# Гёте. Фауст. Часть I. Перевод Н. Голованова

Николай Николаевич Голованов

Гёте. Фаустъ. Часть I. Переводъ Н. Голованова. Изданіе второе, исправленное. М. 1898. Намъ приходится отмѣтить еще одинъ переводъ "Фауста". Мы дѣлаемъ это тѣмъ съ большимъ удовольствіемъ, что трудъ г. Голованова во многихъ отношеніяхъ можетъ конкуррировать съ лучшими русскими переводами великой трагедіи. Первое изданіе перевода г. Голованова вышло въ 1889 году, но тогда мало обратило на себя вниманіе печати. На стоящее изданіе украшено очень удачными воспроизведеніями извѣстныхъ иллюстрацій Лиценъ-Майера и Цейца и дополнено связнымъ комментаріемъ, скомпилированнымъ по лучшимъ произведеніямъ изъ литературы о "Фаустѣ". Самый текстъ перевода во многихъ мѣстахъ измѣненъ, но, къ сожалѣнію, далеко не всегда къ лучшему. Такъ, напр., посвященіе, переведенное г. Головановымъ совершенно заново, передано въ первомъ изданіи несомнѣнно теплѣе и поэтичнѣе, хотя и не особенно близко къ подлиннику. Надо замѣтить, впрочемъ, что эта чудная элегія до сихъ поръ еще никѣмъ изъ русскихъ переводчиковъ удовлетворительно не переведена, хотя надъ нею работали такіе мастера, какъ.Жуковскій, Губеръ и много другихъ поэтовъ. Равнымъ образомъ и первые стихи монолога Фауста, также никому не удававшіеся, измѣнены, но не исправлены во второмъ изданіи г. Голованова.

Пусть читатели судятъ сами. Въ 1-мъ изданіи читаемъ:

Я философію позналъ;

Я врачъ, юристъ и богословъ;

Не мало долгихъ я годовъ

Въ трудѣ усердномъ потерялъ,--

И только время тратилъ зря...

Конечно, тутъ очень неудачно слово "позналъ", совсѣмъ не выражено, что Фаусту особенно жаль времени, потраченнаго на богословіе, и пропущена строчка

Da steh' ich nun, ich armer Thor!

Этихъ словъ недостаетъ и во второмъ изданіи, но другіе вышеуказанные"* недостатки устранены; зато этихъ сталъ тяжелымъ, расположеніе словъ натянуто и построеніе фразы съ трудомъ понимается:

Ахъ, философію сперва,

Тамъ медицину и права

И богословье, къ сожалѣнью,

Въ горячемъ изучалъ я рвеньи,--

И только время тратилъ зря...

Въ дальнѣйшемъ текстѣ можно было бы указать нѣсколько такихъ измѣненій не къ выгодѣ перевода, но еще чаще попадаются мѣста, гдѣ въ обоихъ изданіяхъ повторяется безъ перемѣны очень неудачный переводъ, который бы долженъ былъ тяготить переводчика и требовалъ бы переработки. Иногда это* отдѣльныя строчки, которыя не трудно было бы исправить простой перестановкой словъ или другими незначительными измѣненіями, но попадаются и цѣлые* отрывки и даже сцены, которые надо было бы просто-на-просто замѣнить другими. Мы не будемъ пестрить нашей краткой рецензіи примѣрами,-- они бросаются въ глаза всякому, знакомому съ нѣмецкимъ оригиналомъ и обладающему сколько нибудь вѣрнымъ слухомъ,-- укажемъ только на безусловно плохой переводъ знаменитаго монолога Гретхенъ передъ образомъ Скорбящей Божіей Матери:

Передъ тобой угасъ,--

Во взорахъ скорбныхъ глазъ,--

Перворожденный твой; и т. д.

Надо удивляться, что переводчикъ могъ допустить такія шероховатости; тѣмъ болѣе, что въ другихъ не менѣе трудныхъ мѣстахъ г. Головановъ доказалъ, что онъ способенъ совладать съ стихотворной формой. Эти неровности: придаютъ всему переводу какой то дилеттантскій характеръ, котораго, по нашему мнѣнію, можно было бы избѣжать, строже процензуровавъ весь переводъ по указаніямъ какого-нибудь компетентнаго руководителя.

Но, отмѣтивъ несовершенства перевода г. Голованова, мы охотно видимъ и его достоинства, а ихъ не мало. Многія сцены, въ томъ числѣ нѣкоторыя изъ лучшихъ, переданы, если и не съ силой подлинника, то, во всякомъ случаѣ, хорошимъ, выразительнымъ языкомъ, иногда не безъ поэтическаго чувства. Какъ у большинства переводчиковъ, такъ и у г. Голованова лучше всего удаются" слова самого Фауста. Сюда нужно отнести, напр., второй монологъ Фауста въ кабинетѣ ("Опять простился я съ полями..."). Безусловно прекрасно, музыкально ньѣрно переведенъ "хоръ духовъ", вызванныхъ Мефистофелемъ:.

Скройся, исчезни,

Душный и тѣсный

Сводъ вѣковой,

Въ синѣющей безднѣ

Лазури небесной,

Въ дали голубой!

Раздайтесь, сѣдые

Туманы ночные!

Ярче гори,

Пламя востока,--

Лучъ недалекой

Новой зари!

И т. д.

Слѣдующая сцена Фауста съ Мефистофелемъ (вторая) также очень хороша, особенно удачно переведены геніальныя реплики Фауста:

Одеждой пестрою терзаній

Безцѣльной жизни не унять,

Я слишкомъ старъ, чтобы играть,

И молодъ, чтобъ не знать желаній!..

Здѣсь все просто, сильно и плавно, какъ и далѣе, гдѣ Фаустъ проклинаетъ эту жизнь и ея жалкія радости. Изъ дальнѣйшихъ сценъ обращаютъ на себя вниманіе сцены въ соборѣ и въ тюрьмѣ. Если бы вся трагедія была переведена такъ превосходно, какъ указанныя мѣста, то можно было бы считать задачу перевода "Фауста" разрѣшенной. Въ скоромъ времени ожидается появленіе 2-й части "Фауста" въ томъ же переводѣ и изданіи.


"Міръ Божій", No 4, 1898