# Из страны чудес и курьезов

Николай Михайлович Ядринцев

## ИЗЪ СТРАНЫ ЧУДЕСЪ И КУРЬЕЗОВЪ.


(ФЕЛЬЕТОНЪ).


Сибирь, бѣдная Сибирь наполнена цивилизаторами и тонерами всякаго сорта. Первые цивилизаторы и щеголи, которые берутся играть роль въ нашихъ городахъ, это -- цивилизаторы подневольные, уголовные герои, конечно; они дѣлятся на два тина: Кречинскихъ, болѣе ловкихъ, смѣлыхъ, и Расплюевыхъ, болѣе мелкихъ, трусливыхъ и гаденькихъ. Мы помѣщаемъ характерный разговоръ Расплюева съ Кречинскимъ по дорогѣ въ Сибирь, который самъ обрисуетъ то, о чемъ они думаютъ.

Расплюевъ (сидитъ, пригорюнясь, въ пересыльной тюрьмѣ, у окна). Ну, что же мы теперь будемъ дѣлать, Михаилъ Ивановичъ?... Пропадемъ! говорилъ я вамъ! Охъ, проклятая булавка! Вѣдь засудили!

Кречинскій. Молчи, баба! Ты всегда нюни распустишь. Говорятъ, не пропадемъ. Тамъ будетъ еще лучше. Мѣсто непочатое!

Расплюевъ (оживляясь). Михаилъ Ивановичъ, неужели не пропадемъ?.. Душечка, ангелъ, геній, позвольте ручку поцѣловать. (Въ раздумьѣ). А пенензы, пенензы, Михаилъ Ивановичъ, гдѣ возьмемъ? Поди, и бильярдовъ нѣтъ въ этомъ проклятомъ мѣстѣ!

Кречинскій. Всё, и бильярды найдутся, и друзья, товарищи, такіе же, какъ мы, закинутые судьбой. (Загадочно улыбаясь). Видишь это! (Показываетъ конвертъ изъ кармана и прячетъ).

Расплюевъ. Боже мой! Неужели на дорогу капиталецъ захватили?..

Кречинскій. Дуракъ! это лучше капитала: рекомендательное письмо къ одному человѣку. Онъ изъ нашихъ и занялъ при одномъ лицѣ отличное положеніе, просто всѣмъ ворочаетъ. Тоже черезъ женщинъ прошолъ. Вотъ онъ-то насъ и устроитъ. Онъ введетъ въ общество, познакомитъ.

Расплюевъ. Благодѣтель Михаилъ Ивановичъ, да вы золото, вы неоцѣненный благодѣтель! Да могъ ли, могъ ли я послѣ этого съ вами въ Сибирь не пойдти? Да, да, да... если бы меня судомъ не приговорили, я бы самъ, самъ пошолъ бы въ судъ и сказалъ... "Господа, я безъ благодѣтеля не могу"! Такъ протекція, вы говорите...

Кречинскій. Молчи! Онъ всѣхъ пристроиваетъ, не мы первые. А ты вотъ что прими къ свѣдѣнію. Ты долженъ говорить, что я графъ Кречинскій (кажется, такіе были!), что сосланъ за дуэль, что я хотѣлъ увезти дочь посланника...

Расплюевъ. Позвольте, Михаилъ Ивановичъ, кто же, то есть, это на дуэль-то васъ вызвалъ: она, или посланникъ?

Кречинскій. Молчи, не перебивай, пустая голова! У меня огромное состояніе, понимаешь? Имѣніе въ Бѣловѣжскихъ лѣсахъ, изюбри, дичь въ паркахъ. Доходъ громадный.

Расплюевъ. Михаилъ Ивановичъ, неужели всё это правда? Вы такъ хорошо разсказываете, что, ей Богу, хочется вѣрить.

Кречинскій. Мнѣ высылаютъ постоянно доходы съ имѣнья, у моей бабушки два милліона, и я одинъ наслѣдникъ, съ пріѣзда мнѣ нуженъ кредитъ, издержался...

Расплюевъ (свиститъ). Такъ вотъ что! кредитъ! старая исторія! Но кто же намъ повѣритъ?!...

Кречинскій. Не твое дѣло; ты, знай, разсказывай, а повѣрятъ, или нѣтъ,-- это мое дѣло. Ты самъ,-- кто ты такой? Ну, положимъ, ты банковый герой. Управлялъ банкомъ, какимъ? ну, тамъ... одесскимъ, ростовскимъ, московскимъ, что ли. Заправлялъ, тратилъ тысячи на француженокъ, подошла ревизія, ты деньги въ карманъ. Ссылайте! У тебя также куча денегъ, но ты скупъ, сквалыга, ханжа...

Расплюевъ. Позвольте, Михаилъ Ивановичъ, гдѣ же у меня деньги?

Кречинскій. Будутъ. Нѣтъ денегъ,-- передъ деньгами. (Подумавъ). Нѣтъ! Какой ты чортъ кассиръ, кто тебѣ повѣритъ, что ты заправлялъ банкомъ и съ француженками. Не такая у тебя рожа! Знаешь, ты не кассиръ, а адвокатъ. Имѣлъ деньги, кліентовъ, растратилъ, завелъ 4 содержанки, двѣ жены и т. д. Ну, какъ обыкновенно... Довѣрители мерзавцы не хотѣли потерпѣть. Понимаешь? А главное, Расплюевъ, что грустно, ты дуракъ и пьяница!

Расплюевъ. Позвольте, Михаилъ Ивановичъ, это вѣдь ужъ обидно!

Кречинскій. Я боюсь за тебя. Ты неспособенъ къ дѣлу. Кинешься сейчасъ по трактирамъ, по буфетамъ, драки заведешь, то тебя побьютъ, то ты горчицей начнешь кого нибудь мазать...

Расплюевъ. Чтобы я васъ уронилъ, Михаилъ Ивановичъ, Боже сохрани! Прикажите! Рюмки не буду пить. Вотъ истинный Христосъ! Поить будутъ, не буду. Желаете, чтобы я адвокатомъ, извольте -- настоящимъ буду. Извольте приказать!

Кречинскій. Постой, не всё еще. У меня цѣлый проектъ. Мысъ тобой, Расплюевъ, люди передовые и должны просвѣщать Сибирь, внести цивилизацію. Понимаешь, прежде всего нужно заинтересовать сибиряковъ крупными предпріятіями, en grand. Банковое дѣло, желѣзныя дороги... Овсянниковъ уже положилъ этому начало. Итакъ мы проповѣдуемъ прежде всего желѣзную дорогу. Будемъ мы проповѣдовать ее не потому, что мы заинтересованы въ путяхъ сообщенія, чортъ съ ними! А потому, что здѣсь можно погрѣться. Дороги эти не дадутъ выгоды и барыша по эксплоатаціи. По важно стянуть къ намъ капиталъ, а онъ намъ создастъ аферу! Понимаешь!

Расплюевъ. Благодѣтель, Михаилъ Ивановичъ, геніальная головушка!.. Значитъ -- стянуть капиталъ. Какъ вы это хорошо выразились! Понимаю!

Кречинскій. Молчи, дуралей! Затѣмъ для Сибири необходимо развитіе банковаго дѣла. Для него у меня есть неоцѣненный человѣкъ -- каверза, юзъ, ханжа, брата и отца продастъ за грошъ, но геній по банковскимъ операціямъ, геніальный стратегъ и творецъ краховъ! Мы создадимъ себѣ кредитъ, разведемъ игру, пустимъ акціи, а потомъ крахъ!..

Расплюевъ. То есть денежки -- ату! ха-ха-ха! Благодѣтель, позвольте ручку поцѣловать!

Кречинскій (не слушая). Но прежде всего проповѣдь о цивилизаціи, эксплоатаціи богатствъ, вывозѣ, кредитѣ и т. д. Мы пишемъ передовыя статьи, рекламируемъ, захватываемъ въ свои руки печать, общественное мнѣніе и поворачиваемъ дурацкими головами, какъ хотимъ! Мы являемся въ общество во фракахъ, изящный французскій языкъ, манеры... Мы говоримъ объ операхъ, обольщаемъ женщинъ...

Расплюевъ. Михаилъ Ивановичъ, а какже-съ это? Вѣдь я женатый, дѣти, Михаилъ Ивановичъ...

Кречинскій. Да молчи ты, кто на тебя посмотритъ! Это мое дѣло. Чрезъ нѣсколько лѣтъ у насъ цѣлыя предпріятія и капиталы. Мы богачи. Фортуна устроена. А потомъ, потомъ, Расплюевъ...

Расплюевъ. Ну, а что, Михаилъ Ивановичъ, какъ насъ опять поймаютъ?..

Кречинскій. Съ чѣмъ?

Расплюевъ. Съ булавкой, то есть съ крахомъ...

Кречинскій. Пустяки! Въ Сибири мѣсто безопасное, страна непочатая. Новыхъ судовъ нѣтъ!

Расплюевъ. Значитъ, и игорный домъ мнѣ, Михаилъ Ивановичъ, можно завести!

Кречинскій. Вотъ ты всегда такъ прорвешься! Пойми, дуракъ, надо чинно и благородно. Вѣдь мы цивилизаторы. А тамъ между дѣломъ отчего и не поиграть на счастье, только на вѣрное.

Расплюевъ. Геній, геній, Михаилъ Ивановичъ, ура! Сибирь нестрашна, ѣдемъ въ нее! Душка Сибирь, прелесть! Какъ я ранѣе не догадался попасть сюда! ѣдемъ!

Конвойный (входя). Пожалуйте, господа, партія готова!

Такія сцены предшествуютъ цивилизаціи въ Сибири!


Добродушный Сибирякъ.


"Восточное Обозрѣніе", No 9, 1887 г.