# Франсис Вьеле-Гриффен

Реми Де Гурмон

Перевод Елизаветы Блиновой и Михаила Кузмина (1913).

## Реми де Гурмон


## Франсис Вьеле-Гриффен


Я не хочу сказать, что Вьеле-Гриффен веселый поэт, но, несомненно, это поэт веселья. Вместе с ним принимаешь участие в радостях простой, нормальной жизни, в стремлениях к миру. Вместе с ним приобщаешься к непоколебимой вере в красоту, в непобедимую молодость природы. Он не буен, не пышен, не нежен - он спокоен. Очень субъективный, впрочем, может быть, именно благодаря своей субъективности, он религиозен, так как думать о себе значит, в конце концов, думать о всей своей личности в полном ее объеме. В природе он, как Эмерсон, видит "прообраз древней религиозной мысли человечества". И как Эмерсон, он думает, "что день не пропал даром, если внимание хоть на мгновение было уделено природе". Он знает и любит все элементы леса, начиная от "больших, нежных ясеней" до "молодых, бесконечно разнообразных трав". И, несомненно, это его лес, о котором он говорит:


Вся жимолость покрылася цветами,

Сочатся солнца золотые слезы,

Шуршит косуля быстрая кустами,

И ветер веет по кудрям березы

Между листами.

В моих лугах осеребрились травы,

Как шпаги блеск блестят лучи далеко,

Жужжанье пчел услышите с утра вы

И ландыши по берегу потока,

И ветер веет в ясенях дубравы.


Но он знает не только цветы, которыми пестрят луга, он знает также "La feur qui chante" ["Поющий цветок" -- фр.] , и "Celle qui chante" ["Поющую" -- фр.] , и лаванду, и майоран, фею старых баллад и сказок. Он помнит припевы народных песен и вводит их в свои маленькие поэмы, похожие на комментарии к основному тексту, или просто на поэтическую грезу.


Где наша Маргерита?

Огэ, Огэ!

Где наша Маргерита?

Она в высоком замке усталая все ждет,

Она в своей землянке так весело поет,

Она в своей могиле, - там ландыш расцветет.

Где наша Маргерита?


И это почти так же трогательно, как стихи Жерара де Нерваля:


Где наши милые?

Они в могиле.

Житье постылое

Там позабыли.


И так же невинно жестоко, как те хоровые песни, которые поют маленькие девочки:


К чему дана краса?

Чтоб в землю зарывать,

А там червей питать,

А там червей питать.


Вьеле-Гриффен пользовался с чрезвычайной осторожностью народной поэзией, в которой так мало искусственного, что она кажется как бы рожденной, а не сотворенной. Но если бы он был и менее скромен, то все же не злоупотребил бы ею, ибо он умеет чувствовать и уважать. Другие поэты, к несчастью, отличались меньшим благоразумием. Они срывали "La rose qui parle" ["Говорящую розу" -- фр.] такими неуклюжими и грубыми руками, что было бы лучше, если бы вечное молчание царило вокруг этой прелести народной фантазии, ими оскверненной и униженной.

Море, как и лес, тоже очаровывает и опьяняет Вьеле-Гриффена. В одной из первых своих книг "Cueille d ril" ["Апрельские цветы" (фр.; книга стихов, 1886)] он дал нам полное его описание. Он показал море всепожирающее, ненасытное, море - бездну, море - могилу, море дикое, с горделивой и победной волной, море, отдающееся сладострастной ласке прибоя, море грозное, беззаботное, настойчивое, завистливое, играющее красками звезд и солнца, светлой зари и темной ночи. Поэт упрекает это море за то, что оно блестит чужой славой, и гордо заявляет, что не последовал его примеру и не искал почета в счастливых реминисценциях и наглых плагиатах! И надо признать, что Вьеле-Гриффен, который уже на первых ступенях своей поэтической деятельности не говорил пустых слов, сдержал впоследствии свое обещание. Он остался самим собою, свободным, гордым и неприступным. Его лес не безграничен, но это не шаблонный лес: это - владения его фантазии.

Не касаюсь другой, чрезвычайно важной стороны его творчества: его роли в трудном деле завоевания свободного стиха. Хотелось только передать более общие, глубокие впечатления. Я говорил не только о форме, но и о самом существе его искусства. Я хотел отметить ту новую струю, которую он внес во французскую поэзию.


----------------------------------------------------


Первое издание перевода: Книга масок. Лит. характеристики /Реми де Гурмон; Рис. Ф. Валлотона Пер. с фр. Е. М. Блиновой и М.А. Кузмина. -- Санкт-Петербург: Грядущий день, 1913. - XIV, 267 с.; портр.; 25 см. -- Библиогр.: с. 259-267.