# Актеры между собой или Первый дебют актрисы Троепольской

Николай Иванович Хмельницкий

Водевиль в одном действии.

В соавторстве с Н. В. Всеволожским..

Старый русский водевиль 1819--1849

М., ГИХЛ, 1937


## Н. Хмельницкий


## АКТЕРЫ МЕЖДУ СОБОЙ или ПЕРВЫЙ ДЕБЮТ АКТРИСЫ ТРОЕПОЛЬСКОЙ


Водевиль в одном действии.


Действующие лица:


Троепольский.

Г-жа Троепольская.

Попов, Шумский, актеры.


Написан в 1821 г. в сотрудничестве с Н. В. Всеволожским Представлен в первый раз 3 января 1821 года в бенефис актрисы А. Т. Колосовой.


I


Tроепольский (один выходит из дому с письмом в руках). Ну, вот только-что собрался на охоту, так и ответ. Посмотрим, что-то пишут мои приятели! Я звал их на именины моей жены, а волокита Попов и повеса Шумский любят повеселиться. (Читает.) "Мы получили твою записку и радуемся не столько твоему возвращению в Петербург, как именинам почтенной твоей супруги, с которою мы надеемся сегодня познакомиться. Пословица говорит: нет худа без добра, и точно правда! Если бы ты не сделал глупости жениться, так нам бы не удалось на твой счет попраздновать. Мы слышали, что тебя соблазнило приданое: это недурно! Если же она, по-твоему, не взяла умом, так и это не беда: ровная пара". Несносные насмешники! Но этому я сам виноват: я слишком скромен насчет моих достоинств.

Попов и Шумский мне друзья,

А больше всех надоедают!

И участь такова моя,

Что все меня пересмехают.

Но это не моя вина.

Понять я не могу, что значит.

И даже... кто ж? моя жена

И та всегда меня дурачит.

Посмотрим, что далее? (Читает.)

"Ты говоришь, что жена твоя имеет страсть и большие способности к театру. Не ты бы это говорил, и не мы бы слушали; но мы скоро сами увидим это чудо, и, если оно не так худо, так мы ею, пожалуй, позаймемся; не прогневайся; мы ведь не боги, чтоб одушевить твою Галатею. Прощай, до свидания! Твои на сегодняшний день гости: Попов и Шумский со свитою!" Хороши приятели! Но они узнают Троепольского! Однако этого письма я ни за что не покажу жене моей, а то она, наверно, рассердится, и тогда праздник не в праздник. Так точно; этого требует благоразумие!


II

Троепольский и г-жа Троепольская.


Г-жа Троепольская. Ты еще не ушел! Что это у тебя за письмо?

Троепольский. Это не письмо... а так... ничего не значит... (В сторону.) Как жаль, что не успел его спрятать!

Г-жа Троепольская. Да что ж вы мне его не отдаете?

Троепольский. Мой друг... Но если это мои секреты...

Г-жа Троепольская. Тем лучше; я, как жена, должна их знать.

Троепольский. Но посуди, мой друг...

Г-жа Троепольская. Я вас прошу, сударь.

Троепольский. Ну что у тебя за охота...

Г-жа Троепольская. Так я вам приказываю.

Троепольский. Шалунья! Она мне приказывает... Ну так возьми же, но с тем, чтобы не сердиться.


Она читает.


Троепольский.

Я муж предобрый, признаюсь,

И с нею обхожусь примерно.

Жена велит, я соглашусь,

И все исполнено наверно.

Ей хочется актрисой быть --

И я охотно позволяю,

А за талант ее любить

Я никому не помешаю.

Г-жа Троепольская. Прекрасно! Вот твои друзья! И ты им позволяешь писать обо мне такие вещи?

Троепольский. Видишь ли, что ты наказана за твое любопытство? Но, пожалуйста, не сердись -- это пустая шутка. Попов был всегдашний насмешник, а с тех пор, как воротился из Парижа и играет на театре роли повес и волокит, так сделался еще хуже.

Г-жа Троепольская. Мне до этого нет никакой нужды; но терпеть такие дерзости я ни от кого не намерена и должна отомстить за это.

Троепольский. Помилуй, мой друг! Что ты затеваешь? Уж не дуэль ли?

Г-жа Троепольская. О, кет, ты не рожден для шпаги; я сама найду средство с ними разделаться.

Троепольский. Перестань, ради бога! Если ты их рассердишь, то они так тебя раскритикуют, что уж тогда никак не попадешь на театр.

Г-жа Троепольская. Мне не нужна их протекция.

Троепольский. Однакож, мой друг, я тебе служу примером. Со всеми моими способностями...

Г-жа Троепольская. Ах, оставь свои способности!

Троепольский. Но дело в том, что я по их интригам сам не попал в трагические актеры.

Г-жа Троепольская. Прекрасное сравнение!

Троепольский Ну, полно же сердиться; поверь, стоит тебя увидеть, чтоб переменить их дурное мнение.

Г-жа Троепольская. И переменят. Я тебя уверяю.

Троепольский. Впрочем, если ты потребуешь, то я за честь твою трагически с ними разделаюсь.

Г-жа Троепольская. Этого не нужно: у меня готово мщение.

Троепольский. А! а! Какое же, например?

Г-жа Троепольская. Это моя тайна.

Троепольский. Но я могу тебе посоветовать.

Г-жа Троепольская. Мне этого не нужно, вспомни правила

Троепольский. Мой друг... благонравия ... муж должен знать...

Г-жа Троепольская. А жена не хочет рассказать. Троепольский. Но я требую...

Г-жа Троепольская. А я не хочу, не хочу и все-таки не хочу.

Как жена, я долг мой исполняю;

Ты, как муж, успел свой позабыть.

Никогда тебе не досаждаю,

Ты всегда готов меня сердить.

И поверь, чтоб мужем восхищаться,

Чтоб всегда его нам обожать,

Должен муж жене повиноваться,

А жена должна повелевать.

Троепольский. Ну, полно же, мой друг; я пошутил, и как я могу требовать...

Г-жа Троепольская. Наконец, ты образумился.

Троепольский. Выдумывай все, что тебе угодно, а я повидаюсь с нашею приезжею родней.

Г-жа Троепольская. Только прошу скорее воротиться.

Троепольский. Непременно, мой друг. Прощай. Да, кстати, не равно кто-нибудь из гостей завернет к нам спозаранку, так ты...

Г-жа Троепольская. Так я приму их... а особливо Попова и Шумского.

Троепольский. Но ради бога прими их получше и оставь...

Г-жа Троепольская. О, я, конечно, их оставлю (в сторону) в дураках, если удастся.

Троепольский. Я уверен в твоем благоразумии! Прощай же, до свидания! (Уходит.)


III


Г-жа Троепольская (одна). Они надо мною смеются! Какая дерзость! Но они раскаются.

Итак, теперь мой план готов;

Обоим отомщу наверно,

И этот Шумский и Попов

Со мной расплатятся примерно.

О них кричат: "Вот остряки!"

И всякой похвалы им слышит;

Но ваша дура в дураки

Сама здесь умников запишет.


IV

Г-жа Троепольская, Попов (в охотничьем платье входит напевая).


Г-жа Троепольская. Боже мой! кто-то идет. Что, если б это был один из этих насмешников? Притворюсь, и узнаю. (Садится на скамью.)

Попов (в сторону). А! а! Вот встреча! Молоденькая и хорошенькая женщина! Не дать бы промаха. (Подходя.) Позвольте вас спросить, сударыня, не здесь ли живет на даче господин Троепольский?

Г-жа Троепольская. Троепольский? Какой Троепольский? Нет... кажется, он здесь не живет.

Попов. Если не здесь, так, верно, где-нибудь недалеко; впрочем, прошу извинить, что обеспокоил вас вопросом.

Г-жа Троепольская. Помилуйте, мне очень приятно отвечать вам.

Попов (в сторону). Как хороша! Попробую разговориться.

Г-жа Троепольская. Вы ищете Троепольского, а что он за человек?

Попов. Он человек... если вам угодно, простой и добрый, старый мой приятель, и я по приглашению его иду с охоты к нему на праздник.

Г-жа Троепольская. Да как же вы не знаете, где он живет?

Попов. Не знаю потому, что он недавно воротился в Петербург и прямо поселился где-то здесь на даче.

Г-жа Троепольская. Я его не знаю, а неподалеку отсюда живет какой-то женатый человек и часто проходит здесь мимо.

Попов. Уж не под ручку ли с своею супругою?

Г-жа Троепольская. Я этого не заметила

Попов. А мне бы хотелось в этом увериться. Скажите мне, не будет ли он похож на мое описание:

Оригинал и средних лет,

С женой своей на этикетах,

И сходства на его портрет Не сыщете ни в чьих портретах.

Он думает, что страх умен,

И это в нем всего дороже;

В жену без памяти влюблен...

Г-жа Троепольская. Как это на него похоже!

Попов. Так, бьюсь об заклад, что это он; но вы простите моему любопытству: скажите мне, какова жена его?

Г-жа Троепольская. Я, право, не люблю насмехаться.

Попов. А, видно, есть над чем?

Г-жа Троепольская. Она точно показалась мне что-то странной.

Попов. Как странной, не больше? Вы слишком великодушны.

Г-жа Троепольская. А если вы слишком насмешливы, так и я вам признаюсь...

Попов. Ради бога!

Г-жа Троепольская. Она точно удивила меня. Что за походка! Что за манеры!..

Попов. Что за любезность!

Г-жа Троепольская. Что за ловкость!

Попов. Что за муж!

Г-жа Троепольская. Что за жена!

Попов. Верно, парочка!


Оба хохочут.


Г-жа Троепольская. Надо признаться, что наше знакомство началось очень весело!

Попов. А чтоб больше повеселить вас, я опишу портрет ее и ручаюся за сходство:

Она дурна и неловка,

А лет ... считать их в вашей воле:

От тридцати до сорока,

Но я ручаюсь, что не боле.

Ей хочется переменить

Свой выговор иногородний

И нашу труппу подарить

Такой актрисой превосходной!

Г-жа Троепольская. Вы мастер описывать.

Попов. Этого мало; вообразите, что наша ярославская богиня с такой привлекательной наружностью хочет наперекор природе быть актрисою, а нежный супруг приглашает нас полюбоваться ее талантом.

Г-жа Троепольская. А вы любитель театра?

Попов. Более: я сам актер.

Г-жа Троепольская. Боже мой! Я вас не узнала! Вы господин Шумский?

Попов. Не Шумский, а Попов.

Г-жа Троепольская. Ах, боже мой! как я ошиблась!

Попов. Представьте же, что я в этом наряде, а товарищ мой Шумский в лакейской ливрее явимся к мужу и с согласия его с новой нашей актрисой сыграем комедию, или, между нами сказать, просто ее одурачим.

Г-жа Троепольская (в сторону). Мы увидим. (Вслух.) О! я думаю, что это будет презабавно, и мудрено ли вам? Я так часто любовалась прелестною вашею игрою...

Попов. Я вас благодарю за снисхождение.

Г-жа Троепольская. Вы так на сцене ловки, приятны...

Попов. Помилуйте! (В сторону.) Как она мила! Узнаю, кто она такая. (Ей.) Благодарю случай, который меня знакомит с вами; вы мне, конечно, позволите узнать ваше имя?

Г-жа Троепольская. Я, к несчастию. вдова и с моими родными живу здесь на даче очень уединенно. Не любопытствуйте более -- это моя тайна.

Попов. Я.не смею требовать большей доверенности.

Г-жа Троепольская. Но оставимте это и поговоримте о театре, до которого я большая охотница. Скажите, я думаю, очень мудрено быть хорошей актрисой?

Попов.

Актрисе дар и красота

К успеху верное есть средство.

Агнесе надо простота,

А Селимене дар кокетства.

Нельзя, как будь ни хороша,

Без голоса быть примадонной.

И нужны чувства и душа.

Чтоб быть отчаянной Дидоной!

Г-жа Троепольская. О, это, конечно, очень трудно, но всякая по своим способностям может для себя выбирать роли?

Попов. Вы этим шутите; но выбирать очень трудно, когда не из чего.

Г-жа Троепольская. Помилуйте, но у нас так много сочинителей.

Попов. И так мало сочинений.

Мне признаются автора,

Что отбивают им охоту,

И публике давно пора

Платить им лучше за работу.

Да и желанье их пустяк,

Хотя оно смешно, конечно:

Чтоб им не шикали никак,

Но аплодировали вечно!

Г-жа Троепольская. Вот забавное требование, но это не мешает вашим выгодам?

Попов. Напротив, очень мешает, особливо если нет новой пьесы к своему бенефису.

Г-жа Троепольская. А что такое бенефис?

Попов.

Что бенефис? Я очень рад,

Его увидя назначенье.

Хорошим он актерам клад,

Дурным, так хуже разоренья.

Но я ручаюсь навсегда,

Что вам подобная актриса

Не может, верно, никогда

Дурного сделать бенефиса.

Г-жа Троепольская. Благодарю за учтивость! Но я так занялась вами... Я хотела сказать -- с вами, а меня ждут.

Попов. Мысль, что я, может быть, в последний раз вас вижу...

Г-жа Троепольская. Почему ж? Я очень рада с вами познакомиться.

Попов. Вы, по крайней мере, верно, здесь часто прогуливаетесь?

Г-жа Троепольская. Очень часто, и через час обыкновенное мое гулянье.

Попов (в сторону). Через час. Понимаю.

Г-жа Троепольская. Итак, прощайте!

Попов. Я расстаюсь в приятной надежде скоро с вами увидеться.


Троепольская уходит.


V


Попов (один). Я в восхищении! Прелестная женщина! Надо непременно узнать, кто она такая. Кто знает, чем это все кончится? Судя по приему... я надеюсь... но лучше не загадывать.


VI

Попов, Шуйский.


Шумский. А! сиятельнейший граф! Вот и я налицо к вашим услугам. (Треплет его по плечу.) Но не забудь, однакож, что это мы не на сцене. Итак, здорово!

Попов. Каким франтом!

Шумский. Да, в лучшей театральной ливрее.

Попов. Хоть сейчас за карету.

Шумский. Скажи лучше из кареты, потому что я сейчас в ней приехал и отправил ее за товарищами для нашего праздника.

Попов. А, вот это дело.

Шумский. А ты отыскал ли Троепольского?

Попов. Да, он здесь живет неподалеку.

Шумский. А каково поохотился?

Попов. Недурно.

Шумский (взявши его за пустой ягдташ). Великодушный охотник!

На стойке иногда иной

Ночь напролет не засыпает,

А ходит век с пустой сумой,

Хоть птица под носом летает!

А не признается никак!

Всегда улыбка да ужимка!

Он не берет с собой собак,

С ним пудель -- только невидимка!

Попов. Оставь эти вздоры, а порадуйся и пособи приятелю.

Шумский. Да что такое?

Попов. Шумский! Милый Шумский, новая интрига!

Шумский. Интрига! только не через письма: мне эта комедия и так надоела.

Попов. Какие письма! Свидания, объяснения -- ты все узнаешь -- и дело сделано.

Шумский. Так мне и делать нечего.

Попов. Напротив; главное, надобно узнать имя неизвестной красазицы.

Шумский. Неизвестной? А где она живет?

Попов. Вот в этом доме.

Шумский. В этом доме? Безделка!

Попов. Далее.

Шумский. Не нужно: и без того близко.

Попов. Итак, я надеюсь...

Шумский. Что сказано, то сделано! Смотри, однакож, чтоб нам не прогулять обеда.

Попов. О, нет! Троепольский, как я слышал, живет здесь близко; я пойду отыскивать его и ворочусь за тобою, а ты, между тем, исполнишь мое поручение.

Шумский. Да расскажи мне, как это все сделалось?

Попов. Ты все после узнаешь; теперь не время: нас могут застать. Прощай! (В сторону.) Она через час сюда выйдет; надобно скорей воротиться и спровадить Шумского. (Уходит.)


VII


Шумский (один). Ну, Шумский, выходи на сцену! Я, правда, не слишком тверд в моей роли, но с кем из нашей братьи этого не случалось? Привычка мне поможет, а смелость будет моим суфлером. (Стучит в двери.) Гей, кто-нибудь!


VIII


Шумский, г-жа Троепольская


Г-жа Троепольская (в доме). Кого вам надобно?

Шумский. Женский голос! Тем лучше: наверно, все выболтает.

Г-жа Троепольская (выходя). Не вы ли к нам стучались?

Шумский. Точно так: это я, сударыня... моя красавица. (В сторону.) Попов прав! Судя по горничной, какова должна быть барыня! (Ей.) Итак, моя прелесть, как слуга и служанка, без церемонии начнем поцелуем (Хочет обнять ее, она дает ему пощечину.)

Г-жа Троепольская. Начнем пощечиной.

Шумский. Ай! Ай! (В сторону.) Тьфу, к чорту! Я и забыл, что это не на театре. (Вслух.) Признаюсь что прием ваш доказал мне довольно...

Г-жа Троепольская. Что больно?

Шумский. Оставим эти шутки: я виноват, и кончено; теперь приступим к делу.

Конечно, госпожа твоя

Живет здесь с кем-нибудь на даче?

Г-жа Троепольская.

Так точно: барыня моя

Живет здесь не одна на даче.

Шуйский.

А как ее изволят звать?

Г-жа Троепольская.

Тебе не нужно это знать.

Шумский.

Но это горничных уловка!

Г-жа Троепольская.

Меня нескоро проведут.

Шуйский (в сторону).

Да эта девушка плутовка!

Г-жа Троепольская (в сторону).

Да этот Шумский страшный плут!

Шумский. Ты напрасно со мною секретничаешь: расспросы мои не ведут ни к чему дурному.

Г-жа Троепольская. Так, стало, к хорошему?

Шумский. Разумеется. Что ж тут дурного, что слуга какого-нибудь знатного господина, отыскивая приезжего знакомца, постучал к вам в двери и встретился с прекрасною горничною?

Г-жа Троепольская. А кто твой господин?

Шумский. А кто твоя барыня?

Г-жа Троепольская. Княгиня Шумская.

Шумский. Княгиня Шумская! Неужели в самом деле? Это очень странно! Я с роду не слыхивал этой княжеской фамилии. (В сторону.) Ай да Попов! Смотри, пожалуй, куда изволил заехать!

Г-жа Троепольская (в сторону). Их нетрудно дурачить. (Вслух.) У барыни моей нет однофамильцев, и я кроме ее ни о каких Шумских не слыхивала.

Шумский. А мне так помнится, что есть...

Г-жа Троепольская. Да, может быть, какая- нибудь мелочь, которую никто не знает.

Шумский. Напротив, я вспомнил... точно, что на Петербургском театре есть актер Шумский, который, как уверяют, в совершенстве представляет лакеев.

Г-жа Троепольская. Лакеев? Какая жалость! (В сторону.) Он взбесится!

Шумский (в сторону). Прошу покорно, как нас отделывают, -- и кто же? Какая-нибудь горничная сиятельной моей родственницы! (Вслух.) Ты ошибаешься, представить нашего брата плута...

Г-жа Троепольская. Плута?

Шумский. Виноват! Я хотел сказать: представить честного человека не так-то легко, как ты думаешь!

Г-жа Троепольская. Стоит у тебя поучиться.

Шумский. У меня? Плутовка! Но ты обижаешь этим актеров.

Г-жа Троепольская. Я не люблю их.

Шумский. Напрасно...

Твой слишком резок приговор,

И так не судят дарованья.

Я слышал, истинный актер

Достоин общего вниманья.

Тот не артист, в ком нет ума,

В ком нет таланта, вкуса, чувства,

И публика у нас сама

Есть покровитель их искусства!

Г-жа Троепольская. Хоть не кстати, но ты славно за них заступаешься, и ты не так глуп, как я думала.

Шумский. А ты так умна, как я не ожидал.

Г-жа Троепольская. И не ошибся. (В сторону) Это ваша деревенская дура.

Шуйский. А собой красавица!

Г-жа Троепольская. Без шуток?

Шумский. Какие шутки! (В сторону.) Я право без ума от этой горничной. Хоть сейчас на театр!

Г-жа Троепольская. Да ты собой молодец, и я удивляюсь твоей ловкости!

Шумский. Ты удивляешься моей ловкости? Итак, я могу надеяться... (Подходя к ней.)

Г-жа Троепольская. Не так близко.

Шумский. Да почему же?

Г-жа Троепольская. Да потому, что... ты ведь помнишь? ..

Шумский (отступая). А! это дело другое. Что за скромница! Клянуся, что ты в одно свидание победила мое молодецкое сердце!

Г-жа Троепольская. Так, стало, я тебе нравлюсь?

Шумский. Да так, что если ты меня не обракуешь, го хоть сейчас по рукам.

Г-жа Троепольская. Ты слишком скор...

Ах, замуж выходить

Не надобно спешить,

И я уж не решусь,

Покуда не влюблюсь.

И что за обращенье

Всех наших женихов?

Одно нам утешенье

Взаимная любовь!

Мужья шалят,

А жен бранят!

Итак, чтоб мне решиться

Скорее согласиться,

Ты должен обещать

Меня никак не ревновать.

Ах, замуж выходить и т. д.

Шумский. Чего ж недостает во мне? (В сторону.) Попалась!

Г-жа Троепольская (в сторону). Увидим, кто кого обманет. (Вслух.) Итак, начнем с того, как зовут твоего господина?

Шумский. Разумеется...

Г-жа Троепольская. Но я с тобою заговорилась и боюсь, чтоб мне не досталось за это.

Шуйский. И точно: я советую тебе пойти и поскорее сюда воротиться. А на прощанье позволь поцеловать хоть ручку, но с условием...

Г-жа Троепольская. Да ну, скорей, не бойся. Но ты все-таки не сказал, кто твой барин?

Шумский. Нарочно, чтоб заставить тебя скорей воротиться, а я между тем подумаю.

Г-жа Троепольская. Ну, так я сейчас прибегу.

Шумский. Не забудь же, о ты, краса всех горнич ных, что я тебя ожидаю.

"И смерть и жизнь моя теперь в твоих руках!"

Г-жа Троепольская. Прощай! Как это мило!

Шумский. "Итак, я жду тебя, души моей светило!"


IX


Шумский (один). Виват Шумский! Ожидал ли я встретиться с такою прелестною служаночкою! Однакож, эта пощечина, которую она без дальних церемоний изволила мне отвесить, слишком разрумянила мою щеку! Боюсь, чтоб Попов не помешал нашему свиданию! (Увидя его.) Ну, так и есть! Как бы от него поскорей отделаться.


X


Шумский, Попов.


Попов (в сторону). Боюсь, чтоб не прогулять свидания. Надо поскорей спровадить Шумского. (Вслух.) Ну, брат Шумский, быть нам сегодня без обеда! Представь себе, что я нигде не мог отыскать Троепольского.

Шумский. Вздор, братец, быть не может. Поди теперь вот в эту сторону, и ты, наверно, его отыщешь.

Попов. Слуга покорный! Теперь твоя очередь.

Шумский. Какая тут очередь? Выбирай любое: если ты не пойдешь, так я не успею разведать о твоей красавице.

Попов. Хорош же ты! По сие время не успел этого сделать!

Шумский. Надеюсь. Целый час не мог достучаться, и, наконец, вышел какой-то дурак слуга, от которого не мог добиться толку.

Попов. Если так, то вот что мы сделаем: ты пойдешь отыскивать Троепольского, а я, уж так и быть, останусь здесь и как-нибудь сам об этом разведаю.

Шумский. Помилуй, братец! Я с удовольствием похлопочу за тебя.

Попов. Мне право совестно тебя беспокоить.

Шумский. И полно, что за церемония! Я начал, так я и окончу, а ты, между тем, прогуляешься: это очень здорово.

Попов. А сам ленишься? Какая прекрасная погода!

Шумский. Очень хороша! Но я в этом костюме боюсь с кем-нибудь встретиться.

Попов (в сторону). Его никак не выживешь!

Шумский (в сторону). Он все-таки не уходит.

Попов. Смотри, Шумский, не пеняй на меня, если мы прогуляем обед.

Шумский. Да мне что-то и есть не хочется. (В сторону.) А уж как бы пообедал!

Попов (в сторону). Надобно будет ему признаться.

Шумский (в сторону). Он никак не уйдет; скажу лучше, чего добиваюсь. (Вслух.) Послушай. Попов, нечего секретничать: хлопотавши за тебя, я познакомился с одной прекрасною служаночкой, и ее сюда ожидаю; если ты сейчас не уйдешь, то, ей-богу, мне помешаешь.

Попов. С служанкой? Фи, как тебе не стыдно!

Шумский. Вот это мне нравится! Да она так хороша, что я сроду эдакой не видал!

Попов. Какой вздор! Я никак не допущу тебя до этих шалостей.

Шумский. Прошу покорно!

Попов (в сторону). Пущусь на хитрость. (Вслух.) Ну, что тебе за радость? Того и смотри, что выйдет какая-нибудь история. Пойдем вместе. (В сторону.) Я его там оставлю, а сам тотчас ворочусь.

Шумский (в сторону). Славно! Я упрошу Троеполь- ского не отпускать его, а сам тотчас к моей красавице.

Попов. Пойдем же.

Шумский. Пойдем. И, в самом деле, глупо так дурачиться.

Попов. И с какой стати!

Шуйский, Уж разумеется! Пойдем же.


Берут друг друга под руки и хотят итти; но вдруг, услыша пение в доме, останавливаются.


Г-жа Троепольская (в доме).

Я жду тебя и не дождусь!

Что не летишь ты на свиданье?

Мой милый друг, я признаюсь,

Как грустно это ожиданье.

Когда тобой любима я...

Спеши! спеши! я жду тебя!

Шумский. Что это значит?

Попов. Ничего, ничего. Да отвяжись от меня ради бога!

Шумский. Нет, ведь мы согласились итти вместе!

Попов (вырываясь). Помилуй! У меня назначено здесь свидание, -- и это, верно, сигнал.

Шумский. Любовное свидание! А, а! господин нравоучитель! Стыдись, сударь! Я не допущу тебя до таких шалостей.

Попов. Да убирайся к чорту! (Подходит к окну и поет.)

Тебе ли думать, что я мог

Забыть с любезною свиданье!

Тобой дыша, мой первый долг

Предупреждать твои желанья!

Когда тобой любим и я,

Приди, приди, я жду тебя!

Она, я думаю, выйдет.

Шумский, ради бога, спрячься на минуту!

Шумский. Хорошо! Хорошо!


Слышен ритурнель русской песни.


А! а! Это по моей части. (Отводя Попова.) По местам: теперь моя очередь.

Г-жа Троепольская (в доме).

Ах! Что сердце приуныло?

Что душа моя грустит?

Ай люди, ай люди!

Что душа моя грустит?

Или я тебе не нравлюсь,

Или ты меня забыл?

Ай люди, ай люди!

Или ты меня забыл?

Нет, я этому не верю:

Ты всегда меня любил!

Ай люди, ай люди!

Ты всегда меня любил!

Шумский. Она не выходит! Постой же, я и сам пропою не хуже другого. Дай бог память!

Жду красотку я мою,

И ей песенку пою!

Ай, душа моя, душа,

Приди к молодцу скорей!

Ах, дождусь ли полно я

Здесь увидеть уж тебя?

Ай, душа моя, душа,

Приди к молодцу скорей!

Твои речи и твой взгляд

Как рублем меня дарят!

Ай, душа моя, душа,

Приди к молодцу скорей!

Г-жа Троепольская (в окошко). Мы сейчас выйдем с барыней; подождите нас оба вместе.

Шумский. Попов! Попов!

Попов. Ну, что такое?

Шумский. Нам велено ожидать их вместе обоим! Представь себе: эта девушка, как я догадываюсь, выходит служанкою твоей княгини.

Попов. Какой княгини?

Шуйский. Дурак! Ведь она княгиня.

Попов. Неужли княгиня? Какое счастье!

Г-жа Троепольская.

Когда я, мой милый, увижусь с тобой?

Я жду с нетерпеньем и все не дождусь.

Когда ты бываешь здесь вместе со мной,

Тогда я спокойна, тогда веселюсь!

Попов.

Но ты ли со мною здесь медлишь свиданье?

Тебя ожидая, давно я томлюсь!

Тебя здесь увидеть -- одно мне желанье;

Я жду моей милой и все не дождусь!

Шумский.

Моей горничной прекрасной

Не могу дождаться я!

Кто влюблен, так тот напрасно

Не заставит ждать себя!

Что они все поют, лучше бы им выйти.

Попов. Подождем, делать нечего.

Шумский. Ну, Попов! Каковы мы с тобою? Попов. Уж не говори! Я сам не верю своему счастью. Да как бы их поскорее вызвать?

Шумский. Попробуем.


Оба кашляют, чихают и потом хлопают в ладоши.


XI


Те же, Троепольский.


Троепольский. Ба! первый раз в жизни встречают меня с аплодисментом! Здорово, мои друзья!

Шумский (в сторону). Вот принесла нелегкая!

Троепольский. Простите, что я так замешкался!

Попов. Помилуй, все равно.

Троепольский. Дайте ж расцеловать себя, любезные.

Шумский. Как вырос!

Попов. И как похорошел!

Троепольский. Ну, полноте! пойдемте лучше ко мне, и я тотчас познакомлю вас с моею женой.

Попов. Сделай одолжение. (Шумскому.) Что нам теперь делать?

Шумский (тихо Попову). Что с ним церемониться? Скажем, да и только.

Троепольский. Да ну, мои друзья, пойдемте же скорей!

Шумский. Послушай, Троепольский, мы здесь не даром караулим. Ступай домой, а мы тотчас к тебе явимся.

Троепольский. Да что это значит?

Попов. А то, что мы ожидаем сюда двух прекрасненьких знакомых.

Троепольский. Ай да наши! Да как же вы это так скоро спроворили?

Шумский. Уж мы не иначе: разом убиваем!

Попов. Они нам назначили здесь свидание.

Троепольский. Славно! Вот молодцы! (Попову.) Кто ж она такая?

Попов. Представь себе -- какая-то княгиня!

Троепольский. Ах ты, разбойник! (Шумскому.) А твоя красавица?

Шумский. Горничная, но чудо девушка!

Троепольский. Ах ты, мошенник! Уж не для нее ли ты так вырядился?

Шумский. Нет, братец. Это просто для твоей жены; не говори ей ни слова, а мы для первого дебюта сыграем с нею комедию.

Попов. Да, и сейчас же явятся наши актеры в разных костюмах, и мы зададим тебе славный праздник!

Троепольский. Прекрасно! Вы меня разодолжите!


XII


Те же, г-жа Троепольская.


Попов (в сторону). Княгиня!

Шумский. Какое сходство!

Троепольский. Как кстати! Ну, господа, начинайте свою комедию.

Г-жа Троепольская. Мне право совестно, что я так долго заставила дожидать себя.

Троепольский. Прошу без церемонии.

Попов. Помилуй, в уме ли ты?

Шумский. Тьфу, чорт возьми! Да что это значит?

Г-жа Троепольская. Да что ж вы меня не рекомендуете?

Троепольский. Конечно... конечно... не бойтесь, не проболтаюсь... это одни... некоторые... словом, сказать...

Г-жа Троепольская. Господа Попов и Шумский.

Троепольский. Ан, не угадала; да почему ж ты их знаешь?

Г-жа Троепольская. Уж видно, что знаю.

Попов (тихо Шумскому). Ну, Шумский!

Шумский. Начинай первый, а я соберусь с духом.

Троепольский. Да ну, братец, растолкуй мне, что это за комедия?

Попов. Она кончена.

Шумский. И так для нас невыгодно, что я не желаю видеть второй репрезентации.

Троепольский. Помилуйте, что это значит?

Г-жа Троепольская. Мне хотелось отомстить господам за их насмешки, и, кажется, что мы теперь поквитались.

Троепольский. Странное дело! Ничего не понимаю!

Г-жа Троепольская (Попову). Вы на меня не сердитесь?

Попов. Помилуйте, не вы, а я у вас должен просить прощения.

Г-жа Троепольская (Шумскому). А перед вами я так виновата...

Шумский. Помилуйте, я очень рад...

Г-жа Троепольская. Однакож, мне совестно, что я так неосторожно...

Шумский. Сделайте милость, оставимте это между нами.

Троепольский. Между вами! Но скажите, наконец, что все это значит?

Г-жа Троепольская. Спроси и узнаешь.

Попов. Госпожа Троепольская, насчет которой мы с Шумским так ошиблись, без тебя нам мастерски отплатила.

Троепольский. Ага, насмешники, попались! (Жене.) Славно, поздравляю тебя!

Г-жа Троепольская. Теперь скажите откровенно, каково я сыграла мою роль?

Шумский и Попов. Прекрасно!

Г-жа Троепольская. Но если вы и не совсем довольны, то простите для первого моего дебюта.

Троепольский.

Я на сцену сам собою

Не попался на беду;

Но теперь с такой женою

Уж, конечно, попаду;

Так, не медля ни минуты,

Я возьму с других пример

И на все свои дебюты

Насажу друзей в партер.

Попов.

Если дурно роль Попова

Я сыграл, прошу простить:

Где искусства взять такова,

Чтоб талант изобразить?

Я скажу лишь в оправданье:

Подражатель -- не пример;

Но, надеюсь, за старанье

Пощадит меня партер.

Шумский.

Я на этот счет смелее

И скажу, что был хорош,

Потому что по ливрее

Страх на Шумского похож;

И для верности я, право,

Взял старинную в пример.

О ливрея! если б браво

Закричал тебе партер.

Г-жа Троепольская.

Водевильная актриса

Не нуждается в ролях:

Не проходит бенефиса,

Чтоб не быть ей в хлопотах.

Все пустились в водевили!

А что пользы, например,

Если мы не угодили,

И не хлопает партер?

Если ж мы вам угодили,

То захлопает партер.


## ПРИМЕЧАНИЯ


Хмельницкий Николай Иванович (1789--1845) -- друг Шаховского, Грибоедова, переводчик Мольера, европейски образованный аристократ.

Принадлежал к либерально настроенной дворянской молодежи, вместе с которой участвовал в войне 1812 года и совершил заграничный поход. В области литературы был сторонником ггрза- масцев и являлся самым ярким представителем комедии до Грибоедова. Писал исторические драмы, водевили, комедии, оригинальные и переводные. Ему принадлежат мастерские по тому времени переводы Мольера: "Тартюф" и "Школа жен".

На сцене дебютировал в 1818 году блестяще переделанной французской одноактной комедией "Говорун" -- сжатой, меткой по языку и сценичной. За ней последовал ряд других комедий, из которых наибольшей популярностью пользовались "Воздушные замки" (переделка Колен д'Арлевиля). Водевили Хмельницкого, как и его комедии, в большинстве переводные. К ним принадлежат: "Бабушкины попугаи", "Новая шалость", "Новый Парис", "Карантин", "Греческие бредни", "Суженого конем не объедешь". Оригинальных водевилей два: "Актеры между собой" и "Обер-кухмейстер Фельтен". Водевили и комедии--малосодержательны. Их задача -- развлекать. Вся энергия автора направлена на блеск стилистики, тонкую комедийную канву. Как стилист не имел соперников среди водевилистов дворянского и буржуазного направлений. Стих легок, эпиграмматичен, остроумен, разговорная речь проста, диалог остер, интрига построена тонко.

Водевили и комедии Хмельницкого имели успех, главным образом, у аристократического зрителя.