (кроме одинокой, но крепкой Франции) -- тут же еРяют разум и логику, ибо всякий, кем овладел триединый дьявольский соблазн -- Страх, Похоть и Тщеславие -- должен прийти к одному концу: гибели.

Правительства новообразований европейских уже родились зараженными. У этих та же триада, и на первом месте непременно Страх, -- ибо они малы и слабы. Но они так же лишаются разума (как и Англия, у которой на первом месте стоит Похоть), они первыми заключают "миры" с прокаженными и первыми, бесславно и незаметно погибают. Самая свеженькая жертва -- Грузия, попавшая, как предназначено "боящимся" -- в свое "озеро огненное", от невнимания забыты предыдущие. На очереди западные новообразования, не выключая похотливой, тщеславной и тоже "боящейся" Польши. Ни логика, ни разум не позволяют сомневаться, что они все попадут в это апокалипсическое (и какое реальное!) огненное озеро, если только... всеевропейская правительственная помощь большевистскому "правительству" будет иметь длительный успех, если гибель правительств не начнется с гибели московского.

Такое начало было бы счастьем для всех европейских народов без исключения: они избежали бы многих незаслуженных ими потрясений, ускользнули бы от "озера огненного", во всех случаях уготованного их правительствам.

В настоящую минуту в России явно и остро происходит то, что происходит, еще тупо и скрыто, во всей Европе: борьба народа с правительством. Мы, действительно, присутствуем при начале (или конце?) если не всемирной, то всеевропейской революции. При "войне в вертикальном разрезе", войне интернациональной.

В борьбе "Сегодня" и "Вчера" -- побеждает "Завтра", как сказал Ибсен; мы не сомневаемся поэтому в конечном торжестве народов над своими врагами. Но нужно пламенно желать, чтобы победа пришла скорее, чтобы победители безумцев не вышли из борьбы обескровленными, истощенными на многие годы.

Европа на острие -- но Европа не одна. Если ее революция примет затяжной характер, возможно, что ею и народным достоянием воспользуются другие части света. Похотливое английское правительство потеряло голову до присоединения к лозунгу "грабь награбленное" и думает, что он обращен у него к большевикам. Это "золотое" безумие -- несомненная гибель, конечно. Но чтобы не отозвалась она слишком тяжко на народе, на народах, надо желать ускорения следствий безумия.

В ускорении весь вопрос. Во времени. В сущности вся общеевропейская борьба ведется за время, ибо никто же, ни сами безумцы, не сомневаются, за кем последняя победа. Но время не пустая вещь: это цена крови, это гибель или спасение многих и многих невинных.

Русский народ, ныне как в фокусе отразивший общеевропейскую борьбу, знает, или уже знает, и чувствует всю важность вопроса времени. Он один сейчас в острой борьбе с правительством, и уже не с одним своим, а со всеми европейскими, как бы влившимися в большевистское.

Оттого борьба так непомерно тяжка. Оттого так важно, чтобы голос его услышали братья. Народы Европы! Протяните руки. Россия умирает за общее дело. Русская кровь льется в смертной схватке не со своим только, а с единым, многоголовым, вашим и нашим, Врагом Народов.


КОММЕНТАРИИ


Впервые: Общее Дело. Париж, 1921. 20 марта. No 248. С. 2.


...руку помощи Ленину и Троцкому. -- В 1921 г. В. И. Ленин -- председатель Совета народных комиссаров РСФСР, Л. Д. Троцкий -- председатель Реввоенсовета РСФСР.

Ллойд Джордж Дэвид (1863-1945) -- премьер-министр Великобритании в 1916-1922 гг.

..."обнажились, заголились". -- ("заголимся и обнажимся") -- см.: Достоевский Ф. М. Бобок (из "Дневника писателя", 1873).

Ибсен Генрик (1828-1906) -- норвежский драматург. В "Литературном дневнике" (глава "Что и как", 1904) Гиппиус писала: "Многие пьесы Ибсена -- воистину пьесы "настоящего". Не вплетает ли он надежды в воспоминания и нереальное в реальное?".