# Проблески. Стихотворения князя Михайла Голицына

Михаил Григорьевич Голицын

<...> Возьмемъ теперь другой примѣръ изъ другой книги. Вотъ, если угодно, чувство религіозное, стихи звучные, блестящіе, но манера рѣчь романтической школы, условныя мысли условный языкъ новѣйшаго стихотворства: и какъ это блѣдно, безсильно, мелко!


ВЕЧЕРЪ.


"Лѣтній вечеръ притаился:

Еле дышетъ вѣтерокъ.

Мѣсяцъ всплылъ. Засеребрился

Млечный вѣчности потокъ.

Небо убрано звѣздами,

Твердь алмазами горитъ.

Мысль, сроднившись съ небесами,

Въ даль незримою паритъ.

Въ этой роскоши небесной,

Тамъ, въ торжественной тиши,

Есть край радужный, чудесной,

Край понятный для души.

Передъ нимъ все такъ ничтожно

Окружающее насъ,

Что безъ горести не можно

Съ неба свезть на землю глазъ.

Счастливъ тотъ, къ кому слетѣла

Память прежнихъ, лучшихъ дней, --

Дума сердца просвѣтлѣла.

И надежда вмѣстѣ съ ней!

Кто, въ восторженномъ мечтаньѣ,

Все земное позабылъ,

И свое существованье

Съ существомъ вселенной слилъ!"

или:

"Горло соколъ паритъ надъ родною землей,

Въ безпредѣльной дали вышины голубой.

И широкъ и могучъ его крыльевъ размахъ,

Смѣло къ солнцу взлетѣлъ и повисъ въ небесахъ.

О, когда бы я могъ, такъ какъ онъ, горделивъ,

Разомъ даль всю обнять, долу взоръ устремивъ;

Долго бъ тѣшился сталъ, и въ лазури небесъ,

Какъ въ родной сторонѣ, не примѣтно бъ исчезъ....

Но приковавъ къ землѣ, сокрушенный лежу,

Соколиный полетъ только взоромъ слѣжу....

Дайте жъ крылья скорей! сердце рвется въ груди,

На просторъ, на просторъ! всѣ мечты впереди!

Дайте жъ крылья скорѣй! пусть къ раздолью взовьюсь!

Отъ людей далеко -- я съ людьми помирюсь."

Мы хотимъ привести еще одно стихотвореніе изъ той же книги, и вы скажете сами, какое впечатлѣніе оно въ васъ оставитъ:

"Темнорусою головкой

На плечо мое склонись;

Раздѣли души волненье,

Страстнымъ взорамъ покорись.

Ты любви моей предайся,

Трепетъ трепетомъ пойми,

И, въ молчаніи понятномъ,

Крѣпче друга обойми.

Ты сомнѣніемъ тревожнымъ

Грудъ младую не волнуй;

Пусть душа съ душой сольется

Въ вдохновенный поцѣлуй........"

И прочая, прочая. Страницы эти взяты изъ книжки подъ заглавіемъ:

Проблески. Стихотворенія князя Михайла Голицына. Москва, 1847, въ-8, стр. 50.

Авторъ "Проблесковъ" пишетъ то, что всѣ, послѣ Пушкина, пишутъ пушкинскими стихами. Звучно -- мило -- во, къ Сожалѣнію, все это уже мы слышали тысячу одинъ разъ -- а съ этимъ лишнимъ разомъ, тысячу два. Для дальнѣйшихъ упражненій его въ языкѣ боговъ, мы примемъ смѣлость рекомендовать его вниманію и соображенію то, что здѣсь сказано о существенно религіозномъ характерѣ поэзія у древнихъ, образцовой поэзіи всѣхъ вѣковъ, я о необходимости поскорѣе оставить безплодныя поля новѣйшаго романтизма. Выпахались! На нихъ уже ничего не родится. Если порой взойдетъ красивенькій цвѣтокъ. Такъ и тотъ погибаетъ въ пучинѣ крапивы и бѣлены.

Вразсужденіи новѣйшей поэзіи -- мы находимъ хорошей только одну поэзію; поэзію нижеслѣдующую --

Октавы. Е. Вердеревскаго. СП.-бургъ, 1847, въ-8. Двѣ книжки.

<...>


"Библіотека для Чтенія", т.85, 1847