# Избранные стихотворения

Сергей Митрофанович Городецкий

(из периодической печати за 1907-1916 гг.)

Над пропастью ("Я ходил по краю скал...")

Змея ("Ты обвила меня кольцами холодными...")

Мгла ("Куда ни захочешь, меня уведешь...")

Страстная череда ("Как злая птица, Ночь вспорхнула...")

Сумерки ("Сумерки, сумерки - ночи не будет!..")

Вечер ("Вечер опять, как вчера...")

Выздоровление ("Воздух мой, ветер, вихорь!..")

Смерч ("Дикий смерч летит над морем...")

## Сергей Городецкий. Избранные стихотворения


(из периодической печати за 1907--1916 гг.)


Над пропастью

Я ходил по краю скал,

Подо мной поток играл.

Надо мной неслись орлы,

Горды, властны и смелы.

Я к расселине пришел,

Жадный, алчный, как орел;

Загляделся темнотой,

Заигрался с глубиной.

Я ходил по краю скал,

Подо мной поток играл.

Он стучал и звал, и был

В нем бессильно-мощный пыл.

Желто-пенные валы,

Страсти верные послы,

Жизнь в метаниях избыв,

Вверх несли его порыв.

Я ходил по краю скал,

Подо мной поток играл.

Я узнал и верх и низ,

Чувства в ризах и без риз,

И холодный блеск орлов,

И туманный жар валов.

К жизни я приник и пил

Эту пену вечных сил.

"Пробуждение" No 26, 1907 г.

Змея

Ты обвила меня кольцами холодными,

Ты на меня дышишь жалами голодными,

Ты меня мучишь, Белая Змея!

Сердце измаяно стонами бесплодными,

Неба и земли не видать мне свободными,

Все заполонила, блистая, чешуя.

Нет поцелуев, твоих безотраднее,

Нет пустоты, твоих глаз ненагляднее,

Нет твоих уст острее лезвия.

Нет у мучений наряда наряднее,

Нет и не слыхано любви беспощаднее,

Радость и отрава, Белая Змея!

"Белые ночи. Петербургский альманах" 1907 г.

Мгла

Куда ни захочешь, меня уведешь:

Сегодня ведь белая ночь.

Захочешь -- полюбишь, захочешь -- убьешь!

Знаешь сама: это -- белая ночь

Смотри и не бойся, что очи тусклы:

Это тускнеет белая ночь.

Рана раскроется в трепете мглы,

Кровью затеплится белая ночь.

"Белые ночи. Петербургский альманах" 1907 г.

Страстная череда

Как злая птица, Ночь вспорхнула

Над обескрыленной землей,

Страстным лобзанием прильнула

И залетела серой мглой.

И, губ бескровных не смыкая,

Невеста смерти молодой,

Красой холодною сверкая,

Выходит Утро чередой.

Но чистоту ее святую

И бледность ясную ланит,

Багряной раной поцелуя,

Едва лишь Солнце осквернит --

Она умрет, и День немилый,

Лучами наглыми горя,

На свод блестящий и застылый

Введет растленная Заря.

"Белые ночи. Петербургский альманах" 1907 г.

Сумерки

Сумерки, сумерки -- ночи не будет!

Сколько ни жди, ни зови -- не придет.

Вечер -- Заря, догорая, разбудит

Утро -- Зарю за собой позовет.

Как хороши красотой замедления

Эти часы незаметных утрат.

Сладостной тягостью белого бдения,

Тайно кадящего тлен-аромат.

"Белые ночи. Петербургский альманах" 1907 г.

Вечер

Вечер опять, как вчера,

В зареве тающей алости,

В неге влюбленной усталости,

В старых тенях серебра.

Вечер, как все вечера

Белых ночей зацветания,

Тайного светостояния,

Спящий в росе до утра.

Юны в своей обветшалости

Севера нежные шалости.

Сладостна лень опускания

В длящийся миг расставания.

Нега ночная остра

В свете двойного костра.

"Белые ночи. Петербургский альманах" 1907 г.

Выздоровление

Воздух мой, ветер, вихорь!

Выгоним скучное лихо!

Звоном, движеньем, сверканьем

Людям заменим страданье.

Это дурная привычка

Выть, как несчастная птичка.

Лучше прислушаться к грому,

К солнцу взлететь огневому,

К счастью тревожному взвиться,

В бурях лазурных носиться,

Реять в безудержном свете,

Воздух мой; вихорь мой, ветер!

"Новый журнал для всех". No 2, 1915 г.

Смерч

Дикий смерч летит над морем --

Синий столп, живая сталь.

И над морем веет горем,

В гуле волн слышна печаль.

Потемнев, валы катятся,

Под утесом в берега

С плачем жалобным стучатся,

Рассыпая жемчуга.

Буря ближе. Смерч все туже

В небе крутится седом:

Станет шире, станет уже,

Лижет море острием.

Пылью белою вскипая,

Поднялась к нему волна.

Смерч сомкнулся. Смерть слепая!

Ты одна, как смерч, страшна.

Он летит, как победитель.

Но утес с грядою скал

Защищать земли обитель

От набегов не устал.

Он спокойно Бога славил

В недоступной вышине

И спокойно грудь подставил

Волн бушующей стене.

С гулом, с ревом смерч нагрянул...

Миг борьбы -- и, раздроблен,

От утеса он отпрянул...

Светел синий небосклон.

Так и ты, солдат родимый.

Одичалого врага

Принял в край непобедимый,

В заповедные снега.

"Огонек" No 3, 1916 г.


## -------------------------------------------------------------------


Исходник здесь: http://lanterne.ru/sergey-gorodetskiy/