# Значение берлинской конференции по рабочему вопросу

Иван Иванович Иванюков

## Значеніе берлинской конференціи по рабочему вопросу.


Въ текущемъ году совершилось событіе большой важности,-- событіе, которымъ, быть можетъ, послѣдующіе историки будутъ отмѣчать новую эру соціальнаго строя. Мы говоримъ о берлинской конференціи по рабочему вопросу, нанесшей жестокій ударъ системѣ свободной конкурренціи.

Общественный порядокъ, покоившійся на рабствѣ, смѣнился крѣпостничествомъ и цеховою организаціей. Крѣпостничество и цеховая организація смѣнились системой свободной конкурренціи. Но, въ то время, какъ первыя три организаціи просуществовали тысячелѣтія, система свободной конкурренціи продержалась едва одно столѣтіе. Не правда ли, это сопоставленіе производитъ впечатлѣніе?

Откуда такое различіе въ устойчивости общественныхъ укладовъ? Отвѣтъ на это даетъ исторія культуры. Здѣсь мы ограничимся только указаніемъ нѣсколькихъ факторовъ современной дѣйствительности, которыхъ не существовало ни въ древнемъ мірѣ, ни въ средніе вѣка, ни въ новой исторіи вплоть до XVIII вѣка.

Со времени французской революціи въ основаніе устройства европейскихъ государствъ положены принципы: равенства передъ закономъ и свободы личности. Но, очевидно, равенство передъ закономъ является лишь фразою, если, рядомъ съ признаніемъ за всѣми гражданами права пользоваться благами культуры, достигать благосостоянія, любаго соціальнаго положенія, организація общественнаго порядка такова, что воспользоваться этимъ правомъ могутъ лишь нѣкоторые общественные классы. Принципъ равенства передъ закономъ, требующій доступа всѣмъ гражданамъ къ благамъ культуры, въ дѣйствительности выразился лишь замѣною прежнихъ юридическихъ привилегій привилегіями фактическими. И причина этого противорѣчія между правовыми идеями нашего вѣка и дѣйствительностью коренится въ экономической области. Дѣло въ томъ, что въ этой области и послѣ устраненія юридическихъ привилегій остались исторически созданныя неравенства владѣнія; и далѣе, что особенно важно, неравенства владѣнія, по присущимъ закону конкурренціи свойствамъ, продолжаютъусиливаться, и, такимъ образомъ, рядомъ съ идеей вѣка о равенствѣ всѣхъпередъ закономъ, современное общество продолжаетъ представлять собою кастовое устройство прежнихъ вѣковъ, причемъ каста обдѣленныхъ возростаетъ не только абсолютно, но и относительно. Отсюда современное общество заключаетъ въ самомъ себѣ противорѣчіе, выступающее съ каждымъ днемъ рѣзче. Соціальная организація, проведенная въ жизнь впервые французскою революціей и затѣмъ распространившаяся во всей Европѣ,-- соціальная организація, путемъ которой думали осуществить свободу и, правовыя идеи эпохи, привела во многомъ къ совершенно противуположнымъ результатамъ.

Такого разлада между идеями о правахъ человѣка и общественными; отношеніями мы не видимъ ни въ древнемъ мірѣ, ни въ средніе вѣка. Расчлененіе общества на привилегированные и подчиненные классы въ древнемъ мірѣ и въ средніе [вѣка вполнѣ гармонировало съ правовыми возрѣніями того времени, съ идеей о неравенствѣ правъ людей. Въ рабской организаціи древняго міра трудящееся населеніе приравнивалось кърабочему скоту; не только трудъ, но и самая личность раба были предметомъ собственности. Но такое положеніе труда вполнѣ гармонировало съ правовыми воззрѣніями античной цивилизаціи. Рабство признавалось необходимостью, вытекающею изъ законовъ природы. Въ средніе вѣка рабское состояніе труда постепенно замѣняется болѣе мягкими и разнообразными формами крѣпостничества; и, въ то же время, расчлененіе общества на привилегированные и подчиненные классы находится въ такомъ же полномъ соотвѣтствіи съ правовыми идеями эпохи, какъ это имѣло мѣсто въ древнемъ мірѣ. Наше время провозгласило равенство передъ закономъ и признало, что трудъ есть обязанность и высшая задача человѣка; политическая экономія доказала, что онъ есть важнѣйшій факторъ въ созданіи, цѣнностей, творецъ національнаго богатства. Такимъ образомъ, наше время, въ идеѣ, воздаетъ труду почетъ, возводитъ его на пьедесталъ; въ дѣйствительности же классы общества, исполняющіе самое большое количество труда, и, притомъ, самаго тяжелаго, занимаютъ низшую ступень въ общественной лѣстницѣ и едва добываютъ Себѣ необходимыя средства существованія,-- вотъ важнѣйшее противорѣчіе между соціальными идеалами и практикою, указанное еще Сенъ-Симономъ.

Противорѣчіе между результатами современнаго экономическаго быта и правовыми идеями вѣка породило въ экономической литературѣ двѣ школы, ставшія въ оппозицію системѣ свободной конкурренціи. Одну изъ этихъ школъ называютъ "соціалистической", другую -- "реалистической", "этической", "катедеръ-соціалистической".

Прежде чѣмъ идти дальше, умѣстно теперь же выяснить, въ чемъ заключается различіе между реалистическою школой и соціалистическимъ направленіемъ, или, иначе говоря, каково отношеніе реалистической школы къ соціалистической литературѣ и дѣятельности.

Что касается воззрѣній на условія, породившія современный экономическій порядокъ, на сущность его, на причины заключающихся въ немъ противорѣчій, реалистическая школа и соціалистическое направленіе въ главныхъ основаніяхъ согласны {См. мою книгу: Основныя положенія теоріи эконом. политики, 1881 г.}. По вопросу же о способахъ разрѣшенія противорѣчій современнаго общественнаго порядка большинство представителей реалистической школы противупоставляютъ себя рѣзко лишь революціонному соціалистическому направленію, а не научному соціализму {Научнымъ соціализмомъ мы называемъ тотъ, который выводитъ и обосновываетъ соціалистическую организацію народнаго хозяйства изъ "условій развитія человѣчества". Въ этомъ именно заключается отличіе его отъ идеалистическаго соціализма и коммунизма Сенъ-Симона, Оуэна, Фурье и насильственнаго соціализма, полагающаго возможнымъ осуществленіе соціалистической организаціи въ любое время, при всякихъ условіяхъ.}. Чтобы уразумѣть съ точностью это противупоставленіе, надо сдѣлать нѣкоторыя поясненія. Слѣдуетъ строю различатъ взгляды на основныя черты соціалистической организаціи, какъ на общественный порядокъ, къ которому идетъ человѣчество, но для осуществленія котораго въ настоящее время еще нѣтъ въ наличности требуемыхъ условій, отъ взгляда на нее, какъ на общественный порядокъ, примѣненіе котораго, уже при современныхъ интеллектуальныхъ, моральныхъ и соціальныхъ условіяхъ-было бы возможно и благотворно. Всѣ представители реалистическаго направленія единодушно отвергаютъ второй взглядъ; въ отношеніи же перваго мнѣнія ихъ разнообразны. Тѣмъ не менѣе, все разнообразіе мнѣній экономистовъ реалистической школы насчетъ соціализма, какъ будущей организаціи народнаго хозяйства, можетъ быть сведено къ слѣдующимъ воззрѣніямъ трехъ видныхъ представителей школы: Шмоллера, Альберта Ланге и Адольфа Вагнера.

"Въ чемъ должна заключаться соціальная реформа?-- спрашиваетъ Шмоллеръ,-- Что должна она осуществить? Она состоитъ въ возстановленіи дружественныхъ отношеній между общественными классами, въ устраненіи или смягченіи неправды, въ большемъ приближеніи къ принципу равноправія и справедливости, въ установленіи соціальнаго законодательства, двигающаго прогрессъ и обезпечивающаго нравственное и матеріальное возвышеніе низшихъ и среднихъ классовъ.

"Какъ осуществится эта цѣль во всѣхъ ея подробностяхъ, врядъ ли можно предсказать съ полною достовѣрностью. Въ томъ-то и заключается безуміе соціалистовъ, что они воображаютъ, будто могутъ уже въ настоящее время предъявлять готовые планы будущаго, что они требуютъ работы по этимъ планамъ; между тѣмъ какъ исторія учитъ насъ, что всѣ глубокія перемѣны въ хозяйственномъ и соціальномъ строѣ общества произошла посредствомъ огромнаго числа самихъ по себѣ незначительныхъ перемѣнъ въ обычаяхъ и правовой жизни народовъ, такъ, что на измѣненія, какихъ требуетъ самый умѣренный соціализмъ, пойдутъ не десятки, а сотни лѣтъ. Въ каждомъ сужденіи объ общественныхъ формахъ организаціи будущаго заключается и сужденіе о будущности техники, а также и сужденіе о психологически-нравственной жизни будущихъ поколѣній. А умозаключеніе объ этихъ двухъ факторахъ во всѣхъ смыслахъ не можетъ претендовать на точность".

"Великій соціальный переворотъ, предвидимый Марксомъ,-- говоритъ Ланге,-- разсматриваемый ближе, могъ бы вполнѣ благотворно осуществиться лишь какъ слѣдствіе очень многихъ маленькихъ шаговъ впередъ и какъ результатъ борьбы въ теченіе длиннаго періода времени,-- борьбы въ формахъ то мирныхъ, то бурныхъ. Многія мѣры для разрѣшенія рабочаго вопроса, которыя порождаетъ эта борьба, разсматриваемыя порознь, далеко не достаточны для достиженія великой цѣли, но, взятыя въ совокупности, играютъ очень существенную роль".

"Наше время,-- говоритъ Вагнеръ,-- безъ сомнѣнія, приближается къ соціалистической цѣли. Переходъ каждой новой отрасли производства и хозяйства въ руки государства -- какъ, напримѣръ, средствъ сообщенія -- есть этапъ на пути къ этой цѣли. Только вслѣдствіе непониманія дѣла противники соціализма могутъ отрицать это. Заблужденіе же соціалистовъ заключается въ томъ, что они желаютъ произвести, вмѣсто постепеннаго историческаго развитія, внезапный переворотъ путемъ государственнаго и правоваго принужденія и, вмѣсто съуженія системы частнаго хозяйства и частнаго капитала, полное устраненіе обоихъ чрезъ установленіе общественнаго хозяйства и общественнаго капитала. А это является и недостижимымъ, и нежелательнымъ на неизмѣримое время впередъ".

Приведенныя мѣста изъ сочиненій наиболѣе крупныхъ представителей реалистической школы показываютъ, что эта школа расходится, въ цѣломъ и рѣзко, лишь съ тѣмъ соціалистическимъ направленіемъ, которое полагаетъ возможнымъ немедленное осуществленіе соціалистической организаціи. Но такая мысль чужда также и авторитетнымъ соціалистическимъ писателямъ, каковы: Родбертусъ, Марксъ, Лассаль, Дюрингъ, и различіе между научнымъ соціализмомъ и реалистическою школой сводится, въ сущности, къ тому, что, по воззрѣніямъ перваго, соціальный міръ идетъ къ организаціи народнаго хозяйства, которая совершенно вытѣснитъ частное землевладѣніе и частный капиталъ,-- мысль, въ которой представители реалистической школы видитъ претензію опредѣлить слишкомъ подробно формы будущаго общественнаго порядка. Реалистическая школа стоитъ уже теперь за расширеніе размѣровъ государственнаго и ассоціаціоннаго хозяйства, выводитъ изъ дѣйствій силъ конкурренціи, что эти двѣ формы хозяйствъ неизбѣжно будутъ расширяться; но представится ли цѣлесообразнымъ совершенное вытѣсненіе формъ частнаго хозяйства, рѣшеніе этого вопроса, по ея мнѣнію, возможно было бы лишь тогда, если бы мы могли знать орудія производства и психически-нравственную жизнь удаленныхъ отъ насъ на значительное время будущихъ поколѣній.

Это различіе воззрѣній обусловливаетъ характеръ реформъ, предлагаемыхъ упомянутыми двумя направленіями. Соціализмъ считаетъ уже своевременными мѣры, ведущія къ постепенному измѣненію типа дѣйствующей нынѣ экономической организаціи; по общему же признанію реалистической школы, соціальная реформа должна заключаться въ улучшеніи современнаго экономическаго порядка, въ поднятіи благосостоянія массъ и пріобщеніи ихъ къ благамъ культуры на базисѣ современныхъ основъ хозяйственнаго строя.

И такъ, реалистическая школа занимаетъ среднее мѣсто между системой свободной конкурренціи и соціализмомъ. Съ первой она расходится въ томъ, что отрицаетъ принципъ неограниченной конкурренціи, съ соціализмомъ -- тѣмъ, что считаетъ нужнымъ, въ интересахъ большей производительности народнаго хозяйства и культуры, сохранить на неопредѣленное еще время главное основаніе современнаго общественнаго строя, именно: частную собственность на землю и орудія труда.

Съ цѣлью "соціальнаго просвѣщенія общественнаго мнѣнія, указанія законодательству путей ближайшей соціальной реформы", сторонниками реалистической школы былъ учрежденъ въ октябрѣ 1872 г. "Verein fur Socialpolitik", дѣйствующій по настоящее время. Учредителями союза были, главнымъ образомъ, профессора нѣмецкихъ университетовъ. Теперь членами союза состоятъ также землевладѣльцы, фабриканты, торговцы, адвокаты, журналисты, техники, чиновники. Союзъ получилъ важное значеніе органа общественной мысли о ближайшихъ задачахъ реформы экономическаго законодательства.

"Нашъ общественный идеалъ,-- читаемъ въ рѣчи профессора Шмоллера, произнесенной при открытіи союза въ Эйзенахѣ,-- не есть нивеллированіе въ соціалистическомъ смыслѣ. Мы считаемъ то общество самымъ нормальнымъ и здоровымъ, которое представляетъ собою лѣстницу различныхъ существованій, но съ легкими переходами отъ одной ступени къ другой. Между тѣмъ, нашему теперешнему обществу угрожаетъ болѣе и болѣе уподобиться лѣстницѣ, въ которой сверху и снизу много ступенекъ, а среднія ступеньки прогрессивно исчезаютъ. Наша задача -- поднять, образовать и примирить низшіе классы на почвѣ нашего правоваго равенства, общей школы, а также дальнѣйшихъ реформъ, стоящихъ на очереди, чтобы эти классы слились въ гармоніи и мирѣ съ организмомъ общества и государства... Недовольные существующими соціальными отношеніями, реформа въ которыхъ представляется неотразимою необходимостью, мы выступаемъ за справедливое, твердо проведенное фабричное законодательство; мы требуемъ, чтобы государство заботилось совершенно иначе, чѣмъ до сихъ поръ, объ образованіи и воспитаніи рабочихъ, чтобы оно заботилось;о томъ, не живетъ ли рабочій классъ въ такихъ условіяхъ работы и жилищъ, которыя необходимо ведутъ къ еще большему пониженію его физическаго, умственнаго и нравственнаго состоянія. Мы требуемъ отъ государства, какъ и отъ всего общества, и отъ каждаго человѣка, желающаго работать надъ задачами эпохи, чтобы они руководились высокимъ идеаломъ. И этотъ идеалъ не можетъ и не долженъ быть никакимъ другимъ, кромѣ пріобщенія все большей и большей части нашего народа къ высшимъ благамъ культуры: къ образованію и достатку. Такова должна быть великая, въ лучшемъ смыслѣ слова, демократическая задача нашего развитія, являющаяся намъ и какъ высшая цѣль исторіи человѣчества".

Направленіе въ области экономической политики, получившее въ Германіи названіе "катедеръ-соціализма", достигло уже господствующаго значенія въ наукѣ. Въ нѣмецкихъ университетахъ почти всѣ каѳедры государственныхъ наукъ заняты сторонниками этого направленія.

Съ чувствомъ высокаго нравственнаго удовлетворенія могутъ смотрѣть нѣмецкіе экономисты на берлинскую конференцію и на ходъ рабочаго законодательства какъ въ Германіи, такъ и въ остальной Европѣ. Они много и энергично поработали и работаютъ для успѣха этого дѣла. Достаточно просмотрѣть рескрипты германскаго императора, предшествовавшіе созыву берлинской конференціи, и рѣчи президента конференціи, министра Берлепша, чтобы убѣдиться, что выраженныя въ нихъ мысли почти цѣликомъ заимствованы у главныхъ представителей "катедеръ-соціализма".


-----


Идеи литературы, оппозиціонной системѣ свободной конкуренціи, находили и находятъ себѣ обширную аудиторію. Аудиторія эта состоитъ изъ разнообразныхъ общественныхъ группъ; но самою многочисленною и наиболѣе жадно прислушивающеюся группой является рабочій классъ. Рабочій классъ, взятый въ цѣломъ, не читаетъ ученыхъ книгъ въ подлинникѣ; но къ его услугамъ являются народныя изданія и народныя газеты, популяризирующія научныя идеи. Отсюда понятно громадное значеніе народной прессы, распространяющей образованіе среди низшихъ классовъ, разъясняющей имъ причины ихъ неудовлетворительнаго экономическаго положенія и указывающей, въ то же время, пути къ улучшенію своей участи. Нечего скрывать, что эта пресса играетъ едва ли не самую главную роль въ дѣлѣ возростанія въ массахъ чувства несправедливой обдѣленности. Это чувство въ наше время далеко острѣе, нежели оно было въ прежнее время съ болѣе патріархальными нравами. Поднявшись на высшую ступень потребностей, мысли и нравовъ, массы яснѣе сознаютъ несправедливости въ общественномъ устройствѣ, въ распредѣленіи налоговъ, политическихъ правъ, имуществъ, труда, образованія. Въ послѣднія столѣтія,-- говоритъ Ал. Ланге въ своемъ замѣчательномъ трудѣ: Die Arbeiterfrage,-- впервые стали постепенно осуществляться основные принципы гуманности, которые устранили прежнія жестокости, и борьба за существованіе между людьми приняла другій, болѣе мягкія формы. Какимъ же образомъ случилось, однако, что нищета бѣдствующаго человѣчества никогда не чувствовалась такъ глубоко, какъ именно въ настоящее время? Какъ случилось, что прежде большею частью только идеалисты-мечтатели и поэты-философы размышляли о средствахъ къ осуществленію совершеннаго состоянія человѣческаго общества, между тѣмъ, теперь самыя массы прониклись сознаніемъ, что ихъ положеніе должно быть измѣнено посредствомъ совершенно новыхъ, грандіозныхъ соціальныхъ учрежденій? Почему прежде даже крайняя нищета разсматривалась какъ неизбѣжная судьба, что, однако, какъ показываетъ опытъ, не было явленіемъ неотвратимымъ никоимъ образомъ; между тѣмъ, теперь стремятся съузить границы естественнаго закона борьбы и требуютъ лучшаго соціальнаго порядка, объ осуществленіи котораго существуетъ пока еще весьма неопредѣленное представленіе? Отвѣтъ на эти вопросы,-- продолжаетъ Ланге,-- заключается въ распространеніи образованія среди массъ. Работникъ сознаетъ свое высшее назначеніе; онъ видитъ въ привилегированныхъ индивидуумахъ, чѣмъ могъ бы быть онъ самъ, если бы обстоятельства ему благопріятствовали. Онъ разсматриваетъ отношенія критическимъ взглядомъ; онъ обсуждаетъ и онъ.находитъ, что многое могло бы быть иначе.

И вотъ народная политическая пресса,-- пресса, популяризирующая науку, является новымъ могучимъ факторомъ современной дѣйствительности, котораго не знала исторія вплоть до 19-го вѣка. Эта пресса сильнѣйшимъ образомъ ускоряетъ возростаніе въ общественныхъ отношеніяхъ равенства и гуманности. Она продолжаетъ то движеніе, которое было девизомъ первой французской революціи. Революція эта была, главнымъ образомъ, дѣломъ обогатившагося и просвѣтившагося третьяго сословія. Сословіе это исполнило важную роль въ исторіи развитія человѣчества. Въ борьбѣ за улучшеніе своего соціальнаго положенія ему пришлось выставить противъ привилегій земельной аристократіи идею свободы и равенства правъ людей. Но общественные порядки, посредствомъ которыхъ думали осуществить эту идею, оказались во многомъ не достигающими цѣли. Свобода конкуренціи, возвѣщенная французскою революціей, оказалась лишь свободою для сильныхъ; вмѣсто осуществленія равенства правъ, она стала важнѣйшимъ источникомъ фактическихъ привилегій. Между тѣмъ, идеи свободы и равенства крѣпко засѣли въ сознаніи современнаго общества; изъ нихъ исходитъ устройство новѣйшаго либеральнаго государства; проведеніе ихъ въ жизнь составляетъ существенный интересъ четвертаго сословія. Такимъ образомъ, продолженіе дѣла, начатаго, но не оконченнаго третьимъ сословіемъ, является историческою миссіей четвертаго сословія.

И такъ, одна изъ задачъ народной прессы -- распространять просвѣщеніе въ рабочихъ классахъ. Другая ея задача состоитъ въ указаніи имъ путей къ улучшенію своего соціальнаго положенія. И вотъ, въ числѣ этихъ путей, какъ самый важный, наиболѣе цѣлесообразный, указывается -- организація рабочихъ въ союзы: союзы по промысламъ, союзы національные и, наконецъ, международный союзъ рабочихъ.

Каково значеніе этихъ союзовъ въ настоящее время и чего слѣдуетъ ожидать отъ нихъ въ будущемъ? Отвѣчая на этотъ вопросъ, умѣстно будетъ привести мнѣніе по этому предмету энергичнаго и талантливаго изслѣдователя рабочихъ союзовъ, профессора Брентано.

Политическіе и экономическіе перевороты прошлаго и нынѣшняго столѣтій,-- говоритъ Брентано,-- совершенно преобразовали соціальный строй. Исходными принципами современнаго государственнаго устройства признаны свобода и равенство передъ закономъ. Трудъ, сдѣлавшійся свободнымъ, обратился въ товаръ, подлежащій продажѣ-покупкѣ. Смитъ-Рикардовска" школа полагала, что, при такомъ положеніи труда, работники могутъ достигнуть участія въ благахъ культуры, лишь бы только размноженіе ихъ не обгоняло роста національнаго капитала. Опытъ 19-го столѣтія показалъ, ложность этого воззрѣнія. Возростаніе національнаго богатства въ Англіи, Франціи, Германіи обгоняетъ ростъ населенія и имѣетъ результатомъ, что культура становится достояніемъ лишь достаточныхъ классовъ, увеличивается имущественная пропасть между работодателями и рабочими, развивается антагонизмъ между ними, общественному порядку грозятъ опасности, на сцену является соціальный вопросъ. Экономисты различно объясняли источникъ соціальнаго вопроса. Соціалистическіе писатели видятъ его въ. основномъ началѣ современной экономической организаціи: въ приравненіи труда къ товару. Но разрѣшеніе соціальнаго вопроса,-- говоритъ Брентано,-- можетъ и должно совершиться при сохраненіи за трудомъ положенія товара. Надо только поставить трудъ-товаръ въ такія условія, которыя соотвѣтствуютъ его особенностямъ.

Трудъ есть проявленіе рабочей силы. Рабочая же сила не можетъ быть отдѣлена отъ человѣка. Слѣдовательно, пользованіе рабочею силой другаго есть пользованіе самимъ человѣкомъ. Въ этомъ неразрывномъ соединеніи труда съ личностью заключается существенный признакъ, которымъ трудъ, какъ товаръ, отличается отъ всѣхъ прочихъ товаровъ. Купившій что-либо пріобрѣтаетъ право пользованія и распоряженія купленнымъ, пріобрѣтаетъ господство надъ нимъ; и точно также купившій трудъ пріобрѣтаетъ господство надъ рабочею силой, то-есть надъ человѣкомъ, надъ его физическимъ, интеллектуальнымъ, моральнымъ и соціальнымъ существованіемъ. Рядомъсъ этимъ, рабочій обыкновенно бѣденъ; онъ не имѣетъ другихъ источниковъ существованія, какъ только продажу своего труда. Продавцы другихъ товаровъ, при неблагопріятныхъ условіяхъ рынка, могутъ воздержатьсяотъ невыгоднаго для нихъ сбыта; для рабочаго нѣтъ выбора и онъ вынужденъ продавать свой трудъ по всякой цѣнѣ, за всякія условія, отчего господство надъ нимъ покупателя его труда еще болѣе усиливается. Эти два факта: неразрывность рабочей силы съ лицомъ, ее продающимъ, и отсутствіе у рабочихъ другихъ источниковъ существованія, кромѣ продажи рабочей силы, порождаютъ слѣдующія важныя моральныя и экономическія слѣдствія.

Продавецъ каждаго вещественнаго товара можетъ продавать его, не находясь на мѣстѣ нахожденія товара. Не говоря уже объ оптовыхъ торговцахъ, фабрикантахъ, земельныхъ собственникахъ, даже мелочной торговецъ не вынужденъ находиться постоянно при своихъ товарахъ. Какъ эти, такъ и всѣ прочіе общественные классы, за исключеніемъ работы, пользуются однимъ изъ самыхъ цѣнныхъ условій существованія, а именно -- свободою распоряжаться своимъ временемъ. Высшіе классы работниковъ, какъ, напримѣръ, чиновники, техники, инженеры, хотя и обязаны посвящать опредѣленные часы дня занятіямъ, тѣмъ не менѣе, ихъ положеніе, въ отношенія свободы распоряжаться временемъ, существенно разнится отъ положенія низшихъ рабочихъ классовъ, такъ какъ первые пользуются значительнымъ ежедневнымъ досугомъ. Рабочіе классы, вслѣдствіе продолжительности дневнаго труда, лишены ежедневнаго досуга, имѣющаго значеніе необходимаго условія для умственнаго и нравственнаго развитія, для выполненія соціальныхъ и домашнихъ обязанностей и, вообще, для существованія, достойнаго человѣка.

Необходимость постояннаго пребыванія рабочаго въ мѣстѣ продажи его рабочей силы опредѣляетъ обстановку его труда и весьма часто его жизненныя условія. Недостатокъ свѣта, тѣснота помѣщенія, испорченный воздухъ, тѣсная установка машинъ, порождающая ежегодно значительное число убитыхъ, изуродованныхъ и калѣкъ,-- вотъ обыкновенная обстановка промышленнаго труда. Эти условія подрываютъ въ той же степени жизненную силу трудящейся массы, какъ подрываетъ ее чрезмѣрный трудъ.

Эти особенности труда, какъ товара, обусловленныя его неразрывною связью съ личностью продавца товара, дѣлаютъ вопросомъ первой важности, кто именно опредѣляетъ условія рабочаго договора. Но выше было уже замѣчено, что, кромѣ особенностей, присущихъ труду какъ товару, есть еще особенность, присущая рабочему. Она заключается въ бѣдности рабочаго, которая лишаетъ его самостоятельности при заключеніи условій рабочаго договора.

Въ общемъ правилѣ, рабочій не имѣетъ другихъ источниковъ существованія, какъ только продажу своего труда. Поэтому онъ не можетъ, подобно продавцамъ другихъ товаровъ, пріостанавливаться съ предложеніемъ своего товара въ ожиданіи лучшаго положенія рынка. Ему не остается ничего другаго, какъ постоянно подчиняться условіямъ рынка, каковы бы они ни были. Вслѣдствіе этого, условія рабочаго контракта устанавливаются почти исключительно покупщиками рабочей силы. Покупщики рабочей силы опредѣляютъ количество часовъ работы, денную или ночную работу мѣсто и обстановку труда, и вознагражденіе за него. А, слѣдовательно, покупка-продажа рабочей силы только въ очень ограниченномъ смыслѣ можетъ быть названа сдѣлкою свободною, добровольною. Крайнее паденіе заработной платы, а, съ другой стороны, и возвышеніе этой платы опредѣляются стеченіемъ обстоятельствъ, независимыхъ отъ рабочихъ. Самъ рабочій лишенъ возможности вліять на размѣры своего достатка, которымъ обусловливаются для него условія существованія.

Нельзя не согласиться,-- продолжаетъ Брентано,-- что есть нѣчто глубоко-трагическое въ этомъ положеніи вещей. И если бы не представлялось возможности поставить въ зависимость отъ самого рабочаго участіе его въ благахъ культуры, существованію современнаго соціальнаго строя угрожала бы серьезная опасность. Но, къ счастью, не предстоитъ необходимости въ устраненіи основъ современнаго правоваго порядка для того, чтобы осуществить признанное въ идеѣ за рабочими право на равное съ прочими общественными классами участіе въ благахъ культуры и прогресса. Рабочій вопросъ можетъ быть разрѣшенъ и при существующей экономической организаціи.

Главнѣйшимъ средствомъ къ его разрѣшенію является организація рабочихъ въ союзы. Безсиленъ единичный рабочій; но, сплоченные въ союзы, рабочіе могутъ противустать капиталу и устранить неблагопріятныя послѣдствія особыхъ свойствъ труда, какъ товара, и рабочаго, какъ продавца этого товара.

Этотъ путь къ выходу изъ современной общественной неурядицы не есть только теоретическая мысль. Онъ указанъ самою жизнью. Рабочіе союзы возникли и развиваются во всѣхъ промышленныхъ государствахъ Западной Европы; но раньше и наибольшаго значенія они достигли въ Англіи, какъ странѣ, развившей прежде другихъ крупную промышленность и создавшей тѣмъ самымъ наибольшій процентъ населенія, извлекающаго средства существованія изъ продажи рабочей силы.

Изслѣдовавъ происхожденіе, характеръ и экономическое значеніе англійскихъ рабочихъ союзовъ (trades-unions), Брентано видитъ въ нихъ ту организацію труда, которая, достигнувъ своего полнаго развитія, поставитъ трудъ въ положеніе установителя условій рабочаго договора и такимъ образомъ разрѣшитъ задачу нашего времени о равномѣрномъ участіи въ благахъ культуры всѣхъ общественныхъ классовъ.

Воззрѣнія Брентано на грядущія отношенія между трудомъ и капиталомъ наводятъ на вопросъ: если рабочій классъ, путемъ сплоченія, поставитъ въ будущемъ трудъ въ положеніе установителя всѣхъ условій рабочаго договора и, благодаря этому, возвыситъ существенно заработную плату, то не сдѣлается ли доля капитала столь ничтожной, что совершится имущественное и обусловливаемое имъ прочее гражданское уравненіе общественныхъ классовъ въ такой степени, что предвидимый Брентано порядокъ вещей представитъ совершенно отличный отъ настоящаго соціальный строй? И далѣе: если рабочіе пріобрѣтутъ прямое воздѣйствіе на самое направленіе производства и его размѣры, какъ это полагаетъ Брентано, то какой же останется raison d'être къ сохраненію формы капиталистическаго производства, характеризующейся существованіемъ наемнаго труда?

Въ своихъ работахъ Брентано изслѣдуетъ, главнымъ образомъ, экономическую роль рабочихъ союзовъ. Но эти союзы имѣютъ также важное политическое значеніе. Эту сторону союзовъ особенно ярко выдвигалъ Лассаль какъ въ своихъ брошюрахъ, рѣчахъ, такъ и въ практической дѣятельности. Только достигнувъ господствующаго вліянія на законодательство,-- училъ Лассаль,-- рабочій классъ будетъ въ состояніи осуществить крупныя соціальныя преобразованія. При наличности же общаго избирательнаго права, эта цѣль лучше всего достигается образованіемъ "національнаго рабочаго союза". Такой союзъ будетъ дружно вотировать за выставленныхъ его центральнымъ бюро кандидатовъ въ парламентъ; по мѣрѣ умноженія членовъ союза, число представителей народа въ законодательномъ собраніи будетъ возростать; въ результатѣ, представители народа составятъ большинство и проведутъ тогда соціальныя реформы въ интересахъ труда.

Для Германіи выступленіе Лассаля на общественную дѣятельность, отъ 1862 по 1864 годъ, знаменуетъ время, когда стремленія рабочаго класса въ этой странѣ, до сихъ поръ неопредѣленно выражавшіяся и разрозненныя, получили твердую точку опоры и единство въ дѣйствіяхъ. Съэтого момента образуется народная партія, которая представляетъ интересы рабочаго класса. Дѣятельность Лассаля служитъ прекраснымъ примѣромъ той роли, которая принадлежитъ въ исторіи геніальнымъ личностямъ. Конечно, не Лассаль создалъ рабочее движеніе въ Германіи,-- всѣ элементы его уже были готовы въ современныхъ условіяхъ жизни,-- но онъ далъ толчокъ къ соединенію этихъ элементовъ и тѣмъ ускорилъ историческій ходъ событій.

Политическому значенію рабочихъ союзовъ радуются не одни радикалы, но всякій, кто понимаетъ смыслъ соціальныхъ явленій и сочувствуетъ увеличенію благоденствія и правды въ общественныхъ отношеніяхъ. Вотъ, напримѣръ, что говоритъ о политическомъ значеніи этихъ союзовъ вліятельный членъ нынѣшней консервативной партіи въ Германіи, берлинскій профессоръ Ад. Вагнеръ: "Соціалъ-демократическое движеніе рабочихъ,-- читаемъ въ его Учебникѣ политической экономіи,-- насколько оно имѣетъ цѣлью увеличеніе политической власти рабочаго класса для вліянія на ходъ законодательства въ своихъ интересахъ, имѣетъ не только полный raison d'être, но безъ усиленія политическаго значенія рабочихъ классовъ послѣдніе никогда не измѣнили бы своего положенія. Насколько же въ соціалъ-демократическомъ движеніи распространена мысль о немедленномъ и полномъ уничтоженіи частнаго капитала, настолько это движеніе безразсудно и опасно какъ для общихъ интересовъ, такъ и для интересовъ рабочихъ классовъ".

Организаціонное движеніе рабочихъ составляетъ одно изъ важнѣйшихъ явленій современности. На всемъ западѣ Европы и въ Америкѣ рабочій классъ сплачивается въ союзы и на пріобрѣтеніе имъ политической силы смотритъ какъ на радикальнѣйшее средство для улучшенія своей участи и все большаго пріобщенія къ благамъ культуры. Въ то же время, рабочіе, образовавшіе союзы, начинаютъ уже извлекать изъ нихъ экономическую пользу тѣмъ, что продаютъ свой товаръ, рабочую силу, не индивидуально, я совмѣстно, на общихъ условіяхъ, чѣмъ ослабляютъ разрушительное вліяніе на нихъ закона спроса и предложенія труда. Въ настоящее время рабочіе союзы достигли значительнаго развитія въ Соединенныхъ Штатахъ, Англіи и Германіи и оказали уже вліяніе какъ на законодательство, такъ и на повышеніе заработной платы, сокращеніе величины рабочаго дня и другія условія рабочаго контракта. Но, разумѣется, совершенно измѣнится отношеніе силъ между трудомъ и капиталомъ, а также и политическое значеніе рабочаго класса, когда союзы обнимутъ большую часть рабочаго населенія.

Какіе, поистинѣ, изумительные успѣхи дѣлаетъ организаціонное движеніе рабочихъ, о томъ свидѣтельствуютъ недавніе выборы въ рейхстагъ. Вотъ, напримѣръ, цифры, сообщенныя Frankfurter Zeitung, сопоставившей голоса, поданные за соціалъ-демократовъ въ двадцати шести большихъ, городахъ теперь и двѣнадцать лѣтъ назадъ: въ трехъ округахъ Гамбурга въ 1878 г. насчитывалось около 20,000 соціалъ-демократовъ-избирателей, въ 1890 г.-- 67,000; въ Мюнхенѣ за 12 лѣтъ произошло увеличеніе съ 5,100 до 25,000; во Франкфуртѣ-на-Майнѣ -- съ 4,080 до 12,653; въ Штутгартѣ -- съ 4,130 до 10,370; въ Галле -- съ 1,046 до 12,390; въ Кенигсбергѣ -- съ 1,100 до 12,300 и т. д. Во всѣхъ двадцати шести большихъ городахъ въ 1878 г. за соціалъ-демократовъ подано было 214,000 голосовъ, а въ 1890 г.-- 506,000.

Какое политическое значеніе имѣетъ соціалъ-демократическая партія въ Германіи уже въ настоящее время, показываетъ статистика голосованія въ рейхстагъ, напечатанная въ National Zeitung. Всѣхъ голосовъ на выборахъ 1890 г. подано 7.031,400. Изъ нихъ за консерваторовъ подана 919,646 голосовъ, за имперскую партію -- 457,936, за націоналъ-либераловъ -- 1.169,112, за свободомыслящихъ -- 1.147,863, за южно-германскихъ демократовъ -- 131,438, за центръ и вельфовъ -- 1.420,438, за поляковъ -- 245,852, за Эльзасъ-лотарингцевъ партіи протеста -- 100,479, за соціалъ-демократовъ -- 1.341,587. И такъ, первою по численности ея сторонниковъ партіей теперь оказывается центръ, второю -- соціалъ-демократія. По сравненію съ предъидущими выборами (1887 г.), консерваторы потеряли 274,858 голосовъ, имперская партія -- 235,259, націоналъ-либералы -- 489,046, центръ -- 206,657, эльзасцы партіи протеста -- 147,175. Выиграли: соціалъ-демократы -- 567,405, свободомыслящіе -- 202,561, поляки -- 33,226 и демократы -- 22,066.

Что же касается столицы Германіи, Берлина, то здѣсь, изъ шести избирательныхъ округовъ, только въ первомъ округѣ, гдѣ живетъ наиболѣе фешенебельное населеніе, выбранъ не соціалъ-демократическій кандидатъ. Въ остальныхъ же округахъ соціалъ-демократы избраны или громаднымъ перевѣсомъ голосовъ, или имъ предстояла перебаллотировка съ кандидатами другихъ партій. При этомъ соперниками имъ являлись политическія звѣзды первой величины. Такъ, во второмъ округѣ, Янишевскій соперничалъ съ знаменитымъ Вирховымъ; въ третьемъ -- Вильдбергеръ съ однимъ изъ вождей свободомыслящихъ -- Мункелемъ; въ четвертомъ -- Зингеръ съ. Евгеніемъ Рихтеромъ; въ пятомъ -- Аэрбахъ съ талантливымъ свободомыслящимъ -- Баумбахомъ; въ шестомъ -- вождь соціалъ-демократической партіи Либкнехтъ получилъ изъ 67,000 всѣхъ поданныхъ заявленій 41,000 голосовъ.

Въ виду этихъ цифръ, не избирательнымъ маневромъ только представляется слѣдующее воззваніе консервативной партіи къ своимъ избирателямъ на послѣднихъ выборахъ въ рейхстагъ: "Граждане! Сила соціалъ-демократовъ ростетъ, сторонники ихъ прибываютъ, исполните же и вы свой долгъ. Отъ васъ зависитъ еще, чтобы враги наши не побѣдили, спѣшите къ избирательнымъ урнамъ". Послѣ же объявленія результата выборовъ консервативный кандидатъ Ирмеръ произнесъ на собраніи рѣчь, въ которой призналъ, что его партія разбита. "Это наша Іена",-- сказалъ онъ. А соціалъ-демократы шумно ликовали по поводу одержанной ими побѣды.


-----


Указанныя нами движенія: развитіе и распространеніе оппозиціонной системѣ свободной конкурренціи литературы, съ одной стороны, сплоченіе, стачки, волненія рабочихъ -- съ другой, имѣли результатомъ, что соціальный вопросъ сталъ злобою дня, онъ выдвинулся на авансцену общественной и политической жизни Западной Европы, онъ признанъ вопросомъ первостепенной государственной важности. Государственные люди стали приходить къ сознанію настоятельной необходимости разстаться съ принципомъ невмѣшательства и вторгнуться въ борьбу между капиталомъ и трудомъ въ интересахъ послѣдняго. Государство, его экономическая и политическая организація есть всегда выраженіе силъ, дѣйствующихъ въ обществѣ, выраженіе господствующихъ въ данное время интересовъ и стремленій. Оно, по выраженію Маркса, всегда служитъ повивальною бабкой старому обществу, которое бываетъ беременно новымъ.

Недавно вышедшая книга Нотингера: Aktenstücke zur Wirtschaftspolitik des Fürsten Bismark -- обнаруживаетъ очень интересный историческій фактъ въ области соціальной политики: оказывается, что еще въ 1871 г. между Германіей и Австріей происходили переговоры по поводу рабочаго вопроса и что уже въ то время воззрѣнія бывшаго германскаго канцлера на этотъ счетъ мало чѣмъ отличались отъ тѣхъ мыслей, которыя выражаетъ теперь молодой германскій императоръ. Лѣтомъ 1871 года князь Бисмаркъ имѣлъ свиданіе въ Гаштейнѣ съ гр. Бейстомъ, тогда министромъ-президентомъ Австріи. Между прочимъ, бесѣда зашла и о рабочемъ движеніи; къ обоюдному удовольствію обоихъ государственныхъ людей, мнѣнія ихъ оказались очень сходными. Какъ Бейстъ, такъ и Бисмаркъ считали вопросъ этотъ чрезвычайно серьезнымъ, требующимъ вмѣшательства государства въ двухъ направленіяхъ: во-первыхъ, съ цѣлью удовлетворенія справедливыхъ требованій рабочаго, государство должно вмѣшаться въ экономическія отношенія при помощи рабочаго законодательства; во-вторыхъ, для подавленія опасныхъ для государства попытокъ необходимы особые уголовные законы, насколько они совмѣстимы съ здравою общественною жизнью. Графъ Бейстъ предложилъ канцлеру составить коммиссію изъ представителей обоихъ государствъ, людей науки и практики, для обсужденія намѣченныхъ вопросовъ; нѣсколько времени спустя имъ же послана была въ Берлинъ записка о соціальномъ вопросѣ въ Австріи.

Въ то время министромъ торговли въ Пруссіи былъ графъ Итценилицъ и обсужденіе вопросовъ рабочаго законодательства относилось къ его вѣдомству. Къ нему канцлеръ и обратился съ приглашеніемъ собрать необходимый матеріалъ и составить инструкціи для проектированной коммиссіи. Князь Бисмаркъ совѣтовалъ министру торговли поручить подготовительную работу кружку изъ лицъ, хорошо освѣдомленныхъ о положеніи рабочихъ въ различныхъ мѣстностяхъ государства. Сюда должны были войти землевладѣльцы, живущіе въ своихъ помѣстьяхъ, фабриканты, политико-экономы различныхъ направленій и интеллигентные рабочіе.

Тогдашній прусскій министръ торговли, несмотря на все обаяніе, которое ему внушалъ канцлеръ, счелъ, однако, такое предложеніе крайне опаснымъ. "Я боюсь,-- отвѣтилъ онъ кн. Бисмарку -- возбудить сужденія, исхода которыхъ мы не можемъ предвидѣть. Правительство можетъ очутиться въ тяжелой необходимости подавлять идеи, громкое выраженіе которыхъ, оно само же вызвало". Отвѣтъ канцлера на эти замѣчанія находится въ. письмѣ къ графу Итценилицу отъ 5 ноября 1871 года. Вотъ главныя мѣста этого интереснаго историческаго документа:

"... Опасенія, высказываемыя вашимъ высокопревосходительствомъ, кажутся мнѣ основанными на недоразумѣніи. Новая соціалистическая доктрина, въ особенности насколько она находится въ связи съ дѣятельностью интернаціонала, ничего не хочетъ знать о современномъ государствѣ, ни объ его національномъ, ни объ его принципіальномъ значеніи. Эта доктрина абсолютно отвергаетъ содѣйствіе существующихъ правительствъ и ставитъ во главѣ своей программы превращеніе нынѣшнихъ государствъ въ единое соціалистическое народное государство. Вмѣшательство правительства въ соціалистическое движеніе, вслѣдствіе этого, не имѣетъ ничего общаго съ побѣдой соціалистической доктрины. Наоборотъ, активная дѣятельность государственной власти кажется мнѣ единственнымъ средствомъ, способнымъ остановить соціально-революціонное движеніе и направить его на законные пути. Нужно реализовать все то, что дѣйствительно справедливо въ соціалистическихъ требованіяхъ и что осуществимо въ предѣлахъ нынѣшняго государственнаго и общественнаго порядка... Соціалистическія требованія и постулаты такъ глубоко уже проникли въ массы, что было бы безцѣльно и вредно игнорировать это ученіе или пытаться замолчатъ его; опасность отъ этого не прекратится. Я считаю нашимъ долгомъ и актомъ разумной политики громко и публично обсуждать требованія рабочихъ для того, чтобы вводимыя въ заблужденіе массы слышали не только голосъ агитатора, но и мнѣнія всѣхъ добросовѣстныхъ людей, и могли составить себѣ изъ противуположныхъ сужденій ясное заключеніе о томъ, что въ ихъ требованіяхъ справедливо, что возможно и что неисполнимо. Само собою разумѣется, что при такомъ сужденіи вниманіе, главнымъ образомъ, будетъ обращено на жгучія темы дѣйствительности: на вопросы о заработной платѣ, рабочемъ времени, жилищахъ, примирительныхъ камерахъ и т. д.". Въ заключеніе своего письма кн. Бисмаркъ прямо требуетъ, по соображеніямъ политическимъ, чтобы желаніе его было исполнено и чтобы конференція съ австрійскими представителями состоялась.

Графъ Итценилицъ, конечно, подчинился; но уже выборъ лицъ, призванныхъ имъ къ участію въ собираніи матеріаловъ по соціальному вопросу, ясно показывалъ, что попытка будетъ неудачна. Конференція съ австрійскими делегатами по соціальному вопросу, однако, состоялась: это было въ ноябрѣ 1872 года въ Берлинѣ. Прусскимъ министромъ-президентомъ тогда состоялъ военный министръ Роонъ и работы конференціи происходили подъ его наблюденіемъ. До сихъ поръ неизвѣстно, въ чемъ состояли переговоры; къ опредѣленнымъ результатамъ они не привели, и акты коммиссіи, вѣроятно, хранятся въ какомъ-нибудь архивѣ. Возможно, что канцлеръ не рисковалъ тогда выступить противъ рейхстага, націоналъ-либеральное большинство котораго въ экономическихъ вопросахъ еще всецѣло проникнуто было манчестерскими воззрѣніями.

Въ одномъ изъ первыхъ засѣданій рейхстага 1884 года, отвѣчая на рѣчь соціалиста Бебеля, отмѣтившаго побѣду своей партіи на выборахъ, канцлеръ сказалъ:

"Соціалъ-демократія, въ нынѣшнемъ ея видѣ, есть симптомъ общественнаго неустройства; ея существованіе является напоминаніемъ для со временнаго государства, что не все въ порядкѣ, что многое должно быть измѣнено и улучшено. Въ этомъ смыслѣ оппозиція, какъ вполнѣ вѣрно выразился предъидущій ораторъ, дѣйствительно полезна для страны. Еслибъ не было соціалъ-демократовъ и еслибъ не было толпы, которая ихъ боится, мы не имѣли бы и тѣхъ скромныхъ результатовъ въ области соціальной реформы, которые достигнуты за послѣдніе годы (Бебель: "Совершенно-вѣрно!"). Страхъ передъ соціалъ-демократіей -- очень полезный элементъ, когда имѣешь дѣло съ людьми, не отзывающимися сердцемъ на нужды своихъ бѣдныхъ согражданъ".

Сходное съ этимъ сказалъ также министръ Бердепшъ при открытіи берлинской конференціи по рабочему вопросу: "По мнѣнію императора,-- читаемъ въ рѣчи президента конференціи,-- рабочій вопросъ требуетъ вниманія всѣхъ цивилизованныхъ народовъ. Искать разрѣшенія этого вопроса обязываетъ насъ не только гуманность, но и государственная мудрость, задача которой -- попеченіе о благѣ всѣхъ гражданъ, съ сохраненіемъ, притомъ, безцѣнныхъ благъ многовѣковой цивилизаціи. Въ виду этой задачи, всѣ европейскія государства находятся въ одинаковомъ или въ сходномъ положеніи. Уже эта однородность ихъ положенія оправдываетъ попытку достигнуть между правительствами соглашенія, съ цѣлью сообща оказать противодѣйствіе общей опасности посредствомъ предупредительныхъ мѣръ".

Такую же настоятельную необходимость въ соціальной реформѣ видитъ и другой государственный человѣкъ современной Германіи, вождь партіи центра -- Виндгорстъ. "Мы всегда стояли,-- заявляетъ Виндгорстъ,-- за соціальную реформу, и наша партія будетъ со всею своею силой содѣйствовать предпринятому императоромъ дѣлу. Одна нація не можетъ исключительно своими усиліями достигнуть замѣтнаго улучшенія въ положеніи рабочихъ, и потому созваніе конференціи доставитъ вѣчную славу императору. Идея соціальной реформы вошла въ жизнь и уже не умретъ; неудержимо она будетъ принимать все большее и большее развитіе. Соціальная реформа является важнѣйшимъ вопросомъ въ концѣ текущаго столѣтія, подобно тому, какъ въ концѣ прошлаго вѣка на первомъ планѣ стоялъ вопросъ о политическихъ правахъ. Императоръ несетъ знамя, мы слѣдуемъ за нимъ".

"Особые уголовные законы для подавленія опасныхъ для государства попытокъ", о которыхъ говорилъ кн. Бисмаркъ въ своихъ сношеніяхъ съ Бейстомъ, были впослѣдствіи созданы въ видѣ исключительнаго закона противъ соціалъ-демократіи. Политическіе процессы, ссылки, запрещенія газетъ, обществъ, митинговъ (на основаніи этого закона) стали въ восьмидесятыхъ годахъ обычнымъ явленіемъ внутренней жизни Германіи. И что же въ результатѣ?-- ростъ соціалъ-демократическаго движенія превзошелъ самыя крайнія опасенія, самыя смѣлыя ожиданія. Не такимъ, значитъ, путемъ надо бороться съ соціалъ-демократіей. Противъ исключительныхъ законовъ высказалась теперь даже ультра-консервативная газета Kreuz-Zeitung. Указы императора, -- читаемъ въ статьѣ, озаглавленной Соціалъ-демократія и исключительный законъ,-- исходятъ изъ той мысли, что многія изъ требованій четвертаго сословія вполнѣ справедливы и заслуживаютъ поддержки государства. Исключительный законъ основанъ совершенно на иномъ принципѣ; онъ признаетъ въ соціалъ-демократіи "революціонную бестію", которую слѣдуетъ подавить силой. Одно съ другимъ несовмѣстимо не только въ идеѣ, но и въ дѣйствительности, какъ это доказала двѣнадцатилѣтняя практика. Если бы правительство внесло теперь новый проектъ противъ соціалъ-демократіи, оно достигло бы только того, что благопріятное впечатлѣніе, произведенное въ народѣ указами императора, исчезло бы и замѣнилось прежнимъ чувствомъ недовѣрія къ нынѣшнему государству. Пора освоиться съ мыслью, что путь принужденія и подавленія долженъ быть оставленъ".

Нельзя не порадоваться распространенію мысли, что общественный переворотъ, которымъ угрожаетъ соціалъ-демократія въ случаѣ пренебреженія ея требованіями, можетъ быть предотвращенъ не репрессивными мѣрами, а удовлетвореніемъ, шагъ за шагомъ, справедливыхъ и возможныхъ требованій рабочаго класса. Такая политика поведетъ за собою уменьшеніе антагонизма между рабочими и имущими классами и ростъ сознанія, что идеальное государство будущаго можетъ и должно быть построено не на развалинахъ нынѣшняго государства, а путемъ постепенной и широкой реформы существующаго общественнаго строя.

Что и вожди соціалъ-демократіи не считаютъ насильственный переворотъ непремѣннымъ условіемъ осуществленія ихъ идеаловъ, -- объ этомъ прямо заявилъ Бебель въ многочисленномъ собраніи соціалъ-демократовъ въ Франкфуртѣ 13 февраля текущаго года. "Нерѣдко приходится слышать,-- сказалъ онъ,-- будто соціалъ-демократія -- партія насильственнаго переворота; наши противники, утверждающіе это, ссылались даже на одну мою брошюру: Unsere Zukunft. Мѣста, которыя приведены изъ этой моей работы, вырваны изъ общей связи и даютъ совершенно ложное показаніе о моихъ взглядахъ. Я никогда не говорилъ, что осуществленіе нашихъ идеаловъ связано съ насильственною экспропріаціей, а, наоборотъ, утверждалъ, что форма, способъ разрѣшенія соціальнаго вопроса зависятъ, прежде всего, отъ благоразумія буржуазныхъ партій. Обстоятельства мѣняются, и было бы безуміемъ предписывать теперь опредѣленную форму общественнаго пересозданія. Господа, полгода тому назадъ никто бы изъ васъ не повѣрилъ, что найдется германскій императоръ, который включитъ въ свою программу постановленія парижскаго конгресса рабочихъ!..."

Безспорно, берлинская конференція оказала не малую услугу дѣлу распространенія сознанія, что соціальная реформа есть важнѣйшая задача нашего времени. Германское правительство, своимъ вмѣшательствомъ въ борьбу партій, превратило политическую агитацію во всенародное обсужденіе вопросовъ соціальнаго устройства. Препирательства объ отношеніи государства къ церкви, о торговой политикѣ и многіе другіе пункты обычныхъ избирательныхъ программъ играли на послѣднихъ выборахъ въ рейхстагъ второстепенную роль. На всеобщее голосованіе поставленъ былъ вопросъ о правахъ рабочаго населенія, и правительство, устами императора, ясно высказало свои воззрѣнія на этотъ предметъ.

"Бываютъ событія, -- говорилъ профессоръ Вагнеръ передъ консервативными избирателями перваго берлинскаго округа,-- которыя вызываютъ гражданина изъ уединенія и заставляютъ его броситься въ борьбу; такимъ событіемъ для меня было обнародованіе указовъ нашего императора. Эта превосходная программа является достойнымъ продолженіемъ посланія императора Вильгельма I отъ 1881 года, впервые высказавшаго обязанности государства предъ рабочими. Съ моей христіанско-соціальной точки зрѣнія я не могу не видѣть въ указахъ императора осуществленія своихъ идеаловъ; на многіе годы, можетъ быть, даже на десятилѣтія, намъ начертана государственная дѣятельность, отодвигающая всѣ другія задачи политической жизни. Разумѣется, въ немногихъ словахъ нельзя было исчерпать всѣхъ ближайшихъ мѣръ къ удовлетворенію справедливыхъ требованій народа, но главныя черты намѣчены превосходно. Идея рабочаго представительства, какъ только она будетъ вполнѣ осуществима, предоставитъ рабочимъ возможность ставить свои условія капиталу; на это они и до сихъ поръ имѣли право по закону, но не находили силъ для осуществленія своего права. Мнѣ казалось бы, что для нынѣшнихъ выборовъ кардинальнымъ пунктомъ всякой выбоиной программы долженъ быть рабочій вопросъ. Каждому кандидату, къ какой бы партіи онъ ни принадлежалъ, прежде всего слѣдуетъ поставить вопросъ: какъ онъ относится къ указамъ императора? Всѣ остальные пункты ничтожны сравнительно съ этимъ основнымъ вопросомъ".

По окончаніи выборовъ въ рейхстагъ, газета Grenzboten напечатала статью, выражавшую мысль о скоромъ преобразованіи германскихъ партій въ томъ смыслѣ, что главнымъ основаніемъ для группировки послужитъ отношеніе ихъ къ соціальнымъ вопросамъ. Статья обратила на себя вниманіе и сдѣлалась предметомъ живаго обсужденія прессы. При этомъ, даже оппоненты, какъ, напримѣръ, Vossische Zeitung и National Zeitung, соглашались, что соціальные вопросы несомнѣнно пріобрѣтаютъ все большее значеніе въ дѣятельности отдѣльныхъ партій и что современемъ соціальная политика будетъ служить отличительнымъ признакомъ политическихъ партій.


----


Сходство общихъ условій экономическаго порядка въ европейскихъ государствахъ и Соединенныхъ Штатахъ Америки имѣетъ результатомъ, что отъ Стокгольма до Неаполя и отъ Берлина до Чикаго соціальные вопросы стали предметомъ живѣйшаго обсужденія, предметомъ страховъ и упованій, въ литературѣ, парламентахъ, общественныхъ собраніяхъ и среди государственныхъ людей. Выступаетъ въ этомъ дѣлѣ и церковь. Римскія газеты сообщаютъ за послѣднее время о намѣреніи папы опубликовать энциклику по соціальному вопросу. Въ ожиданіи ея, въ католической прессѣ много и съ сочувствіемъ говорятъ о недавно вышедшей въ Америкѣ книгѣ кардинала Джиббонса: Наше христіанское наслѣдіе. Книга эта предназначена служить руководствомъ для католиковъ. Кардиналъ Джиббонсъ принадлежитъ къ числу тѣхъ прелатовъ, которые наиболѣе дѣятельно склоняются къ внесенію соціалистическаго направленія въ политику папскаго престола.

Другой кардиналъ, глава англійскихъ католиковъ, Жаннингъ, пишетъ, по поводу берлинской конференціи, редактору Deutsche Revue: "Милостивый государь! вы желаете знать, что я думаю о предложеніи, съ которымъ германскій императоръ обратился къ европейскимъ державамъ въ цѣляхъ созванія конференціи для обсужденія вопроса о положеніи труда и тѣхъ милліоновъ людей, которые въ различныхъ странахъ живутъ исключительно своимъ трудомъ. Я считаю этотъ актъ германскаго императора однимъ изъ наиболѣе разумныхъ и наиболѣе почтенныхъ актовъ, какіе возникали въ наше время по иниціативѣ правителя. Тяжелое положеніе, въ какомъ находятся рабочіе во всѣхъ европейскихъ странахъ, вызываетъ сильныя опасенія. Продолжительность рабочаго времени, привлеченіе къ фабричному труду женщинъ и дѣтей, недостаточность заработной платы, неувѣренность и неопредѣленность, которыя окружаютъ рабочихъ, горячая конкурренція, создаваемая современными экономическими условіями, разложеніе всего строя домашней жизни, являющееся въ результатѣ дѣйствія указанныхъ и имъ подобныхъ-причинъ,-- все это ставитъ рабочихъ въ невозможность жить человѣческою жизнью. Какимъ образомъ человѣкъ, вынужденный работать въ теченіе пятнадцати или шестнадцати часовъ въ день, можетъ выполнять обязанности отца по отношенію къ своимъ дѣтямъ? Какимъ образомъ женщина, которой приходится быть внѣ дома въ теченіе цѣлаго дня, можетъ выполнять свои материнскія обязанности? Семейная жизнь невозможна, а, между тѣмъ, именно на семейной жизни народа покоится въ значительной степени весь политическій строй человѣческаго общества. Если основа рушится, что станется съ самымъ зданіемъ? Въ виду всего этого нельзя не при-знать, что императоръ Вильгельмъ показалъ себя истиннымъ и дальновиднымъ государственнымъ мужемъ. Примите и проч. Генри Э. кардиналъ Маннингъ, архіепископъ вестминстерскій".

Въ концѣ прошлаго года среди протестантскаго духовенства Пруссіи возникла мысль объ устройствѣ съѣзда для обсужденія вопросовъ соціальной политики. Въ маѣ конгрессъ состоялся. По сообщенію газетъ, онъ отличался необыкновеннымъ многолюдствомъ. Главнымъ предметомъ сужденія конгресса было законодательство въ защиту труда. Между прочимъ, конгрессъ высказался за ограниченіе рабочаго дня для взрослыхъ десятью часами. "Послѣднее требованіе,-- говорилъ на конгрессѣ Ад. Вагнеръ,-- принимаетъ уже совершенно практическій характеръ, и уже нашелся прусскій министръ г. Берлепшъ, который не говоритъ о нормальномъ рабочемъ днѣ, какъ объ утопіи; точно также мы въ этомъ пунктѣ не слишкомъ далеки отъ соціалъ-демократовъ, потому что тѣ изъ нихъ, которые сидятъ:въ рейхстагѣ, отлично понимаютъ, что, при настоящихъ условіяхъ, можетъ быть рѣчь не о восьми, а о десятичасовомъ днѣ. Я не думаю,-- продолжалъ ораторъ,-- чтобы интересы капитала пострадали отъ такого нововведенія, хотя надо сознаться, что требованія культуры не могутъ быть осуществлены безъ жертвъ со стороны имущихъ". Становясь на ту же точку зрѣнія, Штекеръ призывалъ пасторовъ къ распространенію идеи соціальнаго законодательства. Конгрессъ коснулся также вопроса о жилищахъ рабочихъ. Одинъ изъ референтовъ этого вопроса, извѣстный устроитель колоніи рабочихъ, д-ръ Бодельшвингъ, указавъ на тѣсную связь между квартирными условіями и состояніемъ физическаго и нравственнаго развитія народа, заключаетъ, что дальнѣйшій ростъ промышленности, вызвавшей переселеніе массъ въ большіе города, можетъ повести къ самымъ пагубнымъ послѣдствіямъ, если государство, городскія управленія и союзы не позаботятся своевременно о созданіи лучшаго типа квартиръ для рабочихъ. Въ числѣ мѣръ, предложенныхъ референтомъ, заслуживаетъ вниманія требованіе, по которому разрѣшеніе на открытіе новой фабрики можетъ быть дано только по представленіи предпринимателемъ доказательствъ, что онъ позаботился объ устройствѣ удовлетворительныхъ жилищъ для рабочихъ.

Весьма импозантнымъ свидѣтельствомъ того, въ какой степени соціальный вопросъ занимаетъ въ наше время умы общества, служитъ изумительный успѣхъ соціальнаго романа: Looking backward 2000--1887, напитанный американскимъ беллетристомъ Беллами. Менѣе чѣмъ въ два года, въ одной лишь Америкѣ, продано болѣе 100,000 экземпляровъ этой книги. Романъ изображаетъ экономическій и общественный бытъ будущаго человѣчества въ томъ видѣ, какимъ онъ долженъ сдѣлаться по законамъ эволюціи, какъ ихъ понимаетъ Марксъ и его послѣдователи. Успѣхъ этой книги не ограничивается только огромнымъ числомъ проданныхъ экземпляровъ. Книга имѣла еще слѣдствіемъ образованіе клубовъ съ цѣлью содѣйствовать скорѣйшему осуществленію высказанныхъ въ ней идей.

Профессоръ Янжулъ, помѣстившій въ апрѣльской и майской книжкахъ Вѣстника Европы за текущій годъ разборъ этого романа, дѣлаетъ слѣдующее интересное сообщеніе: "Въ октябрьской книжкѣ за 1889 годъ американскаго ученаго изданія -- Экономическаго Трехмѣсячнаго журнала, издаваемаго Гарвардскимъ университетомъ въ Бостонѣ, помѣщена статья извѣстнаго американскаго экономиста Николая Гильмана, подъ названіемъ Націонализмъ въ Соединенныхъ Штатахъ. Подъ этимъ названіемъ авторъ разумѣетъ особое экономическое и политическое движете въ странѣ, вызванное романомъ Беллами. Если бы подобное извѣстіе появилось въ газетахъ, это можно было бы, пожалуй, счесть за обыкновенное газетное преувеличеніе; но серьезность лучшаго экономическаго журнала и имя Гильмана, извѣстнаго своимъ крупнымъ трудомъ въ политической экономіи, исключаетъ возможисть подобныхъ предположеній. Очевидно, впечатлѣніе книжки Беллами было слишкомъ сильно, если спеціальный журналъ помѣстилъ обширный разборъ романа".

"Широкое распространеніе этого произведенія со времени его появленія въ свѣтъ въ январѣ 1888 года,-- пишетъ Гильманъ,-- обязано тому факту, что серьезное чувство, съ которымъ оно написано, совпадаетъ съ глубокимъ и также широко распространеннымъ недовольствомъ существующими отношеніями. Чрезвычайное остроуміе, съ которымъ эта исторія развивается въ узкихъ предѣлахъ скуднаго вымысла и немногихъ типовъ, и артистическое изображеніе идей и нравовъ новаго общества, нарисованныхъ въ самыхъ розовыхъ краскахъ, все это вмѣстѣ заинтересовало множество читателей. Американскіе издатели (не говоря, слѣдовательно, объ англійскихъ) продали сотню тысячъ экземпляровъ. Бостонскій раввинъ сдѣлалъ ея переводъ на нѣмецкій языкъ и сообщаетъ также о переводахъ на другіе языки.-- Этотъ романъ въ настоящее время можетъ считаться наиболѣе своевременно появившеюся книгой въ Соединенныхъ Штатахъ".

Гильманъ далѣе прямо заявляетъ, что, благодаря такому успѣху, возможно ожидать вліянія романа на законодательство страны, и доказательствомъ именно служитъ "націоналистическое" движеніе, которое породилъ этотъ романъ. Прошло всего восемь мѣсяцевъ послѣ выхода книги Беллами, и уже въ сентябрѣ 1888 года основался въ Бостонѣ Бостонскій клубъ Беллами, позднѣе переименованный въ Націоналистическій клубъ, съ своимъ собственнымъ журналомъ и большимъ числомъ членовъ. "Цѣль клуба или общества заключается въ націонализаціи промышленности и, поэтому, въ содѣйствіи къ осуществленію братства всего человѣчества; такъ какъ экономическая тенденція нашего вѣка,-- сказано въ уставѣ общества,-- благопріятствуетъ этой цѣли, то клубъ старается споспѣшествовать практическому усвоенію ея народомъ, знакомя его съ благодѣтельною идеей, лежащею въ основѣ этой задачи, и поощряя національныя и мѣстныя мѣры, пригодныя для ея достиженія".

По образцу этого бостонскаго общества къ 1 сентября 1889 года въ Америкѣ открыли дѣйствія семнадцать другихъ "раціоналистическихъ клубовъ" въ разныхъ краяхъ странш, вполнѣ организованныхъ, и шестьдесятъ восемь, организованныхъ отчасти, и то же движеніе до нынѣ продолжается.

И такъ, болѣе 100,000 разошедшихся экземпляровъ и возникновеніе нѣсколькихъ десятковъ клубовъ! Ботъ, поистинѣ, безпримѣрный успѣхъ соціальнаго романа.


-----


Такая универсальность и интензивность общественнаго движенія въ направленіи къ улучшенію участи рабочаго класса, къ большему и большему пріобщенію его къ благамъ культуры, къ уменьшенію соціальнаго неравенства между людьми заставляетъ сдаваться въ большей или меньшей степени противуположные пользамъ труда интересы и предразсудки. Руководящіе органы европейской печати, защищавшіе до послѣдняго времени принципъ невмѣшательства государства или вмѣшательство крайне скромное, признаютъ теперь важность вопросовъ, поставленныхъ на берлинской конференціи. Знаменательное признаніе въ этомъ отношеніи находимъ на страницахъ Temps, этого вліятельнаго представителя буржуазной экономической политики.

"Тотъ фактъ, что правительства отнеслись сочувственно къ берлинской конференціи,-- говоритъ упомянутый органъ,-- что они взяли въ свои руки "соціальный вопросъ", что они санкціонировали его и нѣкоторымъ образомъ отвели ему оффиціальное мѣсто,-- этотъ фактъ дѣйствительно служитъ "признакомъ времени". Эти правительства представляютъ съ виду крайнее разнообразіе: конституція, нравы, религія -- почти все у нихъ различно. Въ одной странѣ преобладаетъ военная аристократія, чуть не феодальная система; въ другой -- передовая демократія. Католицизмъ, протестантизмъ, фритредерство оспариваютъ другъ у друга преобладаніе и раздѣляютъ между собою направленіе умовъ. Безконечное разнообразіе мнѣній, политическихъ формъ, организмовъ,-- и, тѣмъ не менѣе, между этими столь различными и до нѣкоторой степени даже враждебными другъ другу силами обнаруживается одинъ общій имъ всѣмъ интересъ. Это одинаковая забота о рабочихъ массахъ, предчувствіе новаго восходящаго міра, сознаніе, что необходимо сдѣлать что-нибудь въ пользу слабыхъ, обездоленныхъ и угнетенныхъ. Это экономическое и нравственное явленіе первостепенной важности".

Глава предпослѣдняго французскаго министерства, Тираръ, всю жизнь былъ ярымъ сторонникомъ принципа: "laissez faire, laissez passer". Но духъ времени захватываетъ всѣхъ и все. И вотъ въ рѣчи передъ собраніемъ капиталистовъ въ Нанси, по случаю открытія биржи въ этомъ городѣ, Тираръ говоритъ: "Наша обязанность въ томъ, чтобы содѣйствовать движенію, которое увлекаетъ современное общество по пути къ неустанному и разумному улучшенію условій человѣческаго существованія. Будьте увѣрены, мм. гг., это не утопіи и не неосуществимыя мечты; напротивъ, это гарантіи порядка и общественнаго мира, это политика мудраго предвидѣнія, политика прогресса и, въ то же время, охраненія,-- политика, къ которой могутъ и должны примкнуть всѣ, кому дорого будущее страны".

Та же мысль заявлена уже какъ программа дѣйствій нынѣшняго перваго министра Франціи, Фрейсине, въ его деклараціи предъ палатою депутатовъ, 6 марта текущаго года. "Мы будемъ стараться,-- говорится въ рѣчи,-- сгруппировать воедино всѣ силы. Мы не исключаемъ никого; мы примемъ, на почвѣ республиканской, всѣхъ, кто пожелаетъ добросовѣстно работать совмѣстно съ нами надъ развитіемъ экономическихъ и соціальныхъ реформъ, которыя, по нашей мысли, являются непремѣнными послѣдствіями того режима, какой приняла Франція".

Дѣйствительно, въ законодательное собраніе внесено уже много серьезныхъ законопроектовъ по рабочему вопросу. Такъ, напримѣръ: предложеніе Распайля объ учрежденіи во Франціи министерства труда на манеръ извѣстнаго американскаго статистическаго бюро; графа де-Мэна -- объ организаціи фабричнаго труда на началахъ, принятыхъ послѣдними рабочими конгрессами; Лакруа -- объ учрежденіи третейскаго суда для разбора, столкновеній рабочихъ съ работодателями, о гигіенической обстановкѣ фабрикъ и рабочихъ жилищъ и т. д., не говоря уже о законодательныхъ ограниченіяхъ женскаго и дѣтскаго труда.

Другой изъ дѣйствующихъ нынѣ французскихъ министровъ, министръ иностранныхъ дѣлъ Рибо, тоже, недавній еще противникъ вмѣшательства; государства въ отношенія между трудомъ и капиталомъ, обратился съ слѣдующимъ циркуляромъ къ французскимъ представителямъ за границей: "Мм. гг., вопросы, относящіеся къ матеріальному, умственному и нравственному положенію рабочихъ, занимаютъ во всѣхъ странахъ все болѣе и болѣе видное мѣсто въ ряду интересовъ, привлекающихъ къ себѣ вниманіе общественной власти. Съ экономической точки зрѣнія это явленіе служитъ естественнымъ послѣдствіемъ непрерывно возростающаго развитія крупнаго производства, умножившаго повсюду скопленіе рабочихъ и кореннымъ образомъ измѣнившаго условія физическаго труда.

"Интересъ, возбуждаемый этими вопросами, нигдѣ не проявился въ болѣе ощутительной формѣ, чѣмъ въ нашей странѣ. Принципъ равенства передъ закономъ, проникающій все наше законодательство въ теченіе столѣтія, обезпечилъ за французскими рабочими въ тотъ самый моментъ, когда обнаруживался промышленный переворотъ, при которомъ мы теперь присутствуемъ, особенно благопріятное положеніе; и улучшеніе ихъ участи, особенно въ послѣднее двадцатилѣтіе, сдѣлалось, подъ вліяніемъ демократическаго характера нашихъ учрежденій, одной изъ преобладающихъ заботъ законодателя. Въ настоящее время ихъ политическія права шире правъ рабочихъ въ какомъ бы то ни было другомъ государствѣ Европы;, возможность вступать въ ассоціаціи признана за ними на самыхъ широкихъ условіяхъ; приняты серьезныя мѣры для огражденія ихъ жизни и здоровья въ промышленныхъ заведеніяхъ; работа дѣтей и несовершеннолѣтнихъ дѣвушекъ регламентирована; наконецъ, общественная власть старалась увеличить для дѣтей и взрослыхъ средства къ полученію образованія! Болѣе щедро, чѣмъ прежде, была развита благотворительность въ отношеніи къ больнымъ, родильницамъ и старикамъ; и частная иниціатива являлась на помощь государству въ дѣлѣ учрежденія больницъ, вспомогательныхъ и пенсіонныхъ кассъ, рабочихъ жилищъ, кооперативныхъ товариществъ, сберегательныхъ обществъ. Какъ вамъ извѣстно, мм. гг., нѣкоторыя мѣры представлены уже въ настоящее время на разсмотрѣніе французскихъ палатъ; другія, еще болѣе важныя, подготовляются.

"Мнѣ казалось, что на той ступени, которой мы достигли, разработка реформъ, ожидающихъ еще осуществленія, была бы въ значительной мѣрѣ облегчена, если бы правительство и парламентъ имѣли въ рукахъ собраніе работъ по вопросу объ условіяхъ жизни рабочихъ въ другихъ промышленныхъ государствахъ"... Далѣе слѣдуетъ перечень вопросовъ, на которые министръ ожидаетъ отвѣта отъ французскихъ дипломатическихъ агентовъ.

Циркуляръ этотъ произвелъ большое впечатлѣніе какъ въ Парижѣ, такъ и въ остальной Франціи. Не говоря уже о томъ, что отъ него ждутъ важныхъ послѣдствій, самый фактъ, что онъ вышелъ изъ министерства иностранныхъ дѣлъ, до сихъ поръ игнорировавшаго интересы рабочаго населенія, какъ не входящіе въ кругъ его дѣятельности, представляется характернымъ признакомъ времени. Съ другой стороны, Рибо извѣстенъ былъ какъ неисправимый оптимистъ теперешнихъ экономическихъ отношеній. Если, говорятъ, онъ взялъ на себя иниціативу широкаго изслѣдованія состоянія рабочаго вопроса за границей, подготовительной работы для дѣятельности парламента въ этомъ направленіи,-- значитъ, для рабочаго вопроса дѣйствительно наступаетъ новая эра,-- значитъ, положеніе дѣлъ таково, что игнорировать дольше интересы рабочаго населенія нѣтъ возможности.

Движеніе западно-европейскихъ законодательствъ въ пользу труда сказалось и на нашемъ законодательствѣ. Русское фабричное законодательство получило впервые характеръ защиты интересовъ труда лишь съ изданія закона 1 іюня 1882 года. Въ силу этого закона, воспрещена работа малолѣтнихъ, не достигшихъ двѣнадцатилѣтняго возраста, ограничена продолжительность работы подростковъ отъ 12 до 15 лѣтъ восемью часами и созданъ новый государственный органъ -- фабричная инспекція, на обязанности котораго -- слѣдить за исполненіемъ закона и представлять ежегодно отчеты о своей дѣятельности и о состояніи фабричнаго быта. Такимъ образомъ, законъ этотъ заключаетъ въ себѣ двѣ важныя стороны: онъ беретъ подъ опеку государства малолѣтнихъ рабочихъ и создаетъ, въ лицѣ фабричной инспекціи, дѣйствительный, а не фиктивный только, контроль государства надъ мануфактурами, фабриками и заводами. Благодаря учрежденію фабричной инспекціи, темный промышленный міръ, энергично охранявшійся отъ посторонняго взора, выходитъ, наконецъ, на дневной свѣтъ.

Мануфактуристы, фабриканты и заводчики приняли этотъ законъ крайне недружелюбно. Государственное попеченіе о рабочемъ населеніи подверглось съ ихъ стороны и со стороны реакціонной печати систематическимъ нападкамъ; въ обществѣ явились опасенія отмѣны закона и возвращенія къ старому произволу. Теперь опасенія должны разсѣяться. Въ текущую сессію государственнаго совѣта, совпавшаго съ берлинскою конференціей по рабочему вопросу, выработанъ и опубликованъ новый законъ, идущій дальше закона 1 іюня 1882 года. Къ отраднымъ особенностямъ новаго закона принадлежитъ, прежде всего, законодательное запрещеніе ночной работы, отъ 9 час. вечера до 5 часовъ утра, для подростковъ и женщинъ въ цѣломъ рядѣ крупныхъ производствъ. И, далѣе, важное дополненіе къ прежнему закону заключается въ предоставленіи министру финансовъ, по соглашенію съ министромъ внутреннихъ дѣлъ, временно, въ теченіе трехъ лѣтъ, распространять правила о работѣ и обученіи малолѣтнихъ на тѣ ремесленныя заведенія, къ которымъ примѣненіе этихъ правилъ признано будетъ полезнымъ.

Правительство, повидимому, не думаетъ, даже и въ ближайшее время, остановиться на пути защиты труда. Газеты уже сообщили, что при министерствѣ внутреннихъ дѣлъ учреждена коммиссія для подробной разработки вопроса о предупрежденіи несчастныхъ случаевъ на фабрикахъ и заводахъ и для выработки проекта раціональнаго устройства жилищъ для рабочихъ, согласно послѣднимъ даннымъ, имѣющимся по этому предмету у насъ и за границей.


-----


Рабочее движеніе, особенно въ послѣднія тридцать лѣтъ, возростало все сильнѣе и вообще соціальный вопросъ становился болѣе и болѣе злобою дня въ западно-европейской жизни... и вотъ, то, что говорилось и обсуждалось въ литературѣ, въ парламентахъ, въ общественныхъ собраніяхъ, на рабочихъ конгрессахъ, высказано, наконецъ, съ высоты трона, и высказано, притомъ, въ ясныхъ и энергичныхъ выраженіяхъ.

Императоръ Вильгельмъ II, торжественно открывъ 2 февраля засѣданіе государственнаго совѣта, обратился къ его членамъ съ слѣдующею рѣчью:

"Гг. члены государственнаго совѣта! Моимъ рескриптомъ отъ 23 числа прошедшаго мѣсяца вы извѣщены, что я намѣренъ выслушать ваше мнѣніе о тѣхъ мѣропріятіяхъ, которыя необходимы для урегулированія условій труда. Соотвѣтственно значенію государственнаго совѣта въ монархіи, важные вопросы соціальнаго характера, требующіе удовлетворительнаго разрѣшенія, сначала будутъ вами основательно обсуждены, а затѣмъ представлены въ качествѣ законопроектовъ союзному совѣту и рейхстагу, которымъ по конституціи принадлежитъ право принять ихъ или отвергнуть. Я придаю большое значеніе тому, что мои предложенія будутъ разсмотрѣны съ точки зрѣнія ихъ цѣлесообразности, исполнимости и вѣроятныхъ послѣдствій лицами, какъ вы, принадлежащими къ различнымъ профессіямъ и располагающими практическимъ опытомъ. Задача, къ разрѣшенію которой я васъ пригласилъ сюда, серьезна и отвѣтственна. Защита, которая должна быть предоставлена рабочимъ противъ произвольной и не знающей преградъ эксплуатаціи; ограниченія, которымъ долженъ быть подверженъ трудъ дѣтей изъ человѣколюбія и вниманія къ естественнымъ законамъ развитія; охрана женщины, какъ хозяйки рабочаго, столь необходимая по экономическимъ и нравственнымъ побужденіямъ,-- эти и связанныя съ ними условія рабочей жизни доступны лучшему урегулированію, чѣмъ-то, которое существуетъ до сихъ поръ. Осторожно и съ знаніемъ дѣла при этомъ слѣдуетъ взвѣсить, въ какой мѣрѣ наша промышленность можетъ выдержать увеличеніе стоимости производства, вытекающее изъ развитія законодательства въ пользу рабочихъ, безъ нарушенія ея положенія на всемірномъ рынкѣ. Потеря заработка вслѣдствіе невозможности для какой-либо отрасли промышленности конкуррировать съ другими странами повела бы не къ преслѣдуемой мною пользѣ для народа, а къ ухудшенію матеріальныхъ условій его, существованія. Требуется высокая мѣра осмотрительности, чтобы избѣжать этой опасности. Счастливое разрѣшеніе задачъ, составляющихъ самый великій вопросъ нашего времени, тѣмъ важнѣе, что оно находится во взаимодѣйствіи съ возбужденною мною мыслью о международномъ соглашеніи по рабочему законодательству.

"Не менѣе важно, для обезпеченія мирныхъ отношеній между хозяевами и рабочими, созданіе учрежденій, въ которыхъ послѣдніе, черезъ своихъ довѣренныхъ лицъ, могли бы принять участіе въ устройствѣ своихъ общихъ дѣлъ и ограждать свои интересы при переговорахъ съ предпринимателями. Слѣдуетъ постараться создать связь между представительствомъ углекоповъ и горнозаводскимъ управленіемъ, чтобы такимъ путемъ предоставить рабочимъ возможность мирно и свободно выражать свои желанія и нужды, государственнымъ же органамъ -- возможность имѣть вѣрныя свѣдѣнія о положеніи труда отъ самихъ заинтересованныхъ лицъ и сохранить постоянную близость къ рабочимъ. Желательно также самое внимательное обсужденіе вопроса о томъ, какимъ образомъ государственныя производства могутъ быть преобразованы въ учрежденія образцовой заботливости о рабочихъ, которыя служили бы образцомъ для другихъ. Въ предстоящихъ теперь трудахъ я возлагаю надежду на испытанную преданность государственнаго совѣта. Мнѣ чужда мысль, что всѣ желательныя улучшенія въ этой области могутъ быть достигнуты одними государственными мѣропріятіями; рядомъ съ дѣятельностью государства широкое поле остается для свободной филантропіи, для дѣятельности церкви и школы, и только при поддержкѣ этихъ факторовъ законодательныя распоряженія могутъ разсчитывать на полный успѣхъ. Однако, если съ Божьею помощью намъ удастся, на основаніи вашихъ предложеній, удовлетворить справедливые интересы трудоваго народа, вы за свои усилія можете быть увѣрены въ моей королевской благодарности и въ признательности націи".

Рѣчь императора Вильгельма, безспорно, производитъ (впечатлѣніе манифеста въ пользу рабочихъ. Помощь, которая должна быть оказана рабочимъ противъ произвольной и не знающей преградъ эксплуатаціи, признается въ рѣчи великимъ вопросомъ нашею времени. И предѣломъ этой помощи должна служить лишь возможность выдержать конкурренцію на всемірномъ рынкѣ. Этимъ открыто признано, что для примиренія рабочихъ съ существующимъ обществомъ придется пожертвовать многими старыми привычками и многими интересами хозяевъ промышленныхъ предпріятій. Императоръ говоритъ о необходимости соображаться съ условіями иностраннаго соперничества и ни однимъ словомъ не упоминаетъ о предпринимателяхъ, какъ о сословіи, имѣющемъ свои опредѣленныя требованія.

Это же, безпримѣрное въ устахъ правительства, заявленіе повторилъ и президентъ берлинской конференціи по рабочему вопросу -- прусскій министръ торговли, баронъ Берлепшъ. Въ рѣчи, произнесенной на заключительномъ засѣданіи конференціи, министру принадлежатъ, между прочимъ, слѣдующія слова: "Тому, что законодательство или нравы каждой страны должны обезпечить за рабочими классами, существуетъ только одна граница, именно обезпеченность и преуспѣяніе промышленности, въ зависимости отъ которыхъ находится и преуспѣяніе самихъ рабочихъ классовъ. Я думаю, что если мы вправѣ разстаться подъ тѣмъ убѣжденіемъ, что это положеніе будетъ получать все большее и большее признаніе, то мы можемъ съ удовольствіемъ оглянуться на нашу общую работу".


-----


Берлинская конференція является первою попыткой созданія международнаго рабочаго законодательства {Иниціатива въ этомъ отношеніи принадлежитъ, однако, Швейцаріи. Ред.}. Еще очень недавно, какія-нибудь десять лѣтъ назадъ, подобная мысль считалась утопіей, а люди, предлагавшіе такое дѣло, назывались фантазерами. Но вотъ сдѣланъ починъ однимъ изъ государей Европы и на него съ полнымъ сочувствіемъ отозвались все правительства.

Германскій императоръ, заинтересованный въ успѣхѣ предпринятаго имъ дѣла, заинтересованный тѣмъ, чтобы предложенія его были приняты иностранными государствами, могъ предложить только скромную программу вопросовъ, подлежащихъ обсужденію конференціи. Поэтому, когда была обнародована программа, она вызвала нѣкоторое разочарованіе въ органахъ печати, сочувствующихъ интересамъ труда. Особенно указывалось на то, что первоначально обѣщанное обсужденіе вопроса о нормальномъ рабочемъ днѣ исключено изъ программы. Органы германскаго правительства заявили на это, что многія изъ приглашенныхъ на конференцію правительствъ отказывались принять въ ней участіе, если нормальный рабочій день будетъ теперь же поставленъ на очередь. "Великія реформы,-- замѣчаетъ при этомъ газета канцлера,-- не осуществлялись и не могутъ быть осуществлены сразу. Одно обсужденіе такой программы представителями культурныхъ государствъ составляетъ уже знаменательный историческій фактъ".

На конференціи были обсуждены вопросы о работѣ женщинъ, дѣтей и подростковъ, о ночной и воскресной работѣ, объ ограниченіи рабочаго дня для взрослыхъ, о недопущеніи замужнихъ женщинъ къ работѣ ранѣе истеченія извѣстнаго времени послѣ разрѣшенія отъ бремени, о недопущеніи дѣтей на фабрику, пока они не прошли школу, объ обязательности первоначальнаго обученія. Конференція обратила также особенное вниманіе на трудъ въ горнозаводской промышленности, какъ на одинъ изъ самыхъ тяжкихъ видовъ труда, и выразила пожеланіе, чтобы безопасность рабочаго и безвредность работы для его здоровья были ограждены всѣми средствами, которыми располагаетъ наука, и были поставлены подъ надзоръ государства; чтобы инженерами, которымъ поручается веденіе предпріятія, назначались исключительно люди, опытность и техническія знанія которыхъ должнымъ образомъ удостовѣрены.

По вопросу о приведеніи въ исполненіе выработанныхъ предписаній и о наблюденіи за этимъ конференція пришла къ такимъ заключеніямъ. Тѣмъ правительствамъ, которыя воспользуются работами конференціи, предлагаются слѣдующія постановленія: 1) Примѣненіе въ каждомъ государствѣ мѣръ по отношенію къ предметамъ совѣщанія конференціи поручается наблюденію достаточнаго числа способныхъ должностныхъ лицъ, которыя назначаются правительствомъ подлежащей страны и которыя должны стоять внѣ всякой зависимости какъ отъ работодателей, такъ и отъ рабочихъ; 2) ежегодные отчеты этихъ должностныхъ лицъ должны быть публикуемы въ каждомъ государствѣ и сообщаемы другимъ правительствамъ; 3) каждое изъ этихъ государствъ должно производить періодическія, по возможности за каждый годъ, статистическія изысканія по вопросамъ, составлявшимъ предметъ совѣщанія конференціи; 4) государства должны сообщать другъ другу какъ эти статистическія данныя, такъ и текстъ всѣхъ постановленій, которыя будутъ принимаемы законодательнымъ или административнымъ порядкомъ въ области вопросовъ, бывшихъ на разсмотрѣніи конференціи. Въ заключеніе конференція выразила пожеланіе, чтобы и впредь созывались совѣщанія государствъ, принявшихъ участіе въ конференціи, въ цѣляхъ взаимнаго обмѣна наблюденій, которыя будутъ сдѣланы при приведеніи въ дѣйствіе постановленій настоящей конференціи, и выясненія желательности какихъ-либо измѣненій или дополненій въ нихъ.

Несомнѣнно, отнынѣ международныя соглашенія по рабочему вопросу сдѣлаются постояннымъ явленіемъ жизни культурныхъ государствъ. Такимъ образомъ, берлинскою конференціей положенъ починъ въ созданіи новой отрасли законодательства, а именно: международнаго законодательства по вопросамъ труда, которому, по всей вѣроятности, предстоитъ сыграть великую роль въ разрѣшеніи соціальнаго вопроса.

Вотъ важное историческое значеніе конференціи, и мы совершенно согласны съ Жюль-Симономъ, считающимъ берлинскую конференцію эрой въ исторіи рабочаго вопроса. Но этимъ не исчерпывается еще значеніе берлинской конференціи. Практическіе результаты ея, особенно въ смыслѣ вліянія на умы и законодательства, осязательны уже и въ настоящее время

О результатахъ берлинской конференціи,-- результатахъ даже ближайшихъ,-- нельзя судить лишь на основаніи того, какого рода постановленія были ею приняты и пожеланія высказаны. Самый фактъ созыва рабочей конференціи по почину императора не могъ не произвести глубокаго впечатлѣнія на всѣ классы общества. О такомъ впечатлѣніи свидѣтельствуетъ печать всѣхъ культурныхъ государствъ Европы и Америки. Общій тонъ статей по поводу указовъ императора и созыва конференціи тотъ, что эти факты послужатъ сильнымъ толчкомъ къ рѣшенію соціальныхъ вопросовъ. Такъ смотрятъ на дѣло и государственные люди, которые, какъ сообщаютъ газеты, торопятся уже представить въ слѣдующія сессіи парламентовъ рядъ законопроектовъ въ интересахъ труда. Такъ смотритъ на берлинскую конференцію и рабочая демократія. "Рескрипты императора,-- сообщаетъ парижскій корреспондентъ Русскихъ Вѣдомостей,-- произвели здѣсь очень сильное впечатлѣніе, особенно среди рабочаго класса. Рабочая демократія хотя и подозрѣваетъ, что они явились своего рода избирательнымъ маневромъ, хотя и мало вѣритъ въ практическіе результаты предстоящей конференціи, но она придаетъ большое значеніе уже тому, что справедливость цѣлой половины ея требованій признана даже съ высоты трона. Если уже германскій императоръ сознаетъ необходимымъ, разсуждаетъ здѣшній рабочій, взять подъ защиту государства трудъ не только дѣтей и женщинъ, но и взрослыхъ работниковъ, если ужь онъ считаетъ нужнымъ ограничить рабочій день и позаботиться объ улучшеніи экономическаго положенія рабочаго населенія,-- это можетъ служить гарантіей, что въ исторіи массы трудящагося населенія наступаетъ новая эпоха, что соціально-экономическіе вопросы выступаютъ теперь на первый планъ во всей Европѣ и что такой демократической странѣ, какъ Франція, придется заняться ихъ обсужденіемъ и раньше и больше другихъ странъ".


-----


Правительства французское, англійское, итальянское, австро-венгерское, швейцарское, бельгійское приготовили уже рядъ рабочихъ законопроектовъ; такіе же законопроекты представлены на разсмотрѣніе рейхстага и германскимъ правительствомъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ, въ Reichsanzeiger'ѣ, имѣющемъ характеръ органа правительственной политики, стали въ послѣднее время печататься статьи, выясняющія программу той политики, которой намѣрено держаться по отношенію къ соціальнымъ вопросамъ германское правительство.

Въ основу всѣхъ этихъ статей положена идея о томъ, что на императорскомъ правительствѣ лежитъ задача разрѣшенія современныхъ соціальныхъ вопросовъ; вмѣстѣ съ тѣмъ, проводится мысль, что потребная въ этомъ отношеніи политика не отождествляется съ соціализмомъ. "При системѣ соціализма,-- говорится въ одной изъ статей,-- требуется не то, чтобы государство или болѣе состоятельныя части общества выступили на помощь слабымъ, а чтобы все общество было установлено на такихъ основаніяхъ, при которыхъ въ будущемъ оно не могло бы раздѣляться на экономически слабыхъ и сильныхъ, что, по идеѣ соціализма, могло бы быть достигнуто лишь путемъ упраздненія института частной собственности, характеризующаго всю нашу культуру. Цѣлью соціализма является, вмѣстѣ съ тѣмъ, переустройство главныхъ основаній существующаго общественнаго порядка. Соціальная реформа, напротивъ, твердо стоитъ на томъ основномъ положеніи, что она призвана исправить неудовлетворительныя и опасныя послѣдствія существующаго экономическаго строя. Средствомъ, которое она примѣняетъ здѣсь, является принужденіе къ жервамъ (Zwang zu Opfern), къ которымъ обязываются общество или отдѣльныя части его на пользу другихъ его частей. Другаго средства нѣтъ къ тому, чтобы исправить неудовлетворительныя послѣдствія, къ какимъ приводитъ система, основывающаяся на индивидуальномъ началѣ. Каждый принципъ, доходящій въ своихъ проявленіяхъ до преувеличенныхъ размѣровъ, приводитъ къ крайностямъ, которыя могутъ быть ограничены только путемъ примѣненія какого-либо другаго принципа. Этотъ послѣдній лежитъ въ идеѣ соціальной реформы. Предоставленная самой себѣ, существующая система не можетъ дать никакого цѣлебнаго средства. Это въ достаточной мѣрѣ доказано продолжительнымъ господствомъ полной свободы въ этой области; чѣмъ шире и безпрепятственнѣе господствуетъ она и чѣмъ свободнѣе можетъ развернуться экономическая жизнь, основывающаяся на индивидуальномъ принципѣ, тѣмъ чаще выступаютъ неудовлетворительныя послѣдствія этого. Средство понужденія общества или отдѣльныхъ его частей къ жертвамъ на благо другихъ частей не есть соціализмъ. Соціалистическимъ оно не является потому, что признаетъ институтъ частной собственности цѣлесообразнымъ и правомѣрнымъ основнымъ положеніемъ экономической жизни. Понужденіе къ жертвамъ вполнѣ совмѣстимо съ этимъ основаніемъ. Вмѣшательство въ частную собственность, какъ оно проявляется, напримѣръ, при экспропріаціи, есть вполнѣ правомѣрное понужденіе къ извѣстной жертвѣ въ интересахъ цѣлаго общества. Соціальная реформа представляетъ нѣчто новое лишь въ томъ отношеніи, что она создаетъ такую организацію, которая соединяетъ частно-хозяйственныя силы для обязательнаго выполненія этихъ жертвъ на пользу отдѣльныхъ лицъ или цѣлаго класса, не уничтожая, вмѣстѣ съ тѣмъ, самый институтъ частной собственности.

"Только государство,-- продолжаетъ правительственная газета,-- въ силахъ устранить недостатки современнаго общества и при посредствѣ реформъ сохранить общество въ здоровомъ состояніи. Эта преобразовательная дѣятельность есть дѣятельность уравнительной справедливости, подобная той, какую прусскіе короли проявили въ XVIII вѣкѣ на пользу представлявшихся въ то время болѣе слабыми въ экономическомъ отношеніи классовъ крестьянскаго и городскаго населенія. Какъ въ то время вслѣдствіе этого общество явилось крѣпкимъ и здоровымъ, а спокойствіе обезпеченнымъ, такъ какъ нарушенія его были предупреждены преобразовательными мѣрами на пользу страждущихъ классовъ, такъ и теперь исходящая отъ престола преобразовательная дѣятельность должна быть признана необходимой и плодотворной одинаково какъ для блага рабочихъ, такъ и для интересовъ государства и общества.

"Мѣры страхованія рабочихъ отъ болѣзней, несчастныхъ случаевъ, въ видахъ обезпеченія ихъ въ преклонномъ возрастѣ и при невозможности работать,-- эти мѣры, въ которыхъ Германія опередила всѣ другія государства,-- не преминутъ съ теченіемъ времени оказать свое дѣйствіе, такъ какъ онѣ устраняютъ весьма существенные недостатки, выступающіе въ современномъ экономическомъ и общественномъ устройствѣ. Но съ этими законами, конечно, еще не найдено средства, которое обезпечило бы соглашеніе между рабочими и предпринимателями на почвѣ современнаго порядка производства. Это соглашеніе встрѣчаетъ затрудненіе, съ одной стороны, въ требованіяхъ рабочихъ, которыя переходятъ за предѣлы возможнаго въ настоящее время въ экономическомъ отношеніи, съ другой -- въ томъ, что большинство (крупныхъ) предпринимателей во всѣхъ отрасляхъ промышленности еще не могутъ придти къ сознанію того, что они должны относиться къ рабочимъ какъ къ равноправнымъ.

"Въ виду описаннаго положенія, его величество императоръ и король призналъ неоходимымъ войти въ тщательное изслѣдованіе жалобъ страждущихъ въ экономическомъ отношеніи классовъ и съ королевскою властью своею вступиться за справедливыя требованія ихъ, поскольку они до сихъ поръ небыли предметомъ достаточнаго вниманія. Трудъ женщинъ и дѣтей, ночная и воскресная работа уже давно служатъ поводомъ къ соціалъ-демократической агитаціи; къ регулированію этихъ вопросовъ въ настоящее время уже приступлено какъ въ государственномъ совѣтѣ, такъ и въ работахъ международной конференціи для защиты рабочихъ. Далѣе остается регулировать вопросы о заработной платѣ и о продолжительности труда. По отношенію къ обоимъ этимъ вопросамъ возможное и необходимое можетъ быть сдѣлано самими предпринимателями. Пути къ этому расчищены вліяніемъ общаго соціально-преобразовательнаго направленія нашей политики, причемъ и тѣ органы, которые будутъ созданы для тою, чтобы установить согласіе между предпринимателями и рабочими, помогутъ удовлетворить законныя требованія. Забота императора и короля о такъ называемомъ четвертомъ сословіи проистекаетъ изъ потребностей времени. Лежащая на государствѣ задача придти на помощь страждущему классу не можетъ встрѣчать препятствіе въ тѣхъ пугалахъ, которыя выдвигаются каждый разъ, какъ заходитъ рѣчь о реформахъ или измѣненіяхъ существующаго строя. Она есть необходимость, вызываемая потребностями сильнаго и могущественнаго государства".

Какъ видимъ, правительственная программа стоитъ за широкую соціальную реформу и, въ то же время, заявляетъ себя противникомъ соціалистическаго идеала. Какъ же отнеслись къ этой программѣ вожди соціалъ-демократіи, т.-е. той партіи, законныя требованія которой желаетъ и старается удовлетворить программа?

Руководители соціалъ-демократіи прекрасно понимаютъ, что предвидимый ими общественный идеалъ могъ бы благотворно осуществиться лишь путемъ постепенныхъ измѣненій современнаго общественнаго строя; а потому ихъ пресса съ полною признательностью говоритъ объ иниціативѣ императора и признаетъ рабочіе законопроекты частью своей программы. Но пусть отвѣчаетъ намъ на этотъ вопросъ самъ вліятельнѣйшій вождь соціалъ-демократіи -- Либкнехтъ. Вотъ что говорилъ онъ на одномъ изъ собраній рабочихъ, происходившемъ въ Берлинѣ 1 іюня:

"Двадцатое февраля останется памятнымъ днемъ въ исторіи соціальнаго движенія; въ этотъ день вы представили германскому правительству неопровержимыя доказательства, что вы -- могучая политическая партія, съ которой слѣдуетъ считаться. Наши противники, правда, утверждаютъ, будто рабочіе-избиратели не знаютъ по большей части конечныхъ цѣлей соціалъ-декократіи. Я категорически утверждаю, что это неправда... Императорскіе указы,-- говорилъ далѣе ораторъ,-- по моему искреннему убѣжденію, не избирательный маневръ, а ударъ въ лицо министерству, въ особенности главному его представителю кн. Бисмарку (бурные апплодисменты). Годъ тому назадъ я возвратился съ международнаго рабочаго конгресса въ Парижѣ и хотѣлъ въ публичныхъ собраніяхъ сообщить берлинскимъ рабочимъ о постановленіяхъ ихъ европейскихъ товарищей; ни одно изъ такихъ собраній, однако, не было разрѣшено, изъ опасенія нарушенія общественной безопасности. Нѣсколько мѣсяцевъ спустя резолюціи парижскаго конгресса, не всѣ, но многія изъ нихъ, признаны были справедливыми въ императорскихъ рескриптахъ и вмѣстѣ съ этимъ признана была необходимость международнаго рабочаго законодательства. Соціалъ-демократія одержала блестящую побѣду, и теперь ея долгъ позаботиться, чтобы то, что было обѣщано, было исполнено. Мы принимаемъ все, что намъ предлагаютъ къ дѣйствительному улучшенію условій труда; но отъ нашихъ требованій мы этимъ не отказываемся. Противники надѣялись, что указы императора вызовутъ расколъ въ нашемъ лагерѣ; но отъ этого насъ епасла наша полярная звѣзда -- наша программа. Къ тому же, мы не знаемъ культа вождей и слишкомъ привыкли подчинять личные вкусы требованіямъ общаго дѣла; каждый сохраняетъ свободу мнѣнія, но каждый подчиняется и дисциплинѣ..."

Не лишено также интереса сообщеніе по тому же предмету редактора парижскаго Petit Journal. Спросивъ мнѣніе Либкнехта о внутренней политики Германіи, онъ получилъ отъ него слѣдующій отвѣтъ: "Въ новѣйшихъ экономическихъ проектахъ правительства я вижу значительный шагъ впередъ. Слѣдуетъ замѣтить, что у насъ за послѣдніе мѣсяцы многое измѣнилось къ лучшему: вы не встрѣчаете больше въ оффиціозной печати дерзкаго вызова сосѣднимъ государствамъ; съ парламентскою оппозиціей начинаютъ говорить приличнымъ языкомъ. Болѣе того, нынѣшнее правительство желаетъ сблизиться именно съ тѣми партіями, которыя извѣстны своею враждебностью къ бывшему канцлеру, и если понадобится, я приведу доказательства, что сдѣланы были попытки къ сближенію съ нами. Положеніемъ нашей партіи въ парламентѣ я какъ нельзя болѣе доволенъ. Императоръ -- пока еще загадка, но за нимъ слѣдуетъ признать умѣнье поставить широкую программу. Я лично думаю, что въ началѣ своего царствованія онъ питалъ воинственные замыслы; но потомъ, убѣдившись, что не имѣетъ по этому пути поддержки народа, онъ, съ свойственною ему быстротой рѣшенія, ухватился за соціальный вопросъ. Извѣстные указы и созваніе берлинской конференціи сами по себѣ составляютъ уже заслугу. Весьма возможно, что этотъ молодой императоръ, если онъ останется вѣренъ избранному имъ пути, запишетъ на вѣки свое имя въ исторію и что потомки съ уваженіемъ будутъ говорить о немъ, какъ о благодѣтелѣ человѣчества. Онъ уже теперь популяренъ; нѣмцы начинаютъ вѣрить въ его искренность и въ чистоту его намѣреній".

Въ виду всѣхъ этихъ фактовъ, въ виду оживленной законодательной дѣятельности въ интересахъ труда, является, не безъ основанія, радостная мысль: не доростаютъ ли уже правящіе классы Европы до сознанія, что пріобщеніе народа къ благамъ культуры -- къ достатку и образованію -- есть важнѣйшая задача нашего времени, и что только энергичныя и не прерывающіяся мѣропріятія въ этомъ направленіи могутъ породить большую гармонію отношеній и предохранить отъ общественныхъ катаклизмовъ?

Предшествующее изложеніе позволяетъ намъ формулировать значеніе берлинской конференціи по рабочему вопросу въ слѣдующихъ положеніяхъ:

1) Берлинская конференція открыто и безповоротно признала банкротство системы свободной конкурренціи и необходимость болѣе энергичнаго, чѣмъ было до сихъ поръ, вмѣшательства государства въ борьбу между капиталомъ и трудомъ въ интересахъ послѣдняго. Такимъ образомъ, рухнула экономическая система, господствовавшая въ Европѣ почти весь XIX вѣкъ и считавшаяся въ теченіе нѣсколькихъ десятилѣтій послѣднимъ словомъ человѣческаго разума какъ въ средѣ правящихъ классовъ, такъ и большинства экономистовъ.

2) Берлинскою конференціей положенъ починъ новой и чрезвычайно важной отрасли законодательства: международному рабочему законодательству. Подобно тому, какъ женевская международная конвенція о "Красномъ Крестѣ" установила международные законы гуманности и цивилизаціи въ военное время, точно также нынѣ Европа приходитъ къ сознанію необходимости подчинить подобнымъ же законамъ человѣколюбія и цивилизаціи мирный трудъ. Предположенное конференціей международное соглашеніе и регулированіе охраны труда и рабочихъ поведетъ къ новой организаціи хозяйственнаго организма европейскихъ государствъ, освѣщенной идеею права и гуманности.

3) Берлинская конференція, будучи сама результатомъ жизненныхъ теченій XIX в., сыграетъ въ исторіи роль сильнаго толчка на пути къ новой экономической и соціальной политикѣ Европы. Въ этомъ смыслѣ мы понимаемъ мысль Жюль-Симона, усматривающаго въ берлинской конференціи начало новой соціальной эры.


И. Иванюковъ


"Русская Мысль", кн.IX, 1890