# Альдебаран

Николай Иванович Греч

Русская стихотворная пародия (XVIII-начало XX в.)

Библиотека Поэта. Большая серия

Л., "Советский Писатель", 1960


Ответ Издателя Альдебарана Господину (имени и отчества не знает) Коврижкину. (См. No 16. С. О. стр. 244.)


Вы можете утешишься, почтенный мой корреспондент! Не вы одни введены в заблуждение статьями Альдебарана! Не вы одни подумали, что Издатели Сына Отечества не в шутку печатают собранные мною подражания! В No 23 Литературной Газеты преважно вступились за Г. Полеваго, будто бы обиженного статьею Альдебарана: О происхождении имени Руссов (стр. 163 С. О. и С. А.), и не заметили того, что сия статья есть шуточная, что в ней нет ни одной фразы с толком, что порицания в сей статье столь же мало могут огорчить Г. Полевого, как и критики Литературной Газеты! И по этой статье заключают в Л. Г., что возгорится война между Сыном Отечества и Телеграфом! Я не надеялся такого успеха; не думал, что сообщенные мною Издателям С. О. шуточные пародии будут приняты за статьи сериозные. Могу сказать теперь, как сказал Парразий своему сопернику: "ты обманул птиц, а я обманул живописца!" В этом же 23 нумере Л. Г. находится и другое доказательство, что Издатели оной не считают отрывков Альдебарана пародиями. Статья: Объяснения никоторых современных вопросов литературных, есть подражание и весьма удачное, введению в биографию Патрикеича (см. No 14 С. О. стр. 113). Слог неправильный, тяжелый, темный; сравнения выисканные; шутки тупые; презрительный тон какого-то литературного полотера -- все это прилажено очень хорошо, и приносит честь искусному подражателю. Я уверен, что вы, Г. Коврижкин, и многие другие прямодушные читатели, отныне будете смотреть на Литературную Газету, как на продолжение Альдебарана.

Имею честь и пр.


Иван Петухов.


23 Апр. 1830.

П. П. Гг. Издателей С. О. и С. А. всепокорнейше прошу напечатать остальные из доставленных мною им статей Альдебарана.


## АЛЬДЕБАРАН


## 1. ЧУДО В ПЕЩЕРЕ


## (ДРЕВНЯЯ ГРЕЧЕСКАЯ ИДИЛЛИЯ)


"Юноши, девы, и старцы, и отроки! К чуду вас кличу!

Все поспешайте в пещеру ко мне! Там очами узрите

Дивное диво, чудо восьмое! Не Зевс Олимпийский,

Не пирамиды Египта, не храм Исхееры Эфесской,

Не Мавзолей Артемизы, не Вавилонские стены,

Не Птоломея маяк, не Колосс Родосский! Нет! чудо

Новое явится вам! Таких никогда не бывало

Ни на земле, ни в полях Елисейских, ни в Тартаре мрачном!

Юноши, девы, и старцы, и отроки! К чуду вас кличу!"

Так по Аркадской долине пастух длиннокудрый и юный,

Фебу красою подобный, Миртилл, насладившийся с Хлоей

Узами тайной любви, рассыпая крылатые речи,

Кликал к пещере своей и старых и юных толпами.

Все устремились в пещеру, и что же представилось взорам!

Муза, возросшая с детства под теплым Аттическим небом,

Ярко блеснувшая здесь на небе прошедшего года,

Ровный свет вдохновенья на все проливает минуты,

Лиру держит в руке, и громкие слышны оттенки!

Подле нее, с головою поникшей, в венке васильковом,

Юноша зрится. На сердце его натянуты струны

Жизнью новейших народов. Печален, угрюм он и мрачен.

Северный ветер с морозом (то были ли козни Эола,

Бога ветров? неизвестно) дул непрестанно на Музу.

Юноша быстро набросил Музе озябшей на плеча,

Снегу подобные, теплую шаль, душегрейку унынья!

Самую новую, только с иголки, и Муза, согревшись,

Свежим лавровым венком украсила юноши кудри.

С греческ<ого> Аполлон Зевесов


## 2. ИЗОБРЕТЕНИЕ СТЕКЛА


Отрывок из дидактической поэмы, не изданной в свет. Многие приписывают ее Делилю по сходству с произведениями сего писателя, известными публике нашей в переводах. Предмет сего отрывка не уступает занимательностию другим произведениям Делиля. Хотя и было о сем предмете упомянуто в учебной книжке, при императрице Екатерине II для народных школ изданной, но "Литературная газета" в своих ученых известиях (No 3) сообщила публике полное и любопытное об оном сведение. Оно совершенно согласно с следующим прелестным отрывком, мною переведенным. Прим. переводчика.

Не древность славится глубокая искусствам

Производить тела, сквозь кои зренья чувством

Усматривается какой-либо предмет.

Хотя история известия дает,

Что дивное стекло финикияне знали,

Но этой истины еще не доказали.

Правдоподобие является в словах,

Что Плиний начертал. Здесь в пламенных стихах

Передадим мы их, читатель любопытный.

Какие-то пловцы, к богатству ненасытны,

Ввели корабль в одну сирийскую реку;

Набрав там росшего густого тростнику,

Возжгли они огонь на берегу песчаном

И, окруженные ночным густым туманом,

Трапезу начали вечернюю варить.

Мы о подробностях не станем говорить.

Сосуд скудельный, где трапеза их варилась,

Имел сырое дно. Селитра находилась

Большою грудою под ним на корабле,

И силой сырости на глинистой земле

Сосуда в значащем количестве пристала.

От действия огня она топиться стала

И, дивным образом соединясь с песком,

Явилась жидким и прозрачным веществом,

Которое тотчас от ветерка остыло

И стало массою. Стекло, стекло то было!

Промчалися века! Стекло уж знает всяк:

И русский, и француз, турк, перс, жид, финн, поляк!

Пуд Скучалкин


## 3. ПРИЗНАНИЕ


Из мирной кельи бес лукавый

Меня на Пинд переманил...

Грешить нет духу, нету сил;

А черт дразнил, дразнил всё славой.

И что ж? Ведь, право, искусил.

Я вновь стихи писать пустился,

Присел к столу, перекрестился,

Пишу... ан смыслу вовсе нет!

Досадую; а бес смеется

И над ушами всё ревет,

Что дело как мое ни идет,

А без вина не обойдется.

Увы, друзья! ведь демон прав,

Хоть он и черен и лукав.

Фома Пищалин


## 4. ПЕСНЯ


Стелется густой туман

По полю шелковому...

Кроется от глаз моих

Дорожка знакомая!

"Не приду к тебе, мой друг!--

Мне сказала девица,--

Если солнце не взойдет,

Если будет сумрачно".

Знать, веселья не видать

Мне сегодня, молодцу,

Знать, не надо ожидать

Под окном красавицу!

Не увижу, как пойдет

По дорожке милая;

Не увижу, как махнет

Беленьким платочком мне.

Отуманилася даль,

Скрылся мой знакомый путь;

Пала на сердце мое

Горькая кручинушка.

Санрим-Санрезонов


## 5. К МОЕЙ МЕЧТЕ


Не покидай души унылой,

Любви прелестная мечта!

Ей утешительно, ей мило

С тобой, летуньей легкокрылой,

Летать в минувшие лета --

Сует волнение земное,

Веселье юности пустое

Ее не отягчают сил;

Быт жизни, скудный и ненастный,

Давно, давно он ей постыл,

Как стынет кровь в груди несчастной;

И лишь с тобой, мечта, ей мил

Существованья путь опасный!

Еще горю!.. О, красота,

О, идеал мой совершенный!

Нет, нет -- души моей забвенной

Не покидай, любви мечта!

Африкан Желтодомов

1830

<Н. И. Греч и Ф. В. Булгарин(?)>

Впервые -- "Сын отечества и Северный архив", 1830, No 17, стр. 305--310. Пародия на литературный альманах. Само название "Альдебаран" пародирует названия альманахов, заимствованные из астрономии: "Полярная звезда" (1823--1825), "Цефей" (М., 1829), "Сириус" (СПб., 1826), "Комета" (М., 1830). После появления в 1829 г. первых пародий "Нового живописца" в МТ за оружие литературной пародии схватились и издатели объединенных "Сына отечества" и "Северного архива" Н. Греч и Ф. Булгарин. В No 13 за 1330 г. (стр. 62--63) появилось объявление от издателей с письмом Ивана Петухова (вымышленное лицо), возвещавшим появление в журнале нового отдела: "Альдебаран". Письмо датировано 24 марта 1830 г. Первые статьи "Альдебарана" были написаны прозой: "Введение в биографию Патрикеича" (No 14), "Я. Лекции Шеллинговой философии" (там же), статья "О происхождении имени руссов" (No 15), "Справщик. Отрывок из нового романа в Скоттском роде, поступившего уже в печать" (там же). Во "Введении в биографию Патрикеича" было заявлено, что после поэтов "придворной славы" (Ломоносова, Петрова, Державина) и "поддельных стихотворцев идиллических" (Богдановича) появились поэты, которых автор именует "стихотворными полотерами". Против поэтов этого круга, объединившихся вокруг "Литературной газеты", направлены пародии "Альдебарана", напечатанные отдельным циклом в No 17 СО. Греч и Булгарин хвастали, что их пародии приняты за серьезные произведения, что их противники не поняли шуток и т. д. В статье за подписью Барон Шнапс фон Габенихтс (намек на Дельвига) под заглавием "Опять литературный крючок" подробно разъяснялась литературная позиция Булгарина: "Г. Булгарин сущий литературный еретик! Он смело утверждает, что тот, у кого все стихи начинаются буквою и и все сочинения не что иное, как калейдоскоп, в котором переворачиваются баллады Бюргера,-- не оказал большой услуги русской словесности, но испортил вкус введением в поэзию тошного мистицизма, а язык русский сделал непонятным неологизмами. По мнению этого г. Булгарина, восклицания там, там похожи на барабанные звуки трам-там-там и не выражают ничего, кроме недостатка чувства, а пошлые воспоминания о былом, о луне и звездах смешны до крайности... Этот г. Булгарин даже не любит неудачных подражаний Байрону" (СО, 1830, No 16, стр. 236--237). В том же номере помещено "Запоздалое предисловие к "Альдебарану"" в виде письма читателя П. Коврижкина, в котором говорилось: "Ничего нет легче, как писать гладкий вздор или темную нелепость; но у нас и этим ремеслом многие приобрели себе почтенное название сочинителей! Разоблачайте же их в своем "Альдебаране"", после чего следовало примечание издателей: "Тайна "Альдебарана" открыта, итак, мы должны поневоле перенесть его из "Изящной словесности" в "Смесь", в разряд литературных шуток". Фамилия Коврижкин была прозвищем П. А. Вяземского (вяземский пряник), установившимся в журнальной полемике. В СО, 1830, No 17, был помещен также ответ мнимого издателя "Альдебарана" Ивана Петухова Коврижкину с новым выпадом против ЛГ: "Я не надеялся такого успеха; не думал, что сообщенные мною издателям "Сына отечества" шуточные пародии будут приняты за статьи серьезные. Могу сказать теперь, как сказал Парразий своему сопернику: "Ты обманул птиц, а я обманул живописца!"". Далее утверждалось, что статья "Объяснения некоторых современных вопросов литературных" (ЛГ, 1830, No 23) -- это всего лишь "подражание, и весьма удачное", "Введению в биографию Патрикеича": "Слог неправильный, тяжелый, темный; сравнения выисканные; шутки тупые; презрительный тон какого-то литературного полотера,-- все это прилажено очень хорошо и приносит честь искусному подражателю. Я уверен, что вы, г. Коврижкин, и многие другие прямодушные читатели отныне будете смотреть на "Литературную газету" как на продолжение "Альдебарана"".

1. Чудо в пещере. Аполлон Зевесов -- пародийный псевдоним А. А. Дельвига, данный ему в "Альдебаране". Пародия на "Изобретение ваяния" Дельвига ("Северные цветы" на 1830 г.):

"В кущу ко мне, пастухи и пастушки! В кущу скорее,

Старцы и жены, годами согбенные! К чуду вас кличу!.."

...Так по холмам и долинам бегал и голосом звонким

Кликал мирно пасущих стада пастухов ионийских

Ликидас юный...

Душегрейка унынья -- пародийное использование выражения И. В. Киреевского, сказавшего о Дельвиге, что он на "классические формы" своей музы "набросил душегрейку новейшего уныния" (статья "Обозрение русской словесности за 1829 год", альманах "Денница" на 1830 г.).

2. Изобретение стекла. Пуд Скучалкин -- пародийный псевдоним Александра Федоровича Воейкова (1778--1839), писателя и журналиста, редактора "Литературных прибавлений к "Русскому инвалиду"". Известен своим памфлетом "Дом сумасшедших" (с чертами пародии), над которым работал с 1814 г. до конца жизни, постоянно его дополняя и переделывая, черня и осмеивая своих современников. Пародируется дидактическая поэма о садоводстве французского поэта Жака Делиля (1738--1813), роскошно изданная в переводе Воейкова: "Сады, или Искусство украшать сельские виды". СПб., 1816. Поэма Делиля, пользовавшаяся большой популярностью (был еще перевод А. А. Палицына), представляла собой переложенное в стихи руководство по садовому и парковому хозяйству. Вот начало второй песни (в переводе А. Ф. Воейкова):

О, если б голосом и лирою моей

Я двигать мог леса и горы, как Орфей,--

Мне липа, яблонь, кедр и сосны все внимали;

Но силу прежнюю поэты потеряли;

Не внемлют горы им, не движутся леса;

Искусство и труды творят лишь чудеса.

Искусство насаждать деревья научает,

Дарив им красоту, плодом обогащает.

Древа приятностью листов, цветов, плодов --

Роскошнейший убор и благодать садов --

Сколь много образов они приемлют разных.

Названием пародии "Альдебаран" метит также в стихотворение Дельвига "Изобретение ваяния" ("Северные цветы" на 1830 г.). Пародия, как указывает предисловие к ней, является переложением следующей небольшом заметки в отделе "Ученые известия" в ЛГ -- "Изобретение стекла" (1830, No 3, стр. 23--24): "Искусство делать стекло не относится к самой глубокой древности, хотя оно, по-видимому, известно было финикиянам та несколько веков до р. X. Сказание Плиниево об изобретении стекла весьма вероятно. Пловцы одного купеческого корабля, вошедшего в какую-то реку в Сирии, сошли на землю, развели огонь на песке и начали готовить себе пищу. Посуда, в которой варилась сия пища, стояла прежде на груде селитры, составлявшей часть корабельного груза; действие огня постепенно растопило селитру, а смешение оной с песком породило какое-то прозрачное и жидкое вещество, которое именно и было стекло". Столь "близкое" переложение этой заметки в стихи должно было, по мысли пародиста, подтвердить критические утверждения СО о "прозаических поэтах". Запоздалое обращение к воейковскому переводу "Садов" Делиля было лишь поводом для выступления против возрождения описательной поэзии. Плиний Гай (23--79) -- римский писатель и ученый.

3. Признание. Фома Пищалин -- пародийный псевдоним Пушкина (от слова "пищаль"). Пародируются стихотворение Пушкина "Демон" ("Мнемозина", 1824, ч. 3) и "Сцена из Фауста" ("Московский вестник", 1828, No 8).

4. Песня. Санрим-Санрезонов -- пародийный псевдоним А. А. Дельвига (от франц. sans rimes, sans raison -- "без рифм, без смысла"). Пародия имеет в виду не только стихотворения Дельвига, но и литературные подражания безрифменной народной песне как особый жанр.

5. К моей мечте. Африкан Желтодомов -- пародийный псевдоним Пушкина (с намеком на африканское происхождение его предков по материнской линии).