# Очерки провинциальной жизни

Иван Иванович Иванюков

## Очерки провинціальной жизни.


Недавно скончавшійся генералъ-губернаторъ Пріамурскаго края, баронъ Корфъ, открывая очередной хабаровскій съѣздъ въ концѣ января нынѣшняго года, произнесъ замѣчательную рѣчь, въ которой очертилъ большіе успѣхи этой отдаленной области. За семь послѣднихъ лѣтъ (1885--1892) населеніе Пріамурья увеличилось на 50%, а въ Приморской области -- на 33%. Богатство русскихъ поселенцевъ быстро возростаетъ. Крестьяне, высадившіеся тридцать лѣтъ тому назадъ, на берегу озера Ханка въ одной сорочкѣ и полушубкѣ, владѣютъ въ настоящее время сотнями головъ скота и лошадей, а запасные капиталы многихъ изъ нихъ считаются тысячами рублей. На каждаго хозяина приходится въ среднемъ: въ Амурской области -- 9 1/2 головъ, а въ Приморской -- 7 головъ скота. Промышленность за послѣднія пять лѣтъ удвоилась, а ввозъ товаровъ увеличился на 229%.

Отмѣтивъ быстрый экономическій ростъ края, баронъ Корфъ объясняетъ далѣе въ своей рѣчи, какими средствами это достигнуто: "Объѣхавъ край тотчасъ по назначеніи меня генералъ-губернаторомъ,-- говорилось въ рѣчи,-- я пришелъ къ убѣжденію, что одинъ въ полѣ не воинъ. Я увидѣлъ, что не только для изученія края, но даже для поверхностнаго ознакомленія съ его нуждами, усилій одного человѣка не достаточно, и что необходимо прибѣгнуть къ помощи людей знакомыхъ съ краемъ. Съ этою цѣлью мною былъ созванъ первый хабаровскій съѣздъ, членовъ котораго я просилъ ознакомить меня съ краемъ". Въ теченіе слѣдующихъ семи лѣтъ баронъ Корфъ созывалъ еще два раза съѣздъ свѣдущихъ людей, и, по его свидѣтельству, эти съѣзды принесли краю большую пользу. Всѣ свѣдѣнія, сообщенныя о краѣ, оказались вѣрными, въ чемъ баронъ Корфъ убѣдился въ его послѣдующихъ многократныхъ объѣздахъ края. "Все, что было намѣчено съѣздомъ, оказалось и вѣрнымъ, и практичнымъ, и я постоянно находилъ лучшее разрѣшеніе каждаго вопроса именно въ томъ направленіи, которое было намѣчено съѣздомъ".

И такъ, вотъ тотъ путь, на который стала администрація Пріамурскаго края и благодаря которому она достигла небывалыхъ результатовъ на русскихъ окраинахъ. Опору для своей дѣятельности она искала не въ канцеляріяхъ, а въ мѣстныхъ силахъ. Она призвала къ себѣ на помощь лучшіе элементы общества, воспользовалась ихъ знаніемъ жизненныхъ условій и тѣмъ самымъ получила возможность оказать краю много добра.

Въ административной дѣятельности покойнаго барона Корфа, въ управленіи имъ краемъ при помощи съѣздовъ свѣдущихъ людей, нельзя не усмотрѣть признака времени. Съѣзды свѣдущихъ людей въ Пріамурскомъ краѣ представляютъ собою только болѣе рѣшительное проявленіе того же теченія, которое замѣчается въ послѣднее время въ методѣ рѣшенія и обще-имперскихъ дѣлъ. На это явленіе недавно еще обратилъ вниманіе Саратовскій Дневникъ, по поводу извѣстія, что коммиссія, подъ предсѣдательствомъ сенатора Плеве, намѣрена для разработки новаго продовольственнаго устава призвать всѣхъ лучшихъ общественныхъ дѣятелей и знатоковъ вопроса изъ провинціи, и что вмѣстѣ съ этимъ обсужденію будетъ подвергнутъ также и вопросъ о радикальной реформѣ податной системы, т.-е. одни изъ наиболѣе важныхъ вопросовъ настоящаго момента, настоятельно домогающіеся разрѣшенія.

Въ сущности, говоритъ газета, уже давно признана недостаточность чисто-бюрократическаго разсмотрѣнія разныхъ вопросовъ. Администрація, при всѣхъ ея добрыхъ намѣреніяхъ, иногда не въ состояніи отнестись къ тому или иному вопросу съ должнымъ знаніемъ дѣла, оцѣнить всю его житейскую важность и всѣ его послѣдствія, по крайней мѣрѣ, не можетъ этого сдѣлать такъ многосторонне и хорошо, какъ люди, стоящіе при данномъ дѣлѣ. Далѣе, газета указываетъ, что и, при чисто-административномъ разсмотрѣніи вопросовъ, справки собираются у тѣхъ же свѣдущихъ людей, но не могутъ давать столь хорошихъ результатовъ, какъ при непосредственномъ къ нимъ обращеніи. Въ этомъ случаѣ справки собираются бумажнымъ путемъ, проходятъ черезъ разныя инстанціи и канцеляріи, и тѣ, на которыхъ лежитъ задача рѣшенія какого-либо вопроса, не могутъ вполнѣ ручаться, что они чужды односторонности, тѣмъ болѣе, что и справки собираются нерѣдко по рутинѣ, съ чисто-формальнымъ отношеніемъ къ дѣлу. Совсѣмъ другой результатъ долженъ получиться при непосредственномъ общеніи тѣхъ, кому поручено разсмотрѣніе даннаго вопроса, съ земскими силами, съ свѣдущими людьми. Обсужденіе и рѣшеніе дѣлъ при помощи общественныхъ силъ есть только дальнѣйшее развитіе того же принципа, который положенъ въ основу учрежденій земства и который оправдалъ ожиданія правительства. Земскія учрежденія явились результатомъ сознанія недостатковъ бюрократизма при рѣшеніи разныхъ вопросовъ. Съ ихъ введеніемъ въ провинціальной жизни стало замѣчаться больше оживленія, больше отклика на разныя мѣстныя нужды. Въ заключеніе газета съ полнымъ основаніемъ отмѣчаетъ, что стремленіе оживить механизмъ управленія, дополнить административное устройство свѣжими силами проступаетъ въ настоящее время все сильнѣе.

Насколько отрадное впечатлѣніе производятъ извѣстія о положеніи дѣлъ въ Пріамурскомъ краѣ, настолько же печально все то, что приходится слышать и читать о результатахъ нашего владѣнія Кавказомъ, этимъ "драгоцѣннѣйшимъ алмазомъ въ русской коронѣ". Кавказомъ мы владѣемъ уже около 35 лѣтъ. Чего мы достигли за такой немалый срокъ? Отвѣтъ на этотъ вопросъ даетъ недавно вышедшій обстоятельный трудъ В. С. Кривенко Очерки Кавказа.

Кавказъ стоитъ Россіи ежегодно 45 милліоновъ рублей, а даетъ Россіи этотъ богатѣйшій край только 18 милліоновъ рублей. Такимъ образомъ, онъ изъ года въ годъ отнимаетъ значительныя суммы изъ общаго государственнаго бюджета и тѣмъ самымъ умаляетъ и безъ того достаточно истощенныя финансовыя силы метрополіи, задерживаетъ подъемъ ея въ экономическомъ и культурномъ отношеніяхъ. Кавказъ славится неисчерпаемыми минеральными и растительными богатствами, но мы проявляемъ поражающее неумѣнье утилизировать его сокровища. Если на Кавказѣ что-либо дѣлается для эксплоатаціи природы, то дѣлается это только иностранцами. Все нефтяное дѣло на Апшеронскомъ полуостровѣ въ иностранныхъ рукахъ. Торговля въ быстро растущихъ портахъ восточно-черноморскаго побережья (Новороссійскъ, Батумъ) цѣликомъ принадлежитъ иностранцамъ. Въ Елисаветпольской губерніи важную статью народнаго хозяйства составляетъ добыча солодковаго корня, котораго, напримѣръ, въ 1890 г. собрано для вывоза свыше 2-хъ милліоновъ пудовъ. Вся эта промышленность находится въ рукахъ англичанъ, которые устроили не только прессованіе корня для болѣе удобной отправки, но и мѣстную переработку его въ лакрицу. Въ Дагестанѣ добыча сѣры принадлежитъ французской компаніи. Мѣдное производство въ рукахъ братьевъ Сименсъ и т. д., и т. д.

Впрочемъ, что же говорить объ утилизаціи неисчерпаемыхъ богатствъ Кавказа, когда въ теченіе 35 лѣтъ мы не успѣли еще опредѣлить юридическія поземельныя отношенія. До сихъ поръ еще все Закавказье представляетъ полную неопредѣленность въ отношеніи поземельнаго владѣнія. Межевое дѣло, въ буквальномъ смыслѣ слова, въ хаотическомъ состояніи. Задумали колонизацію богатѣйшаго силами природы черноморскаго побережья, брошеннаго туземцами въ послѣднюю войну. Для этого не нашли ничего лучшаго, какъ раздать земли чинамъ мѣстнаго управленія. Въ результатѣ изъ 90 тысячъ десятинъ земли, такимъ образомъ распредѣленной, въ 1886 году обрабатывалось только 420 десятинъ, т.-е. W/o. Такимъ образомъ, огромныя пространства плодороднѣйшей земли пропадаютъ совершенно даромъ, въ то время, какъ треть населенія Кавказа ощущаетъ гнетъ малоземелья. Не на одномъ только черноморскомъ побережья пустуютъ огромныя пространства роскошнѣйшей земли. То же самое имѣетъ мѣсто и на каспійскомъ побережья, въ Дербентской губерніи и на югѣ Кавказа, гдѣ эти заброшенныя и когда-то плодородныя земли успѣли обратиться въ пустыни. Порча экономическихъ условій жизни происходитъ и въ другихъ отношеніяхъ. Такъ, вырубка лѣсовъ уже дала себя почувствовать въ видѣ уменьшенія влаги, обнаженія подвижныхъ песковъ и т. п. Рѣчное хозяйство идетъ не лучше земельнаго и лѣсного. Объ урегулированіи рѣкъ и пользованіи ими какъ для судоходства, такъ и для орошенія нѣтъ и рѣчи. А въ то же время допустили, чтобы Кубань заболотила огромное плодородное пространство и превратила его въ разсадникъ злыхъ лихорадокъ. Между тѣмъ, вычислено, что многоводныя рѣки Кавказа, при устройствѣ правильной ирригаціи, могли бы орошать и оплодотворять милліоны десятинъ земли. Теперь же ихъ быстрыя воды только заносятъ пескомъ поля и разводятъ болота въ устьяхъ.

И такъ, съ одной стороны, неистощимыя богатства, роскошнѣйшій край, съ другой -- повсюду царятъ еще первобытныя "глушь и дичь". Въ отношеніи народнаго образованія здѣсь почти ничего не сдѣлано. На Кавказѣ есть нѣсколько классическихъ гимназій, гдѣ учатъ латинскому и греческому языкамъ и гдѣ, по удостовѣренію попечителя учебнаго округа, знаніе русской грамоты въ плачевномъ состояніи. Во всемъ краѣ, существенная часть богатствъ котораго состоитъ въ садахъ и виноградникахъ, нѣтъ ни одного училища садоводства, ни одной школы винодѣлія.

Въ то время, какъ нѣкоторые второстепенные города -- Нѣжинъ, НоваяАлександрія, Ярославль -- давно уже имѣютъ высшія учебныя заведенія, на Кавказѣ нѣтъ ни одного такого заведенія. Между тѣмъ, какъ справедливо замѣчаетъ тифлисская газета Новое Обозрѣніе, едва ли на какой-нибудь окраинѣ такъ необходимо высшее учебное заведеніе, какъ именно на Кавказѣ. Богатая и неизслѣдованная природа, богатое историческое прошлое края, представляющее обильный матеріалъ для научнаго изученія, воспріимчивое населеніе, легко могущее усвоить европейскую культуру,-- это такіе элементы, которые способны дать полный разцвѣтъ всякой попыткѣ научной дѣятельности на Кавказѣ. Не говоря уже о высшихъ духовныхъ благахъ, сопряженныхъ съ открытіемъ высшаго учебнаго заведенія, оно способствовало бы разумной эксплуатаціи безчисленныхъ богатствъ Кавказскаго края, находящейся нынѣ въ безотрадномъ состояніи. На необходимость учрежденія въ Тифлисѣ высшаго учебнаго заведенія указывалось въ административныхъ сферахъ еще 23 года назадъ. Ради скорѣйшаго осуществленія этой мысли гражданами Кавказа были сдѣланы пожертвованія: городъ Тифлисъ отложилъ на это дѣло 100 тысячъ рублей, а Кутаисъ и кутаисскій земельный банкъ обѣщали 65 тысячъ рублей. Но дѣло это до сихъ поръ не двигается впередъ.

Таково положеніе дѣлъ на Кавказѣ. Какъ далеко оно отъ тѣхъ мѣръ,-- мѣръ легко выполнимыхъ,-- которыя предлагаетъ въ своемъ трудѣ г. Кривенко, для того, чтобы Кавказъ сдѣлался тѣмъ, чѣмъ его создала природа,-- "драгоцѣннѣйшимъ алмазомъ".

Но какъ ни велико несоотвѣтствіе между указываемыми жизнью мѣропріятіями и современнымъ положеніемъ дѣлъ на Кавказѣ, тѣмъ не менѣе, мы вѣримъ, что осуществленіе нужныхъ мѣропріятій не заставитъ себя долго ждать. И источникомъ такой вѣры служитъ для насъ быстрый ростъ русскаго общества. Съ освобожденіемъ крестьянъ открылся на Руси третій періодъ умственнаго развитія -- "періодъ распространенія мысли и критики мысли въ массѣ", и происходитъ онъ съ небывалою доселѣ у насъ быстротой. Дирижирующимъ классомъ въ провинціи является теперь не дворянство, а образованные люди вообще, большинство которыхъ состоитъ изъ такъ называемыхъ "разночинцевъ". Вліяніе этого образованнаго общества на ходъ дѣлъ въ провинціи сказывается уже весьма замѣтно. Выростаніе его не можетъ задержаться, а потому мы бодро смотримъ въ будущее, исполненные упованіемъ грядущаго улучшенія всѣхъ сторонъ нашей общественной жизни. Имѣя такую вѣру, намъ пріятно встрѣчать ее и у другихъ. А потому мы съ удовольствіемъ прочли въ No 125 Саратовскаго Листка фельетонъ, написанный по поводу изданія "саратовскимъ обществомъ вспомоществованія нуждающимся литераторамъ" книги Саратовскій край.

Свѣжо преданіе, говоритъ фельетонистъ, а вѣрится съ трудомъ. Теперь еще живы свидѣтели того времени, когда Саратовъ былъ чѣмъ-то вродѣ нынѣшняго Сердобска, когда все, отъ внѣшняго благоустройства до внутренняго благосостоянія, занимало весьма низкую ступень; когда городская жизнь текла медленно, вяло, сонливо; объ образованіи населенія только еще мечтали, а о развитіи печатнаго слова, о періодическихъ изданіяхъ, о выходѣ книжекъ, конечно, и не думали... Съ тѣхъ поръ все перемѣнилось, все обновилось до неузнаваемости, и нынѣшніе люди словно живутъ не на прежнемъ мѣстѣ отцовъ, не въ Саратовѣ 20-хъ, 30-хъ и даже 40-хъ годовъ. Совсѣмъ свѣжо преданіе, но въ настоящее время, когда мы имѣемъ газеты, книжные магазины, библіотеки и массу частныхъ типографій, дѣйствительно трудно вѣрится, чтобы въ этомъ самомъ Саратовѣ три-четыре десятилѣтія тому назадъ не было никакихъ признаковъ умственной жизни, не было тогда въ провинціальныхъ городахъ своей печати, своихъ литераторовъ, да и съ читателемъ обстояло тоже не очень благополучно. Да, четыре десятка лѣтъ -- не Богъ знаетъ сколько времени, но провинціалы выросли уже настолько, что самостоятельно и по собственной иниціативѣ издаютъ газеты, журналы, брошюры, книги и читателей считаютъ не сотнями, а тысячами.

Эта маленькая страница изъ новѣйшей русской исторіи, заключаетъ фельетонистъ, весьма поучительна. Она бодритъ и убѣдительно совѣтуетъ намъ не складывать рукъ, не сомнѣваться, не унывать, а мыслить и работать.

Земскимъ положеніемъ дана обществу возможность отчасти проявлять свою самостоятельность. И несмотря на ограниченность круга дѣятельности и на скудость матеріальныхъ средствъ, извѣстно, какъ много сдѣлало уже земство въ дѣлѣ культурнаго подъема русской жизни. Недавно Петербургскія Вѣдомости, коснувшись этого предмета и указавъ на огромный культурный вкладъ, внесенный земствомъ въ русскую жизнь, справедливо замѣтили, что если "на взглядъ нѣкоторыхъ близорукихъ людей онъ представляется незначительнымъ и малоцѣннымъ, то это объясняется оптическимъ обманомъ, проистекающимъ именно отъ того, что реформированная часть имперіи (гдѣ существуютъ земскія учрежденія) составляетъ лишь около десятой части всей ея территоріи, девять же десятыхъ частей остаются еще въ дореформенномъ состояніи. Когда же общественныя учрежденія получатъ, наконецъ, распространеніе и на весь почти дореформенный нынѣ районъ,-- всѣмъ будетъ ясно благотворное воздѣйствіе ихъ на культурный подъемъ Россіи".

Газета дѣлаетъ слѣдующій общій отзывъ о дѣятельности земства:

"Если, напримѣръ, сопоставить любое изъ городскихъ общественныхъ хозяйствъ, а, тѣмъ болѣе, земскихъ уѣздныхъ, не говоря уже о хозяйствахъ цѣлыхъ губерній, съ любымъ изъ мѣстныхъ казенныхъ установленій, то и по количеству работы, и по размѣрамъ производительной, созидательной дѣятельности -- крупный перевѣсъ останется на сторонѣ общественныхъ учрежденій. Именно этимъ послѣднимъ и приходится дѣло дѣлать; всѣ же остальныя мѣстныя установленія суть учрежденія по преимуществу "отписочныя". Да и въ этой послѣдней роли значеніе ихъ не представляется первостепеннымъ. Какъ только возникаетъ какой-либо вопросъ общей государственной важности, центральное управленіе обращается обыкновенно къ мѣстнымъ общественнымъ учрежденіямъ, главнымъ образомъ -- къ земскимъ, и за фактическими свѣдѣніями, и за соображеніями. Это объясняется тѣмъ, что, по обширности размѣровъ земскаго хозяйства, земство, въ силу естественнаго порядка вещей, неизбѣжно касается функцій рѣшительно всѣхъ остальныхъ мѣстныхъ установленій. Не отбывая непосредственно этихъ функцій, земство, тѣмъ не менѣе, тщательно наблюдаетъ за отправленіями каждой изъ нихъ и детально изучаетъ ихъ. И такъ какъ каждая изъ этихъ функцій изучается разносторонне, во всей совокупности условій мѣстной жизни, то и оказывается, что земскія учрежденія болѣе свѣдущи, чѣмъ мѣстныя спеціальныя установленія въ отношеніи всѣхъ вопросовъ общей государственной важности, какъ-то: дѣла воднаго, дорожнаго, податного, питейнаго, страхового, государственныхъ имуществъ, сельско-хозяйственнаго, кредитнаго, торгово-промышленнаго и т. д., включительно до воинской повинности и удовлетворенія потребностей религіозно-нравственныхъ и образовательныхъ".

Да, говорятъ, земство обладаетъ обстоятельнымъ знаніемъ условій мѣстной жизни, но по причинѣ ограниченности круга его компетенціи оно далеко не можетъ вполнѣ воспользоваться своими знаніями, своей опытностью,-- словомъ, дѣятельность земства, по независящимъ отъ него обстоятельствамъ, далеко не соотвѣтствуетъ его подготовкѣ къ дѣятельности и его силамъ. Утвержденіе это очень справедливо. Но нельзя не замѣтить, что земство нѣсколько ослабляетъ это несоотвѣтствіе между его силами и ограниченностью круга дѣятельности, оно ослабляетъ его путемъ ходатайства предъ высшимъ правительствомъ о нуждахъ подвѣдомственныхъ ему районовъ. И чѣмъ болѣе широкую область назрѣвшихъ нуждъ захватываютъ земскія ходатайства, тѣмъ болѣе выражается въ нихъ голосъ образованнаго общества, тѣмъ менѣе остается втунѣ для политической жизни страны накопленный обществомъ умственный и нравственный капиталъ

На поприщѣ общественной самодѣятельности рука объ руку съ земствомъ дѣйствуютъ также различные общественные союзы, коихъ не знала, да почти что и не допускала дореформенная Россія, и число которыхъ постоянно возростаетъ. Народное образованіе и помощь обездоленнымъ, раненымъ и выбитымъ изъ строя въ жизненной борьбѣ -- составляютъ пока преимущественное содержаніе дѣятельности общественныхъ союзовъ. О различныхъ видахъ этихъ союзовъ и объ ихъ значеніи мы уже говорили. Отмѣтимъ здѣсь только прочтенныя нами на дняхъ сообщенія въ газетахъ о дѣятельности томскаго общества попеченія о народномъ образованіи и объ учрежденіи народной библіотеки въ Вологдѣ.

Въ Новомъ Времени напечатанъ обзоръ десятилѣтней дѣятельности томскаго общества попеченія о начальномъ образованіи. Данныя этого обзора производятъ въ высшей степени отрадное впечатлѣніе. Общество начало свою дѣятельность лѣтомъ 1882 года и въ первый же годъ существованія имѣло болѣе 900 членовъ. Открытое по частной иниціативѣ и дѣйствующее исключительно на частныя средства, общество это съумѣло въ теченіе десяти лѣтъ стянуть въ свою кассу до 100,000 руб. и весьма толково израсходовало ихъ на нужды народнаго образованія. Изъ обзора видно, что общество опередило городское управленіе въ устройствѣ школъ, самостоятельно учреждая новыя школы и передавая ихъ въ руки города лишь въ то время, когда городской бюджетъ позволялъ принять новыя школы въ вѣдѣніе города. Заботясь о начальномъ обученіи, общество не забыло и интересовъ взрослыхъ. Для окончившихъ школу оно устроило мужскіе и женскіе повторительныя классы, гдѣ бывшіе ученики могли бы освѣжить въ своей памяти вынесенныя изъ школы знанія и получить охоту къ дальнѣйшему самообразованію. Въ этихъ же цѣляхъ положено основаніе въ 1884 году одному изъ самыхъ цѣнныхъ учрежденій общества -- народной безплатной библіотекѣ. Въ добрый часъ зародилась мысль объ этой библіотекѣ. Начавъ дѣятельность въ наемномъ помѣщеніи съ 500 книгъ, библіотека эта въ настоящее время обладаетъ собраніемъ до 2 1/2 тысячъ книгъ при 800 читателяхъ и помѣщается въ прекрасномъ двухъэтажномъ каменномъ зданіи, пожертвованномъ ей ревностнымъ членомъ общества, С. С. Валгусовымъ. Сверхъ того, общество организуетъ ежегодно, съ 1883 года, народныя воскресныя чтенія. Прошло уже почти 10 лѣтъ, какъ начались эти чтенія; число посѣтителей ростетъ изъ года въ годъ, за послѣдніе три года достигая весьма почтенной цифры -- около 10 тысячъ человѣкъ. Въ 1887 году общество открыло въ городѣ первую женскую профессіональную школу, подъ именемъ "дополнительнаго при городскихъ школахъ курса женскихъ рукодѣлій". Во второй годъ число ученицъ, обучавшихся рукодѣліямъ, достигло 50, а въ послѣдніе годы держится на цифрѣ 120, при существованіи въ городѣ другой рукодѣльной школы. Обществомъ организованы также женскіе кулинарные курсы и воскресные классы техническаго и ремесленнаго рисованія для дѣтей обоего пола.

Общество, при этомъ, не оставляетъ своимъ попеченіемъ учениковъ начальныхъ школъ, дѣятельно опекая бѣднѣйшихъ изъ нихъ. На основаніи собранныхъ свѣдѣній, выдаетъ бѣднякамъ платье и обувь, покрывая расходы изъ ежегодно устраиваемаго для этой цѣли спеціальнаго сбора. За десятилѣтіе обществомъ израсходовано на теплое платье болѣе пяти тысячъ рублей.

Всѣмъ этимъ, однако, не исчерпывается дѣятельность общества и вѣнцомъ ея къ концу десятилѣтія являются новыя, крупныя по своему значенію, учрежденія и начинанія.

Во главѣ ихъ стоитъ музей прикладныхъ знаній, мысль объ основаніи котораго явилась впервые еще въ 1887 году. Осуществленіе ея явилось возможнымъ лишь въ 1891 году, когда совѣтъ приступилъ къ постройкѣ зданія, имѣя на то три тысячи рублей, пожертвованныхъ И. М. Сибиряковымъ, и отъ П. В. Михайлова ссуду въ долгъ потребнаго количества кирпича. Эти небольшія средства "были израсходованы уже въ началѣ постройки; но въ главѣ общества стояли энергичные люди и не бросили начатаго дѣла: пока одинъ смотрѣлъ за работами, другіе устраиваютъ подписки деньгами и матеріаломъ, разсылаютъ письма въ разные города Сибири съ просьбой о поддержкѣ дѣла. Въ итогѣ -- готово прекрасное зданіе съ обширными залами, въ которыхъ присутствующіе имѣли удовольствіе привѣтствовать въ началѣ нынѣшняго года десятилѣтнюю годовщину общества.

Въ связи съ музеемъ прикладныхъ знаній находится учрежденіе при обществѣ книжнаго склада народныхъ изданій.

Въ заключеніе слѣдуетъ отмѣтить, что примѣру томскаго общества послѣдовали интеллигентные кружки и въ другихъ сибирскихъ городахъ.

Весьма отрадныя свѣдѣнія сообщаетъ также корреспондентъ Русской жизни о дѣятельности вологодской интеллигенціи. Въ октябрѣ прошлаго года,-- читаемъ въ корреспонденціи,-- небольшой кружокъ интеллигентныхъ людей въ Вологдѣ добился открытія безплатной народной библіотеки. Съ грошей начатое дѣло быстро развивается и завоевываетъ симпатіи общества, такъ что въ настоящее время библіотека имѣетъ уже около 2 тысячъ томовъ, выписываетъ 9 періодическихъ изданій и посѣщается болѣе чѣмъ 350 читателями обоего пола, изъ которыхъ большая часть -- взрослые. Библіотечный же кружокъ, завѣдующій библіотекой, имѣетъ въ настоящее время до 112 членовъ. Послѣ открытія народной библіотеки иниціаторы выхлопотали разрѣшеніе на открытіе другого народно-образовательнаго учрежденія -- народной аудиторіи. Чтенія съ волшебнымъ фонаремъ начались на Страстной недѣлѣ Великаго поста и до сихъ поръ ихъ было уже нѣсколько. Наплывъ публики громаденъ. Какъ платныя (первые 10 радовъ отъ 10 до 20 копѣекъ), такъ и безплатныя мѣста занимаются съ бою. Аудиторія, вмѣщающая только 400 человѣкъ, каждый разъ бываетъ полна. Ободренные такими успѣхами, устроители библіотеки и чтеній подумываютъ уже объ объединеніи обоихъ учрежденій подъ вѣдѣніемъ особаго мѣстнаго общества грамотности. Не дремлютъ также и мелкіе города губерніи. Такъ, въ сессію 1891 года, устьсысольское земство постановило учредить при всѣхъ земскихъ училищахъ уѣзда безплатныя народныя библіотеки. В.-устюжское земство рѣшило въ минувшую сессію открыть безплатныя народныя библіотеки при всѣхъ земскихъ училищахъ и ассигновало ежегодный отпускъ на каждую библіотеку въ 30 рублей. То же земство ассигновало на основаніе народныхъ библіотечекъ при всѣхъ 46 церковно-приходскихъ школахъ уѣзда по 5 рублей на школу. Народныя библіотеки въ В.-устюжскомъ уѣздѣ, впрочемъ, не новость. По Сѣверной Двинѣ уже 2--3 года существуютъ три библіотеки: одна при земскомъ училищѣ и двѣ при церковно-приходскихъ школахъ; всѣ три учрежденія -- по почину частныхъ лицъ. Спросъ на книги въ нихъ весьма значителенъ. Въ прошломъ году учреждена безплатная народная библіотека при леденскомъ земскомъ училищѣ, Тотемскаго уѣзда, а въ февралѣ настоящаго года -- при утмановскомъ земскомъ училищѣ, Никольскаго уѣзда. Послѣдняя библіотека основана на частныя средства, но мѣстные крестьяне рѣшили давать ей дальнѣйшее содержаніе, постановивъ на сельскомъ сходѣ оказывать ей ежегодную поддержку въ размѣрѣ 30 рублей. Въ одномъ изъ приходовъ по рѣкѣ Сухонѣ, при церковно-приходской школѣ, уже два года ведутся народныя чтенія съ фонаремъ, выписаннымъ отъ Фену устроителемъ чтеній, молодымъ сельскимъ священникомъ; при школѣ существуетъ также и народная библіотека. Есть по губерніи и еще факты этого рода, пока еще не вполнѣ опредѣлившіеся.

"Таковы ростъ и успѣхъ,-- заключаетъ корреспондентъ свое сообщеніе,-- внѣшкольныхъ народно-образовательныхъ учрежденій даже на такой отдаленной и забытой всѣми окраинѣ, какъ наша, съ полною убѣдительностью доказывающіе, что среди простого люда всюду уже достигла надлежащей зрѣлости новая великая обще-народная потребность -- потребность въ книгѣ, въ самообразованіи. Буду очень радъ, если указанные мною факты дадутъ еще одну крупицу доказательствъ, что для русскаго образованнаго общества, особенно провинціальнаго, уже замѣтно очищается поле для серьезной, необъятной по своимъ послѣдствіямъ, работы -- служенія дальнѣйшему внѣшкольному интеллектуальному развитію народа".

Говоря объ общественной самодѣятельности, нельзя не отмѣтить совершенно новую форму ея проявленія, примѣръ которой впервые поданъ тифлисскою прессой. Текущимъ лѣтомъ въ Тифлисѣ происходили выборы въ городскую думу. Разумѣется, печать всегда оказываетъ большее или меньшее вліяніе на ходъ выборовъ. Но тифлисская печать нашла возможнымъ оказать на выборы болѣе прямое и болѣе рѣшительное воздѣйствіе. Она сама приняла участіе въ выборахъ путемъ составленія списка кандидатовъ и рекомендаціи ихъ обществу. Представители большинства періодическихъ изданій въ Тифлисѣ устроили нѣсколько собраній, на которыхъ выработали руководящія начала и кандидатскій списокъ. Съ этими руководящими началами знакомитъ насъ газета Кавказъ. Собраніе представителей тифлисской, печати признало единогласно, что при составленіи кандидатскихъ списковъ надо имѣть цѣлью дать городской думѣ такой составъ гласныхъ, который въ теченіе четырехлѣтія способенъ былъ бы съ наибольшею пользой для города и всего населенія его управлять городскими дѣлами. Для сего, не принимая за основаніе при составленіи списковъ принадлежности кандидатовъ къ той или другой національности, участвующіе въ совѣщаніяхъ признали полезнымъ и желательнымъ, чтобы въ число гласныхъ были выбраны: представители всѣхъ частей города, не исключая и окраинъ его; люди всѣхъ полезныхъ для городского хозяйства спеціальностей, въ соотвѣтственномъ для интересовъ города числѣ; тѣ лица, которыя зарекомендовали себя плодотворною дѣятельностью въ качествѣ гласныхъ или принимали непосредственное участіе въ веденіи городского хозяйства.

Наконецъ, признано необходимымъ привлеченіе въ составъ думы новыхъ лицъ, которыя, по своей подготовкѣ и знакомству съ нуждами населенія, могутъ быть полезными для города дѣятелями.

Съ другой стороны, собравшіеся считали бы несогласнымъ съ интересами города избраніе въ думу: такихъ лицъ, которыя, будучи гласными, систематически не посѣщали засѣданій думы; а также тѣхъ, кто состоитъ съ городомъ въ подрядныхъ или спорныхъ имущественныхъ отношеніяхъ.

Само собою разумѣется, что, помимо всего изложеннаго, руководящее значеніе при составленіи списковъ должны имѣть нравственныя качества и способности намѣчаемыхъ кандидатовъ.

Результаты состоявшихся выборовъ показали, что труды тифлисской прессы не пропали даромъ.

Одновременно съ возростаніемъ числа общественно-культурныхъ союзовъ увеличивается также число отдѣльныхъ лицъ, поселяющихся въ деревнѣ съ цѣлью приносить посильную помощь народу. Рѣдкій день не найдешь въ той или другой изъ провинціальныхъ газетъ сообщенія о появленіи въ той или иной мѣстности такого лица и объ его благотворительной дѣятельности. Подобными газетными сообщеніями воспользовался С. Н. Кривенко и напечаталъ въ майской и іюньской книжкахъ Русскаго Богатства за нынѣшній годъ весьма интересную статью, озаглавленную: Культурныя одиночки въ деревнѣ. Статья эта представляетъ цѣлую галлерею крайне симпатичныхъ портретовъ; она укрѣпляетъ сознаніе о дивныхъ душевныхъ свойствахъ русской интеллигенціи, она лишній разъ убѣждаетъ насъ въ томъ, въ какой большой степени жизненно въ средѣ нашей интеллигенціи стремленіе служить интересамъ народа.

Г. Кривенко говоритъ въ своей статьѣ о людяхъ, которыхъ неудержимо влечетъ въ деревню ихъ мысль и чувство, которые несутъ туда культурную миссію, несутъ свою душу и знанія, чтобъ отдать ихъ на пользу окружающаго сельскаго населенія. Дѣятельность этихъ людей, ихъ прежнее соціальное положеніе -- весьма разнообразны. Здѣсь мы встрѣчаемъ и юную дѣвушку, которая учитъ дѣтей до потери силъ, и старика профессора Московскаго университета (Рачинскаго), оставляющаго каѳедру, чтобъ отдаться низшей народной школѣ, устраиваемой по его идеалу. Здѣсь и тихіе послѣдователи графа Толстого съ ихъ своеобразною философіей, и мужественные защитники крестьянскихъ интересовъ. Здѣсь врачи, техники, агрономы, адвокаты, оставившіе службу и оклады и пошедшіе въ деревню, чтобы служить своими знаніями благополучію окружающей среды.

Рядомъ съ переселенческими ходоками, другіе заботятся объ улучшеніи положенія остающихся на мѣстѣ крестьянъ. Хлопочутъ о введеніи агрономическихъ улучшеній, лучшихъ земледѣльческихъ орудій и породъ скота; устраиваютъ кредитъ для прикупки ближайшихъ земель и избавленія отъ ростовщиковъ; организуютъ промышленныя артели, устраиваютъ лучшій сбытъ для кустарныхъ произведеній и т. д.

Постепенно ростетъ у насъ эта рабочая интеллигенція, желающая принести посильную пользу и сѣять на "нивѣ народной разумное, честное, вѣчное". Пускай сейчасъ эта рабочая интеллигенція и не особенно велика, но въ этой группѣ лицъ заключено столько энергіи, столько вѣры въ свое дѣло и столько безкорыстія, что, несомнѣнно, мы видимъ передъ собою великую ростущую общественную силу, предѣлъ и размѣры которой въ настоящее время трудно и опредѣлить. Рядомъ съ княземъ Вяземскимъ вы находите скромныхъ тружениковъ и труженицъ изъ всѣхъ слоевъ общества, кончая крестьянами и простыми рабочими.

Статья г. Кривенка не кончена и намъ, вѣроятно, придется еще вернуться къ ней.

Отъ свѣтлыхъ явленій жизни съ неохотой переходишь въ сферу затхлаго воздуха. Но, въ качествѣ хроникера провинціальной жизни, отмѣчающаго явленія заслуживающія вниманія, какъ положительныя, такъ и отрицательныя, намъ приходится писать о казанскомъ городскомъ головѣ, г. Дьяченкѣ.

Г. Дьяченко состоитъ уже восемь лѣтъ городскимъ головой въ Казани. До послѣдняго времени его дѣятельность встрѣчала симпатіи, какъ въ обществѣ, такъ и въ печати. Но вотъ въ началѣ нынѣшняго года произошли выборы по новому городовому положенію. Благодаря сокращенію числа лицъ, имѣющихъ право быть избирателями и избираемыми, и благодаря специфическимъ условіямъ города Казани, гдѣ татары играютъ довольно видную роль въ мѣстной промышленности, создалось такое положеніе, какъ сообщаетъ газета Вомаръ, что въ избирательныхъ собраніяхъ татарскій элементъ занялъ до нѣкоторой степени доминирующую позицію. Такимъ образомъ, тотъ или иной составъ думы зависѣлъ отъ того или иного отношенія къ выборамъ избирателей татаръ. Это отношеніе выяснилось съ перваго же дня выборовъ. Замкнутая и солидарная между собой масса избирателей-татаръ явилась на выборы по новому городовому положенію въ полномъ составѣ, между тѣмъ какъ избиратели русскіе были далеко не всѣ, такъ какъ новое городовое положеніе выкинуло изъ среды избирателей средній, мало состоятельный классъ горожанъ и интеллигенцію, которые до этого были въ Казани дѣятельными участниками городского самоуправленія. Исходъ выборовъ поэтому былъ таковъ, что большинство думы создалось или изъ явныхъ сторонниковъ слишкомъ экономныхъ и неразвитыхъ татаръ-избирателей, или изъ людей, которые не могли особенно мѣшать татарамъ, были "любы" имъ. Явилась, такимъ образомъ, новая дума,-- новая и въ смыслѣ состава, и въ смыслѣ направленія дѣятельности.

Къ удивленію многихъ, г. Дьяченко оказался "любымъ" и новой думѣ: онъ былъ избранъ городскимъ головой солиднымъ большинствомъ голосовъ.

Еще до выборовъ на многихъ произвела пріятное впечатлѣніе рѣчь г. Дьяченка на обѣдѣ, данномъ ему прежнимъ составомъ думы по сложеніи съ себя полномочій. Въ этой рѣчи слишкомъ уже явно сквозило самовосхваленіе, восторженное отношеніе къ своей общественной дѣятельности. "Я честно и неусыпно стоялъ на стражѣ городского хозяйства", "я высоко держалъ знамя общественности", "даже тѣ промахи, которые у меня случались, свидѣтельствуютъ о моей дѣятельности съ лучшей стороны, и я смѣло могу поставить ихъ себѣ въ заслугу", говорилъ, между прочимъ, г. Дьяченко. Эта рѣчь, этотъ панегирикъ самому себѣ нашелъ своевременно должную оцѣнку въ мѣстной прессѣ.

Затѣмъ началась дѣятельность г. Дьяченка въ "новой" думѣ.

Однимъ изъ первыхъ вопросовъ, который разсматривался въ новой думѣ, былъ вопросъ объ оспопрививаніи. Вопросъ этотъ былъ выдвинутъ "татарскою" партіей. Дѣло въ томъ, что въ Казани раньше существовалъ институтъ оспопрививателей, въ числѣ которыхъ большинство были татары. Эти оспопрививатели -- люди не получившіе никакого профессіональнаго образованія, занимавшіеся оспопрививаніемъ столь успѣшно, что зараженіе злокачественною оспой было довольно обычнымъ результатомъ ихъ оспопрививаній. "Старая" дума обратила вниманіе на это и занялась урегулированіемъ оспопрививанія. Рѣшено было оспопрививаніе отдать въ руки врачей. Въ новой думѣ былъ выдвинутъ вопросъ о томъ, что удобнѣе было бы для населенія оставить старый порядокъ -- оспопрививателей. При дебатированіи этого вопроса "татарская" партія горячо отстаивала оспопрививателей, а "интеллигенція" въ лицѣ гг. Годнева, Юшкова и другихъ стояла за отдачу оспопрививанія въ руки врачей. Пренія эти предстояло заключить своимъ вѣскимъ словомъ городскому головѣ. Всѣ ждали, что онъ выскажется въ томъ же смыслѣ, какъ и въ "старой" думѣ, гдѣ онъ отстаивалъ передачу этого дѣла въ руки врачей, но... Г. Дьяченко высказался "по-новому". Онъ рѣшительно всталъ на сторону "татарской" партіи.

Въ мѣстной прессѣ этотъ фактъ былъ отмѣченъ, какъ характеризующій новое направленіе дѣятельности органовъ городского управленія.

Затѣмъ г. Дьяченко въ засѣданіяхъ думы произнесъ нѣсколько рѣчей, гдѣ началъ горячо пропагандировать экономію въ расходахъ, совѣтовалъ поступиться многимъ необходимымъ для города. Мѣстная печать я въ этомъ видѣла измѣненіе въ направленіи дѣятельности г. Дьяченка, уступку новой экономной купеческой думѣ, которая думаетъ, что цѣль ея аналогична съ цѣлями промышленниковъ. При этомъ указывалось, что до сихъ поръ "экономія" у г. Дьяченка была на заднемъ планѣ, что даже городскіе спеціальные капиталы съ охотой расходовались имъ, если неотложныя текущія нужды города требовали расходовъ, да, кромѣ того, и въ настоящее время, при выясненіи своего новаго взгляда на бюджетъ города, г. Дьяченко не менѣе горячо отстаиваетъ заемъ городомъ денегъ на уплату желѣзнодорожному обществу около 300,000 рублей на постройку вокзала въ чертѣ города "для пользы промышленности и торговли".

Г. Дьяченку такое отношеніе мѣстной прессы къ его общественной дѣятельности не понравилось. Онъ обратился къ г. губернатору съ просьбой воспретить мѣстной прессѣ писать что-либо неблагопріятное о дѣятельности городской думы и его собственной. Губернаторъ не принялъ на себя рѣшенія вопроса о защитѣ г. Дьяченка, а передалъ жалобу его казанскому цензору, г. Осипову, который, въ свою очередь, представивъ дѣло въ главное управленіе по дѣламъ печати, пригласилъ газетныя редакціи, до окончательнаго разрѣшенія, воздержаться отъ обсужденія казанскихъ городскихъ дѣлъ. Отъ главнаго управленія по дѣламъ печати еще не получено разъясненія казуса, а потому казанская печать на время вынуждена не касаться городскихъ дѣлъ.

Объ этомъ казусѣ говорила вся провинціальная печать и не было въ ней разнорѣчія. Она указывала, что возможно большая гласность составляетъ важнѣйшую государственную потребность; что она есть одно изъ первыхъ условій правильнаго теченія общественныхъ дѣлъ; что гласность есть такое оружіе, которымъ каждый можетъ пользоваться, и чѣмъ авторитетнѣе дѣятель, тѣмъ болѣе силы это орудіе пріобрѣтаетъ въ его рукахъ. А потому если г. Дьяченко, вмѣсто разъясненія мотивовъ своей дѣятельности путемъ печатнаго слова, не нашелъ другого выхода, какъ просить о зажатіи рта печати, то этимъ самымъ онъ росписался въ своемъ жалкомъ безсиліи. Не мало весьма непріятныхъ, но вполнѣ заслуженныхъ эпитетовъ было послано провинціальною печатью по адресу г. Дьяченка.

Да послужитъ исторія съ казанскимъ головой предостереженіемъ и другимъ ветхаго завѣта представителямъ общественнаго самоуправленія. Г. Дьяченко разсчитывалъ спастись отъ уколовъ самолюбія, заграждая казанской печати возможность обсуждать его дѣятельность, а въ результатѣ онъ сдѣлался предметомъ порицаній и осмѣянія почти всей россійской прессы. Да, необдуманный шагъ сдѣлалъ г. Дьяченко и, несомнѣнно, теперь онъ въ немъ очень раскаивается.

Прошло немного времени послѣ инцидента съ г. Дьяченко и провинціальная печать перепечатывала на своихъ страницахъ, какъ "поступокъ достойный истинно просвѣщеннаго дѣятеля", письмо николаевскаго городского головы, г. Даценка, въ газету Южанинъ.

Дѣло въ томъ, что мѣстная газета Южанинъ во многомъ не соглашалась съ дѣятельностью николаевскаго городского головы и съ представленными имъ въ докладахъ основаніями. Но г. Даценко, "ставя интересы общественныхъ дѣлъ выше личныхъ счетовъ",-- какъ выражается одна изъ провинціальныхъ газетъ,-- не только не просилъ объ огражденіи его отъ нападокъ печати, но обратился къ редактору Южанина съ такимъ письмомъ: "М. г. Въ виду того, что свѣдѣнія о дѣятельности мѣстнаго городскаго управленія, въ тѣхъ случахъ, когда они касаются документальныхъ и цифровыхъ данныхъ, могутъ быть получаемы редакціей вашей газеты съ необходимою, абсолютною точностью только непосредственно въ канцеляріи городской управы, я имѣю честь просить васъ, м. г., поручить вашему сотруднику обращаться за всѣми свѣдѣніями по дѣламъ городского управленія для надобности газеты въ городскую управу. Мною сдѣлано распоряженіе о томъ, чтобы дѣлопроизводители всѣхъ отдѣленій, за исключеніемъ присутствія по воинской повипности, предъявляли уполномоченному вами лицу ежедневно съ 10 до 2 часовъ дня по текущимъ дѣламъ всѣ документы, книги и справки, въ какихъ редакція встрѣтитъ надобность. Этимъ лицомъ могутъ быть разсматриваемы также и копіи съ дѣлъ. При этомъ считаю необходимымъ присовокупить, что по обстоятельствамъ, имѣющимъ за собой высокія основанія, я поставленъ въ невозможность выдавать "дѣла" на домъ.-- Позволяю себѣ высказать увѣренность, что вы раздѣляете мое мнѣніе о томъ, что въ интересахъ редакціи газеты, городской управы и обывателей, интересующихся теченіемъ дѣлъ по городскому хозяйству,-- предлагаемая мною мѣра будетъ весьма цѣлесообразна".

По характеру настоящей статьи весьма умѣстно закончить ее выдержкой изъ обращенія г. А. О -- на къ оканчивающимъ курсъ юношамъ и дѣвицамъ, которое напечатано въ газетѣ Наше Время. Отмѣтивъ симпатичныя душевныя свойства русской образованной молодежи, г. О -- въ пишетъ далѣе:

"Надъ чѣмъ работать? Къ чему стремиться? Гдѣ цѣль, которой не жаль отдать и молодость, и ея утѣхи.

"Общественное благо.

"Здѣсь не мѣсто говорить о формахъ этого блага. Скажу одно: формы разнообразны и находятся въ зависимости отъ многихъ условій. Но сущность всѣхъ ихъ одна: уменьшеніе суммы существующихъ страданій. Въ этихъ краткихъ словахъ выражается цѣль прогресса всѣхъ народовъ, всѣхъ временъ. Съ какой бы стороны человѣкъ ни подходилъ къ этой цѣли, лишь бы пріемы его были вѣрны и безкорыстны,-- онъ свой долгъ исполнитъ. Шаблоновъ предписывать нельзя. Чуткая душа сама найдетъ форму, въ которой ей всего удобнѣе проявить свою дѣятельность въ данную минуту и при данной обстановкѣ.

"У насъ любятъ ссылаться на внѣшнія затрудненія и задержки. Это не оправданіе. Бываютъ времена болѣе удобныя и менѣе удобныя. Но нѣтъ такой поры, нѣтъ такихъ условій, когда ровно нечего дѣлать. Правда, не каждому сразу открывается его призваніе. Но это не бѣда. Надо только искать внимательнѣе и упорнѣе, тщательнѣе подготовлять себя для опредѣленія предстоящей формулы жизни. Надо вдумываться въ основные законы, движущіе впередъ благосостояніе человѣчества, провѣрять форму, въ которой эти законы всего легче примѣнимы къ даннымъ условіямъ страны, понять своевременность или несвоевременность извѣстнаго требованія и -- упорно идти впередъ. Конечно, возможны ошибки. Но искреннія ошибки лучше ничего недѣланія, но имя чего бы оно ни происходило. Ошибки можно исправить, безразличнаго же квіетизма или бездѣятельной мечтательности ничѣмъ не исправить; они доводятъ либо до лѣнивой негодности, либо до безплодной хандры, которая, по результатамъ, не лучше самой обыденной лѣни.

"Какъ бы мало человѣкъ ни сдѣлалъ, но если онъ не могъ больше сдѣлать, онъ правъ передъ своимъ долгомъ. Только эта невозможность должна быть дѣйствительной, а не мнимою преградой, не пугаломъ, не сдѣлкой съ совѣстью".


И. Иванюковъ.


"Русская Мысль", кн.IX, 1893