# Сибирские инородцы, их быт и современное положение. H. М. Ядринцева. Спб., 1891 г

Николай Михайлович Ядринцев

Сибирскіе инородцы, ихъ бытъ и современное положеніе. H. М. Ядринцева. Спб., 1891 г. Изд. И. И. Сибирякова. Авторъ задался цѣлью познакомить читающую публику съ современнымъ бытовымъ и экономическимъ положеніемъ инородцевъ, населяющихъ Сибирь, указать на причины ихъ быстраго, прогрессивнаго вымиранія и на мѣры, которыя, по его мнѣнію, должны быть предприняты для прекращенія этого печальнаго соціальнаго явленія. Первыя страницы этого труда посвящены классификаціи сибирскихъ инородческихъ племенъ, причемъ авторъ останавливается на трехъ наиболѣе извѣстныхъ классификаціяхъ: Деникера (антропологическая), Фр. Мюллера (лингвистическая) и Оск. Пешеля (этнографическая). Въ слѣдующихъ главахъ идетъ довольно подробное изложеніе современнаго положенія инородцевъ: татаръ, вогуловъ, остяковъ, самоѣдовъ, калмыковъ и др. На основаніи точныхъ цифровыхъ данныхъ, авторъ констатируетъ фактъ почти полнаго экономическаго разоренія этихъ племенъ. Большинство изъ нихъ едва влачитъ свое жалкое существованіе и многія изъ тѣхъ племенъ, которыя въ прошломъ и въ началѣ нынѣшняго столѣтія отличались значительною матерьяльною обезпеченностью, теперь находятся въ состояніи крайняго экономическаго упадка. Главная причина столь печальнаго экономическаго положенія инородцевъ, по мнѣнію автора, заключается въ эксплуатаціи туземныхъ племенъ со стороны русскаго населенія. Благодаря умственной неразвитости инородца и его простодушной, дѣтски-наивной довѣрчивости, благодаря гражданской его необезпеченности, эксплуатація эта практикуется въ самыхъ безцеремонныхъ, хищническихъ формахъ и приняла за послѣднее время поистинѣ ужасающіе размѣры. Арендованіе за какіе-нибудь жалкіе гроши, а иногда и прямо грубый, наглый захватъ принадлежащихъ инородцамъ богатыхъ рыболовныхъ и звѣроловныхъ угодій и земельныхъ участковъ, цѣлая масса злоупотребленій при сборѣ податей, система кредита на такихъ условіяхъ, что инородецъ, разъ попавши въ качествѣ должника въ руки русскаго промышленника, уже не выходитъ изъ долговъ, почти поголовное спаиваніе инородцевъ при совершеніи съ ними различныхъ коммерческихъ сдѣлокъ, съ цѣлью сдѣлать ихъ податливѣе, уступчивѣе,-- все это самымъ откровеннымъ образомъ продѣлывается представителями высшей, культурной расы, которые, вмѣсто того, чтобы вносить въ невѣжественную массу инородчесскаго населенія истинный свѣтъ умственнаго и нравственнаго прогресса, только деморализируютъ его въ нравственномъ отношеніи и самымъ наглымъ образомъ обираютъ въ экономическомъ. Переходя затѣмъ къ вопросу о томъ быстромъ вымираніи инородцевъ, которое подтверждаютъ рѣшительно всѣ изслѣдователи сибирской жизни, аи торъ причинами его считаетъ "ухудшеніе быта, обѣднѣніе инородцевъ съ лишеніемъ прежнихъ угодій, оскудѣніе промысловъ рядомъ съ расширеніемъ потребностей, какъ послѣдствія сближенія съ народами культурными",-- словомъ, экономическое разстройство и обусловленныя этимъ разстройствомъ и отчасти низкимъ уровнемъ умственнаго развитія инородцевъ антигигіеническія и антисанитарныя условія ихъ жизни. При этомъ авторъ совершенно справедливо вооружается противъ того имѣющаго представителей, къ сожалѣнію, даже среди ученыхъ, взгляда, что сибирскіе инородцы, по самому складу своего ума и характера, по своей физической организаціи, представляютъ расу, не способную ни къ воспринятію высшей общечеловѣческой культуры, ни къ болѣе или менѣе успѣшной борьбѣ съ климатическими и физическими условіями своего существованія и вслѣдствіе этого неизбѣжно фатально обреченную на гибель, вымираніе и на очищеніе мѣста для другой, болѣе здоровой и сильной, болѣе культурной расы, а потому и всѣ мѣры, какія только можно предпринять для прекращенія этого вымиранія, будутъ недѣйствительны и совершенно безполезны. Авторъ старается доказать, что этотъ взглядъ не только жестокъ и антисоціаленъ, но что онъ, сверхъ того, и не наученъ, такъ какъ за существованіе у сибирскихъ инородцевъ способности къ цивилизаціи и прогрессу говоритъ цѣлая масса фактовъ изъ прошлаго и настоящаго инородческой жизни. Уже не говоря о томъ, что еще до завоеванія Сибири русскими среди инородцевъ были начатки земледѣлія и промышленности, въ настоящее время многіе изъ туземцевъ, живущихъ по сосѣдству съ русскими деревнями, перешли на совершенно осѣдлый образъ жизни и ничѣмъ не отличаются отъ нашихъ крестьянъ. "Наконецъ, спрашиваетъ авторъ, съ антропологической точки зрѣнія можно ли приравнивать къ племенамъ, осужденнымъ на вымираніе, расы переходныя, весьма близкія къ арійскому и кавказскому племени,-- близкія до того, что мы съ трудомъ иногда подмѣчаемъ переходныя ступени? Такою расой является желтая монголовидная раса, а затѣмъ саянскія, финскія и тюркскія племена, представители которыхъ и населяютъ собственно Сибирь". Останавливаясь, въ концѣ-концовъ, на вопросѣ о важности и необходимости образованія и просвѣщенія инородцевъ и подводя итоги тому, что сдѣлано въ этомъ направленіи русскими, авторъ съ сожалѣніемъ говоритъ, что со стороны русской народности, которая такъ беззастѣнчиво наживается на счетъ туземныхъ племенъ, почти ничего не сдѣлано для инородческаго образованія и пробужденія инородческаго ума. "Ни системы инородческихъ школъ, ни ихъ характеръ и задачи воспитанія не разрабатывались въ Сибири". Существующихъ школъ такъ мало, да и самое преподаваніе въ нихъ поставлено такъ неумѣло, такъ безпорядочно, что онѣ даютъ только какіе-то жалкіе обрывки знаній. А, между тѣмъ, какъ показываютъ оффиціальныя изслѣдованія школьнаго дѣла въ Сибири, среди инородческаго населенія нельзя отрицать ни охоты, ни способностей къ образованію. А потому система самаго широкаго народнаго образованія, преподаваніе въ школахъ на туземныхъ языкахъ, свободный доступъ дѣтямъ инородцевъ въ среднія и высшія учебныя заведенія, освобожденіе бѣдствующихъ инородческихъ племенъ отъ эксплуатаціи ихъ русскимъ населеніемъ, реформа въ сферѣ административнаго управленія и самоуправленія инородцевъ, распространеніе на нихъ полной гражданской равноправности,-- вотъ въ общихъ чертахъ мѣры, которыя, по мнѣнію автора, могутъ внести поистинѣ цивилизующее нравственное вліяніе въ среду инородческаго населенія, просвѣтить и снабдить его лучшими духовными и матеріальными благами и уничтожить многія ненормальныя явленія въ сферѣ экономическихъ и нравственныхъ отношеній русскаго и туземнаго населенія. Таково въ общихъ чертахъ содержаніе этой интересной книжки, представляющей серьезное, добросовѣстное научное изслѣдованіе современнаго быта сибирскихъ инородцевъ.


"Русская Мысль", кн.III, 1892