# Новые рассказы П. П. Гнедича. Два тома

Петр Петрович Гнедич

Новые разсказы П. П. Гнѣдича. Два тома. Спб., 1890 г. Цѣна по 1 руб. за томъ Г. Гнѣдичъ не новичокъ, не начинающій писатель: въ 1885 г. появились отдѣльнымъ изданіемъ его Повѣсти и разсказы, въ 1887 году -- его книжка Шесть комедій, въ 1888 г.-- Семнадцать разказовъ и въ нынѣшнемъ -- Новые разказы, числомъ тоже семнадцать. Все они написаны гладко, занимательно и нѣкоторые оживлены симпатичною мыслью, рискующею иногда перейти въ парадоксъ, но останавливающеюся какъ разъ во-время на выраженіи сочувствія неудачникамъ, несчастливцамъ въ искусствѣ. Съ наибольшею ясностью это сказывается въ первомъ разсказѣ перваго тома, озаглавленномъ Свободныя художества. Вопросъ тутъ затрогивается довольно старый, а именно: служитъ ли наша академія художествъ развитію свободы въ искусствѣ и не препятствуетъ ли она развитію свободнаго творчества? Вопросъ этотъ только затрогивается авторомъ и остается, конечно, неразрѣшеннымъ. Но для незнакомыхъ съ бытомъ молодыхъ художниковъ,-- а такихъ незнакомыхъ огромное большинство публики,-- г. Гнѣдичъ открываетъ небольшой уголъ завѣсы, скрывающей отъ посторонняго взгляда обособленный мірокъ внутренней жизни молодежи, ищущей собственными силами прямыхъ путей къ правдѣ и красотѣ въ искусствѣ. Наиболѣе даровитые между ними не удовлетворяются рутиннымъ преподаваніемъ, которое профессора отбываютъ, по большей части, какъ всякую канцелярскую службу, не внося въ дѣло не только пламеннаго увлеченія учащейся молодежи, но даже простаго гуманнаго сочувствія къ ея порывамъ. Производятся экзамены, задаются "программы", и дѣлается это холодно, безучастно, для всѣхъ одинаково нравно, какъ на экзаменахъ изъ математики. Задача дана и разрѣшай эту задачу какъ тебя учили, на томъ и дѣлу конецъ, отъ себя не мудрствуй и не заносись. Натуры выдающіяся, чувствующія въ себѣ, болѣе ши менѣе безсознательно, присутствіе творческихъ силъ, вынуждены либо подчиниться сдерживающимъ и принижающимъ ихъ установившимся порядкамъ, либо самостоятельно, безъ поддержки и руководства, безъ малѣйшей помощи и сочувствія, бродить въ окружающемъ ихъ туманѣ, разыскивая выходъ изъ мрака къ свѣту, отъ мастерства, которому ихъ выучили, къ свободному художественному творчеству, котораго жаждетъ душа. А тутъ гнететъ нужда, даютъ себя знать голодъ и холодъ,-- безпощадная нужда, заставляющая бросать осуществленіе высокихъ замысловъ или мечтаній и превращаться въ декораторовъ, бѣгать по редакціямъ иллюстрированныхъ журналовъ, малевать для нихъ по заказу всякую базарную дрянь, ради насущнаго пропитанія. Начинается неравная борьба таланта съ голодомъ, вдохновенія съ требованіями рынка, идеальной честности съ могуществомъ рублей. Исходъ такой борьбы не можетъ быть сомнительнымъ: такъ или иначе талантъ гибнетъ, а съ нимъ и вдохновеніе, и честь художника, и его идеалы. Шагъ за шагомъ совершается проституція искусства, продажа дарованія врозницу на праздную потѣху толпы, на беззастѣнчивую наживу торгашей. Такъ гибнетъ большинство. Рѣдкія, исключительныя натуры, не только нравственно, но и физически неспособныя принизиться до этого, кончаютъ свою артистическую карьеру такъ, какъ кончилъ ее герой разсказа,-- сумасшествіемъ. Это самый крупный, по размѣру и по мысли, изъ всѣхъ Новыхъ разсказовъ г. Гнѣдича. Онъ написанъ горячо, отъ души, производитъ довольно сильное впечатлѣніе и наводитъ на раздумьѣ объ участи русскихъ талантливыхъ людей и во всякой другой области "свободнаго" творчества. Изъ мелкихъ разсказовъ намъ болѣе другихъ нравится картинка, взятая изъ быта актеровъ, озаглавленная фамиліей главнаго дѣйствующаго лица: Курочкинъ. Основная мысль выражена въ упрекѣ, который дѣлаетъ провинціальный артистъ заѣзжимъ, столичнымъ, путешествующимъ цѣлое лѣто гастролировать по губерніямъ и отбивать хлѣбъ у еле живыхъ и безъ того провинціальныхъ актеровъ. Упрекъ этотъ не лишенъ извѣстной доли правдивости, и въ немъ еще разъ выразилось сочувствіе автора къ тѣмъ, кого не балуетъ судьба. Очень милъ крошечный очеркъ Невозвратное время, рисующій горькую участь двѣнадцатилѣтняго гимназистика, пріѣхавшаго въ родную деревню отдыхать отъ непосильной столичной науки. Юнымъ мечтамъ не суждено осуществиться: мамаша требуетъ, чтобы Вася занимался англійскимъ языкомъ и музыкой, папаша взялъ учителя, съ которымъ необходимо повторить весь пройденный курсъ латинскаго языка; нечего бѣгать по рыбнымъ ловлямъ, по лугамъ и лѣсамъ,-- надо "помнить, что уходить невозвратное время. Теперь, именно, такой возрастъ, когда и пользоваться имъ"... И мальчикъ "пользуется" имъ, по волѣ родителей, изнываетъ подъ бременемъ англійскаго языка, латыни и музыки, и, разумѣется, не пользуется каникулами такъ, какъ это необходимо для его физическаго и нравственнаго развитія. Про остальные разсказы можно только сказать, что они читаются легко и съ интересомъ, неизмѣнно проникнуты честною и гуманною мыслью.


"Русская Мысль", кн.VIII, 1890