# Автограф "19 октября"

Яков Карлович Грот

ТРУДЫ Я. К. ГРОTА


III.

ОЧЕРКИ

изъ

ИСТОРІИ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ.

(1848--1893).


## АВТОГРАФЪ "19 ОКТЯБРЯ" 1).


1) Напечатано въ т. VI Извѣстій Второго Отдѣленія Императорской Академіи Наукъ (1857).


Въ Александровскомъ лицеѣ хранится первоначальный текстъ стихотворенія 19-е Октября (1825), замѣчательнаго по воспоминаніямъ лицейской жизни Пушкина. Этотъ автографъ подаренъ лицею, но просьбѣ бывшаго директора его Н. И. Миллера, однимъ изъ товарищей поэта, покойнымъ Михаиломъ Лукьяновичемъ Яковлевымъ {2-го марта 1855 года.}. Но пріобрѣтеніемъ такой драгоцѣнности лицей обязанъ еще другому товарищу Пушкина, именно графу М. А. Корфу, который, въ качествѣ директора Императорской Публичной библіотеки, имѣлъ право на эту рукопись, по обѣщанію Яковлева; но такъ какъ библіотека уже имѣетъ много другихъ важнѣйшихъ автографовъ знаменитаго поэта, то гр. Корфъ, узнавъ о желаніи начальника лицея, отказался отъ своего права въ пользу этого заведенія.

Въ томъ видѣ, какъ 19-е Октября напечатано еще при жизни Пушкина, это стихотвореніе содержитъ въ себѣ восемнадцать строфъ. Въ такомъ же видѣ оно дошло еще неизданное до царскосельскаго лицея въ 1827 году, когда профессоръ русской словесности Η. Ѳ. Кошанскій, бывшій наставникъ Пушкина, принесъ съ собою на каѳедру эти стихи, какъ новость, только что полученную, и прочелъ ихъ своимъ слушателямъ. Извѣстно, что это стихотвореніе написано было Пушкинымъ въ 1825 году въ день основанія лицея, проведенный имъ тогда въ уединеніи Михайловскаго. Выраженное здѣсь предчувствіе, что поэтъ черезъ годъ будетъ опять въ столицѣ, въ кругу своихъ товарищей, основывалось, конечно, на надеждѣ его исходатайствовать себѣ разрѣшеніе посѣщать Петербургъ. Въ лицейской рукописи стихотвореніе состоитъ изъ 25-ти строфъ. Здѣсь мы въ самомъ началѣ, вслѣдъ за 1-ю строфою, находимъ цѣлыхъ пять, пропущенныхъ въ печатномъ текстѣ. Онѣ дѣйствительно слабѣе прочихъ, но любопытны тѣмъ, что представляютъ живыя подробности лицейскаго быта, которыя впослѣдствіи показались Пушкину слишкомъ частными или даже личными.

Стихъ:

"Чтобъ 30 мѣстъ насъ ожидали снова"

указываетъ на число воспитанниковъ перваго выпуска изъ лицея; собственно, ихъ было 29 за удаленіемъ одного изъ товарищей Пушкина еще до окончанія курса {Константина Гурьева.}. Вскорѣ по оставленіи ими лицея принято за правило, чтобы въ каждомъ изъ двухъ курсовъ его (старшемъ и младшемъ) было только по 25 воспитанниковъ, что и продолжалось до преобразованія этого заведенія въ 1832 г.

Слѣдующіе за тѣмъ 3 стиха:

"Садитеся, какъ вы садились тамъ,

Когда мѣста въ тѣни святаго крова

Отличіе предписывало намъ"

относятся къ тому, что воспитанники за столомъ должны были сидѣть въ порядкѣ, опредѣлявшемся ихъ поведеніемъ {Въ классѣ воспитанники сидѣли также въ опредѣленномъ порядкѣ, но только уже не по поведенію, а по успѣхамъ, и потому у каждаго преподавателя иначе.}. Первое мѣсто, какъ видно изъ одной строфы, занималъ Вальховскій {См. выше стр. 95.}.

Въ 9-й строфѣ, послѣднія слова подчеркнуты потому, что взяты, съ небольшимъ измѣненіемъ, изъ Дельвиговой прощальной пѣсни лицейскихъ воспитанниковъ, начинающейся стихами: "Шесть лѣтъ промчалось какъ мечтанье".

Въ строфахъ 5--11 встрѣчаются только отдѣльные стихи, отличающіеся въ окончательной редакціи стихотворенія. 13-я опять пропущена въ печати. Послѣдніе зачеркнутые въ подлинникѣ стихи ея относятся къ тому обстоятельству, что Пущинъ, къ которому поэтъ здѣсь обращается, промѣнялъ званіе гвардейскаго офицера на скромное мѣсто въ губернской службѣ. Эти 4 стиха, какъ видно изъ автографа, поэтъ думалъ замѣнить другими, написанными у него внизу страницы и въ которыхъ онъ разумѣлъ Малиновскаго. Въ 20-й послѣдніе четыре стиха исключены впослѣдствіи. Нѣкоторыя слова въ этихъ зачеркнутыхъ стихахъ требуютъ поясненія: "черный столъ" находился въ столовой отдѣльно отъ общаго стола и служилъ трапезою наказанныхъ; "словарь" составлялся воспитанниками и заключалъ въ себѣ характеристику всѣхъ лицъ, принадлежавшихъ къ составу лицея; "Лицейскій Мудрецъ" было заглавіе рукописнаго журнала, о которомъ выше сообщены уже свѣдѣнія {Стр. 35--37.}. Наконецъ изъ 22-й строфы выброшены первые четыре стиха, написанные въ честь Куницына.

Въ подлинникѣ всѣ поправки сдѣланы рукою поэта, отчасти чернилами, отчасти карандашемъ. Онѣ воспроизведены здѣсь совершенно согласно съ автографомъ; такая же точность соблюдена какъ въ правописаніи, такъ и въ самыхъ знакахъ препинанія. Имена: Корсаковъ и Матюшкинъ означены въ выноскахъ самимъ поэтомъ.


19-е ОКТЯБРЯ.


Nimc est bibendum. Hor.


1.


Роняетъ лѣсъ багряный свой уборъ

Дохнулъ морозъ на убранное поле

Проглянетъ день какъ будто по неволѣ

И скроется за край туманныхъ горъ...

Пылай, каминъ, въ моей пустынной кельѣ!

А ты, Вино, осенней стужи другъ,

Пролей мнѣ въ грудь отрадное похмѣлье

Минутное забвенье нашихъ горькихъ многихъ мукъ.


2.


На пиръ любви душой

Стремлюся къ вамъ, хожу межъ вами я...

Вотъ вижу васъ, вотъ милыхъ обнимаю

Я

И праздника порядокъ упреждаю...

Я вдохновенъ о

Послушайте, послушайте, друзья;

Чтобъ 30 мѣстъ насъ ожидали снова!

я

Садитесь вновь какъ вы садились тамъ

въ тѣни святаго крова

Когда мѣста, одно славнѣй другова,

предписывало

Отличіе присвоивало намъ


3.


Спартанскою душой плѣняя насъ

воспитанный

Всегда хранимъ суровою Минервой

сядетъ

Пускай опять В -- будетъ первой 1)

Послѣднимъ я, иль Бр -- иль Д -- 2)

будутъ явятся ъ

Но многія не сядутъ между нами...

Пускай, друзья, пустѣетъ мѣсто ихъ

Они придутъ; конечно надъ водами

Иль на холмѣ подъ сѣнью липъ густыхъ

1) Вальховскій.

2) Брольо и Данзасъ.


4.


Они твердятъ томительный урокъ

Или романъ украдкой пожираютъ

Или стихи влюбленныя слогаютъ

И по           тѣ                               звонокъ

Забывъ межъ тѣмъ полуденный урокъ

Они придутъ!-- за праздные приборы

Усядутся; напѣнятъ свой стаканъ

Въ нестройный хоръ сольются разговоры

И загремитъ веселый нашъ пеанъ.


5.


Мечты, мечты! Со мною друга нѣтъ

радостно                     лъ бы я

Съ кѣмъ могъ бы я запить виномъ разлуку

Кому бы могъ пожать отъ сердца руку

И пожелать веселыхъ много лѣтъ --

Я пью одинъ -- вотще воображенье.

Вокругъ меня товарищей зоветъ

Знакомое не слышно приближенье

И милаго душа моя не ждетъ --


6.


Я пью одинъ -- и на брегахъ Невы

сегодня

Меня друзья со вздохомъ именуютъ

Но многія-ль и тамъ изъ насъ пируютъ?

Еще кого не дощитались вы?

толь сладостной

Кто измѣнилъ плѣнительной привычкѣ?

Кого отъ васъ увлекъ жестокой свѣтъ?

Чей гласъ умолкъ на братской перекличкѣ?

Кто не пришелъ? кого межъ вами нѣтъ?


7.


шелъ

Онъ не придетъ, кудрявый нашъ пѣвецъ 1)

Съ огнемъ очей, съ гитарой сладкогласной

Подъ лаврами Италіи прекрасной

нашихъ -- Русскихъ Музъ

Онъ мирно спитъ -- и дружескій рѣзецъ

русскою

Не начерталъ надъ раннею могилой

Словъ нѣсколько на языкѣ родномъ

Чтобъ нѣкогда нашелъ привѣтъ унылой

бродя въ краю

Сынъ Сѣвера на берегу чужомъ --

1) Корсаковъ.


8.


Сидишь и

Явился ль ты въ кругу своихъ друзей,

Чужихъ Небесъ любовникъ безпокойной?1)

Иль снова ты проходишь тропикъ знойной

Иль вѣчный ледъ полунощныхъ морей?

Щастливый путь! Съ Лицейскаго порога

Ты на корабль перешагнулъ шутя

И съ той поры въ моряхъ твоя дорога,

О волнъ и бурь любимое дитя!

1) Матюшкинъ.


9.


Ты сохранилъ въ блуждающей судьбѣ

Прекрасныхъ лѣтъ первоначальны нравы

Лицейскій шумъ, Лицейскія забавы

лися

Средь бурныхъ волнъ мечтаются тебѣ

Ты простиралъ изъ за моря намъ руку

Ты насъ однихъ въ младой душѣ носилъ

мнилъ одно повторялъ

И говорилъ: на долгую разлуку

Насъ тайный рокъ быть можетъ осудилъ!


10.


Друзья мои, прекрасенъ нашъ союзъ

Онъ какъ душа нераздѣлимъ и вѣченъ --

Неколебимъ, свободенъ и безпеченъ

мудрыхъ

Сросгался онъ подъ сѣнью дружныхъ музъ

Кудабы насъ не бросила судьбина

И щастіе кудабъ не повело,

Все тѣже мы; намъ цѣлый міръ чужбина

Отечество намъ Сарское-Село.


11.


Изъ края въ край преслѣдуемъ грозой

За                                         судьбы

Опутанный въ сѣтяхъ нужды суровой

Я съ трепетомъ на лоно дружбы новой,

Уставъ, приникъ ласкающей главой...

Съ любовію мечтой чувствительной

Съ огнемъ любви печальной и мятежной

ой надеждой

Съ довѣрчивымъ незнаньемъ первыхъ лѣтъ

Друзьямъ инымъ душой предался нѣжной

небратскій

Но горекъ былъ холодный ихъ привѣтъ.


12.


И нынѣ здѣсь въ забытой сей глуши

Въ обители пустынныхъ вьюгъ и хлада

Мнѣ сладкая готовилась отрада

Троихъ изъ васъ друзей моей души

Здѣсь обнялъ я. Поэта домъ опальный

О П -- нъ 1) мой, ты первый посѣтилъ

Ты усладилъ изгнанья день печальной

Ты въ день его Лицея превратилъ.

1) Пущинъ.


13.


бъ                    2

Мы вспомнили какъ Вакху въ первый разъ

1

Безмолвную мы жертву приносили

Какъ                               всѣ трое по

Мы вспомнили какъ мы впервой любили,

Рове

Наперсники товарищи проказъ...

И все прешло проказы, Заблужденья...

Что жъ я тебя           встрѣтилъ тутъ же

Зачѣмъ и ты не обнялъ друга съ нимъ

Ты

О нашъ казакъ и пылкій и незлобной 1)

сѣни

Зачѣмъ и ты моей глуши надгробной

Не озарилъ присутствіемъ своимъ.

1) Малиновскій.


14.


Ты Г -- въ1) щастливецъ съ первыхъ дней,

Хвала тебѣ -- фортуны блескъ холодный

Не измѣнилъ души твоей свободной

Все тотъ-же ты для чести и друзей --

Намъ разный путь судьбой назначенъ строгой

жизнь           послѣ быстро

Ступая въ свѣтъ мы тотчасъ разошлись

Но не вѣзначай проселочной дорогой

Мы встрѣтились и братски обнялись.

1) Кн. Горчаковъ.


15.


Когда постигъ меня судьбины гнѣвъ

Для всѣхъ чужой, какъ сирота бездомной

Подъ бурею главой поникъ я томной

И ждалъ тебя, Вѣщунъ Пермесскихъ Дѣвъ

И ты пришелъ, Сынъ лѣни вдохновенный

про

О Дельвигъ мой, твой голосъ разбудилъ

Сердечный жаръ такъ долго усыпленный

И бодро я судьбу благословилъ


16.


Съ младенчества духъ пѣсенъ въ насъ горѣлъ

И дивное волненье мы познали

Съ младенчества двѣ Музы къ намъ летали

И сладокъ былъ ихъ лаской нашъ удѣлъ

уже

Но я любилъ толпы рукоплесканья

гордыя

скромно пѣлъ

Ты воздавалъ для Музъ и для души

Свой даръ,

Стихи какъ жизнь я тратилъ безъ вниманья

Ты геній свой воспитывалъ въ тиши


17.


Служенье Музъ не терпитъ Суеты,

Прекрасное должно быть величаво

Но юность намъ совѣтуетъ лукава

И шумныя насъ радуютъ мечты --

Опомнимся -- но поздно! и уныло

Глядимъ назадъ, слѣдовъ не видя тамъ

Скажи, Вильгельмъ 1), не толь и съ нами было

Мой братъ родной по Музѣ по судьбамъ?

1) Кюхельбекеръ.


18.


душевныхъ

Пора, пора! сердечныхъ нашихъ мукъ

Нестоитъ міръ; оставимъ заблужденья

сѣнь

Сокроемъ жизнь подъ кровъ уединенья

Я жду тебя, мой запоздалый другъ --

Приди; огнемъ волшебнаго разсказа

Сердечныя           ь           оживи

Преданія души возобнови

Поговоримъ о бурныхъ дняхъ Кавказа

О Шиллерѣ, о славѣ, о любви --


19.


Пора и мнѣ... пируйте, о друзья!

Предчувствую отрадное свиданье

Запомните-жъ поэта предсказанье съ я снова

съ          и          снова

Промчится годъ и къ вамъ явлюся я

тъ онъ

Исполнится завѣтъ моихъ мечтаній

Промчится годъ 1) и я явлюся къ вамъ

О сколько слезъ и сколько восклицаній

И сколько чашъ подъятыхъ къ небесамъ!

1) Въ рукописи слово Годъ пропущено.


20.


2) Т. е. сотрудниковъ журнала "Лицейскій Мудрецъ".


21.


вторую

1 О други съ мѣстъ бокалы наливайте

2 Полнѣй, полнѣй -- и сердцемъ возгоря

3 Опять до дна, до капли выпивайте!...

Но за кого-жъ?.. о други! угадайте...

4 Ура нашъ Царь!-- такъ выпьемъ за Царя


22.


Куницыну дань сердца и Вина!

Онъ создалъ насъ, онъ воспиталъ нашъ пламень

Поставленъ имъ краеугольный камень

Имъ чистая лампада возжена...

Наставникамъ                     юность

Хвала и Вамъ, хранившимъ нашу младость

всѣмъ

И честію -- и мертвымъ и живымъ

Къ устамъ подъявъ признательную чашу

Не помня зла, за благо воздадимъ


23.


Пируйте-же пока еще мы тутъ

Увы! нашъ кругъ часъ отъ часу рѣдѣетъ

Кто въ гробѣ спитъ, кто дальный сиротѣетъ

Судьба глядитъ, мы вянемъ, дни бѣгутъ --

Невидимо склоняясь и хладѣя ъ началу

ъ началу

Мы ближимся ко гробу своему...

Кому-жъ изъ насъ подъ старость день Лицея

Торжествовать придется одному


24


Несчастный другъ! средь новыхъ поколѣній

Докучный гость и лишній и чужой

и                     соединеній

Онъ вспомнитъ насъ, дни юныхъ наслажденій

Закрывъ глаза дрожащею рукой

Пускай-же онъ съ отрадой хоть печально

Тогда

Сей вѣрный день за чашей проведетъ

Какъ нынѣ я, затворникъ вашъ опальной

Его провелъ безъ горя и заботъ.

Михайловское 1825 г.

Подпись на подлинномъ -- чрезвычайно размашистый и неразборчивый парафъ.