# Красавец-мужчина в Сибири

Николай Михайлович Ядринцев

(Театральный фельетон).

## КРАСАВЕЦЪ-МУЖЧИНА ВЪ СИБИРИ.


(ТЕАТРАЛЬНЫЙ ФЕЛЬЕТОНЪ).


Мы только что видѣли на Петербургской сценѣ новую пьесу Островскаго "Красавецъ-мужчина". Пьеса эта вызвала уже сужденіе критики и можетъ быть многихъ неудовлетворила простотою своей фабулы. Кто познаетъ, что не слѣдуетъ увлекаться красивою внѣшностью и что подъ красивымъ цвѣткомъ скрываются нерѣдко ядовитыя свойства, для этого не стоило писать драму.

Но художникъ вѣроятно и не имѣлъ въ виду мораль, хотя нѣкоторые изъ героевъ пьесы черезчуръ много распространяются на счетъ этой простой истины. Драматургъ собственно взялъ жизненное явленіе, драму повторяющуюся въ современной жизни быть можетъ чаще, чѣмъ когда либо.

Финалъ подобныхъ драмъ можно видѣть въ окружномъ и уголовномъ судахъ. "Красавецъ Мужчина" Островскаго собственно кандидатъ въ Сибирь, и съ этой стороны онъ На съ заинтриговалъ.

Исторія красавца есть исторія многихъ уголовныхъ героевъ, это похожденія ловкаго человѣка, обладающаго счастливою наружностью и способностью завоевывать расположеніе общества. Красавецъ этотъ съ жизненной смѣтной, онъ не только красивый мужчина, по и ловкій практикъ, человѣкъ свѣтскій съ приличными манерами, могущій быть принятымъ въ аристократическомъ кругу, столичный пріятель и товарищъ въ компаніи у Бореля, участникъ всѣхъ пикниковъ, хорошій партнеръ въ винтъ и штосъ, завзятый театралъ, знатокъ жизни въ ея обыденномъ кругу, знатокъ до того, что умѣетъ всегда воспользоваться чужими слабостями, пороками и даже чужими добродѣтелями въ свою пользу. Словомъ, этотъ мужчина понялъ смыслъ жизни, въ ея тривіальномъ значеніи. Чтобы быть счастливымъ, надо кушать черносливъ, иначе имѣть деньги, и чѣмъ больше тѣмъ лучше,-- добывать ихъ слѣдуетъ всякими средствами. Въ сферѣ практической, матеріальной, нельзя сказать, чтобы онъ ошибался, онъ понялъ одну изъ жизненныхъ пружинъ, которою стремился овладѣть съ настойчивостью и энергіей.

У него выработана своя стратегія: чтобы замаскировать цѣль, нужно прикрываться чистыми стремленіями, изображать изъ себя честнаго человѣка, преданнаго мужа, самоотверженнаго любовника; если бы онъ служилъ, онъ былъ бы отличнымъ, аккуратнымъ и услужливымъ чиновникомъ, при извѣстномъ образованіи онъ можетъ прикрыться всякой профессіей, блестящаго Марса, моднаго адвоката и т. п. До времени онъ прекраснѣйшій человѣкъ не для однѣхъ женщинъ.

Неумѣренныя требованія, слишкомъ неосторожная, азартная игра и скользкій путь выдаютъ его. Онъ ловится впослѣдствіи въ своихъ экскурсіяхъ и запутывается въ сѣтяхъ и планахъ. Если онъ можетъ быть уличенъ дѣвицею, понявшею его игру и крапленныя карты, тѣмъ болѣе этотъ красавецъ можетъ быть пойманъ всякимъ товарищемъ прокурора, который найдетъ, что игра зашла далеко, что въ данную минуту болѣе удобно вывести порокъ наружу и не продолжать съ нимъ компаніи у Бореля (тѣмъ болѣе, что Борель нашелъ достаточныя основанія не давать счастливцу болѣе кредита). Тогда откроются глаза у всего общества. Знакомые узнаютъ, отъ какого хитраго и негоднаго человѣка они получали бонбоньерки (кстати возвратить ихъ будетъ уже невозможно, ибо конфекты съѣдены), добродѣтельная супруга, вышедшая замужъ за красавца и вручившая ему состояніе, какъ премію за любовь, узнаетъ, что онъ тайно увозилъ фракъ въ салфеткѣ, показываясь въ мѣстахъ, куда непринято являться женатымъ людямъ. Красавецъ Островскаго тоже куда-то ѣздилъ въ Москву. Словомъ, открывается ужасная житейская драма. Начинается разборъ дѣла, выплываютъ дутые векселя, фальшивые счеты, растраты, фигурируютъ цѣлыхъ три француженки, и одна неизвѣстно гдѣ доселѣ скрывавшаяся благородная вдова. Словомъ, положеніе становится столь осложненнымъ, что нѣсколько старыхъ пріятелей при всемъ усиліи спасти человѣческую душу и объяснить всю исторію весьма обыкновеннымъ увлеченіемъ, стремленіемъ пользоваться цвѣтами жизни, въ чемъ они убѣждаютъ даже собственнымъ примѣромъ, все-таки ничего не могутъ сдѣлать. Прокуроръ, судъ и Сибирь являются неизбѣжными послѣдствіями. Эти слова прозвучали и въ драмѣ Островскаго. "Судъ" и "Сибирь" правда не выступили на сцену даже послѣ 4 дѣйствій и 5 картинъ. Мы видѣли только одну угрожавшую кару красавцу -- щипцы, поднятые надъ нимъ оскорбленною женскою добродѣтелью и горячую обвинительную рѣчь супруги, дрогнувшую смягченіемъ, если супругъ возвратится на путь вѣрности. По рѣчь прокурора все еще была впереди.

Сибирь въ драмѣ жизни все таки неминуема. Тогда начинается 5-е дѣйствіе и 6-я картина, которую мы не видимъ у Островскаго, по видимъ въ жизни. Драматургъ заканчиваетъ пьесу отчаяніемъ героя, но это отчаяніе пройдетъ. Герой-красавецъ встанетъ съ дивана, куда онъ упалъ со стыдомъ и поправитъ свою красивую прическу. Нѣсколько блѣдный и томный, съ видомъ страдальца, для многихъ женщинъ онъ останется весьма интереснымъ, и можетъ быть на свѣтѣ найдется еще не одна Зоя.

Мы видѣли этихъ героевъ въ Сибири и хотимъ сказать нѣсколько словъ о ихъ дальнѣйшей судьбѣ для психологовъ. Жизнь для героя не прекращается ссылкою, если онъ еще молодъ, то остается многое впереди. Жить нужно вѣдь хоть по необходимости, красавецъ не отстанетъ отъ пониманія жизни по-своему. Ни каминные щипцы, ни прокуроръ, ни Сибирь, не отрезвятъ его и по искоренятъ прежнихъ вкусныхъ привычекъ и инстинктовъ. Онъ явится съ помятымъ лицомъ, въ помятомъ фракѣ, въ другой средѣ, по въ томъ же человѣческомъ обществѣ, съ его слабостями. Это будетъ губернскій сибирскій городъ, въ которомъ есть также свое свѣтское общество, есть свои юпитеры-филантропы, которымъ можно польстить и завоевать расположеніе, есть чувствительныя губернскія дамы, есть свои Зои, по есть также театры, актрисы, игорные дома и цвѣты жизни, хотя и болѣе скромные, чѣмъ на Большой Морской. Начинается старая игра, въ 5-мъ дѣйствіи. Несчастный молодой человѣкъ ищетъ мѣста и профессіи, онъ желаетъ заняться честнымъ трудомъ, онъ ищетъ занятія статистикой, берется за ходатайство по денежнымъ дѣламъ, ищетъ мѣста въ конторѣ, въ контролѣ, въ банкѣ, охотно принимаетъ домашнее секретарство. Онъ такъ милъ, вѣжливъ и любезенъ. "Ахъ, онъ такъ красивъ, молодъ и несчастенъ!" говорятъ губернскія дамы и спѣшатъ съ своимъ состраданіемъ. "Надо дать молодому человѣку исправиться, говоритъ губернскій патронъ, онъ такъ уменъ и талантливъ, онъ все загладитъ!" И мужчина красавецъ начинаетъ пользоваться успѣхами, новая карьера и новая перспектива впереди, на самомъ дѣлѣ повторяется таже игра и тѣ же пріемы. Онъ дѣлается домашнимъ секретаремъ, и статистикомъ, и контролеромъ, и провинціальнымъ членомъ "Краснаго креста".

Сибирь новое поле для гешефтовъ и темныхъ аферъ. Здѣсь достаточно своихъ кулаковъ-монополистовъ, виноторговцевъ, банкротовъ, золотопромышленниковъ, кабатчиковъ и т. п. Какая благодарная почва! Здѣсь не знаютъ еще фальшивыхъ конкурсовъ, дутыхъ векселей -- всему этому можно научить и цивилизовать.

Мы знаемъ многія изъ похожденій указанныхъ героевъ, имъ везетъ никакъ не менѣе въ Сибири. Сибирскій Островскій когда нибудь составитъ изъ этого продолженіе русской драмы. Бываетъ, что въ Сибирь къ герою пріѣзжаетъ несчастная Зоя: "Онъ тамъ теперь несчастенъ" скажетъ она. Эту Зою умолитъ несчастный красавецъ сдѣлать еще подвигъ, похлопотать за него, гдѣ слѣдуетъ и въ то же время для утѣшенія выпишетъ еще одну сострадательную душу.

Островскій весьма вѣрно угадалъ въ Зоѣ женскій инстинктъ: состраданіе и залогъ прощенія, иначе, вѣра въ человѣческую природу и склонность къ добру. Къ сожалѣнію, эта вѣра по ко всѣмъ красавцамъ приложима и не оправдывается на дѣлѣ.

У красавца-мужчины завелась новая игра. До времени она длится счастливо, довѣрчивое новое общество обольщено даже сильнѣе чѣмъ старое, гораздо болѣе искусное и опытное. Въ одно прекрасное утро однако физіономіи вытягиваются. Красавецъ обманулъ ожиданія и опять всѣхъ провелъ, да еще какъ! Статистикой не занимался, а образовалъ на счетъ статистическаго комитета статистокъ и кордебалетъ, подъ видомъ театральныхъ рецензій разобралъ губернскихъ актрисъ, въ контролѣ проконтролировалъ столъ у кассира, у кліентовъ произвелъ массу займовъ и увѣрилъ, что деньги передалъ начальству. Мало того, патронъ и благодѣтель, разъ возвращаясь домой, нашелъ, что у него пропали дѣловыя бу маіи и казенные бланки. Довѣріе къ домашнему секретарю зашло слишкомъ далеко. Въ это время возвращается къ мужу несчастная Зоя. Послѣ массы хлопотъ, она застаетъ новое паденіе и не поднимаетъ уже грозныхъ щипцовъ обличенія, а безнадежно рыдаетъ, ибо вся жизнь ея уже взята и принесена въ жертву.

Это и составитъ конецъ 5-го дѣйствія и 6-ую картину. Ахъ, сколько этихъ красавцевъ въ Сибири!


Добродушный сибирякъ.


"Восточное Обозрѣніе", No 3, 1883