# Очерки сибирской жизни

Петр Алексеевич Голубев

Демократические минеральные воды.

## ОЧЕРКИ СИБИРСКОЙ ЖИЗНИ.


## IV. Демократическія минеральныя воды.


(Изъ поѣздки на Солоновку).


Съ понятіемъ о леченіи на минеральныхъ водахъ у насъ установилось представленіе о далекихъ путешествіяхъ, о вокзалахъ, курортахъ, курзалахъ съ прекрасными садами, музыкой, гуляньями, катаньями и прочими увеселеніями. Даже на не особенно извѣстныхъ русскихъ водахъ какой-нибудь Новгородской, Самарской и даже Вятской губерніи вы непремѣнно встрѣтите благоустроенныя помѣщенія для больныхъ, а вокругъ нихъ пріютившіяся увеселительныя заведенія, лавки, магазины, буфеты и пр. Больные здѣсь не оторваны отъ остального міра; къ ихъ услугамъ всегда имѣются газеты, журналы и почтовое сообщеніе, если не правительственная почтовая станція, то или земская или устроенная арендаторомъ и собственникомъ водъ. На сибирскихъ минеральныхъ водахъ эта обстановка совсѣмъ другого характера.

Нынѣшнимъ лѣтомъ мнѣ также случилось быть на минеральныхъ водахъ, но это было не въ Россіи или заграницей, а въ одной изъ губерній Западной Сибири, въ Томской. Я много разъ слыхалъ, а еще больше читалъ о минеральныхъ богатствахъ Сибири, какъ ископаемыхъ, такъ и водолечебныхъ, но никогда до сихъ поръ я не видалъ этихъ богатствъ лично.

Всю весну я страдалъ ревматизмомъ. Въ маѣ докторъ объявилъ, что лучше всего мнѣ съѣздить на мѣсяцъ покупаться въ рѣчкѣ Солоновкѣ, Барнаульскаго округа, въ 650 верстахъ отъ Томска. Такія разстоянія въ Сибири не считаются большими. Я пожелалъ знать подробности, какъ о самомъ мѣстѣ леченія, такъ и о составѣ воды и грязи этой рѣчки. О первомъ докторъ ничего не зналъ, а о составѣ воды по его указанію я могъ найти свѣдѣнія въ "Сибирской Газетѣ". Однако, изъ отчета о химическомъ анализѣ солоновской воды, произведенномъ однимъ изъ томскихъ врачей, я узналъ лишь, что вода принадлежитъ къ сѣрнистымъ горько-соленымъ источникамъ, что процентное содержаніе въ ней солей (3,7%) и температура не уступаютъ теплымъ пятигорскимъ источникамъ и что, наконецъ, ванны изъ этой воды съ пользою употребляются при хроническомъ ревматизмѣ, золотухѣ, подагрѣ, хроническомъ отравленіи металлами и многихъ накожныхъ болѣзняхъ.

Заполучивъ эти свѣдѣнія я началъ собираться въ путь, подыскивая себѣ попутчика. Такой нашелся очень скоро.

За день предъ отъѣздомъ мой попутчикъ спрашиваетъ, совсѣмъ-ли я готовъ въ путь и что я беру съ собой. Кромѣ бѣлья, постели и теплаго платья я ничего больше не бралъ.

-- Ну, а какъ кухня и припасы?

-- Какіе припасы?

-- Да вѣдь мы ѣдемъ не въ благоустроенное заведеніе, гдѣ все есть; мы будемъ жить въ киргизской юртѣ, гдѣ нѣтъ ни столовъ, ни стульевъ, не говоря уже о какой-либо посудѣ; будемъ жить вдали отъ селеній по крайней мѣрѣ верстъ на 10. Предъ собою мы будемъ имѣть лишь небо, да степь съ громаднымъ Кучукскимъ озеромъ, въ которое впадаетъ рѣчка Солоновка. Ближе 10 верстъ у насъ не будетъ даже прѣсной воды, которую мы будемъ покупать не дешевле копѣекъ 5 за ведро. Мы должны везти съ собой буквально все, начиная съ ложки и кончая боченкомъ для воды; верстахъ въ 50 отъ Солоновки мы закупимъ дрова, тесъ для скамеекъ и кроватей, тамъ-же закажемъ яицъ, масла, куръ и пр. А отсюда мы должны взять и крупчатки, и крупы, и приправы къ кушаньямъ. Тамъ можно будетъ доставать отъ русскихъ крестьянъ печеный хлѣбъ (калачи изъ пшеничной муки), а отъ киргизъ -- барановъ и кумысъ. Больше вы тамъ ничего не достанете, хотя-бы имѣли съ собой сколько угодно денегъ. Къ тому, что мы здѣсь закупимъ, тамъ придется издержать намъ очень не много. Тамъ буквально не на что и некуда тратить деньги, если-бы даже вы и хотѣли этого.

Признаюсь, меня это очень озадачило. Однако, дѣлать было нечего и приходилось закупать чашки, ложки и различные припасы. Для сокращенія расходовъ въ пути и въ нашемъ будущемъ хозяйствѣ мы рѣшили взять еще одного компаньона, также какъ и я, искавшаго себѣ попутчиковъ на Солоновку.

Я не буду описывать свой путь, хотя онъ и представлялъ много интереснаго. Мы ѣхали день и ночь; предъ нами мелькали села и деревни, внѣшній видъ которыхъ не оставлялъ особенно пріятныхъ впечатлѣній. Большую часть мы ѣхали проселочными дорогами, на которыхъ селенія отличаются крайнею безпорядочностью своихъ улицъ и бѣднотой построекъ. Особенно неприглядно выглядываютъ хибарки или безъ крышъ, или безъ дворовыхъ пристроекъ, принадлежащія только что осѣвшимъ здѣсь переселенцамъ. По этимъ хибаркамъ вы видите, съ какимъ трудомъ цѣпляется на новомъ мѣстѣ этотъ пасынокъ русской земли, который, однако, чрезъ 5--10 лѣтъ обстраивается и обзаводится хозяйствомъ, ни въ чемъ не уступающимъ старожиламъ,

Десятаго іюня мы были на мѣстѣ. Предъ нами не было ничего кромѣ необозримой ровной степи, покрытой зеленымъ ковромъ. Нынѣшняя весна и лѣто были дождливыя, а потому и солончаки нынѣ покрыты роскошной травой, которую въ особенности любитъ степной скотъ. На берегу Солоновки мы встрѣтили лишь одну юрту и отъ 3 до 5 крестьянскихъ телѣгъ. Мы явились, слѣдовательно, въ числѣ первыхъ. Отсутствіе наплыва больныхъ даже къ срединѣ іюня, когда обыкновенно бываетъ самая подходящая для купаній и вообще леченья погода, объяснялось особенностями нынѣшней весны и лѣта. Весь май и начало іюня погода стояла дождливая и вѣтреная; вода въ Солоновкѣ плохо нагрѣвалась; пріѣзжавшіе въ концѣ мая и началѣ іюня больные уѣзжали обратно, иные даже не начиная купаній.

Вскорѣ къ намъ явились киргизы съ предложеніемъ юртъ. Несмотря на то, что ближайшіе киргизскіе аулы находились отъ Солоновки верстъ за 5--6, киргизы тотчасъ-же узнаютъ о вновь являющихся повозкахъ съ больными и не заставляютъ ждать себя съ услугами. По развѣдочной части они большіе мастера. Юрта была нанята за 14 р. въ мѣсяцъ; при этомъ, конечно, хозяинъ юрты росписалъ ея достоинства сверхъ всякой мѣры. Черезъ часъ послѣ торга явились двѣ телѣги съ кошмами, переплетами, палками и кольями, необходимыми для постановки юрты. Оказалось, что всѣ эти принадлежности одно старье: кошмы изгнили, переплеты поломаны; но торговаться съ киргизами намъ уже надоѣло и мы, махнувъ рукой, рѣшили поселиться и подъ этими лохмотьями.

Не успѣли еще окончательно закрыть юрты, какъ на насъ налетѣлъ страшный ураганъ съ проливнымъ дождемъ, молніей и громомъ. Мнѣ приходилось видать ураганы много разъ, но степной -- впервые. Этотъ разумѣется и сильнѣе и ужаснѣе. Предъ тѣмъ я только что читалъ въ газетахъ о разрушительныхъ дѣйствіяхъ урагана, прошедшаго по Акмолинской волости въ концѣ минувшаго апрѣля. Масса стадъ были загнаны имъ въ болота и рѣки, гдѣ и погибли. Застигнувшій насъ ураганъ, не былъ такой сильный, но наши двѣ юрты на Солоновкѣ были подняты и снесены имъ, какъ перышки. Сидя въ закрытомъ экипажѣ, мы только и ждали, какъ насъ перевернетъ вмѣстѣ съ грузнымъ экипажемъ. Киргизы очень покорно переносили разбушевавшуюся стихію и спрятались подъ кошмы лишь тогда, когда до нитки промокли и когда ливень грозилъ принять размѣры потопа. Однако, менѣе чѣмъ чрезъ часъ выглянуло уже солнце и степь блестѣла своими изумрудами. Вмѣсто поломанныхъ переплетовъ и перекладинъ тотчасъ-же были привезены новые и къ вечеру мы уже перешли изъ экипажа жить въ юрту. Сосѣдней юртѣ не такъ легко было оправиться отъ погрома; тамъ было перевернуто верхъ дномъ (и въ буквальномъ смыслѣ этого слова) все хозяйство, а обитательницы юрты, двѣ женщины, промокли до нитки и должны были на ночь ѣхать сушиться въ ближайшую русскую деревню за 10 верстъ. О крестьянахъ, раскинувшихъ шалаши и говорить нечего, они тоже вымокли до нельзя.

Все утро другого дня у насъ прошло въ хозяйственныхъ заботахъ; одинъ изъ насъ рылъ въ берегу Солоновки яму для печки и устанавливалъ надъ ней плиту; другой готовилъ на кострѣ чай, третій тесалъ колья и рубилъ для коекъ доски, только что привезенныя намъ вмѣстѣ съ другими заказами (дровами, лицами, масломъ, хлѣбомъ и пр.) изъ дер. Леньковъ, гдѣ мы наканунѣ мѣняли въ послѣдній разъ своихъ лошадей, въ 40 верстахъ отъ Солоновки. Сажень березовыхъ дровъ мы купили за 2 р. 50 к., сотню яицъ за 1 р., масло по 14 к. фунтъ. Вскорѣ плита была установлена, и мы съ большимъ аппетитомъ ѣли уже собственноручно приготовленную яишницу. За хозяйственными заботами мы не замѣтили, какъ наступило уже и время (11 час.) купаться; объ этомъ намъ напомнилъ нашъ опытный сотоварищъ. Для купаній еще наканунѣ мы избрали самое глубокое мѣсто (1 1/2 арш). вверхъ по Солоновкѣ, саженяхъ въ 20 отъ такъ называемаго ключа, гдѣ и поставили свою юрту. Мѣсто для раздѣванья впослѣдствіи мы огородили съ боковъ парусиной; это не столько для защиты отъ нескромныхъ глазъ, сколько отъ вѣтру, который былъ главной помѣхой во все время нашего купанья.

Понятія о стыдливости и скромности здѣсь выработываются совершенно своеобразныя. Въ этомъ намъ пришлось убѣдиться въ тотъ-же день. Послѣ утренняго купанья мы отправились знакомиться съ крестьянскимъ таборомъ, расположившимся на самомъ возвышенномъ мѣстѣ берега, саженяхъ въ 150 отъ устья Солоновки и отъ озера Кучукъ, почти противъ самаго "креста" и саженяхъ въ 100 отъ нашей юрты. Крестомъ называютъ столбикъ въ сажень вышины, покрытый небольшой на два ската крышкой, подъ которой вдѣлана въ столбѣ небольшая деревянная икона. Столбы и икону поставилъ года 2 тому назадъ лечившійся здѣсь какой-то священникъ. Больные крестьяне, пріѣзжая сюда, первымъ долгомъ молятся у иконы; то же дѣлаютъ и уѣзжая отсюда.

Въ свой первый обходъ мы застали въ таборѣ телѣгъ до десяти, въ каждой по два-три человѣка, больше все мужчины и уже немолодые; женщинъ было не болѣе восьми. Оказалось, что уже нѣсколько телѣгъ уѣхало обратно; пріѣзжавшіе больные не могли дождаться теплой погоды, и проживъ здѣсь даромъ дня по 3 по 4, уѣхали почти не купаясь совсѣмъ. Всѣ больные не изъ сосѣднихъ деревень, а изъ окольныхъ, кто верстъ за 80, кто за 100, кто и за 150 верстъ ѣхалъ сюда нарочно для купанья. Всѣ они устроились здѣсь очень просто; кто раскинулъ холстъ надъ самой телѣгой, гдѣ больные спятъ по ночамъ и отдыхаютъ послѣ купанья; кто помѣщеніе устроилъ себѣ подъ телѣгой, прямо на землѣ, закрывшись пологомъ или одѣяломъ лишь съ той стороны, откуда дулъ вѣтеръ; на землѣ разостлана кошма; одѣваются шубами и озямами. Другіе, имѣя хорошіе полога, устраиваютъ около телѣги настоящую палатку; сверху она поддерживается поднятыми на возжахъ оглоблями, а бока ея прикрѣплены къ кольямъ, вбитыми въ землю. Изъ экономіи въ топливѣ костры устраиваютъ по одному на двѣ на три телѣги; жгутъ больше коровій пометъ, который ходятъ собирать тутъ-же въ степь; дровъ привозятъ съ собой только на растопку.

Посѣтили таборъ мы какъ разъ въ обѣденную пору; около большинства телѣгъ шла дѣятельная работа по приготовленію пищи, около другихъ уже обѣдали, а въ нѣкоторыхъ палаткахъ было полное спокойствіе: обитатели ихъ продолжали еще отдыхать, вѣроятно, послѣ долгаго купанья, которое крайне утомляетъ больныхъ. Обѣдъ у всѣхъ былъ очень незатѣйливъ; теперь былъ постъ и всѣ ѣли постное; большинство ограничивалось однимъ горячимъ блюдомъ, варилась въ желѣзномъ котелкѣ привезенная съ собою вяленая рыба, иные подсыпали туда какой-то крупы, другіе ограничивались одной ухой, которую ѣли съ сухарями, размоченными въ той-же ухѣ. Хлѣбъ у всѣхъ привезенъ только въ видѣ сухарей. У иныхъ кромѣ ухи варилось еще каша изъ проса. Продовольственные запасы у каждаго были развѣшаны на солнечной сторонѣ телѣги и сушились: сухари въ мѣшкахъ, рыба -- на тонкихъ палочкахъ. Изъ огородныхъ овощей еще никто ничего не могъ привезти съ собой: въ огородахъ здѣсь садятъ очень поздно, къ солнцеворотамъ у нихъ не поспѣваетъ даже лукъ. Нѣкоторые привезли съ собой постнаго масла для каши; почти всѣ имѣли кирпичный чай, который и варили раза по 2 по 3 въ день въ тѣхъ-же желѣзныхъ котелкахъ; только рѣдкіе имѣли для этого мѣдные чайники въ четверть или полведра вмѣстимостью; чай разливается въ деревянныя чашки, служащія вмѣстѣ съ тѣмъ и для ѣды ухи. Чай, разумѣется, всѣ пьютъ безъ сахару; это лакомство въ глухихъ деревняхъ является крайнею рѣдкостью за чайнымъ столомъ даже и по праздникамъ. Чаи пили здѣсь съ сухарями и съ вяленой рыбой; въ обыкновенное время дома къ чаю подается или соленая капуста, или соленые огурцы, рыжики и грузди, а когда ничего этого нѣтъ, лукъ съ хлѣбомъ. Само собой разумѣется, что здѣсь при грязевыхъ ваннахъ и купаньи въ горько-соленой водѣ этотъ скудный столъ доставлялъ мало питанія для больныхъ. Почти эта-же самая пища была и у тѣхъ больныхъ, которые пріѣзжали сюда уже послѣ Петрова дня, т. е. въ мясоѣдъ; только рѣдкіе въ это время вмѣстѣ съ рыбою и сухарями привозили съ собой или куръ живыхъ, или немного яицъ или вяленаго мяса. Барановъ у киргизъ никто не покупалъ, также не покупали у нихъ ни кумыса, ни молока.

Поѣздки крестьянъ сюда хотя-бы изъ за 150 и 200 верстъ ничего не стоятъ. Здѣсь они въ продолженіе 4--5-ти дневной жизни не издержатъ ни гроша; то, что ѣдятъ здѣсь, они ѣдятъ и дома, или тамъ еще лучше; самое леченіе не стоитъ ничего; проѣздъ туда и обратно, на собственной лошади; во время пути продовольствіе свое. Содержаніе лошади ни здѣсь, ни въ пути не стоитъ ни копѣйки. Здѣсь она цѣлые дни ходитъ въ степи, около табора, на пути для кормежки они останавливаются не въ деревняхъ, а также въ степи, въ лугахъ и вообще тамъ, гдѣ есть кормъ и вода для лошади. Здѣсь на Солоновкѣ прѣсную воду намъ приходилось покупать по 5 к. за ведро; крестьяне сами на своихъ лошадяхъ ѣздили за ней въ деревню, а лошадей поили изъ колодцевъ, выкопанныхъ на самомъ берегу Солоновки. Въ другое время лошади, пожалуй, не стали-бы пить такую воду (она слишкомъ жестка, известковата и также не безъ соли), но теперь на жарѣ и послѣ солончаковой травы пьютъ поневолѣ. Правильныя свои купанья мы начали лишь только на третій день, когда у насъ было уже все готово, и кухня, и кровати, и палатка на берегу. Руководствомъ намъ при купаньи служила брошюра д-ра Добровольскаго, уже нѣсколько лѣтъ завѣдующаго грязе-лечебнымъ заведеніемъ при оз. Чокракскомъ въ Крыму. Сравнивая по описанію чокракскія грязи и воду съ солоновскими можно считать ихъ если не вполнѣ тожественными, то весьма схожими. Въ заведеніи Добровольскаго главное леченіе состоитъ въ ваннахъ изъ грязи; больныхъ обкладываютъ толстымъ слоемъ грязи, нагрѣтой отъ 25 до 30° слишкомъ R, смотря по состоянію здоровья каждаго больного; въ этой ваннѣ больной лежитъ на солнечномъ припекѣ, также смотря по состоянію здоровья, отъ 5 до 15 минутъ; въ это время у больного является обильный потъ; послѣ ванны больного обмываютъ и опять, также для возбужденія пота, кладутъ въ постель подъ нѣсколько теплыхъ одѣялъ. Ванны изъ рапы (озерной воды) прописываются этимъ больнымъ только какъ заключительное леченіе, а для больныхъ слабыхъ ихъ употребляютъ вмѣсто грязевыхъ ваннъ. На Солоновкѣ при отсутствіи не только какой-нибудь больницы, заведенія, но даже при отсутствіи простого барака или сарая, гдѣ можно было-бы больнымъ скрываться отъ постоянно дующихъ здѣсь вѣтровъ съ сѣвера, со стороны озера Нучука, имѣющаго площадь около 75 кв. верстъ, и со стороны другого озера Кулундинскаго, находящагося верстахъ въ 5 отъ перваго еще сѣвернѣе, и имѣющаго площадь воды въ нѣсколько разъ большую противъ Кучука,-- наконецъ при отсутствіи здѣсь всякой медицинской помощи, врача, фельдшера, даже при невозможности нанять себѣ прислугу или рабочаго,-- правильное леченіе грязевыми ваннами здѣсь совершенно немыслимо.

А природа повидимому не поскупилась на созданіе богатыхъ лечебныхъ средствъ для человѣка. Рѣчка Солоновка, со дна которой достаютъ богатую различными солями и органическими перерожденіями грязь, имѣющую маслянистый характеръ и сильный сѣроворододистый запахъ, Солоновка, вода которой насыщена различными солями такъ, что въ ней невозможно погружаться на столько, чтобы совсѣмъ быть покрытымъ водою,-- составляетъ лишь незначительный рукавъ (не болѣе 400 саж. въ длину и сажени 2--3 въ ширину) отъ озера Кучука, берега и вода котораго содержатъ тѣ же богатства въ значительно большей степени. Единственно чего не достаетъ здѣсь -- это прѣсной воды. И для эксплоатаціи этихъ богатствъ съ большею для человѣка пользою до сихъ поръ ничего не сдѣлано, хотя цѣлебность воды и грязи Солоновки и оз. Кучука извѣстны окружному населенію уже болѣе 10 лѣтъ. Больные изъ бѣдныхъ принуждены жить здѣсь совершенно подъ открытымъ небомъ, на ночь укрываясь подъ свою телѣгу; больные состоятельные могутъ нанять лишь только киргизскую юрту, въ которой прекрасно можно простудиться.

При всемъ желаніи правильно лечиться здѣсь вы можете только купаться на совершенно открытомъ вѣтрѣ, отчего легко простудиться, и вмѣсто грязевыхъ ваннъ можно лишь раскрашивать грязью тѣло. Температура воды въ Солоновкѣ достигаетъ 30 и даже З5о R; нынѣшнее лѣто, впрочемъ, выше 30° К, не была. Послѣ такихъ теплыхъ ваннъ при выходѣ изъ воды тебя сейчасъ-же обхватываетъ холодный вѣтеръ, и вотъ лихорадка, да пожалуй и вновь ревматизмъ готовы. Для недостаточныхъ больныхъ возможность простудиться еще больше. Послѣ купанья они спятъ на землѣ, иные на кошмѣ, а иные и на одномъ озямѣ; отъ вѣтра и дождя едва защищены какой-нибудь холстиной. При отсутствіи врача, намъ оказывала хоть нѣкоторую помощь упомянутая мною выше брошюра д-ра Добровольскаго. Простой народъ, да и остальные больные купались здѣсь безъ всякихъ медицинскихъ совѣтовъ и указаній, а такъ, какъ кто вздумаетъ.

Любопытно взглянуть на рѣчку по утрамъ, съ 11 ч. и съ 3 ч. по полудни. По обоимъ берегамъ ея и въ водѣ вы видите мелькающія черныя фигуры; въ одномъ мѣстѣ на берегу эти фигуры образовали изъ себя причудливую группу, расположившись самымъ непринужденнымъ образомъ: кто лежитъ навзничь, кто сидитъ, обхвативши колѣна руками, третій грѣетъ на солнечномъ припекѣ спину, четвертый воображаетъ себя на полкѣ въ банѣ и грѣетъ ноги. Гдѣ нибудь недалеко отъ этой группы въ водѣ мелькаютъ тѣ же черныя фигуры, выставивъ на поверхность воды или черную спину, животъ или ноги. На пространствѣ сажень 60--70 по рѣчкѣ, гдѣ происходятъ купанья, вы только и видите мелькающія черныя фигуры, точно негровъ, у которыхъ бѣлѣютъ только зубы. Крестьянскія женщины купаются тутъ-же, почти рядомъ, саженяхъ въ 10--15 отъ мужчинъ; но этимъ никто не смущенъ, никто этого не замѣчаетъ, такъ какъ каждый занятъ лишь своей особой, до другихъ никому нѣтъ дѣла. Да наконецъ, среди черныхъ фигуръ вы не только не различите своихъ знакомыхъ, даже не узнаете, гдѣ купаются женщины, гдѣ мужчины. Правда, точно для отличія, нѣкоторыя крестьянки, купаясь не снимаютъ съ гоголовы повойниковъ (чепчиковъ), а иныя, нарочно подвязываютъ волосы платкомъ; по этимъ разноцвѣтнымъ головнымъ уборамъ вы издалека видите купающихся женщинъ и, конечно, обходите подальше.

Какая разница между обычными купаньями, гдѣ нибудь въ селѣ, и нашимъ солоновскимъ. Тамъ вы слышите веселый говоръ, крикъ, хохотъ, шумное плесканье водой, отовсюду на васъ бьетъ здоровьемъ и непринужденнымъ весельемъ, въ большинствѣ вы слышите молодые дѣтскіе или юношескіе голоса,-- здѣсь на Солоновкѣ все тихо, вяло, больнично. Во время раздѣванья и одѣванья вы рѣдко услышите какое-нибудь шутливое замѣчаніе; чаще идутъ вялые разспросы и отвѣты о состояніи здоровья, о температурѣ воды, жалобы на вѣтеръ и облака, застилающія солнце; между разговоромъ, вы услышите не смѣхъ, а скорѣе невольно вырвавшійся стонъ. Процессъ обмазыванья грязью вначалѣ еще возбуждаетъ въ нѣкоторыхъ шутливыя сравненія, но шутка какъ-то скоро застываетъ на языкѣ и смѣняется обычными жалобами на всѣхъ и вся. Правда, дѣтскими голосами и смѣхомъ порой оглашалась и наша пустыня, и здѣсь иногда среди муміеподобныхъ существъ мелькали веселыя дѣтскія лица, но это бывало случайно и рѣдко. Съѣдутся одновременно на купанье семьи три-четыре съ дѣтьми (иногда грудными) и наша безмолвная степь немного оживится; разъѣдутся эти семьи и у насъ наступаетъ обычная тишина.

Я уже сказалъ, что изъ юрточниковъ мы пріѣхали почти первыми; только дня чрезъ два-три послѣ нашего пріѣзда начали съѣзжаться больные; каждый день приходилось встрѣчать по два по три экипажа больныхъ, которые тотчасъ-же нанимали себѣ юрту. Киргизы теперь не отходили отъ насъ; иные, въ ожиданіи подъѣзда новыхъ больныхъ, впередъ привозили свои юрты и разбивали ихъ въ порядкѣ по берегу рѣчки. Цѣны на юрты спустились до 12 и до 8 р. въ мѣсяцъ; въ иныхъ были готовыя кровати, столы и незатѣйливыя скамьи, доставшіяся хозяевамъ юртъ отъ больныхъ въ прошлые сезоны. Къ концу нынѣшняго сезона было 14 юртъ, въ каждой изъ которыхъ пріютилось по 2 по 3, а иногда и по 4 больныхъ, не считая маленькихъ дѣтей. Иные пріѣзжали недѣли на три, другіе жили только недѣлю и потомъ сдавали свои юрты,-- за которыя киргизы всегда берутъ впередъ плату или за мѣсяцъ или за полмѣсяца,-- новымъ пріѣзжимъ уже отъ себя. Юрты почти никогда не были пусты; въ иныхъ перебывало за весь сезонъ до трехъ перемѣнъ квартирантовъ. Всѣхъ юрточниковъ нынѣ перебывало до 70 человѣкъ; въ прошломъ году ихъ было раза въ три больше и число юртъ тогда достигало до 38. Уменьшіе больныхъ объясняется неблагопріятной погодой въ нынѣшнее лѣто. Большее число этихъ больныхъ пріѣзжало изъ Томска и Барнаула; это были больше купцы, мелкіе торговцы, чиновники и духовные; такъ нынѣ купались ректоръ Томской духовной семинаріи, Акакій, томскіе купцы В. Шмурыгинъ, Рейзелихманъ, барнаульскіе -- Иконниковъ, Мальковъ, киргизскій начальникъ изъ Павлодара и пр. Большинство пріѣзжало въ первый разъ, но иные купались здѣсь уже и ранѣе. Были человѣка два и такихъ, которые бывали за минеральныхъ водахъ и грязяхъ за границей и на Кавказѣ; они находятъ, что солоновская грязь своимъ цвѣтомъ, маслянистостью и запахомъ (сѣроводорода) нисколько не уступаетъ заграничнымъ грязямъ, а солоновскую воду находятъ даже болѣе насыщенною солями, чѣмъ кавказскія воды. Большинство юрточныхъ больныхъ лечилось отъ хроническаго ревматизма, невральгіи, сифилиса, накожныхъ сыпей и лишаевъ. Невралгія, сыпи и лишаи проходили быстро, мускульный ревматизмъ также хорошо поддавался леченію, если больные не простужались здѣсь вновь; получили облегченіе и страдавшіе катаррами желудка; нѣкоторые изъ нихъ, кромѣ купанья, ежедневно пили по рюмкѣ солоновской воды, другіе, несмотря на желаніе, не могли переносить вкуса этой отвратительной по своему вкусу, виду и запаху воды. Цвѣтъ ея въ рѣчкѣ сѣровато-желтый, отъ примѣси разной органической дряни, насѣкомыхъ, травы, водорослей, корней и проч., которые отъ густоты солянаго раствора никогда не осѣдаютъ на дно,-- она постоянно мутна. Трудно удержаться отъ рвоты, если случайно во время купанья попадетъ вамъ въ ротъ нѣсколько капель этой мутной горькосоленой жижи; профильтрованная она вѣроятно не такъ противна. Однако, принимавшіе ее внутрь, не смотря на совѣты фильтровать ее, никогда не соглашались на это, приписывая почему-то цѣлебность именно только самой мути воды, а не ея солямъ. Первоначально и купались эти больные, не придерживаясь никакихъ разумныхъ медицинскихъ совѣтовъ; да собственно говоря, едва-ли было человѣка три-четыре изъ нихъ, которые совѣтовались-бы съ врачами предъ своимъ отъѣздомъ на минеральныя воды. Почти всѣ ѣхали, пользуясь лишь слухами о цѣлебности солоновскихъ грязей и воды, да разсказами случайныхъ знакомыхъ, бывавшихъ на Солоновкѣ и получившихъ здѣсь исцѣленіе.

Для деревенскаго населенія эти слухи и розсказни служатъ единственнымъ путеводителемъ въ поѣздахъ на Солоновку. Никто изъ пріѣзжавшихъ сюда крестьянъ не слыхалъ совѣта врачей. Ѣхали сюда потому, что стороной, гдѣ нибудь на базарѣ, ярмаркѣ или отъ заѣзжаго въ деревню торговца прослышали о "святой рѣчкѣ", какъ называютъ ее въ простонародьѣ. И ѣдутъ лечиться отъ всякихъ болѣзней, потому что народная молва приписываетъ рѣчкѣ почти чудесныя свойства -- исцѣлять отъ всѣхъ болѣзней. Въ нынѣшнее лѣто больныхъ изъ крестьянъ перебывало до 150 или до 180 человѣкъ; въ минувшемъ году ихъ было человѣкъ до 300. Между ними я встрѣчалъ страдающихъ всевозможными болѣзнями, но больше всего, конечно, хроническихъ ревматиковъ; многіе едва двигаются на костыляхъ; одинъ молодой парень совсѣмъ не могъ ходить, онъ передвигался, при помощи матери, на рукахъ; болѣе 10 лѣтъ онъ страдаетъ ревматизмомъ, и восьмой годъ уже не ходитъ. Пріѣхалъ онъ на Солоновку изъ Барнаула, за 315 верстъ и жилъ здѣсь въ землянкѣ на берегу болѣе мѣсяца. Одно время, когда на недѣлю установилась хорошая погода безъ вѣтра и облаковъ, онъ начиналъ чувствовать отъ купаній облегченіе: если не вставалъ на ноги, то могъ ихъ выпрямлять безъ помощи рукъ; но потомъ, предъ отъѣздомъ, онъ простудился и уѣхалъ, кажется, безъ надежды когда нибудь поправиться. Рядомъ съ этой землянкой была другая, въ ней также около мѣсяца жилъ другой больной -- молодой парень, пришедшій сюда одинъ пѣшкомъ за 600 слишкомъ верстъ изъ-за Томска: у него былъ или сифилисъ, или довольно распространенная на сѣверѣ Сибири болѣзнь, называемая въ простонародіи "волчецъ"; она разрушаетъ мышцы и кожу, оставляя кости и хрящи. И этотъ больной ушелъ отсюда повидимому безъ облегченія.

Ѣхали сюда и такіе, которымъ купанья ничего, кромѣ вреда, не могло принести; было нѣсколько человѣкъ съ глазными болѣзнями, которыя они лечили примочками изъ солоновской мути; двое были въ послѣдней степени чахотки; она, разумѣется, здѣсь только усилилась отъ сѣроводорода, которымъ мы дышали все лѣто; были съ какими-то язвами, которыя отъ соли только увеличивались. Словомъ, ѣхали сюда со всякими болѣзнями. Много было малокровныхъ, съ одышками, одинъ пріѣхалъ лечиться отъ глухоты. Я не могъ услѣдить за результатами леченія всѣхъ этихъ болѣзней; повидимому, большинство уѣзжало съ тѣмъ же, съ чѣмъ и пріѣхало. Видимое улучшеніе получали ревматики; если иной и уѣзжалъ съ тѣми же костылями, то онъ непремѣнно вѣрилъ, что потомъ дома ему будетъ уже лучше. Дѣйствительно, окончательное исцѣленіе отъ ревматизма наступаетъ лишь спустя нѣкоторое время уже послѣ купаній, и это знаютъ пріѣзжающіе больные, вотъ почему почти каждый, уѣзжая съ тѣми же болями, съ какими и пріѣзжалъ, глубоко вѣритъ, что послѣ купаній у него все пройдетъ. Одному мужичку съ больными глазами я совѣтовалъ вмѣсто леченія ихъ здѣшней мутной водой лучше ѣхать въ городъ къ врачу; мнѣ казалось, что отъ примочки горькосоленой и грязной водой воспалительный процессъ глазъ у него еще больше усилился. Но мужикъ съ глубокой вѣрой утверждалъ, что какъ пріѣдетъ онъ домой, глаза его пройдутъ, потому что онъ уже испыталъ цѣлебность воды. Въ прошломъ году онъ, видите ли, привозилъ сюда младшаго брата, страдавшаго ногами; во время купаній ему облегченія не было, а по пріѣздѣ домой онъ совершенно поправился и былъ взятъ даже въ солдаты. Поэтому и онъ расчитываетъ по пріѣздѣ домой поправиться глазами. Какого труда стоило уговорить чахоточныхъ, чтобы они поскорѣе уѣзжали изъ этого опаснаго для нихъ мѣста. А къ нашимъ совѣтамъ о томъ, какихъ правилъ необходимо придерживаться при самомъ купаньи, эти больные относились еще съ меньшимъ вниманіемъ и почти не придавали имъ значенія. Каждый былъ убѣжденъ, что чѣмъ дольше онъ пробудетъ въ водѣ, тѣмъ больше онъ захватитъ изъ нея здоровья и тѣмъ скорѣе изгонитъ свою немочь. И въ этомъ отношеніи происходили иногда казусы на столько же комичные, на сколько и печальные.

Одинъ молодой мужикъ передаетъ сосѣду старику о замѣченныхъ имъ результатахъ своихъ первыхъ купаній.

-- Допрежь того, братецъ ты мой, не было на всемъ тѣлѣ ни одного волдыря, ни даже пятнышка, у меня чистое тѣло; а теперь смотри-ка что дѣлается. И не знаю, отчего бы эта самая парша, эти волдыри пошли; то есть какъ есть по всему тѣлу. И въ банѣ-то вѣдь недавно былъ, передъ самымъ отъѣздомъ...

-- Ха! да это самое хорошее дѣло и есть. Тутъ-то самый недугъ и есть... вотъ значитъ, у тебя онъ и претъ теперь... Это самое настоящее дѣло и есть. Ты думаешь, какъ выходитъ изъ насъ эта болѣсть, самый недугъ-то? Этими самыми волдырями онъ и выходитъ.

-- А я думалъ ужъ не хуже-ли я сдѣлалъ, что поѣхалъ сюда.

-- Нѣтъ, соколъ, этимъ самымъ всегда и облегченіе получается. Ты покупайся еще малость и у тебя какъ есть всѣ недуги рукой сниметъ. Это ужъ завсегда такъ.

Дававшій эти медицинскія разъясненія и совѣты старикъ самъ былъ на Солоновкѣ въ первый разъ и очевидно давалъ совѣты по слухамъ отъ другихъ.

Съ молодымъ парнемъ, пришедшимъ пѣшкомъ изъ-за Томска, разъ послѣ купанья случился обморокъ; онъ долго лежалъ на берегу и едва потомъ одѣлся въ свое до-нельзя просоленое бѣлье; у него была всего одна рубаха и штаны, которые до того просолились, что снятые съ тѣла стояли на берегу какъ деревянныя. Никакая прачка не съумѣла бы такъ сильно прокрахмалить ихъ. Обморокъ произошелъ отъ долгаго пребыванія въ водѣ, что дѣлалось очевидно по совѣту сосѣдей мужичковъ. Случайно проходившій мимо парня крестьянинъ такъ разсказывалъ потомъ своимъ сосѣдямъ и объ обморокѣ и о накрахмаленномъ его бѣльѣ.

-- Смотрю это я на его штаны и глазамъ не вѣрю: такъ-таки какъ пеньки и стоятъ на берегу, а рубаха, какъ огородное чучело тоже, стоитъ тутъ; самъ онъ лежитъ. Я и кричу ему: аль вздумалъ воробьевъ пугать рубахой-то? Онъ молчитъ, только немного пошевелился. Я подошелъ и пнулъ пеньки, они покатились по берегу. А парень будто съ просонья таково невнятно говоритъ, что у него въ глазахъ темно и проситъ подать ему рубаху. Еле-еле влѣзъ въ нее, подняться-то не можетъ, а рубаха-то стоитъ домомъ...

-- У него, значитъ, въ это время недугъ выходилъ, помолчавъ немного, заключилъ свои наблюденія разсказчикъ.

-- А у меня сегодня тоже въ глазахъ круги заходили, я и полѣзъ скорѣе изъ воды, вставилъ кто-то изъ слушателей разсказчика.

-- Это и значитъ, что купанье въ прокъ идетъ, пояснилъ все тотъ-же разсказчикъ.

Въ виду того, что пріѣзжающіе сюда больные крестьяне могутъ жить здѣсь очень недолго, дней 5--6, не болѣе, такъ какъ пріѣзжаютъ предъ страдой, да и продовольствіе они могутъ захватить съ собой на такой дальній путь лишь на нѣсколько дней, то каждый изъ нихъ и купается ежедневно до изнуренія, стараясь захватить въ этотъ короткій срокъ какъ можно больше, по ихъ мнѣнію, здоровья. Обмороки являются у нихъ какъ результатъ плохаго питанія во время купаній, которыя и сами по себѣ очень изнуряютъ больнаго. Наши указанія на вредъ продолжительнаго сидѣнья въ водѣ они пропускаютъ безъ всякаго вниманія, считая насъ не въ мѣру изнѣженными.

Почти каждый больной, какъ изъ крестьянъ, такъ и изъ юрточниковъ, уѣзжая домой, захватываетъ съ собой непремѣнно соли и грязи изъ Солоновки. Соль везутъ въ мѣшкахъ, а грязь въ тѣхъ посудинахъ (кадки, ведра), которыя во времи леченья служили имъ для воды. Соль и грязь берутъ для того, чтобы леченье продолжать дома въ баняхъ; иные везутъ грязь для домашнихъ больныхъ, а иные и для продажи. По разсказамъ, въ Барнаулѣ грязь продавалась по 2 р. ведро; такая дороговизна объясняется тѣмъ, что грязь слишкомъ тяжела на вѣсъ; ведро ея вѣситъ не менѣе двухъ пудовъ. Нѣкоторые томскіе купцы возили грязь на особыхъ подводахъ въ бочкахъ.

Намъ кажется, будетъ не лишнимъ упомянуть, какъ наша временная колонія проводила вне-купальное время при полнѣйшей оторванности отъ своей обычной культурной жизни, въ глухой степи, гдѣ единственными гостями являлись лишь киргизы ближайшихъ ауловъ, да изрѣдка пріѣзжавшіе съ провизіею (хлѣбомъ, огурцами, лукомъ и рѣдькой) крестьяне изъ окольныхъ деревень. Трудно представить себѣ, куда убивали-бы мы свое время, кромѣ двухъ-трехъ часовъ, идущихъ на утреннее и вечернее купанье, еслибы мы не были вынуждены каждый вести свое дневное хозяйство: готовить чай, завтракъ, обѣдъ и ужинъ; если бы мы въ силу необходимости не были принуждены исполнять своими руками самыя мельчайшія подробности заботъ о своемъ существованіи. Мы были совершенно оторваны на все время пребыванія здѣсь отъ всякихъ сношеній съ знакомымъ намъ міромъ. Никакой почты здѣсь не существовало, слѣдовательно, ни писемъ, ни газетъ и никакихъ извѣстій мы получать не могли. Привезенныя кѣмъ-нибудь съ собою книги скоро наскучивали при однообразіи обстановки, да большинство литературой и не интересовалось. Преимущество въ этомъ отношеніи имѣли карты; онѣ собирали около себя больше охотниковъ; но послѣ нѣсколькихъ дней подъ рядъ страстнаго увлеченія ими, и это удовольствіе теряло интересъ. Шахматы и шашки еще скорѣе надоѣдали. Были любители верховой ѣзды; условія для этого удовольствія здѣсь самыя благопріятныя: лошадей съ сѣдлами сколько угодно и какихъ угодно; почти каждая киргизская лошадь прекрасно объѣзжена подъ верхомъ; нанять осѣдланную лошадь часовъ на 5 на 6 стоитъ не дороже 20--25 к., а прокатиться въ экипажѣ на парѣ или тройкѣ киргизскихъ лошадей верстъ за 10, обойдется не дороже 50--60 коп.; но и этими удовольствіями пользовались немногіе и очень рѣдко. Некуда ѣздить -- вездѣ кругомъ верстъ на 40 къ севѣро-востоку и на цѣлыя сотни въ другія стороны раскинулась однообразная степь, на которой вы только изрѣдка встрѣтите столь же однообразные киргизскіе аулы. Побывавъ въ одномъ изъ нихъ, вы не захотите заѣхать въ другой. Только лай голодныхъ собакъ оживляетъ эти сонныя селенія, гдѣ люди все время сидятъ въ своихъ грязныхъ и душныхъ юртахъ, съ обычною восточною лѣнью занимаясь своими домашними дѣлами. Впрочемъ, даже и здѣсь, дома, вы рѣдко встрѣтите самого киргиза за какимѣнибудь занятіемъ; онъ и дома предпочитаетъ кейфовать, сваливъ всѣ домашнія работы на женщинъ. Эта послѣдняя постоянно за какой-нибудь работой, точно муравей; но женская работа не придаетъ оживленія аулу. Для насъ, не имѣвшихъ никакихъ иныхъ цѣлей кромѣ развлеченія отъ томящей скуки, давала больше чѣмъ киргизскіе аулы интереса единственная, близкая къ намъ (за 10 верстъ) русская деревушка Бархатово или Кучунъ. Но и здѣсь вліяніе степной жизни среди кочевниковъ непреодолимо и сказывается какъ въ медленности работъ, такъ и въ обыденной сонной жизни; но несмотря на это русская культура, хотя и очень низкая, русская рѣчь, наконецъ, общій складъ русской жизни съ понятными для насъ привычками и обычаями были для насъ во сто разъ милѣе, дороже и интереснѣе, чѣмъ чуждая для насъ жизнь киргиза. И вотъ почему мы чаще ѣздили въ эту глухую деревушку, чѣмъ въ аулы. Кромѣ этихъ поѣздокъ остальная наша общественная жизнь была крайне однообразна и монотонна. Чтобы оживить ее мы приглашали иногда киргизскихъ наѣздниковъ для скачекъ и джигитовки; въ видѣ премій имъ бросались на землю деньги, которыя они должны были на скаку поднимать; но киргизы плохіе джигиты,-- рѣдкимъ изъ нихъ удавалось на всемъ скаку схватывать серебряныя монеты. Тутъ же устраивали иногда между ними гимнастическія игры, гдѣ опять таки главную роль играли деньги. Алчность киргизъ къ деньгамъ до того велика, что даже старики гнули свое непривычное къ гимнастическимъ упражненіямъ (тѣло, лишь бы только получить какой-нибудь гривенникъ. Порой заходили къ намъ киргизскіе музыканты и пѣсенники; изъ музыкальныхъ инструментовъ они знаютъ, кажется, одну трехъ и двухструнную балалайку, которая значительно отличается отъ русской треугольной бандуры и сибирской гитарообразной балалайки какъ своей формой, такъ и грубою отдѣлкой. Однако, киргизы играютъ на ней превосходно и знаютъ много русскихъ плясовыхъ пѣсенъ. Киргизскія пѣсни слишкомъ монотонны и заунывны; напѣвы ихъ отдѣльныхъ куплетовъ рѣдко имѣютъ болѣе двухъ-трехъ интерваловъ; обыкновенно куплетъ начинается съ низкаго тона, который постепенно доходитъ до высокихъ нотъ въ срединѣ и конецъ спускается до начальнаго тона. Мнѣ постоянно слышалось завываніе волковъ или собакъ въ напѣвѣ каждой пѣсни. Однако, удовольствіе слушать киргизскихъ пѣсенниковъ намъ удавалось рѣдко; почти всѣ заходившіе къ намъ пѣсенники жили въ отдаленныхъ аулахъ. У насъ же самихъ никогда не составлялось собственныхъ хоровъ; о музыкѣ и говорить нечего. Такимъ образомъ время проходило до крайности монотонно и скучно. Въ крестьянскомъ таборѣ о развлеченіяхъ, конечно, никто и не думалъ. Здѣсь всѣ были слишкомъ погружены въ заботу о леченьи.

Въ началѣ степного сѣнокоса, въ первыхъ числахъ іюля, крестьянскій таборъ почти совсѣмъ исчезъ; оставалось телѣги 3--4, изъ которыхъ одна принадлежала мелочнику торгашу, уже третій годъ пріѣзжавшему сюда вмѣстѣ съ торговлей и для печенія. Года три тому назадъ онъ былъ совсѣмъ безногій, теперь онъ чувствуетъ себя совершенно здоровымъ, и ѣздитъ сюда, кажется, больше для торговли, чѣмъ для леченія. На Солоновкѣ это былъ не единственный торгашъ; по пути въ Кулундинскую степь и въ Павлодаръ на ярмарку, мимо насъ проѣзжало нѣсколько такихъ торгашей; въ ихъ телѣгахъ находится всевозможный мелкій деревенскій товаръ, у иныхъ можно встрѣтить даже красный товаръ.

Послѣ крестьянъ начали разъѣзжаться и юрточники; къ 25 іюля степь опустѣла совсѣмъ; на мѣстѣ многолюднаго табора и аула, съ русскими обитателями вмѣсто киргизъ, не осталось даже признаковъ. Развѣ неглубокія канавки вокругъ стоявшихъ юртъ, да кой гдѣ ямки вырытыя для очаговъ, напоминали о существованіи здѣсь когда-то многолюднаго сборища людей. Въ минувшемъ году сезонъ купаній, по словамъ киргиза, начался много ранѣе нынѣшняго и продолжался до 6 августа.

Скажемъ теперь нѣсколько словъ о самой рѣчкѣ Солоновкѣ и объ исторіи открытія цѣлебныхъ свойствъ ея воды. Собственно говоря это не рѣчка, а рукавъ озера Кучука, имѣющій начало на юговостокъ отъ послѣдняго, въ небольшомъ болотѣ; длина этого рукава не болѣе 350--400 саженъ. Вода въ немъ не имѣетъ никакого теченія; его не замѣтно даже въ верхнемъ слоѣ, очевидно вытекающемъ изъ болота, и имѣющемъ сравнительно съ озерной водой слабую насыщенность солью. Верхній слой, въ толщинѣ постоянно уменьшающійся къ озеру (съ 2 вершк. въ истокѣ до 1/4 вершк. при устьѣ) значительно холоднѣе нижняго; при 30° R. на глубинѣ въ полъаршина температура верхняго слоя стоитъ въ 18--20° R, не болѣе; но самый низкій слой, особенно въ глубокихъ мѣстахъ рѣчки (при 1 1/2 аршинахъ) опять холодный, и вода, здѣсь по температурѣ значительно ниже даже верхняго слоя. Большинство пріѣзжавшихъ на Солоновку утверждаютъ, что высокая температура воды въ ней зависитъ отъ горячихъ источниковъ, хотя ихъ при тщательномъ розыскѣ нынѣ совершенно не найдено и о томъ, гдѣ такіе ключи были прежде, никто, даже бархатовскіе крестьяне сказать не могли. Намъ кажется, что высокая температура зависитъ единственно отъ нагрѣванія солнца и отъ чрезвычайно густаго раствора солей въ водѣ; на это указываетъ и то, что почти такую же высокую температуру имѣетъ около береговъ и вода озера Кучука. Берега Солоновки значительно круче береговъ озера, они возвышаются надъ водой иногда обрывами сажени въ 1 1/2 -- 2, такъ какъ у озера они совершенно плоскіе и покрыты около воды довольно толстымъ слоемъ соли, которую крестьяне ломаютъ и употребляютъ для скота; въ пищу же эта соль не годится по громадной въ ней примѣси постороннихъ солей.

Анализъ, сдѣланный этой водѣ въ 1865 г. томскимъ реальнымъ училищемъ, далъ слѣдующіе результаты: "Вода имѣетъ горько-соленый вкусъ, запахъ сѣроводорода, содержитъ немного органическаго вещества, при выпариваніи при 100° Ц. 37,349 граммовъ ея получилось 1,39 грамма сухого вещества, что составитъ на 100 частей воды почти 3,7% солей. Сухое вещество, оставшейся отъ выпариванія воды, содержитъ слѣдующія основанія: кальцій(очень мало), магній и натрій (того и другого очень много) и кислоты: сѣрную, соляную въ связанномъ состояніи и свободный сѣроводородъ. Грязь представляетъ черную, весьма липкую массу, съ довольно сильнымъ запахомъ сѣроводорода. Черный цвѣтъ ея на воздухѣ быстро измѣняется на поверхности въ сѣрый, вслѣдствіе окисленія сѣрнистаго желѣза, входящаго въ ея составъ. Грязь была обработана кислотами и водою. а) Часть грязи, растворимая въ водѣ, имѣетъ слабощелочную реакцію и содержитъ основанія магній и натрій -- очень много и кислоты: сѣрную и соляную. б) Часть растворимая въ кислотахъ, содержитъ основанія: желѣзо (очень много), аллюминіи (много), кальцій (значительно), магній (слѣды) и кислоты: сѣрную, соляную, углекислоту и сѣроводородъ; углекислородъ и сѣроводородъ входятъ въ составъ грязи какъ въ свободномъ, такъ и въ связанномъ состояніяхъ".

Цѣлебность солоновской воды, по разсказамъ бархатовскихъ крестьянъ, была давно извѣстна киргизамъ и они изрѣдка въ ней купаются; нынѣ купались два киргиза, пріѣзжавшіе сюда изъ дальнихъ ауловъ. Изъ русскихъ-же, первый обратилъ серьезное вниманіе на цѣлебность солоновской воды какой-то священникъ Титовъ, который, по словамъ бархатовскихъ крестьянъ, будто-бы и заявилъ объ этомъ въ 1879 г. ближайшему волостному правленію въ с. Баевѣ. Первыми больными, явившимися сюда лечиться, были барнаульскіе купцы, за ними поѣхали и крестьяне; но наибольшую извѣстность Солоновка получила послѣ 1883--1884 годовъ, когда сюда пріѣхали въ первый разъ больные изъ Томска. Фактъ исцѣленія отъ сильнаго ревматизма томскихъ купцовъ А. Пастухова и Бѣляева сдѣлался извѣстнымъ въ Томскѣ; въ 1885 г. былъ сдѣланъ химическій анализъ воды и грязи, и съ этого времени число больныхъ изъ Томска и другихъ городовъ съ каждымъ годомъ стало увеличиваться на Солоновкѣ, достигнувъ въ прошломъ 1888 году до 500 чел. съ крестьянами. Несомнѣнно, что въ будущемъ минеральнымъ водамъ и грязямъ Солоновки и оз. Кучука представляется блестящая перспектива. Одно жаль, что до сихъ поръ не является сюда предпринимателя, который-бы устроилъ помѣщеніе для больныхъ, кухню и прочія приспособленія, необходимыя для жизни въ этой глухой степи, а главнымъ образомъ необходимо помѣщеніе для ваннъ и самыя ванны. Устройство всего этого здѣсь не представляетъ никакихъ затрудненій. У бархатовскихъ крестьянъ или у Кабинета, которому принадлежитъ на правахъ собственности земля около Солоновки, можно дешево арендовать клочекъ земли подъ постройки; лѣсъ можно достать верстъ за 50; въ провизіи здѣсь никогда недостатка не будетъ; доставку прѣсной воды могутъ взять тѣ же бархатовцы. При устройствѣ готовыхъ квартиръ съ продовольствіемъ на время купаній сюда могъ-бы пріѣзжать какой-нибудь врачъ, практики для котораго было-бы достаточно. Все это подняло-бы значеніе нынѣ мало-извѣстныхъ водъ и грязей Солоновки и дало-бы возможность большему числу больныхъ пользоваться ихъ высоко-цѣлебными свойствами. Само собой разумѣется, что при отдачѣ въ аренду земли, самыя воды не должны быть монополизированы; иначе будетъ отнята возможность лечиться у несостоятельныхъ лицъ, которыя теперь и составляютъ главный контингентъ больныхъ Солоновки.


П. Голубевъ.


Барнаулъ, 11 ноября 1889 г.


"Сѣверный Вѣстникъ", No 1, 1890