# Очерки провинциальной жизни

Иван Иванович Иванюков

## Очерки провинціальной жизни.


Не любятъ у насъ печати! Безъ печати жить куда было вольнѣе. Не мало гнусностей и злоупотребленій вывела и продолжаетъ выводить она на свѣтъ Божій. Обыватели ненавидятъ корреспондентовъ и стараются всѣми возможными способами уничтожить ихъ, заставить ихъ замолчать. Нижегородскій городской голова, баронъ Дельвигъ, грозитъ, что пожалуется на мѣстныя газеты, и пожалуется не въ судъ, гдѣ кромѣ "жажды мести", надо еще имѣть доказательство своей правоты, а въ другое извѣстное барону учрежденіе, гдѣ будто бы, по выраженію барона, "стоитъ сказать лишь нѣсколько словъ". Провинціальныя газеты сообщаютъ, что то одно, то другое общественное учрежденіе не пустило представителей печати на свои засѣданія. Недавно такой фактъ имѣлъ мѣсто въ собраніи членовъ тифлисскаго дворянскаго земельнаго банка. Засѣданіямъ собранія предшествовала ревизія дѣлъ банка по распоряженію министерства финансовъ и дѣйствія банка признаны "неблаговидными". Засѣданія были бурныя. Въ собраніи шумѣли, свистали, шикали, грозили другъ другу кулаками. Обо всемъ этомъ говорилось на столбцахъ мѣстныхъ газетъ. И вотъ, открывая одно изъ засѣданій, предсѣдатель собранія, г. Мусхеловъ, произнесъ слѣдующую рѣчь: "Въ виду того, что газеты Иверія, Новое Обозрѣніе и Тифлисскій Листокъ глумятся надо мной, я приказалъ представителей этихъ газетъ не допускать больше въ отведенное для печати мѣсто, но они вошли. (Обращаясь къ представителямъ печати): "Прошу васъ уйти, кромѣ газеты Кавказъ". Видя, что репортеры газетъ не трогаются съ мѣста, предсѣдателъ снова говоритъ: "Господа, уходите, а то я попрошу полицію".

-- Можете что угодно дѣлать,-- отвѣчаютъ ему представители печати,-- но мы не уйдемъ, потому что требованіе ваше незаконно.

Предсѣдатель объявляетъ перерывъ и заявляетъ, что идетъ писать бумагу полицеймейстеру и до тѣхъ поръ, пока представители печати не уйдутъ, онъ не начнетъ засѣданія.

Представитель Кавказа заявляетъ, что если будутъ удалены остальные, то и онъ не желаетъ оставаться.

Тифлисскій полицеймейстеръ отказался вступиться въ это дѣло, и г. Мусхелову пришлось дѣйствовать самому. Онъ приказалъ убрать столы и уничтожить мѣсто, отведенное для печати. Но это приказаніе не помѣшало представителямъ печати раздобыть себѣ столъ и стулья, и, къ прискорбію предсѣдателя, заняться своимъ дѣломъ.

Результатомъ вражды одной изъ группъ собранія къ печати былъ слѣдующій прискорбный инцидентъ. Во время баллотировки должностныхъ лицъ банка, въ галлереѣ дворянскаго дома въ Тифлисѣ къ кн. B. М. Туманову, весьма уважаемому на Кавказѣ человѣку, подошелъ одинъ изъ членовъ-учредителей банка, кн. Н. Д. Діасамидзе, и, выразивъ ему неудовольствіе по поводу помѣщенной въ редактируемой имъ газетѣ Новое Обозрѣніе статьи, касающейся общихъ собраній банка, совершенно неожиданно для кн. Туманова ударилъ его суковатой палкой по головѣ. Слѣдствіемъ удара было поврежденіе наружныхъ покрововъ черепа. Князю Туманову случившимся тутъ же докторомъ сдѣлана была перевязка, послѣ чего онъ былъ отвезенъ домой.

Провинціальный корреспондентъ, по справедливому замѣчанію Самарской Газеты, явился не только въ извѣстной степени контролеромъ окружающей его дѣйствительности, но сыгралъ еще другую полезную роль: онъ способствовалъ распространенію чтенія газетъ. Обыватель, любопытствуя, какъ "пропечатываютъ" его согражданъ, сталъ все чаще и чаще брать въ руки газету, а потомъ съ интереса пропечатанія сталъ переходить и на другіе, дотолѣ чуждые ему "интересы". Это въ свою очередь усиливало матеріальныя основы для развитія провинціальной печати. Первоначально провинціальная печать представляла собою убогіе и по внѣшности, и по своему внутреннему содержанію -- "листки". Но сѣмя было брошено, которое, если и не попало сразу на черноземную почву, то и не заглохло въ каменистомъ грунтѣ и въ пескѣ. Оно взошло и стало давать плоды, насколько позволяли ему какъ качество почвы, такъ и "благораствореніе воздуховъ..." И вотъ изъ жалкихъ "листковъ" мало-по-малу, сначала въ болѣе крупныхъ, а потомъ и въ второстепенныхъ русскихъ городахъ, стала выростать областная или мѣстная печать. И провинціальному обывателю пришлось познакомиться вскорѣ, кромѣ корреспондента, съ двумя другими еще болѣе непріятными для него видами газетныхъ работниковъ, съ репортеромъ и фельетонистомъ, которые стали заглядывать уже въ мелочи обывательской жизни, т.-е. въ такую область, гдѣ обыватель чувствовалъ прежде себя въ полной безопасности, пока не было мѣстныхъ газетъ. Атакованному, такимъ образомъ, чуть не со всѣхъ сторонъ обывателю пришлось считаться съ печатью уже весьма серьезно и, въ концѣ-концовъ, признать въ ней хотя и непріятную для него, но силу, съ которой борьба бываетъ не всегда успѣшною, такъ какъ, съ одной стороны, не для всякаго обывателя есть возможность пользоваться внѣшними давленіями на печать, а съ другой -- невозможно стало дѣятелей ея принудить къ молчанію посредствомъ битья по карману. Провинціальный корреспондентъ, не имѣвшій возможности сушествовать одними корреспонденціями, принужденъ былъ "служить"; постоянный же провинціальный сотрудникъ нигдѣ не служитъ и ни отъ кого въ матеріальномъ отношеніи не зависитъ, такъ какъ провинціальная газета, несмотря на сравнительно ограниченный кругъ подписчиковъ, въ состояніи уже обезпечить его настолько, чтобъ онъ могъ спеціально посвятить себя избранной имъ профессіи. По крайней мѣрѣ, заработокъ въ поволжской печати постоянно и равномѣрно работающаго сотрудника колеблется отъ 300 до 2000 р. Такъ или иначе жить можно не хуже любого обывателя. И вотъ,-- заключаетъ газета,-- какъ ни тернисты пути провинціальной прессы, тѣмъ не менѣе она уже и въ настоящее время успѣла завоевать себѣ весьма видное положеніе въ провинціи и приноситъ не мало услугъ родинѣ.

Все это справедливо, но вѣрно также и то, что ростъ въ провинціи интеллигенціи и начатой ею тамъ работы на благо народа являются дѣломъ до такой степени новымъ, что рѣдко самое скромное предпріятіе не встрѣчаетъ тормазовъ, инсинуацій и доносовъ. Примѣровъ этому, и примѣровъ яркихъ, приводилось нами не мало. Вотъ одинъ изъ новенькихъ сообщенный въ Новое Слово изъ Выдропужска, Тверской губерніи. Всего какихъ-нибудь 3 мѣсяца у насъ въ Выдропужскѣ функціонируетъ,-- говоритъ корреспондентъ,-- народная читальня-библіотека, открытая Новоторискимъ земствомъ, а уже замѣтно ея благотворное вліяніе на населеніе. Народъ большую часть свободнаго времени проводитъ въ читальнѣ и повергаетъ господъ Деруновыхъ въ положительную ярость. "Охъ ужъ эти читальни,-- говорятъ кабатчики,-- одно зло отъ нихъ".. За то крестьяне держатся совершенно противоположныхъ взглядовъ и отъ души благодарятъ устроителей. Впрочемъ, отъ кабатчиковъ чего же больше и ждать; а вотъ обидно, что гонителемъ библіотеки явился вновь къ намъ назначенный священникъ. Съ большимъ усердіемъ принялся онъ подкапываться подъ это симпатичное учрежденіе и достигъ въ этомъ направленіи значительныхъ успѣховъ. Началъ онъ съ того, что, явившись къ завѣдующему библіотекой, воспользовавшись любезностью послѣдняго, забралъ нѣсколько суворинскихъ дешевыхъ изданій и поднялъ по поводу ихъ цѣлую бурю. Особенно досталось Лѣскову и Чехову, которые, по несчастной случайности, попали въ число присланныхъ книгъ. "Предвзятые писатели, развратители" -- вотъ это кто. Между тѣмъ крестьяне, узнавъ о присланныхъ земствомъ книгахъ, рѣшили отпраздновать открытіе библіотеки какъ можно торжественнѣе. Съ этою цѣлью они обратились къ обоимъ священникамъ нашего села и попросили ихъ отслужить молебенъ. "Не можемъ мы,-- заявилъ новый батюшка,-- святить романы", и, несмотря на всѣ упрашиванія, оставался непреклоннымъ. "Если ты,-- говорилъ онъ молодому священнику,-- пойдешь и будешь служить, я донесу на тебя преосвященному".-- "Какъ же, батюшка, намъ не идти,-- заявилъ дьяконъ,-- когда прихожане просятъ? Этого нельзя дѣлать".-- "Ну, только пойди,-- стращалъ батюшка,-- быть тебѣ въ монастырѣ на высидкѣ". Молебенъ, все-таки, состоялся, благодаря молодому священнику; но еслибъ вы видѣли, чего ему это стоило! Онъ шелъ точно на смерть; поблѣднѣвшее лицо, голосъ, дрожавшій отъ волненія, ясно показывали, какъ дорого обходится ему этотъ геройскій подвигъ. Открытіе состоялось, и дѣятельность библіотеки началась. Крестьяне полюбили это учрежденіе, и въ темные, скучные вечера сельская скромная читальня-библіотека едва вмѣщала желающихъ. Ходило до семидесяти человѣкъ въ вечеръ, и, несмотря на многолюдность, собранія отличались замѣчательною тишиною и порядкомъ. "Одно,-- говорили нѣкоторые,-- книгъ мало",-- "Да намъ еще пришлютъ",-- увѣренно заявляли другіе. Но скоро надъ библіотекою снова собрались тучи. Въ то время, какъ мирно развивалась дѣятельность читальни-библіотеки, не дремали и враги ея. Батюшка, съѣздивши въ Тверь, доложилъ архіерею, что въ Выдропужскѣ не все благополучно и что въ читальнѣ распространяютъ недозволенныя книги. При этомъ брошена была тѣнь на людей, принявшихъ близко къ сердцу дѣло читальни, и почему-то рѣшено было, что они "толстовцы". Началась обыкновенная исторія. Въ наши мирныя Палестины пріѣхалъ спеціально-командированный чинъ, о насъ заговорили, и мирные, благонамѣренные обыватели близлежащихъ мѣстностей, при одномъ наименованіи Выдропужска, таинственно качаютъ головой и дѣлаютъ многозначительный видъ. "Уничтожу я читальню,-- говоритъ батюшка,-- не будетъ ея!" и, какъ бы въ подтвержденіе этихъ заявленій, книги изъ библіотеки все убываютъ, причемъ даже такіе разсказы, какъ Кривая доля Савихина, попадаютъ въ разрядъ запрещенныхъ... Былъ становой, былъ урядникъ, а за послѣднее время и губернаторъ обратилъ на насъ свое вниманіе, и библіотекарь долженъ былъ выслать ему черезъ урядика каталогъ имѣющихся въ читальнѣ книгъ. Невольно является вопросъ: за что?

И все это совершается въ то время, когда въ обществѣ окрѣпло и выдвинулось на первый планъ сознаніе необходимости спѣшить съ просвѣщеніемъ народа, когда значительная часть земствъ употребляютъ всѣ усилія для скорѣйшаго введенія общаго обученія. Да, надо скорѣе осуществить всеобщее обученіе, и тогда факты вродѣ вышеописаннаго станутъ невозможны. Къ числу земствъ, поставившихъ всеообщее обученіе на первую очередь, примкнуло и Курское. Губернское земское собраніе, съ цѣлью болѣе успѣшной и правильной постановки этого дѣла, избрало особую коммиссію, на которую возложило выработать основанія, при которыхъ должно выразиться участіе губернскаго земства въ дѣлѣ ускоренія всеобщаго обученія въ губерніи. Избранная коммиссія, какъ сообщаетъ Орловскій Вѣстникъ, представила уже свою работу, въ которой высказала убѣжденіе въ возможности осуществить введеніе всеобщаго обученія дѣтей школьнаго возраста въ селеніяхъ Курской губерніи, а равно и указала степень участія въ этомъ дѣлѣ со стороны губернскаго земства.

При составленіи сѣти школъ коммиссіей принятъ, по возможности, 3-хъ верстный радіусъ пользованія школою, а равно и другія мѣстныя условія. Самое составленіе сѣти школъ по уѣздамъ возлагается на уѣздныя училищныя коммиссіи, какъ ближе всего знакомыя съ мѣстными условіями. Эти коммиссіи, составивъ проектъ сѣти школъ, пересылаютъ его на разсмотрѣніе губернской школьной коммиссіи и, въ случаѣ замѣчаній, проектъ исправляется уѣздными коммиссіями и затѣмъ составленный проектъ вносится на разсмотрѣніе и утвержденіе уѣзднаго земскаго собранія. Затѣмъ этотъ проектъ сѣти школъ, одобренный губернскимъ земскимъ собраніемъ, заносится на карту губерніи и служитъ основаніемъ при постройкѣ школъ. Школы предполагается строить двухъ родовъ: нормальныя школы съ трехлѣтнимъ курсомъ и съ радіусомъ дѣятельности ея въ 3 версты, и филіальныя школы, вродѣ школъ грамоты. Какъ первыя, такъ и вторыя школы должны находиться въ вѣдѣніи уѣздныхъ училищныхъ совѣтовъ, а филіальныя отдѣленія причисляются къ ближайшимъ нормальнымъ школамъ и находятся подъ наблюденіемъ учителя нормальной школы. На первое время предполагается школы второго разряда, т.-е. филіальныя, помѣщать въ наемныхъ домахъ, учителями въ филіальныя школы допускать изъ наиболѣе способныхъ учениковъ, окончившихъ курсъ въ двухклассныхъ министерскихъ и земскихъ училищахъ. При устройствѣ новыхъ школъ и переустройствѣ старыхъ, пришедшихъ въ ветхость, губернское земство, на основаніи особо выработанныхъ правилъ, выдаетъ денежное пособіе безвозмездно или ссудою въ размѣрѣ 600 р. на каждую школу. Причемъ ссуда выдается на 10 лѣтъ безъ %, и ею могутъ пользоваться сельскія общества, уѣздныя земства и отдѣльныя лица. Всѣ получающіе земскую ссуду обязаны возводить школьныя зданія согласно выработаннымъ коммиссіею нормальнымъ планамъ, кои составлены 4-хъ типовъ и отвѣчаютъ педагогическимъ и гигіеническимъ требованіямъ. Для приведенія школьныхъ библіотекъ въ надлежащій порядокъ и для возможно-большаго увеличенія ихъ коммиссіею расширенъ и составленъ каталогъ ученической библіотеки, заключающій въ себѣ до 340 книгъ стоимостью въ 100 руб. Половину этого расхода, на образованіе новыхъ и пополненіе старыхъ библіотекъ, губернское земство принимаетъ на себя. Точно также губернское земство принимаетъ расходы въ половинномъ размѣрѣ на содержаніе учительскихъ библіотекъ при уѣздныхъ управахъ, причемъ исходатайствовано разрѣшеніе расширить каталогъ этихъ библіотекъ. Для распространенія народныхъ читаленъ, коммиссія предлагаетъ губернскому собранію принять участіе въ единовременномъ пособіи на устройство каждой читальни-библіотеки, въ размѣрѣ 100 р., съ тѣмъ разсчетомъ, чтобы въ годъ на каждый уѣздъ пособіе со стороны земства выдавалось не менѣе какъ на двѣ читальни. Чтобы сдѣлать доступными народныя чтенія съ туманными картинами, коммиссія нашла необходимымъ возбудить ходатайство объ упрощеніи порядка разрѣшенія народныхъ чтеній, предоставивъ таковой на разрѣшеніе г. губернатора по соглашенію съ попечителемъ учебнаго округа. Признавая желательнымъ поощрить со стороны губернскаго земства повторительные курсы и вечерніе классы и отвѣчая на запросъ по этому предмету восьми уѣздныхъ земствъ, коммиссія предлагаетъ собранію принять расходъ на эти курсы въ половинномъ размѣрѣ и ассигновать ходатайствующимъ о томъ 8 земствамъ 1,840 рублей. Признавая полезнымъ устроить при губернской управѣ книжный складъ, коммиссія для развитія этого дѣла проситъ собраніе, кромѣ уже ассигнованныхъ 1,000 руб.,-- ассигновать еще такую же сумму.

Таковы важнѣйшіе пункты доклада, представленнаго земскою коммиссіей въ курскую губернскую земскую управу. Осуществленіе предложеній коммиссіи поставитъ Курскую губернію въ дѣлѣ организаціи народнаго просвѣщенія на ту же высоту, на какой стоитъ губернія Московская.

Если въ сферѣ просвѣщенія народа совершается въ настоящее время еще небывалое въ Россіи движеніе впередъ,-- движеніе, чреватое неисчислимыми благими послѣдствіями, то совершенно иной характеръ имѣютъ измѣненія, происходящія въ экономической жизни народа. На нашихъ глазахъ въ сельскомъ быту совершается переворотъ; земледѣльческое населеніе, представлявшее собою въ теченіе нѣсколькихъ вѣковъ однородную массу, начало распадаться на группы. Съ каждымъ днемъ увеличивается какъ группа богатѣевъ, такъ и группа бѣднѣющихъ крестьянъ и, слѣдовательно, таетъ группа средняго крестьянства. Бѣднѣющіе крестьяне, вынужденные бросать хозяйство, обращаются въ батраковъ, ищутъ работы на сторонѣ, идутъ въ города, на фабрики, заводы. Одни находятъ работу; другіе, не нашедши ея, нищенствуютъ по необходимости. Такимъ путемъ разлагается самостоятельное крестьянское хозяйство, растетъ число безземельныхъ, разлагается вѣковая русская община. Этотъ бѣдственный для народа процессъ обезземеливанія пережила и Западная Европа, но тамъ онъ смягчался тѣмъ, что одновременно съ нимъ развивалась и мануфактурная промышленность, поглощавшая большую часть обезземеливавшихся. По многимъ причинамъ ростъ нашей мануфактурной промышленности далеко отстаетъ отъ роста предложенія труда; почему неизбѣжнымъ результатомъ сокращающагося числа крестьянскихъ хозяйствъ является ростъ нищенства, усиленіе заболѣваемости и смертности.

Недавно вышла интересная книга г. Гуревича: Экономическое положеніе русской деревни. Для сужденія о хозяйственныхъ дѣлахъ въ современной деревнѣ авторъ пользовался земскими статистическими сборниками нѣсколькихъ среднихъ губерній. Приблизительное сходство основныхъ цифръ, по справедливому заключенію автора, дало ему право распространить выводы изъ его работы на всю среднюю полосу Россіи. Цифры показываютъ, что уже въ настоящее время число дворовъ, бросившихъ земледѣльческое хозяйство, достигаетъ одной пятой; приблизительно такое же число дворовъ разбогатѣли на счетъ своихъ сообщниковъ-бѣдняковъ и обрабатываютъ землю уже съ помощью батраковъ, въ качествѣ которыхъ часто являются ихъ же сообщники. Классъ сдатчиковъ надѣльной земли непрестанно увеличивается, а "сильные" дворы забираютъ мало-по-малу въ свои руки надѣлы разоряющихся хозяевъ и открыто выступаютъ противъ общинныхъ порядковъ. И хотя къ съемщикамъ надѣловъ переходитъ лишь право владѣнія землей, но имѣется уже не мало фактовъ, показывающихъ возможность превращенія владѣнія въ собственность. Вмѣстѣ съ тѣмъ растетъ сельское капиталистическое хозяйство. Заключительныя слова работы г. Гуревича слѣдующія: "Семейная кооперація, деревенская община и натуральное хозяйство -- таковы основные элементы экономическаго строя Россіи въ прошломъ. Россія грядущихъ дней будетъ имѣть своимъ базисомъ крестьянскую буржуазію, земледѣльческій пролетаріатъ и капиталистическое сельское хозяйство".

Можно ли остановить этотъ бѣдственный для народа процессъ? Можно ли создать условія, благопріятствующія упроченію массы самостоятельныхъ крестьянскихъ хозяйствъ? Да, условія эти существуютъ, о нихъ уже тридцать лѣтъ говорила наша экономическая литература, многія изъ этихъ условій указаны недавними земскими отвѣтами на запросы министра земледѣлія о мѣрахъ къ улучшенію сельскаго хозяйства. Но, чтобъ остановить быстрый ходъ разрушенія самостоятельныхъ крестьянскихъ хозяйствъ, требуется цѣлая совокупность весьма радикальныхъ мѣропріятій, требуется рѣшительный поворотъ въ нашей традиціонной экономической политикѣ. Разсчитывать на такой поворотъ, по крайней мѣрѣ, въ ближайшемъ будущемъ, нѣтъ никакихъ данныхъ; что имѣется на-лицо -- такъ это лишь такія экономическія движенія, которыя только до извѣстной степени замедляютъ совершающійся у насъ процессъ капиталистическаго развитія. Въ числѣ этихъ движеній на первый планъ по своему значенію выступаетъ движеніе переселенческое. Переселеніе задерживаетъ процессъ разрушенія самостоятельныхъ крестьянскихъ хозяйствъ двумя путями: бѣднѣйшая часть крестьянства, составляющая главный контингентъ эмиграціи, становится снова въ благопріятныя для продолженія земледѣльческаго промысла условія; вмѣстѣ съ тѣмъ увеличиваются надѣлы оставшихся на родинѣ членовъ общины. Весь ходъ экономической жизни современной русской деревни пораждаетъ изъ года въ годъ ростъ переселенческаго движенія. Ничтожное по размѣрамъ еще лѣтъ двадцать назадъ, оно выражается въ сотняхъ тысячахъ переселяющихся за послѣдніе годы. Въ теченіе одной лишь весны текущаго года переселенцевъ за Уралъ насчитывалось около 200,000 душъ. Правительствомъ обращено уже серьезное вниманіе какъ на упорядоченіе эмиграціи, такъ и на облегченіе условій переѣзда эмигрантовъ. Но размѣры эмиграціи возрастали такъ быстро и, въ то же время, съ постройкой Сибирской желѣзной дороги, такъ рѣшительно измѣнялись эмиграціонные. пути, что правительство не успѣло еще установить порядокъ въ переселенческомъ движеніи. Отсюда -- безпорядочность движенія и масса страданій, переживаемыхъ переселенцами.

Каждую весну, какъ только начинается переселенческое движеніе,-- говоритъ Степной Край,-- постоянно приходится отмѣчать тѣ трудности, которыя испытываютъ переселенцы только въ силу того, что передвиженіе ихъ на пароходахъ и по желѣзнымъ дорогамъ не обставлено сколько-нибудь удовлетворительно.

Съ особенною силой неупорядоченность переселенческаго передвиженія сказалась въ послѣдніе два года, когда переселенцы направились на Сибирскую желѣзную дорогу. Хотя еще въ концѣ прошлаго года было извѣстно, что нынѣшнимъ лѣтомъ должны пройти болѣе двухсотъ тысячъ переселенцевъ, тѣмъ не менѣе всѣ переселенческіе пункты вдоль Сибирской желѣзной дороги, начиная отъ Челябинска и до Кривощековой, оказались почти такъ же мало подготовлены для пропуска такого громаднаго числа, какъ и въ прошломъ году. Что приходится въ силу этого переживать переселенцамъ, можно судить по слѣдующему сообщенію изъ Челябинска. Переселенческая волна съ наступленіемъ весны совершенно залила нашъ небольшой городокъ. На 10,000 жителей, вотъ уже двѣ недѣли, мы имѣемъ не менѣе 15 -- 16,000 переселенцевъ, кочующихъ между городомъ и вокзаломъ. Положеніе переселенцевъ ужасно; живутъ они подъ открытымъ небомъ, въ грязи (послѣ бывшихъ ливней), полуголодные и плохо одѣтые, съ массой ребятишекъ, копошащихся въ грязи и среди нечистотъ (всѣ отправленія происходятъ тутъ же на мѣстѣ). Вся эта масса народа, задержанная за неимѣніемъ въ распоряженіи управленія Зап.-Сибирской и. д. достаточнаго количества вагоновъ и паровозовъ для перевозки такого большого количества пассажировъ, расположилась на полѣ, тщетно пыталась укрыться въ холщевыхъ палаткахъ или подъ тюками своего багажа отъ дождя съ холоднымъ, пронизывающимъ вѣтромъ, какъ нарочно льющаго вотъ уже пять дней подъ-рядъ, а если къ этому прибавить еще, что значительная часть этого народа перебивается впроголодь, потому что не только въ столовой, существующей на переселенческомъ пунктѣ, но даже и у торговцевъ не хватаетъ, не говоря о щахъ, даже хлѣба, что не только кипяченой, но даже сырой воды нѣтъ по близости въ количествѣ, достаточномъ для утоленія жажды этихъ 15 т. душъ, то будутъ совершенно понятны причины огромной заболѣваемости и сравнительно большой смертности среди переселенцевъ. При подобныхъ условіяхъ и отсутствіи сколько-нибудь сноснаго питанія для больныхъ лѣченіе становится безполезнымъ занятіемъ, толченіемъ воды въ ступѣ. Особенно сильно распространяется и прямо господствуетъ дизентерія; въ настоящее время больными подобнаго рода заполненъ цѣлый баракъ, уступленный желѣзно-дорожной администраціей для помѣщенія больныхъ. Окрестности пропитаны зловоніемъ настолько сильнымъ, что обитатели желѣзно-дорожной станціи боятся открывать окна, а свѣжій человѣкъ можетъ проходить мимо переселенческаго табора только зажавши носъ. Очевидно, что движеніе переселенцевъ, хотя и ожидавшееся, застало челябинскій переселенческій пунктъ какъ бы врасплохъ: ни помѣщеній для защиты хоть бы отъ дождя, ни больницы, ни обширной и хорошо организованной столовой, ни отхожихъ мѣстъ съ хорошей дезинфекціей не оказалось, а эта непредусмотрительность прибавила цѣлое море страданій людямъ, гонимымъ нуждой изъ своей родины.

Новое Время, обращая вниманіе на тѣ разнообразныя затрудненія, съ какими встрѣчаются переселенцы на своемъ пути, справедливо указываетъ, что немалую долю въ переселенческую страду вносятъ наши желѣзныя дороги, для которыхъ "пассажиры IV класса" ни въ какомъ случаѣ не люди, а грузъ малой скорости, подлежащій доставкѣ по мѣрѣ возможности и желѣзно-дорожнаго досуга. Газета заимствуетъ со словъ мѣстныхъ органовъ печати о злоключеніяхъ переселенцевъ на Кіево-Воронежской жел. дор. Товарные вагоны для переселенцевъ на ст. Бахмачъ были безъ скамеекъ, многіе даже безъ верхнихъ оконныхъ отверстій, двери безъ всякихъ загражденій, что представляетъ большую опасность въ пути, такъ какъ при отсутствіи оконъ дверь приходится держать полуоткрытой. Въ этихъ-то вагонахъ должна была размѣститься вся масса въ 800 чел. сѣраго люда съ женщинами, дѣтьми и дорожнымъ провіантомъ. На вагонъ приходилось до 70 человѣкъ, хотя надпись на вагонѣ во всеуслышаніе гласитъ: "8 лошадей или 40 человѣкъ". Болѣе рѣшительные переселенцы очень энергично протестовали: "то се таке намъ дѣтей своихъ давыть тутечки!" -- слышалось отовсюду. Но, въ концѣ-концовъ, толпа, ворча и кряхтя, полѣзла въ вагоны, набивъ ихъ, какъ сельди въ бочки. Представьте же себѣ, что при такихъ условіяхъ совершается путешествіе въ нѣсколько тысячъ верстъ.

Харьковскія Губернскія Вѣдомости описываютъ печальное положеніе переселенцевъ даже въ такомъ крупномъ центрѣ, какъ Харьковъ: "Холодъ, грязь, жизнь впроголодь, тяжелыя болѣзни и громадная смертность дѣтей -- неразлучные спутники переселенцевъ. Есть семейства, которыя теряютъ во время пути всѣхъ дѣтей. Самая незначительная болѣзнь ребенка нерѣдко оканчивается смертью, благодаря тяжелой обстановкѣ, плохому питанію и отсутствію теплой пищи. Жители Харькова, которые теперь, отправляясь на дачи, имѣютъ случай часто посѣщать вокзалъ, могутъ во-очію убѣдиться, какова обстановка переселенцевъ и дѣтей ихъ, зайдя въ отдѣленіе 3-го класса. Если и теперь ужъ, на харьковскомъ вокзалѣ, наши сосѣди-полтавцы имѣютъ такой жалкій, истощенный видъ, то каковыми же они дойдутъ въ Акмолинскую область, мѣсто конечнаго ихъ пути? И не есть ли непремѣнный христіанскій долгъ всѣхъ тѣхъ городовъ, чрезъ которые проходятъ переселенцы, доставить имъ пріютъ на время остановки, отдыхъ, теплую пищу, кипятокъ? И неужели такой городъ, какъ Харьковъ, не найдетъ средствъ построить хотя баракъ (благо есть и пустырь противъ вокзала) для переселенцевъ? Нужно вѣрить, что добрые люди не откажутъ въ своей помощи этому дѣлу, не терпящему никакихъ отлагательствъ. Пусть каждый, у кого есть свои дѣти, пойдетъ и посмотритъ, въ какомъ положеніи находятся переселенческія дѣти на вокзалѣ, и, навѣрное, каждый, у кого не заглохли человѣческія чувства, скажетъ: "да, здѣсь мѣсто не разговорамъ, а активной помощи, кто чѣмъ можетъ!" На первое время необходимы: баракъ, помощь фельдшера, теплая нища, кипятокъ, возможность переселенцамъ размѣститься и отдохнуть, хотя на соломѣ во время остановки въ ихъ долгомъ пути".

На станціи Рославль, какъ сообщаетъ Орловскій Вѣстникъ, имѣлъ мѣсто слѣдующій фактъ. Начальникъ станціи Трумковскій нашелъ возможнымъ посадить партію переселенцевъ въ 240 чел. съ 150 пуд. клади въ четыре товарныхъ вагона. Протесты переселенцевъ не повели ни къ чему. Въ невозможныхъ условіяхъ и духотѣ переселенцы тронулись въ путь. Доѣхавъ до ст. Дубровка, они, наконецъ, надумались и отправили министру путей сообщенія телеграмму такого содержанія: "Просимъ обратить вниманіе: 165 переселенцевъ, кромѣ 80 дѣтей, помѣщены нач. ст. Рославль въ четыре приспособленныхъ вагона. Благодаря страшной тѣснотѣ и духотѣ, изнемогаемъ. Переселенцы". Изъ министерства, какъ говорятъ, былъ присланъ чиновникъ для разслѣдованія, и теперь на Рославльской станціи переселенцевъ уже не транспортируютъ, какъ товаръ. Къ этому извѣстію газета прибавляетъ, что переполошившееся желѣзно-дорожное начальство, предполагая, что телеграмма составлена кѣмъ-либо изъ служащихъ ст. Дубровки, учиняетъ розыскъ этого "неблагонадежнаго лица".

Мы сказали, что организація въ широкихъ размѣрахъ переселенія бѣднѣйшей части крестьянства является наиболѣе дѣйствительнымъ средствомъ для ослабленія процента разрушенія самостоятельныхъ крестьянскихъ хозяйствъ. Другимъ, хотя не столь могучимъ, тѣмъ не менѣе, достаточно важнымъ средствомъ къ той же цѣли были всѣ мѣропріятія, клонящіяся къ уменьшенію числа безлошадныхъ дворовъ. Съ лишенія лошади именно и начинается разрушеніе самостоятельнаго крестьянскаго хозяйства; изъ безлошадныхъ, далѣе, образуются бросившіе хозяйство и безземельные. На обширныхъ пространствахъ нашего отечества произведены изслѣдованія числа безлошадныхъ крестьянскихъ дворовъ и сдѣланы сопоставленія съ количествомъ ихъ лѣтъ десять назадъ, и всѣ же изслѣдованія показали значительный ростъ такихъ крестьянскихъ дворовъ, стоящихъ на границѣ окончательнаго разоренія и перехода изъ самостоятельныхъ хозяевъ въ батраки. По отдѣльнымъ уѣздамъ потеря въ количествѣ скота и ростъ безлошадныхъ достигаютъ громадныхъ размѣровъ. Напримѣръ, въ Казанскомъ уѣздѣ изъ 32,766 домохозяйствъ около половины, именно 13,464, оказались безлошадными; въ Мамадышскомъ уѣздѣ обнаруженъ переписью еще большій процентъ безлошадныхъ, именно около 44%. Конская перепись 1893 г. въ Саратовской губерніи выяснила фактъ существованія 85,118 безлошаднымъ хозяйствъ, что составляетъ 29,2% всѣхъ крестьянскихъ хозяйствъ въ губерніи. По отдѣльнымъ уѣздамъ размѣръ процента колеблется между 21 (Сарат. у.) и 44 (Кузнец. у.). Десять лѣтъ назадъ процентъ безлошадныхъ въ Саратовской губерніи не превышалъ 19. Какъ видитъ читатель, за десятилѣтіе число безлошадныхъ возросло на 33%. Въ Воронежской губерніи крупнаго скота убыло 28%, а мелкаго 43%' число хозяйствъ безъ рабочаго скота перешло уже за треть. Въ Пермской губерніи количество крестьянскаго скота значительно уменьшилось во всѣхъ уѣздахъ, за исключеніемъ лишь Чердынскаго. Въ трехъ же уѣздахъ: Екатеринбургскомъ, Камышловскомъ и Шадринскомъ получились, въ среднемъ выводѣ, слѣдующія цифры убыли: лошадей 36%, крупнаго рогатаго скота 34%, мелкаго скота 42%. Въ Вятской губерніи изслѣдованія по предмету убыли скота окончены въ 131 волостяхъ изъ 307, имѣющихся въ губерніи. Произведенныя изслѣдованія показали, что убыль рабочихъ лошадей достигла цифры 25%, а контингентъ безлошадныхъ дворовъ составляетъ уже 32%. но послѣдней военно-конской переписи оказалось, что изъ 10% милліоновъ крестьянскихъ хозяйствъ Европейской Россіи болѣе чѣмъ у 2`/2 милліоновъ нѣтъ ни одной лошади, т.-е. четвертая часть всѣхъ крестьянскихъ дворовъ не имѣетъ главнѣйшаго элемента для веденія самостоятельнаго земледѣльческаго хозяйства. Въ нѣкоторыхъ губерніяхъ (Кіевская, Полтавская, Подольская) число безлошадныхъ дворовъ превышаетъ половину ихъ общаго числа. Но даже если отбросить губерніи Малороссійскія и Новороссію, гдѣ въ большинствѣ случаевъ вспашка производится волами, то и тогда число безлошадныхъ крестьянскихъ хозяйствъ остальныхъ мѣстностей Россіи превзойдетъ шестую часть общаго числа домохозяевъ, а въ нѣкоторыхъ изъ этихъ губерній безлошадные дворы составляютъ болѣе четвертой доли всѣхъ хозяйствъ.

Вятское земство первое пришло на помощь безлошаднымъ. Уже два года оно производитъ операцію снабженія крестьянскаго населенія лошадьми и ведетъ ее очень успѣшно.

Закупку лошадей земство производитъ въ Сибири, для чего командируетъ туда ветеринарныхъ врачей. Въ 1894 г. каждая лошадь обошлась земству въ 34 рубля, а въ прошломъ году только по 32 рубля. Кромѣ того, губернская управа выдала уѣздамъ на ссуды безлошаднымъ крестьянамъ около 17-ти тысячъ рублей для покупокъ на мѣстныхъ базарахъ, а въ общемъ итогѣ на этотъ предметъ израсходовано 58,600 руб. Лошади выдаются крестьянамъ подъ условіемъ уплаты ихъ стоимости въ теченіе трехъ лѣтъ. Однимъ изъ самыхъ серьезныхъ вопросовъ представлялась исправность уплаты крестьянами этого долга, но оказалось на практикѣ, что и эта сторона дѣла довольно благополучна. Въ возвратъ уже посту. пило около 16-ти тысячъ рублей. Въ настоящемъ году на покупку лошадей губернскимъ собраніемъ вновь ассигнованъ изъ запаснаго капитала кредитъ въ размѣрѣ 30 т. руб., такъ что общая цифра кредита земства на этотъ предметъ превышаетъ 70 т. р., не считая въ томъ числѣ кредитъ, открытый нѣкоторыми уѣздными земствами изъ собственныхъ суммъ на покупку рабочихъ лошадей. Въ виду прекрасныхъ результатовъ сказанной операціи и безубыточности ея для земства можно думать, что и другія земства послѣдуютъ доброму примѣру вятской губернской земской управы.

Съ цѣлью предупредить тѣ неблагопріятныя экономическія условія, въ какія поставлено крестьянское населеніе Европейской Россіи, сибирская печать много удѣляетъ вниманія грядущему поземельному устройству Сибири. Государство является здѣсь исключительнымъ собственникомъ земли. Земля эта служила до сихъ поръ эмиграціоннымъ фондомъ; она заселялась переселенцами изъ Европейской Россіи. Продажа казенной земли въ частныя руки значительно ослабила бы для государства возможность надѣлять землей переселенцевъ, т.-е. элементъ, который стоитъ ближе къ землѣ и для котораго земля -- насущная потребность. Насажденіе на государственныхъ земляхъ помѣщичьяго землевладѣнія имѣло бы слѣдствіемъ спекуляціи землею. Спекуляція выразилась бы въ двухъ видахъ: одни собственники занялись бы перепродажей земли нуждающемуся въ ней сельскому населенію; другіе, смотря по обстоятельствамъ, нашли бы болѣе выгоднымъ спекулировать землею въ формѣ сдаванія ея крестьянамъ въ аренду. Въ результатѣ же, во всякомъ случаѣ, оказалось бы, что людьми, ведущими сельскохозяйственный промыселъ, явились бы лишь крестьяне, а собственники крупныхъ и среднихъ участковъ получали бы за это ренты. Ошибочно было бы думать, что крупныя помѣстья въ Сибири могутъ явиться сельско-хозяйственными школами для народа. Опытъ прошлаго и современныя экономическія условія края рѣшительно говорятъ противъ этого. Этотъ тезисъ сибирская печать многократно и солидно обосновала. Въ одномъ изъ послѣднихъ нумеровъ газеты Владивостокъ сообщается новая иллюстрація къ обсуждаемому вопросу. Какъ извѣстно,-- говоритъ газета,-- нѣсколько лѣтъ тому назадъ держалось у насъ вліятельное мнѣніе, которое считало, что для преуспѣванія края необходимо привить къ нему крупное землевладѣніе съ капиталистическими формами хозяйства. Предполагалось, что крупные землевладѣльцы заведутъ раціональную систему обработки земли, машины, дренажъ, искусственное удобреніе и проч. и явятся такимъ образомъ руководителями крестьянства по пути земледѣльческаго прогресса. На этомъ основаніи стали раздавать отдѣльнымъ лицамъ болѣе или менѣе крупные участки земли, и неизвѣстно, до какихъ предѣловъ дошли бы эти раздачи, если бы онѣ не были остановлены распоряженіемъ изъ Петербурга. Къ чему же привелъ сдѣланный опытъ? Дальше корейско-китайскаго способа обработки земли никто изъ созданныхъ правительствомъ помѣщиковъ не пошелъ; мало того: новосозданные лэндлорды находятъ наиболѣе выгоднымъ для себя лично вовсе не заниматься хозяйствомъ, а отдавать свои земли или исполу корейцамъ, или даже вовсе въ аренду. Такимъ образомъ, эта система плодила только тунеядцевъ, обогащающихся на счетъ чужого труда, безъ малѣйшаго съ ихъ стороны усилія поднять культуру, чѣмъ-нибудь отплатить за общее достояніе, выпавшее имъ на долю единственно благодаря несчастой ошибкѣ канцелярскихъ доктринеровъ. Этотъ фактъ -- фіаско крупнаго землевладѣнія -- особенно поучителенъ теперь, когда рѣшается вопросъ о судьбѣ стоверстной полосы по линіи желѣзной дороги. Достанется ли она цѣликомъ переселенцамъ-крестьянамъ, или для насажденія культуры будетъ предоставлено и неземледѣльцамъ широкое право на пріобрѣтеніе участковъ, которые они будутъ имѣть возможность отдавать въ аренду инородцамъ и своимъ, становясь лэндлордами, даже не имѣя историческихъ заслугъ послѣднихъ передъ своею страной? Будемъ надѣяться, что вопросъ рѣшится въ пользу крестьянина. Конечно, въ стоверстной полосѣ могутъ являться надобности и не для земледѣльческихъ цѣлей, а для нуждъ промышленности; но для фабрики и заводовъ потребуется слишкомъ незначительное количество земли, чтобы это могло играть роль въ рѣшеніи вопроса. Здѣсь,-- заключаетъ газета,-- въ новыхъ условіяхъ, гдѣ судьба дала намъ полную возможность безобидно для всѣхъ установить наиболѣе разумный экономическій порядокъ, мы не должны повторять старыхъ ошибокъ и слѣдовать предразсудкамъ, гибельные результаты которыхъ пришлось бы испытать въ самомъ близкомъ будущемъ. Сибирь не знала крѣпостного права и не знаетъ крупнаго землевладѣнія, и въ этомъ причина благосостоянія ея населенія и залогъ ея будущаго развитія.

Рядомъ съ эмиграціей сельскаго населенія за Уралъ идетъ также непрестанно эмиграція его изъ селъ въ города. Обезземелившіеся, всѣ бросившіе хозяйство за невозможностью прокармливать семью на надѣлѣ въ одну или 1 1/2 десятины и не нашедшіе работы дома и въ ближайшихъ окрестностяхъ -- идутъ искать работу въ города. Но далеко не всѣ находятъ ее здѣсь. Отсюда сильное развитіе за послѣднее время нищенства, бросающееся въ глаза даже самому ненаблюдательному человѣку. Нищенство -- зло само по себѣ -- порождаетъ еще другое великое зло: оно увеличиваетъ число дѣтей, растущихъ безъ всякаго призора, воспитанія и при условіяхъ крайне благопріятствующихъ развитію всякихъ преступныхъ наклонностей. Нѣтъ сомнѣнія, что возрастающее количество преступленій въ нашихъ городахъ находится въ тѣснѣйшей связи съ этимъ бѣдственнымъ явленіемъ. Изъ безпріютныхъ дѣтей и формируются, главнымъ образомъ, кадры профессіональныхъ воровъ. Нельзя сказать, чтобъ общество отнеслось вполнѣ равнодушно къ судьбѣ безпризорныхъ дѣтей. Во многихъ городахъ организованы уже спеціальныя благотворительныя учрежденія съ цѣлью пріютить безпризорныхъ дѣтей. Принимаются эти дѣти также въ устраиваемые обществомъ "дома трудолюбія". Наплывъ дѣтей въ нѣкоторыя дома трудолюбія такъ великъ, что дѣти превышаютъ число взрослыхъ, вслѣдствіе чего приходится давать дому трудолюбія организацію примѣнительно къ нуждамъ дѣтскаго и отроческаго возраста. Такъ, напримѣръ, въ виду преобладанія дѣтей въ вятскомъ домѣ трудолюбія, организаторы его дали ему характеръ профессіональной ремесленной школы для обученія заброшенныхъ подростковъ разнымъ ремесламъ. Но сколько благородной энергіи ни проявляетъ частная иниціатива для призора безпріютныхъ дѣтей, она оказывается далеко не достаточна. Даже въ тѣхъ городахъ, гдѣ это дѣло идетъ наиболѣе успѣшно, мѣстныя благотворительныя общества не въ состояніи пріютить и десятой доли несчастныхъ заброшенныхъ дѣтей, обреченныхъ на безъисходную нужду, холодъ, голодъ и преступленія. Городскія общественныя управленія заслуживаютъ въ этомъ дѣлѣ большого упрека. Они почти совершенно не обращаютъ вниманія на бѣдственное положеніе заброшенныхъ дѣтей, на это большое соціальное зло. Между тѣмъ забота о призрѣніи безпріютныхъ дѣтей составляетъ ихъ прямое дѣло. Этотъ же упрекъ высказываетъ кіевская газета Жизнь и Искусство Кіеву. Ни въ одномъ городѣ нашего обширнаго отечества,-- говоритъ газета,-- нѣтъ такого огромнаго количества бродячихъ, безпризорныхъ дѣтей, какъ въ Кіевѣ. Почти вся эта масса дѣтей выросла преимущественно на окраинахъ города: Соломенкѣ, Лукьяновкѣ, Шулявкѣ, Юрковицѣ, гдѣ проживаютъ большею частью люди бѣднѣйшаго класса, перебивающіеся изодня въ день. Эти люди, еле добывающіе свое дневное пропитаніе, мало заботятся о будущности своихъ дѣтей; они едва прокармливаютъ ихъ до 7--8-лѣтняго возраста, а затѣмъ отпускаютъ ихъ на произволъ судьбы. Покинутыя дѣти бродятъ по улицамъ и закоулкамъ босыя, оборванныя, грязныя, голодныя, до тѣхъ поръ, пока попадутъ въ различныя трущобы и притоны разврата. Въ юношескомъ воспріимчивомъ возрастѣ они вскорѣ научаются всѣмъ хитростямъ и мошенническимъ пріемамъ и превращаются въ настоящихъ жуликовъ. Немудрено, поэтому, что въ Кіевѣ малолѣтніе воришки и карманники цѣлыми стаями шляются по базарнымъ площадямъ, на толкучемъ рынкѣ и въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ предполагается наибольшее скопленіе народа. Что же сдѣлалъ Кіевъ для предотвращенія или, по крайней мѣрѣ, ослабленія этого зла? Ничего или почти что ничего. Если исключить общество дневныхъ пріютовъ, преслѣдующее свои спеціальныя задачи, то въ городѣ имѣется только одно учрежденіе, въ сферу дѣятельности котораго входитъ забота о безпризорныхъ бродячихъ дѣтяхъ. Здѣсь имѣется въ виду кіевская исправительная колонія. Но, во-первыхъ, мыслимо ли, по силамъ ли одному этому учрежденію уврачевать давно наболѣвшій вопросъ о бродячихъ, безпризорныхъ дѣтяхъ, а во-вторыхъ, что самое главное, чтобы попасть подъ опеку колоніи, нужно совершить преступленіе. Но и помимо этого,-- какъ справедливо замѣчаетъ газета,-- общественный интересъ не можетъ примириться съ постановкой такого важнаго дѣла, какъ дѣло о безпризорныхъ дѣтяхъ, на почву простой филантропіи. Необходима соотвѣтствующая законодательная регламентація, необходима уже хотя бы потому, что изъ этого-то контингента обездоленнаго юношества являются общественные отбросы, которые впослѣдствіи наполняютъ собою тюрьмы. Общество смотритъ или по крайней мѣрѣ должно смотрѣть на подрастающее поколѣніе какъ на разсадникъ будущихъ общественныхъ работниковъ. Общество поэтому заинтересовано въ томъ, чтобъ эти будущіе работники были и физически, и морально, и умственно достаточно подготовлены къ успѣшному выполненію той или иной полезной роли въ общественной жизни, соотвѣтственно его запросамъ и потребностямъ. При наличности же условій, въ которыя поставлено дѣло попеченія о безпризорныхъ дѣтяхъ, всѣ эти надежды и чаянія безпрепятственно сводятся на нѣтъ. Вслѣдствіе этого и вырастаютъ дѣти улицы, дѣти алкоголики, дѣти преступники и т. п., и общество, не заботившееся о нихъ ранѣе, безстрастно караетъ ихъ, когда они дошли до скамьи подсудимыхъ.

Число учрежденій для призора безпріютныхъ и заброшенныхъ дѣтей, созданныхъ исключительно частной иниціативой, увеличилось на дняхъ еще однимъ таковымъ же учрежденіемъ, организованнымъ въ городѣ Сумы. Учредительницею его явилась вдова потомственнаго почетнаго гражданина М. М. Суханова, пожертвовавшая 50 т. на содержаніе пріюта и усадебное мѣсто съ обширнымъ зданіемъ, садомъ и паркомъ. Всѣ расходы по первоначальному обзаведенію убѣжища приняты учредительницею также на свой счетъ. Убѣжище помѣщается въ живописной мѣстности, на такъ называемой "Сухановской" дачѣ, возлѣ рѣки Пела. Призрѣваемыя дѣти обучаются здѣсь закону Божьему, русскому языку, ариѳметикѣ, чистописанію и различнымъ ремесламъ.


И. Иванюковъ.


"Русская Мысль", кн.VIII, 1896