# Иностранное обозрение

Виктор Александрович Гольцев

## ИНОСТРАННОЕ ОБОЗРѢНІЕ.


Въ послѣднее время наша періодическая печать особенно усердно занималась болгарскими дѣлами. Ближайшимъ поводомъ къ этому послужили статьи одной петербургской газеты, въ которыхъ корреспондентъ сообщаетъ подробности о своемъ свиданіи съ Стамбуловымъ и другими болгарски министрами, а также съ германскимъ и австрійскимъ консулами въ Софіи. Нашъ консервативный лагерь раздѣлился при этомъ на двѣ части: съ о, ной стороны были Новое Время (гдѣ помѣщались статьи г. Татищева) Русскій Вѣстникъ, а съ другой -- Московскія Вѣдомости и Русское Обозрѣніе. Въ полемикѣ приняли участіе и другія изданія, въ особенности Славянскія Извѣстія.

Вопросъ заключается въ томъ, возможно ли для Россіи сближеніе съ нынѣшнимъ болгарскимъ правительствомъ и признаніе принца Фердинанда Кобургскаго законнымъ княземъ Болгаріи. Г. Татищевъ и его единомышленники отвѣчаютъ, что возможно, что этого требуютъ наши собственные интересы. Московскія Вѣдомости, Русское Обозрѣніе и Славянскія Извѣстія держатся противуположнаго мнѣнія. Стамбуловъ и все вообще въ нынѣшнее болгарское правительство, по мнѣнію этихъ послѣднихъ органовъ печати, отличаются непримиримою ненавистью къ Россіи. Русскому правительству не слѣдуетъ поэтому,-- доказываютъ Московскія Вѣдомости Русское Обозрѣніе,-- вступать въ какіе бы то ни было компромиссы самозваннымъ, по мнѣнію этихъ газетъ, правительствомъ Болгаріи.

Для разъясненія дѣла могутъ послужить статьи органа болгарскаго министра-президента по поводу корреспонденцій г. Татищева. Свобода отрицаетъ нѣкоторыя немаловажныя подробности въ сообщеніяхъ г. Татищева и прямо упрекаетъ его въ фантазированіи. Такъ, напримѣръ, "обстановка встрѣчи его съ министрами и характеръ, который онъ хочетъ ей приписать, переданы совсѣмъ невѣрно. Г. Татищевъ нарисовалъ дѣло такъ, какъ будто съ его появленія въ Софіи министры и всѣ видныя лица сейчасъ разбѣжались, спотыкаясь отъ скорости, лишь бы поскорѣе ему поклониться и услыхать, что скажетъ русскій человѣкъ. Мало того, онъ старается дать понять косвенно, что германскій дипломатическій агентъ струсилъ его пріѣзда и хлопоталъ, бѣгалъ къ Стамбулову, лишь бы тотъ принялъ Татищева" {Мы цитируемъ по Славянскимъ Извѣстіямъ (NoNo 41 и 42).}.

Насъ, собственно говоря, мало интересуютъ личныя впечатлѣнія г. Татищева. Во всякомъ случаѣ, впечатлѣнія эти не совпадаютъ съ тѣмъ, что думаетъ о софійскомъ свиданіи другая сторона, т.-е. Стамбуловъ. Въ статьѣ Русскаго Обозрѣнія, направленной противъ г. Татищева, дѣло не обошлось, къ сожалѣнію, безъ кое какихъ инсинуацій и личныхъ злобныхъ выходокъ. Въ результатѣ оказалось, что каждый остался при своемъ мнѣніи и мы нисколько не подвинулись впередъ въ разрѣшеніи вопроса о русско-болгарскихъ отношеніяхъ. Между тѣмъ, разрѣшить этотъ вопросъ, нашему мнѣнію, было бы полезно въ наивозможно скорѣйшемъ будутъ. Само собою разумѣется, что намъ ничего неизвѣстно о видахъ и намѣреніяхъ императорскаго русскаго правительства, кромѣ того, что правительство это объявляло оффиціальнымъ путемъ. Изъ этихъ оффиціальныхъ заявленій очевидно, во-первыхъ, желаніе нашего правительства сохранить миръ и, во вторыхъ, рѣшительное нежеланіе его признать принца Фердинанда Кобургскаго законнымъ княземъ Болгаріи. Изъ этого вытекаетъ неизбѣжность дипломатическаго отчужденія Россіи отъ Болгаріи. Отнявшись совершенно отъ мысли о насильственномъ вмѣшательствѣ во внутреннія болгарскія дѣла, приходится прервать всякія сношенія съ фактическимъ правительствомъ княжества и ждать его паденія вслѣдствіе везенія или какихъ-либо иныхъ случайныхъ обстоятельствъ. Но послѣднія извѣстія изъ Болгаріи подтверждаютъ мнѣніе тѣхъ, которые полагаютъ, что Фердинандъ Кобургскій и Стамбуловъ пользуются сочувствіемъ и поддержкой большинства населенія. Выборы въ народное собраніе кончились рѣшительною побѣдой сторонниковъ правительства. Правда, и болгарскіе, русскіе противники Стамбулова объясняютъ это торжество сильнымъ правительственнымъ давленіемъ, тѣми стѣсненіями свободы, которыя были пущены въ ходъ администраціей. Московскія Вѣдомости и другія газеты сообщали о гоненіяхъ, которымъ подвергается болгарская печать. Но трудно предположить, даже при полной достовѣрности всѣхъ подобнаго рода сообщеній, что болгарскій народъ послалъ въ народное собраніе своихъ депутатовъ, по крайней мѣрѣ, въ большинствѣ случаевъ, не по доброй волѣ. Въ теченіе уже нѣсколькихъ лѣтъ чуть не ежедневно предсказывалось паденіе принца Фердинанда и Стамбулова и предсказанія такого рода имѣютъ въ настоящее время не больше шансовъ на осуществленіе. Враждебная Россіи иностранная печать сообщаетъ о значительныхъ успѣхахъ Болгаріи на пути экономическаго развитія и культуры. Допустимъ, что въ ихъ отзывахъ много преувеличеннаго, но остаются факты, которые свидѣтельствуютъ, что дѣла въ княжествѣ идутъ во многихъ отношеніяхъ хорошо. Количество школъ быстро увеличивается. Болгарскій вывозъ и ввозъ также возростаютъ. Въ 1886 г. ввозъ равнялся 64.285,309 левовъ (фанковъ), а въ 1889--72.869,245. Вывозъ съ 50.404,314 л. (1886 г.) поднялся до 80.581,076 {Статистика за търговлята на бѣлгарското княжество съ чуждитѣ държави 1889 година. София, 1890 г.}. Особенно усилилась торговля Болгаріи съ Австро-Венгріей, съ Великобританіей и Франціей. По свидѣтельству такого компетентнаго лица, какъ Гладстонъ, не менѣе значительны успѣхи Болгаріи и во многихъ другихъ отношеніяхъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ, въ народѣ болгарскомъ отнюдь не замѣчается враждебнаго отношенія къ русскому народу. Любопытнымъ доказательствомъ этого можетъ служить очень распространенная болгарская христоматія Мангова: Бащинъ Езикъ, въ которой въ самыхъ сочувственныхъ по отношенію къ Россіи выраженіяхъ разсказывается о русско-турецкой войнѣ 1877 г.

При такихъ условіяхъ, въ виду нѣсколько разъ высказаннаго нашимъ правительствомъ отрицательнаго отношенія къ нынѣшнему болгарскому правительству, остается возложить надежду на умиротворяющее дѣйствіе времени. Миролюбивая и выжидательная политика дождалась благопріятныхъ для Россіи измѣненій во внутренней жизни Сербскаго государства. Быть можетъ, естественный ходъ вещей приведетъ къ такому же результату и русско-болгарскія отношенія. Во всякомъ случаѣ, на обязанности публицистики лежитъ разъясненіе недоразумѣній и устраненіе всего того, что можетъ обострять отношенія Россіи и Болгаріи ко вреду для послѣдней и въ невыгодѣ нашего отечества. Вспоминать старыя ошибки полезно потому, что это предохраняетъ отъ новыхъ ошибокъ, но настаивать на дипломатическихъ обидахъ и раздражать подобными воспоминаніями общественное мнѣніе -- значитъ сбивать это общественное мнѣніе съ правильной дороги. Необходимо оберегать интересы и достоинство русскаго народа въ настоящемъ и будущемъ, а не заниматься дрязгами, въ которыхъ заинтересованныя лица выступаютъ съ взаимными обвиненіями. Если наши предположенія вѣрны, если нынѣшнее болгарское правительство, которое опирается на большинство народнаго собранія, дѣйствительно, соотвѣтствуетъ волѣ и стремленіямъ болгарскаго народа, то та пассивная политика, о которой мы говорили выше, доведетъ къ долгому отчужденію Болгарскаго княжества отъ Россіи,-- отчужденію въ политическомъ и экономическомъ отношеніяхъ. Это ограниченіе необходимо было сдѣлать потому, что литературная наша связь съ болгарскимъ обществомъ все возростаетъ. Во многихъ болгарскихъ періодическихъ изданіяхъ мы встрѣчаемъ переводы сочиненій лучшихъ русскихъ писателей. Несмотря на обострившіяся политическія отношенія, тамъ внимательно относятся къ успѣхамъ и потерямъ нашей науки и литературы. Больно предположить, что возможенъ разрывъ съ народомъ, на освобожденіе котораго потрачено столько русской крови и средствъ русскаго народа.

Въ сказанному слѣдуетъ прибавить, что наши отношенія къ славянскимъ племенамъ Балканскаго полуострова осложняются борьбою между болгарами и сербами въ Македоніи, -- борьбою, которая доходитъ до печальныхъ и кровавыхъ столкновеній. Нынѣшнее правительство Сербскаго королевства дружественно Россіи, и поэтому, если вообще возможно политическое вмѣшательство со стороны нашего государства, оно направится, очевидно, въ пользу Сербіи. Между тѣмъ, не подлежитъ сомнѣнію, что нашему отечеству всего болѣе подобаетъ примирительная роль. Для васъ должны быть въ одинаковой степени Дороги успѣхи и сербовъ, и болгаръ. Найти въ подобнаго рода условіяхъ надлежащія мѣры, съумѣть развязать, а не разрубить этотъ Гордіевъ узелъ -- дѣло нелегкое, но въ высокой степени почтенное. При всей слабости русскаго общественнаго мнѣнія, оно не можетъ остаться безъ вліянія на рѣшеніе вопроса, затрогивающаго существенные интересы нашего общества, и мы думаемъ, что озлобленныя выходки противъ Болгаріи могутъ сослужить намъ только недобрую службу. Если справедливо, что политическая свобода такъ стѣснена въ Болгаріи правительственнымъ давленіемъ, какъ сообщаютъ объ этомъ, напримѣръ, Московскія Вѣдомости, то это очень прискорбно. Но достовѣрны ли, вполнѣ ли достовѣрны всѣ подобнаго рода сообщенія? Насколько намъ извѣстно, многія русскія повременныя изданія не пропускаются въ Болгарію, а болгарскія -- въ Россію. При такихъ условіяхъ трудно составить себѣ ясное и отчетливое представленіе о русско-болгарскихъ отношеніяхъ и о положеніи дѣлъ въ княжествѣ. А тамъ, гдѣ нѣтъ точнаго знанія, возможны серьезныя практическія ошибки и опасныя дипломатическія предпріятія. Насъ поражаетъ въ разсужденіяхъ консервативной и реакціонной русской печати странная двойственность, тѣ непримиримыя противорѣчія, въ которыя эта печать входитъ. Такъ, Московскія Вѣдомости, нападающія на автономію Финляндіи, въ высшей степени сочувственно относится къ автономіи чешской. Справедливо возставъ противъ оппортюнизма г. Татищева, который готовъ пожертвовать принципами ради непосредственныхъ практическихъ выгодъ, московская газета сама далеко не строго выдерживаетъ тѣ основныя начала, которыя возвѣщаются ею, какъ единственно истинныя. Такъ, Московскія Вѣдомости становятся на сторону младо-чеховъ и сочувственно относятся, напримѣръ, къ ихъ требованію, чтобы въ богемскомъ сеймѣ намѣстникъ говорилъ на чешскомъ, а не на нѣмецкомъ языкѣ {Моск. Вѣд., No 285.}. Вѣдь, не можетъ же газета, въ объясненіе такихъ противорѣчій, сослаться на глупую поговорку: что нѣмцу здорово, то русскому смерть.

Чтобы не оставлять Балканскаго полуострова, на которомъ сосредоточены важные интересы нашего отечества, упомянемъ о греческихъ дѣдахъ. На общихъ выборахъ въ парламентъ правительственные кандидаты потерпѣли пораженіе. Министерство Трикуписа принуждено было выйти въ отставку и король, по конституціоннымъ правиламъ, долженъ былъ призвать для образованія новаго кабинета главу оппозиціи Деліаниса. Этотъ послѣдній, покуда находился не у власти, былъ сторонникомъ болѣе рѣшительной политики по отношенію къ Турціи. Весьма вѣроятно, что Деліанисъ министръ-президентъ окажется гораздо болѣе умѣреннымъ, чѣмъ Деліанисъ оппозиціонный депутатъ. Подобныя превращенія совершались неоднократно. Тѣ практическія затрудненія, которыя казались маловажными, покуда не возникала серьезная отвѣтственность передъ страною, становятся непреодолимыми затрудненіями, когда правительству небольшаго государства приходится лавировать между національными стремленіями своего народа и грозною опасностью международныхъ столкновеній. Отношенія между Греціей Турціей приняли довольно острый характеръ, который усиливался въ послѣднее время вслѣдствіе борьбы съ Портою константинопольскаго патріарха. Однимъ изъ поводовъ разрыва была выдача турецкимъ правительствомъ бератовъ болгарскимъ епископамъ въ Македоніи, гдѣ сталкиваются греческое, сербское и болгарское вліянія. Константинопольскій патріархатъ прибѣгнулъ въ борьбѣ съ турецкимъ султаномъ къ средневѣковому оружію: по всей территоріи Оттоманской имперіи закрыты церкви и прекращено богослуженіе. Трудно предположить, чтобъ это средство въ наше время оказалось столь же дѣйствительнымъ, какъ въ средніе вѣка. Не подлежитъ, однако, мнѣнію, что образъ дѣйствія константинопольскаго патріарха создаетъ Порты немаловажныя тревоги. А затрудненія и безпокойства ростутъ для Турціи и съ другой стороны. Между армянскимъ населеніемъ этой имперіи не прекращается сильное броженіе, которое въ нѣкоторыхъ мѣстахъ переходило въ открытое и кровавое столкновеніе. Въ самомъ Константинополѣ не прекращаются аресты среди выдающихся представителей армянской колоніи. Корреспондентъ Русскихъ Вѣдомостей сообщаетъ длинный рядъ фактовъ, свидѣтельствующихъ о насиліи и жестокости турецкаго правительства. Армянская печать подвергается сильнѣйшимъ стѣсненіямъ. Армянскіе публицисты заключаются въ тюрьму по одному подозрѣнію въ составленіи заговора противъ турецкаго владычества или за статьи, въ которыхъ они горячо отстаиваютъ интересы своего многострадальнаго народа. Само собою разумѣется, что полицейскими мѣрами нельзя искоренить стремленія христіанскаго народа сбросить иго деспотическаго мусульманскаго правительства, и недалеко, по всей вѣроятности, то время, когда глухое броженіе армянъ перейдетъ въ открытое возстаніе. Естественно, что борьба этого народа противъ все еще столь сильной военной державы, какова Турція, можетъ окончиться побѣдою лишь въ томъ случаѣ, когда армянамъ не будутъ поддержаны могущественною христіанскою державой. Всего ближе и справедливѣе оказать армянамъ эту поддержку нашему отечеству, съ помощью котораго будетъ такимъ образомъ освобожденъ послѣдній изъ христіанскихъ народовъ, томящихся подъ турецкимъ владычествомъ. Существуютъ, однако, опасенія, что освобожденная Арменія можетъ стать источникомъ безпокойства для самой Россіи, вслѣдствіе того, что въ предѣлахъ послѣдней находится многочисленное армянское населеніе. Это населеніе, предполагаютъ нѣкоторые публицисты, будетъ стремиться къ соединенію съ турецкою Арменіей. Намъ такого рода опасенія представляются совершенно неосновательными. Въ границахъ Россійской имперіи армянское населеніе такъ перемѣшано съ другими народностями, что объ осуществленіи національной идеи въ упомянутомъ смыслѣ не можетъ быть и рѣчи. Наоборотъ, протекторатъ Россіи надъ освобожденною отъ турецкаго владычества Арменіею могъ бы доставить ей обезпеченіе независимаго и правильнаго внутренняго развитія. При этомъ слѣдуетъ прибавить, что намъ можетъ дѣйствительно грозить нѣкоторая опасность, если Россія не поддержитъ армянъ въ ихъ борьбѣ противъ Турціи, хотя бы въ предѣлахъ берлинскаго трактата, которымъ была обѣщана автономія Арменіи. Какъ кы уже замѣтили, движеніе среди армянскаго народа все усиливается и дни турецкаго владычества надъ нимъ уже сочтены. Не встрѣтивъ сочувствія и поддержки со стороны нашего отечества, несчастное населеніе турецкой Арменіи, по всей вѣроятности, въ скоромъ времени найдетъ ее у великобританскаго правительства. Понятно, что въ этомъ послѣднемъ случаѣ русскимъ интересамъ будетъ нанесенъ существенный ущербъ. Хотя нынѣшній консервативный кабинетъ Салисбюри и не расположенъ содѣйствовать дальнѣйшему распаденію Турецкой имперіи, но общественное мнѣніе Великобританіи, возмущенное турецкими насиліями, можетъ вынудить вмѣшательство въ пользу армянъ. Если же власть вновь перейдетъ въ руки Гладстона и его ближайшихъ сотрудниковъ, то въ такомъ вмѣшательствѣ не можетъ быть никакого сомнѣнія. Впрочемъ, распущенія парламента до срока ожидать трудно. Извѣстный депутатъ Лабушеръ сообщилъ въ одной изъ англійскихъ газетъ, что нынѣшній министръ-президентъ обѣщалъ королевѣ Викторіи произвести общіе выборы въ парламентъ только тогда, когда они станутъ неизбѣжными въ силу конституціи. Въ этомъ смыслѣ, будтобы, получилъ увѣренія во время своего пребыванія въ Англіи и императоръ Вильгельмъ II, для котораго возвращеніе къ власти либеральной партіи создало бы немаловажныя затрудненія. Частные выборы въ парламентъ, происходившіе въ послѣднее время, и муниципальные выборы, которые обыкновенно не носятъ политическаго характера, но на этотъ разъ приняли отчасти такой характеръ, -- свидѣтельствуютъ, что общественное мнѣніе Англіи все болѣе и болѣе переходитъ на сторону оппозиціи консервативному правительству; но будетъ ли это теченіе настолько сильно, что заставитъ лорда Салисбюри распустить парламентъ до его законодательныхъ полномочій,-- это мудрено предвидѣть. Неожиданную услугу въ этомъ отношеніи можетъ оказать какое-нибудь новое полицейское насиліе въ Ирландіи, гдѣ агенты Бальфура стараются всячески добиться внѣшняго спокойствія, загнать въ глубь ту ненависть, которую питаетъ ирландскій народъ къ нынѣшней системѣ британскаго управленія въ Ирландіи.


-----


Начавшаяся сессія французскаго парламента посвящена чрезвычайно важнымъ вопросамъ. Палата занимается законопроектами по рабочему вопросу. Фабричное законодательство и вообще вопросъ о государственномъ вмѣшательствѣ въ отношеніи между трудомъ и капиталомъ составляетъ предметъ заботливаго вниманія со стороны депутатовъ. Бюджетъ, внесенный правительствомъ, вызвалъ сильное нападеніе со стороны нѣкоторыхъ народныхъ, представителей. Одинъ изъ нихъ, Локруа, напомнилъ о томъ, что умѣренные республиканцы взывали къ единенію съ другими республиканскими группами. Радикаламъ предлагали во имя этого единенія, въ виду опасности отъ буланжистовъ, бонапартистовъ и роялистовъ, отказаться отъ всякихъ проектовъ пересмотра конституціи и вообще отъ политическихъ реформъ. Вмѣсто всего этого, обѣщаны были серьезныя экономическія и финансовыя преобразованія. Локруа находитъ, что умѣренные республиканцы не сдержали своихъ обѣщанія. Онъ считаетъ косвенные налоги антидемократическимъ способомъ обложенія. Уже Гамбетта замѣтилъ, что французскія подати поражаютъ гражданъ въ соотвѣтствіи съ ихъ потребленіемъ, а не съ ихъ имуществомъ. Эти и подобныя замѣчанія не остались безъ вліянія на палату депутатовъ. Она приняла правительственный бюджетъ, но въ постановленіи своемъ выразила желаніе, чтобы финансовая система была преобразована въ демократическомъ смыслѣ, т.-е. въ смыслѣ приближенія въ наиболѣе справедливой системѣ податей, къ подоходному налогу. Необходимо замѣтить, что всѣ финансовыя затрудненія Франціи происходятъ отъ войны, которую такъ безумно объявилъ Германіи Наполеонъ III, и отъ необходимости тратить громадныя суммы на войско и флотъ, чтобы не отставать отъ германскихъ вооруженій. Общій итогъ государственныхъ расходовъ въ 1891 году достигнетъ трехъ милліардовъ двухъ сотъ сорока семи милліоновъ франковъ. Въ 1869 году эти расходы равнялись одному милліарду восемьсотъ сорока семи милліонамъ,-- иными словами, въ двадцать одинъ годъ издержки Франціи увеличились на одинъ милліардъ четыреста милліоновъ. Непосредственнымъ результатомъ несчастной войны 1870 года былъ долгъ въ семь милліардовъ двѣсти милліоновъ. Въ эту сумму вошла колоссальная контрибуція Германіи въ пять милліардовъ. Возстановленіе разрушеннаго во время войны военнаго матеріала стоило одинъ милліардъ шестьсотъ милліоновъ франковъ. Платежъ по государственнымъ займамъ и военныя издержки поглощаютъ большую часть французскаго бюджета. Тѣмъ не менѣе, благодаря необыкновенной даровитости и трудолюбію французскаго народа, благодаря хорошимъ политическимъ учрежденіямъ, государству не пришлось прибѣгать къ созданію новыхъ крупныхъ налоговъ. Однако, въ нападеніяхъ на финансовую политику правительства со стороны Педьтана, Локруа и другихъ видныхъ представителей прогрессивныхъ партій республиканскаго большинства заключается много справедливаго. Благосостояніе Франціи сильно возросло, за послѣднія двадцать лѣтъ поднялся экономическій уровень и рабочихъ классовъ; но, благодаря системѣ косвенныхъ налоговъ, эти послѣдніе классы платятъ непропорціонально много и республикѣ необходимо провести въ этомъ отношеніи обширныя и глубокія измѣненія. Измѣненія податной системы, именно въ этомъ направленіи, предстоятъ и въ другихъ государствахъ. Такъ, новый прусскій министръ финансовъ, бывшій націоналъ-либеральный депутатъ Микель, приготовилъ проектъ новаго обложенія, который вносится въ нынѣшнюю сессію прусскаго ландтага. Тронная рѣчь четырнадцатаго января 1889 года уже возвѣщала предстоящую реформу прямыхъ налоговъ, въ особенности подоходнаго налога. Въ основу этого послѣдняго предполагалось положить заявленіе о доходѣ самихъ плательщиковъ податей и возможныя облегченія наименѣе состоятельныхъ классовъ населенія. До сихъ поръ, однако, ничего еще сдѣлано не было. Мы постараемся своевременно сообщить читателямъ о результатахъ обсужденія проектовъ Микеля въ прусскомъ ландтагѣ. Сомнительно, чтобы ему удалось провести серьезную финансовую реформу, и еще болѣе сомнительно, чтобъ эти реформы могли удовлетворить германскихъ плательщиковъ податей, которые страдаютъ отъ милитаризма въ гораздо болѣе значительной степени, чѣмъ французскіе плательщики податей. Положеніе Германіи въ этомъ отношеніи имѣетъ болѣе сходства съ положеніемъ Италіи, которой приходится расплачиваться за манію государственнаго величія. Этою маніей одержимъ итальянскій министръ-президентъ Криспи, но ею же безспорно страдаетъ и значительная часть итальянскаго общества. Оппозиціи до сихъ поръ не удалось поколебать положенія Ериспи, но предстоящіе общіе выборы въ парламентъ могутъ рѣшительнымъ образомъ измѣнить политическое положеніе. Слѣдующія цифры могутъ служить показателемъ того, чего стоитъ Италіи таможенная война съ Французскою республикой, которую ведетъ Ериспи въ угоду Германіи: въ 1888 г. Италія вывозила во Францію 729,000 гектолитровъ Вина, въ 1889 году только 82,000, а въ истекающемъ году вывозъ упалъ до ничтожной цифры -- 6,000 гектолитровъ. Предполагалось вознаградить это успѣхами на нѣмецкомъ рынкѣ, но оказалось, что вывозъ въ Германіи равнялся въ 1888 году 171,600 гектолитровъ, въ прошломъ году -- 301,000, а въ 1890 г.-- 189,000. Естественно, что подобные результаты правительственной политики служатъ основаніемъ для совершенно справедливыхъ нападеній со стороны ораторовъ оппозиціи. Въ этомъ отношеніи особенно выдается обширная рѣчь, которую произнесъ на многолюдномъ банкетѣ въ Флоренціи, въ октябрѣ, знаменитый Каваллоти. Ораторъ съ необыкновенною горячностью и силою нападалъ на тройственный союзъ и привелъ, между прочимъ, слѣдующія любопытныя цифры: ежегодное количество банкротствъ подъ управленіемъ Криспи увеличилось съ 700 (1867) до 2,200 (1889). Въ 1879 году военныя издержки Италіи равнялись 232.000,000 (19% всѣхъ расходовъ); въ настоящее время онѣ достигли 600.000,000 (35%) {Il Secolo, 14--15 ottobre.}.

Нѣтъ никакого сомнѣнія, что вопросъ объ участіи Италіи въ тройственномъ союзѣ и о вызванномъ этимъ участіемъ страшномъ развитіи милитаризма будетъ играть главную роль на выборахъ въ итальянскій парламентъ. Отъ результата этихъ выборовъ будетъ въ значительной мѣрѣ зависѣть группировка европейскихъ державъ въ ближайшемъ будущемъ.


В. Г.


"Русская Мысль", кн.XI, 1890