# Иностранное обозрение

Виктор Александрович Гольцев

## ИНОСТРАННОЕ ОБОЗРѢНІЕ.


Дневникъ покойнаго императора Фридриха III, напечатанный въ Deutsche Rundschau, произвелъ удивительный переполохъ въ нѣмецкой правительственной и консервативной печати. Сначала посыпались обвиненія въ подлогѣ, а потомъ, когда подлинность документа была установлена самимъ княземъ Бисмаркомъ, напиравшимъ только на незначительныя ошибки или обмолвки дневника, -- нападенія направились и противъ лицъ, напечатавшихъ этотъ историческій документъ, и противъ самого императора Фридриха. Имперскій канцлеръ счелъ своимъ долгомъ сдѣлать по поводу обнародованія дневника докладъ императору и возбудить судебное преслѣдованіе противъ Deutsche Rundschau и того лица, которое передало въ редакцію этого изданія бумаги Фридриха III. Октябрьская книжка журнала, которая должна была заключать въ себѣ продолженіе записокъ покойнаго императора, конфискована. Газеты всего цивилизованнаго міра сообщили отрывки или перепечатали цѣликомъ надѣлавшій такого шума документъ. Что же въ немъ новаго, какія разоблаченія, непріятныя нынѣшнему германскому правительству, находятся въ запискахъ, которыя велъ Фридрихъ III, когда онъ былъ наслѣднымъ принцемъ? Въ дневникѣ встрѣчаются указанія на дѣятельность князя Бисмарка, рисующія его не въ особенно блистательномъ видѣ; императоръ Фридрихъ III разсказываетъ исторію провозглашенія германскимъ императоромъ Вильгельма I не совсѣмъ такъ, какъ объ этомъ повѣствуютъ оффиціальные документы. Въ дневникѣ проглядываютъ гуманные и либеральные взгляды несчастливаго государя, который пришелся не по плечу нынѣшней Германіи. Изъ всего этого, думается намъ, не было надобности подымать такой шумъ, придавать обнародованію дневника значеніе тяжкаго государственнаго преступленія.

Императоръ Фридрихъ III сообщаетъ, что князь Бисмаркъ обѣщалъ, по окончаніи войны съ Франціей, выступить противъ папской непогрѣшимости. Имперскій канцлеръ въ этотъ походъ не снарядился и преданныя ему газеты съ ожесточеніемъ отрицаютъ самое намѣреніе борьбы съ нелѣпымъ догматомъ католической церкви. Но какая же была надобность Фридриху III взводить напраслину на перваго совѣтника его отца? Ошибки въ данномъ случаѣ также быть не могло: покойный императоръ велъ ежедневныя записи и фактъ, имъ упомянутый, простъ,-- до того простъ, что даже не поддается ошибкѣ. Кромѣ того, имперскій канцлеръ, такъ шумно поднявшій "культурную борьбу" съ притязаніями римско-католической церкви и горделиво заявившій, что онъ не пойдетъ въ Каноссу,-- развѣ не отрекся отъ этихъ взглядовъ, развѣ не побывалъ въ Каноссѣ, упросивши папу вмѣшаться во внутреннія дѣла Германіи, въ выборы въ рейхстагъ и въ вопросъ о принятіи предложеннаго правительствомъ военнаго септенната?

Партія свободомыслящихъ, подобно партіи центра, подхватившей приведенную фразу о борьбѣ съ папскою непогрѣшимостью, также постаралась воспользоваться въ собственныхъ интересахъ дневникомъ императора Фридриха. Гуманные взгляды этого государя составляютъ, дѣйствительно, рѣзкій контрастъ съ циническими правилами князя Бисмарка, но, все-таки, выходить изъ себя имперскому канцлеру не слѣдовало. На собраніи свободомыслящихъ въ Бреславлѣ, 23 сентября, Евгеній Рихтеръ, встрѣченный бурными рукоплесканіями (въ залѣ помѣстилось до 4,000 человѣкъ), въ длинной рѣчи разъяснялъ текущіе политическіе вопросы и упомянулъ объ одномъ любопытномъ обстоятельствѣ, касающемся Фридриха III. Покойный императоръ, по словамъ Рихтера, стремился къ преобразованію германскаго государственнаго устройства въ освободительномъ духѣ. Свободомыслящіе не имѣютъ теперь никакихъ основаній, продолжалъ пригнанный вождь этой партіи, скрывать нѣкоторыхъ знаменательныхъ фактовъ. "Когда мы,-- говоритъ Рихтеръ,-- рѣшили, въ 1884 году, образовать изъ прогрессистовъ и либераловъ одну партію -- германскихъ свободомыслящихъ, то первымъ, изъ числа лицъ, не принадлежащихъ къ партіи, привѣтствовалъ это сліяніе, на слѣдующій же день, какъ только оно произошло, тогдашній наслѣдный принцъ, впослѣдствіи императоръ Фридрихъ III". Это заявленіе Рихтера вызвало въ собраніи глубокое волненіе и громъ долго несмолкавшихъ рукоплесканій.

Если свободомыслящіе много потеряли съ кончиною императора Фридриха Ш, то не менѣе причинъ сожалѣть объ этой безвременной кончинѣ имѣютъ всѣ друзья мира и свободнаго развитія каждаго государства, каждаго племени. Князь Бисмаркъ въ своемъ докладѣ императору по поводу обнародованія дневника Фридриха III сдѣлалъ любопытное признаніе: отъ кронпринца находили нужнымъ, въ критическій періодъ, который переживали Пруссія и Германія во время войны съ Наполеономъ III, скрывать важнѣйшія дѣла и намѣренія. Имперскій канцлеръ намекаетъ, что опасались со стороны наслѣднаго принца выдачи государственной тайны или противодѣйствія политическимъ планамъ тогдашнихъ руководителей Германіи. Это оскорбительное, по меньшей мѣрѣ, предположеніе не имѣетъ никакой основы въ характерѣ императора Фридриха III. Покойный государь обнаруживалъ человѣчность, а не слабость, стремленіе достигать справедливыхъ цѣлей, а не постыдное равнодушіе къ тому, что составляетъ истинную славу государства и націи. Если бы при заключеніи франкфуртскаго мира ври, няты были въ соображеніе элементарныя требованія справедливости и уваженія къ побѣжденному противнику,-- въ прокламаціи императора Вильгельма тогда еще короля прусскаго, было сказано, что онъ ведетъ войну съ Наполеономъ III, а не съ французскимъ народомъ,-- то Эльзазъ и Лотарингія не были бы насильственно отторгнуты отъ Франціи и все теченіе новѣйшей европейской исторіи получило бы другое направленіе. Бисмарковская Германія заявляетъ, что желаетъ мира, но какого мира? Такого, при которомъ господство нѣмецкаго милитаризма тяготѣетъ надъ всею Европой, и всякому государству, которое хочетъ сохранить свою самостоятельность, приходится вооружаться съ головы до ногъ, чтобы не подвергнуться захватамъ и нападеніямъ со стороны миролюбиваго канцлера Германской имперіи и его вѣрныхъ союзниковъ. Если князь Бисмаркъ хлопочетъ о сохраненіи мира при нынѣшней группировкѣ державъ, то единственно на томъ основаніи, что въ данныхъ условіяхъ легче всего закрѣпить германскую гегемонію и парализировать силы Франціи и Россіи. Странно было бы обвинять его за это тѣмъ нашимъ патріотамъ, для которыхъ военное могущество государства и его бюрократическое всевластіе являются альфой и омегой политической мудрости, тѣмъ не менѣе, именно со стороны Московскихъ Вѣдомостей, напримѣръ, и производятся самыя ожесточенныя нападенія на князя Бисмарка. Имперскій канцлеръ самоуправленія не любитъ,.свободной печати также, крупному землевладѣнію и крупной промышленности покровительствуетъ, на сосѣдей наводитъ страхъ, а въ средствахъ неразборчивъ и жестокъ: это ли не идеалъ многихъ "охранительныхъ" публицистовъ?

Императоръ Фридрихъ III хотѣлъ, прежде всего, умиротворенія германскаго народа. Онъ надѣялся, и вполнѣ основательно, достигнуть этого путемъ предоставленія свободнаго развитія всѣхъ общественныхъ элементовъ, путемъ строгаго соблюденія законности и уваженія правъ личности каждаго германскаго гражданина. Удаленіе прусскаго министра внутреннихъ дѣлъ Путкаммера за злоупотребленія административною властью при выборахъ въ прусскую палату депутатовъ было добрымъ знакомъ, свидѣтельствующимъ о переходѣ намѣреній въ дѣло. Императоръ скончался, и разнуздавшаяся реакція обвиняетъ даже князя Бисмарка въ либерализмѣ.

Только тогда международный миръ и проченъ, когда въ основу международныхъ отношеній положена справедливость, то-есть признаніе самостоятельности и насущныхъ интересовъ каждаго члена международнаго общенія. Нечего и доказывать, что не таково положеніе вещей въ современной Европѣ. Императоръ Вильгельмъ II, посѣщая Вѣну и Римъ, заявляетъ, что укрѣпляетъ этимъ миръ. Онъ поднимаетъ бокалы за товарищей, за австрійскую армію и за бравую (она всегда терпѣла пораженія отъ австрійцевъ) итальянскую армію. Эти посѣщенія и тосты скрѣпляютъ общіе династическіе интересы, поддерживаютъ тѣ политическія начала, которыя усвоилъ себѣ, прежде всего, князь Бисмаркъ, затѣмъ графъ Кадьноки и бывшій радикалъ Криспи. Но упроченію европейскаго мира они не содѣйствуютъ, нисколько не приближаютъ насъ къ такимъ международнымъ отношеніямъ, которыя основывались бы на здравомъ смыслѣ и простой житейской правдѣ, не говоря уже о требованіяхъ христіанской религіи, которыя органъ князя Бисмарка Norddeutsche Allgemeine Zeitung признаетъ совершенно неподходящими для нынѣшней Германской имперіи.

Нѣкоторыя газеты догадываются, что императоръ Вильгельмъ II велъ въ Вѣнѣ переговоры, стараясь побудить Австро-Венгрію на уступки Россіи въ болгарскомъ вопросѣ. Со стороны германскаго правительства такой шагъ вполнѣ понятенъ: добившись отъ своей доброй союзницы пожертвованія какимъ-либо ея маленькимъ интересомъ въ пользу нашего отечества, то-есть ровно ничего не теряя, Германская имперія, очевидно, надѣется получить въ вознагражденіе за свою услугу что-нибудь существенное со стороны Россіи, напримѣръ, благосклонный нейтралитетъ на случай войны Германіи съ Франціей. По этому поводу русская печать, почти вся, держится общей точки зрѣнія: наши жизненные національные интересы, міровое значеніе Россіи и интересы всего славянства получили бы непоправимый ударъ, если бы Россія допустила новый разгромъ Франціи. Съ другой стороны, каковы истинные интересы русскаго народа въ Болгаріи и на Балканскомъ полуостровѣ вообще? Они заключаются въ содѣйствіи свободному росту небольшихъ славянскихъ государствъ, въ пріобрѣтеніи прочныхъ симпатій среди балканскихъ народовъ. А для этого намъ не надо никакихъ австрійскихъ уступокъ. Наше правительство заявило, что принцъ Кобургскій незаконно выбранъ болгарскимъ княземъ и что съ этимъ правителемъ Россія не желаетъ имѣть никакого дѣла. Прогнать принца Фердинанда силою Австро-Венгрія, разумѣется, ни въ какомъ случаѣ не захочетъ; лишить его нравственной поддержки она, конечно, можетъ, но принцъ Фердинандъ принадлежитъ къ политикамъ бисмарковской школы и опирается совсѣмъ не на нравственныя основанія. Пусть его покуда пребываетъ въ княжествѣ. Весьма сомнительно, чтобы онъ усидѣлъ долго. Дѣла на Балканскомъ полуостровѣ запутываются. Въ Македоніи ведется болгарская агитація. Греки и сербы возмущаются ею. По этому поводу Neue Freie Fresse забила тревогу и обращается къ болгарамъ съ рѣзкими упреками, совѣтуя имъ сидѣть смирно, не раздражать Европы и султана. Neue Freie Fresse утверждаетъ, что болгары начали агитировать въ Македоніи по внушенію Россіи: агенты гр. Игнатьева подняли дѣло, чтобы добиться этимъ путемъ низложенія принца Фердинанда. Вѣнская газета въ суровыхъ выраженіяхъ предостерегаетъ болгаръ даже отъ разговоровъ о Македоніи. Между тѣмъ, на печальное положеніе этой провинціи подъ турецкимъ владычествомъ указываютъ органы нынѣшняго болгарскаго правительства; органы же Стамбулова требуютъ соединенія Македоніи съ Болгарскимъ княжествомъ. Если въ Македоніи дѣйствительно вспыхнетъ возстаніе, то Австро-Венгрія попадетъ въ довольно затруднительное положеніе. Во всякомъ случаѣ, нашему отечеству совсѣмъ не подобаетъ роль европейскаго жандарма на Балканскомъ полуостровѣ и никакихъ уступокъ со стороны Австро-Венгріи намъ не нужно. Пусть волны славянскаго міра поднимаются все выще и выше. Онѣ уже теперь возбуждаютъ тревогу у германскихъ и мадьярскихъ шовинистонъ. Дальновидные венгерскіе государственные дѣятели видятъ опасность, грозящую немногочисленному мадьярскому народу. Онъ пріобрѣлъ господствующее положеніе не только въ Транслейтаніи, но и вообще въ Габсбургской монархіи, благодаря рѣдкой энергіи и даровитости своихъ вождей, благодаря политическому развитію самого народа. Пробужденіе національнаго самосознанія среди славянскихъ народовъ, энергія, которую начинаютъ они обнаруживать, составляютъ несомнѣнную опасность для мадьярскаго владычества. Въ то время, какъ венгры-шовинисты прибѣгаютъ къ насиліямъ противъ хорватовъ и другихъ славянъ, а также и румынъ, болѣе благоразумные, какъ недавно умершій министръ народнаго образованія Трефортъ, стараются обезпечить мадьярскую гегемонію широкимъ распространіемъ просвѣщенія, высокою культурой и развитіемъ свободныхъ учрежденій. Но взгляды Трефорта не могутъ считаться господствующими въ мадьярскихъ правительственныхъ сферахъ, и венгры очень непріязненно смотрятъ даже на стремленіе чеховъ пріобрѣсти для Богеміи положеніе, сходное съ положеніемъ Венгріи. Само собою разумѣется, что враждебное отношеніе мадьяръ и ав- I стрійскихъ нѣмцевъ къ автономіи славянскихъ племенъ усиливаетъ крайности національной борьбы. Едва ли возможно подавить возростающее политическое движеніе австрійскихъ славянъ, которое усиливается все быстрѣе и быстрѣе. Мы отмѣчали уже успѣхи младо-чеховъ, которые выставляютъ болѣе радикальную программу, чѣмъ старо-чехи. Союзъ Австро-Венгріи съ Германіей, за который стояли старо-чехи, приноситъ горькіе плоды для австрійскихъ славянъ. Тѣ относительно небольшія уступки, какихъ добились чехи и словенцы отъ министерства графа Таафе, вызвали немилость къ послѣднему императора германскаго. Въ то время, какъ онъ многократно бесѣдовалъ съ мадьярскими государственными людьми и пожаловалъ высшіе германскіе ордена графу Кальноки, общеимперскому министру иностранныхъ дѣлъ, и Коломану Тиссѣ, венгерскому министру-президенту, съ графомъ Таафе не сказалъ онъ ни слова и не далъ ему никакого ордена. Конечно, не послужить интересамъ нынѣшней Германской имперіи -- большая заслуга передъ человѣчествомъ вообще и передъ славянствомъ въ частности.

Старо-чешская Politik, отмѣчая меморандумъ, поданный великому визирю, проживающему въ Константинополѣ, болгарами, съ жалобами на состояніе Македоніи и съ требованіями реформъ, обѣщанныхъ берлинскимъ трактатомъ, не видитъ въ этомъ шагѣ, само собою разумѣется, ничего ужаснаго. Турецкое правительство сдѣлало въ Софіи запросъ по поводу статей о Македоніи въ Свободѣ и другихъ болгарскихъ газетахъ; но болгарское правительство на этотъ разъ совершенно основательно отвѣтило, что по конституціи, дѣйствующей въ княжествѣ, печать свободна. Не слѣдовало только нынѣшнимъ болгарскимъ правителямъ нарушать эту свободу въ узкихъ интересахъ собственной партіи.

Посѣщеніе императоромъ Вильгельмомъ II Вѣны, демонстраціи, которыя отчасти намѣревалось произвести въ его честь нѣмецкое населеніе столицы Габсбургской имперіи, отчасти и произвело, несмотря на полицейскія стѣсненія, ясно свидѣтельствуютъ, куда клонятся симпатіи этого населенія. Нынѣшніе австро-венгерскіе правители идутъ за княземъ Бисмаркомъ. Для славянъ и для Россіи единственнымъ оплотомъ противъ все возростающихъ притязаній лиги мира является сближеніе между Франціей и нашимъ отечествомъ. Правда, положеніе вещей во Франціи въ настоящій моментъ не отличается устойчивостью; но, во-первыхъ, и въ другихъ великихъ державахъ далеко не все обстоитъ благополучно, и, во-вторыхъ, по отношенію къ Россіи всякое республиканское правительство во Франціи будетъ настроено дружественно, потому что этого требуетъ общественное мнѣніе. Положимъ, симпатіи къ нашему отечеству объясняются, быть можетъ, главнымъ образомъ,-- не станемъ спорить,-- ненавистью французовъ къ Германіи; но для поддержанія европейскаго равновѣсія, нарушеннаго тѣснымъ союзомъ Германіи съ Австро-Венгріей и Италіей, оборонительный союзъ Россіи и Франціи является дѣломъ самосохраненія.

Тревожнымъ считаетъ нынѣшнее состояніе Франціи и одинъ изъ вліятельнѣйшихъ членовъ министерства Флоке, бывшій министръ-президентъ Гобле. "Для политическаго дѣятеля,-- говорилъ министръ на одномъ собраніи въ департаментѣ Соммы, -- достойнаго этого имени, нѣтъ ничего привлекательнаго во власти, когда такому дѣятелю не приходится констатировать прогрессъ идей и дѣла, которымъ онъ служитъ". Гобле указываетъ на раздоры среди республиканцевъ и на успѣхи буланжизма. Генералъ Буланже былъ военнымъ министромъ въ кабинетѣ Гобле, но послѣдній рѣшительно, въ самыхъ энергическихъ выраженіяхъ, осуждаетъ ту смуту, виновникомъ которой является теперь этотъ генералъ. Но Гобле спѣшитъ прибавить, что онъ далекъ отъ отчаянія, совсѣмъ не теряетъ мужества: онъ -- старый республиканецъ 1848 года -- всегда сохранялъ вѣру въ высокія начала справедливости и никогда не утратитъ этой вѣры.

Сейчасъ по открытіи палатъ поднялся въ нихъ вопросъ о пересмотрѣ конституціи, о которомъ идетъ теперь жаркая полемика между республиканцами. Буланжисты, бонапартисты, монархисты и клерикалы желаютъ и требуютъ пересмотра. Это понятно, потому что они надѣются расшатать республику. Для послѣдней главную опасность составляетъ, однако, раздоръ въ рядахъ республиканцевъ. Умѣренный Temps и главный органъ оппортунистовъ, République franèaise, рѣшительно выступаютъ противъ пересмотра конституціи. Радикалы съ Клемансо во главѣ требуютъ пересмотра. Въ защиту дѣйствующей конституціи 1875 года одинъ изъ наиболѣе видныхъ представителей умѣренныхъ республиканцевъ, Марсеръ, напечаталъ горячую статью въ Nouvelle Revue Justice, энергически возражая противъ этой статьи, напоминаетъ, что Марсеръ, членъ лѣваго центра національнаго собранія, былъ однимъ изъ создателей нынѣшней конституціи, которая носитъ на себѣ явные слѣды монархическихъ принциповъ. Однимъ изъ важнѣйшихъ пунктовъ разногласія является вопросъ о томъ, существовать или не существовать сенату. Несомнѣнно, что нынѣшнее устройство сената Французской республики отличается, значительными недостатками. Во Франціи, унаслѣдовавшей старыя централизаторскія и бюрократическія начала, нѣтъ тѣхъ элементовъ мѣстнаго самоуправленія, которые придаютъ жизненность сенату Сѣверо-Американскихъ Соединенныхъ Штатовъ. Но, съ другой стороны, хорошо составленная вторая палата можетъ быть предохранительнымъ средствомъ отъ колебаній и неустойчивости первой палаты, выходящей періодически изъ всеобщаго народнаго голосованія. Постороннему зрителю мудрено разобраться въ условіяхъ французской жизни, и, приглядываясь къ нимъ, выносишь опасеніе, своевремененъ ли пересмотръ конституціи, не усилитъ ли онъ вражды между республиканцами. Телеграфъ принесъ, однако, извѣстіе, что Флоке уже внесъ проектъ измѣненій въ государственномъ устройствѣ Франціи немедленно по открытіи парламентскихъ засѣданій. Несмотря на ожесточенныя нападки одного, изъ вліятельнѣйшихъ членовъ лѣваго центра, Рибо, подавляющее большинство республиканцевъ выразило по поводу проекта пересмотра довѣріе кабинету. Кризисъ, такимъ образомъ, отсроченъ, что является само по себѣ довольно значительнымъ успѣхомъ министерства.

Въ нынѣшнемъ обзорѣ мы коснемся въ нѣсколькихъ словахъ положенія Испаніи и вопроса о нейтралитетѣ Швейцаріи.

Ходятъ слухи о томъ, что нынѣшнее правительство Испаніи имѣетъ въ виду обезопасить себя со стороны донъ-Карлоса, какъ претендента на престолъ, бракосочетаніемъ, которое должно соединить обѣ соперничествующія династіи. Но карлистскаго движенія не предвидится на Пиренейскомъ полуостровѣ и опасность грозитъ королевѣ-регентшѣ съ другой стороны. Старый заговорщикъ-республиканецъ, Рюизъ Зорилья, не теряетъ почвы въ странѣ. Недалеко отъ Мадрида, въ Викольваро, была обнаружена, въ августѣ мѣсяцѣ, революціонная пропаганда среди мѣстныхъ войскъ. Въ арміи вообще замѣчается возростающее недовольство, а Испанія -- классическая страна военныхъ пронунсіаменто. Между офицерами и гражданами нерѣдко происходятъ столкновенія и даже схватки. Въ августѣ же въ Бургосѣ, напримѣръ, произошла драка, во время народнаго праздника, между солдатами и крестьянами, причемъ одинъ крестьянинъ былъ убитъ, а нѣсколько солдатъ и крестьянъ тяжело ранены. Похороны убитаго приняли характеръ демонстраціи. Съ другой стороны, консерваторы и клерикалы начинаютъ дѣятельно выступать противъ либеральнаго кабинета Сагасты. Съ рѣзкою критикой противъ нынѣшняго управленія выступилъ въ Виго вождь ультрамонтановъ, бывшій министръ Пидаль-и-Монъ. Побѣду кандидатовъ правительственной партіи на недавнихъ выборахъ объясняютъ сильнымъ административнымъ давленіемъ. При этомъ необходимо принять еще во вниманіе, что весьма значительная часть, а въ нѣкоторыхъ мѣстностяхъ даже большинство избирателей, воздержалась отъ голосованія. Кабинетъ Сагасты проектируетъ рядъ реформъ, которыя должны упрочить положеніе правительства. По газетнымъ извѣстіямъ, имѣется въ виду ввести въ Испаніи всеобщую подачу голосовъ. Замѣтимъ кстати, что въ пользу всеобщей подачи голосовъ происходитъ сильное движеніе въ Швеціи. На многолюдныхъ рабочихъ собраніяхъ въ Стокгольмѣ, Готенбургѣ и Мальмѣ были приняты резолюціи въ этомъ смыслѣ.

Въ испанской палатѣ депутатовъ кабинету Сагасты приходится переживать тяжелые часы, потому что онъ занимаетъ палату обсужденіемъ длиннѣйшихъ проектовъ военныхъ измѣненій, а одна изъ партій меньшинства, реформисты, настойчиво требуетъ, чтобы правительство обратило самое усиленное вниманіе на бѣдственное состояніе земледѣльческаго населенія.

Вопросъ о практическомъ значеніи швейцарскаго нейтралитета поднятъ въ новѣйшее время полковникомъ Фреемъ, бывшимъ швейцарскимъ посланникомъ въ Вашингтонѣ, теперь редакторомъ Швейцарской Національной Газеты. Онъ совѣтуетъ не разсчитывать на этотъ признанный международнымъ договоромъ нейтралитетъ и требуетъ полной свободы дѣйствій для Швейцарской республики. Она, какъ вполнѣ независимое государство, сама должна рѣшить, сохранять ли въ каждомъ данномъ случаѣ нейтралитетъ, или выступить въ пользу того или другаго изъ воюющихъ. Само собою разумѣется, что Швейцарія, имѣя одною изъ сосѣдокъ нынѣшнюю Германію, не только можетъ, но и должна, въ интересахъ самосохраненія, серьезно заботиться о своихъ военныхъ силахъ; но отмѣна вѣчнаго нейтралитета, провозглашеннаго вѣнскимъ трактатомъ, была бы невыгодна для Швейцаріи и составила бы вообще прискорбное явленіе -- движеніе назадъ въ международныхъ отношеніяхъ. Угнетенная нѣмецкимъ милитаризмомъ Европа нуждается хоть въ оазисахъ мира, какъ называетъ Allgemeine Zeitung нейтрализированную Бельгію и Швейцарію.


В. Г.


"Русская Мысль", кн.X, 1888