# Письма Александру Дехтереву

Александр Самойлович Изгоев

Александр Изгоев.


Письма Александру Дехтереву


## 1.


21.VII.1930 г. Прага.


Многоуважаемый

Александр Петрович!

Благодарю Вас за Ваши добрыя слова и ото всего сердца желаю

процветания Вашему прекрасному делу.

Статья Ваша переслана мною редактору "Руля" И. В. Гессену, от которого

и зависит ее дальнейшая судьба.

С искренним уважением


А. С. Изгоев.


## 2.


18.VII.1931 г. Прага.


Многоуважаемый

Александр Петрович!

Спешу известить Вас, что Ваша брошюра, как и Ваше письмо, мною

получены, за что приношу Вам свою искреннюю благодарность. При первой

возможности прочту ее и постараюсь, насколько могу, посодействовать Вашему

прекрасному делу.

Примите уверения в моем глубоком уважении.


А. С. Изгоев.


## 3.


2.VIII.1931 г. Прага.


Простите, многоуважаемый Александр Петрович, что только теперь собрался ответить Вам на письмо от 21.VII. Был в отъезде. Много никчемной, но как будто необходимой, работы и суеты. Хотелось раньше, чем писать Вам, прочесть Вашу книжку и рассказ, и подумать над ними. Вы напрасно полагаете, что мысли о своей "ненужности" и необходимости "кислорода" свойственны только жителям нынешней глухой русской "провинции". Оне присущи, поверьте, и тем людям, которые, как Вам кажется, живут в лучших условиях и имеют возможность что-то делать. Мнимые возможности! За ними та же самая горечь, что у Вас. Быть может объективный наблюдатель поправит Пильняка: не Россия та страна, где люди так чувствуют свою ненужность, а русские такие люди, что особенно остро ее чувствуют. Суть от такой перестановки, конечно, не изменяется. Впрочем, простите! Я взялся за перо не для того, чтобы удручать Вас своею философией.

О Вашей книжке я попытаюсь кое-что напечатать -- но теперь всегда надо делать оговорку: не знаю, поместят ли. Как я писал Вам еще с год или два тому назад, я не вхожу в состав редакций ни одной из русских газет и потому мое влияние на помещение в них статей и раньше было незначительным. Теперь же, после редакционных изменений в "Руле" оно там совсем отсутствует. Я не могу, поэтому, взять на себя рекомендацию в "Руль" тех или иных вещей. Я мог бы передать Ваш очерк А. Л. Бему *), являющемуся, наоборот, влиятельным членом редакции. Но его, к сожалению, в данное время нет в Праге, и когда он приедет -- не знаю. Решил переслать Вам рукопись обратно.

Видя в Вашем обращении ко мне знак доверия, хочу ответить Вам на него доказательством искреннего уважения. Я -- не критик и в беллетристике мало понимаю. Это -- не моя специальность и на мое мнение обращать внимания не следует. Но выскажу его Вам откровенно. В Вашем рассказе некоторые части показались мне ненужно-длинными. Эти длинноты можно, впрочем, удалить почти механически. Другое мое замечание более серьезно. Рассказ задуман и начат в виде интересного психологического этюда об одинокой оттолкнутой душе ребенка, а сведен к чисто фактическому внешнему повествованию о внешнем устройстве им своей жизни. Самого интересного, как он нашел себе отца, Вы, собственно и не коснулись. Если бы Вы изобразили это, рассказ вышел бы очень значительным, теперь же он меня не удовлетворил. Но, повторюсь, я не критик и считаться с моими замечаниями не стоит.

Дружески жму Вашу руку


А. С. Изгоев.


*) Александр Людвигович Бем -- литературный критик (примечание А. П. Дехтерева).


А. П. Дехтерев. Наиболее примечательные письма ко мне. Том первый. Lietuvos mokslų akademijos Rankraščių skyrius. F. 93-230. Л. 48--50.


Подготовка текста -- Павел Лавринец (Вильнюс), 2010.

Сетевая публикация -- Русские творческие ресурсы Балтии, 2010.