# Фрагмент из сборника духовных стихов с замечаниями П. И. Якушкина

Павел Иванович Якушкин

ФРАГМЕНТ ИЗ СБОРНИКА ДУХОВНЫХ СТИХОВ


С ЗАМЕЧАНИЯМИ П. И. ЯКУШКИНА


Взыде ты, человече, на Сионску гору


И послушай трубы велегласныя:


Труба истинно зовет, в небо шествие дает.


О, доколь ты, человече, не покаешься?


Пойми, человече, жития суету.


Что, зачем тебе слава мира суетного?


Се богатство твое здесь останется.


Во огнь веч<ный> отсюду пойдешь нескончаемый,


Несть смерти избавления богатством.


Аше хощеши избыти муки вечныя,


Сотвори дело достойно подаянием.


Двери царствия отверзены, что не входиши?


Чертог спасов изукрашен, что не чтиши ся?


Рай отверзен и изготовлен, что не кстишися?


А жених грядет к полунощи - венчати тя.


Ты возьми свешу светлу, преукрашену,


Вниди в радость, с женихом царствуй во веки!


Тамо нет болезни, ни рыдания, ни слез,


Но все радость и веселие бесконечное.


Тамо лоно Авраамово воспримет тя,


Света радость несказанная обнимет тя,


- Ангелы воспоют песни красныя,


Творец твари, всем владыка, во веки славится.


Тогда несть тебе к тому смерти во веки.


И всегда та радость будет непрестающая.


Птицы райския воспоют песни приятныя,


Древеса восшумят гласы дивными,


На чловек венцы у праведных возложатся,


В златотканыя ризы все одеются,


Яко солнце, лица их возблистаются,


Нет к тому там смерти во веки.


Но и ты благодаренье в песне вознеси:


Слава тебе, Христе боже, всех создателю!


Таковы некоторые из народных религиозных песен. Очевидно, что здесь


типический размер, тот самый, который употребляется вообще в народной поэзии


и составляет отличительную черту внешней формы народных песен великорусских.


Другие наши религиозные произведения написаны мерного прозою, иногда


рифмованной. Такова вирша об Адаме.


Праведное солнце в раю просветило.


Плакался Адам, перед раем стоя:


- Рай мой, раю!


Прекрасный мой раю сотворену бысть,


Евы ради раю заключену бысть.


Ева согрешила, Адама прельстила,


Весь род наш отгнала от рая святого;


Ум свой помрачила, во тьму погрузила.


Адам вопияше к богу со слезами:


- Боже милостивый, помилуй нас грешных!


Увы мне, грешному, увы беззаконному!


Уж я не слышу архангельска гласа,


Уж я не вижу и райския пищи.


Проговорила Ева, ко Адаму глаголя:


- Адаме, Адаме, ты мой господине,


Не велел нам бог жити во прекрасном рае


И ничто же вкушати от райския пищи.


Послал нас господь-бог на трудную землю


Нам хлеба вкушати от потного лица,


Нам праведно жити и зла не творити -


И брате любити господь спорядился.


Адам свободился, во Иордане крестился,


И мы, друзе и братие, присягнем мы ко божий церкви.


И ныне, и присно, и во веки веков аминь.


Одни вирши и песнопения написаны рифмованными двустишиями с третьим


полустишием, припеваемым два раза.


Потоп страшный умножался,


Народ весь испужался,


Гнев идет, гнев идет!


Видя воды многи люты,


Побежали в горы круты -


Там спасаться, там спасаться,-


В дебри воды наполнялись,


Все животы выбирались


На верх гор, на верх гор.


Лютось в зверях пременили,


Един другому не вредили,


Лев ловцам, лев ловцам.


Страхом сильным укротились,


Уста их не отворились


Тамо, там, тамо, там.


Все смотрели очевидно,


Как земли не стало видно,


Все вода, все вода


Все холмы покрывались,


Смерти люди предавались,


Ряд зверей, ряд зверей.


Крик великий подыяли,


Когда в воде утопали


В злой той час, в злой той час.


Кверху гласы выпущали,


Когда дух свой испущали


В смертный тот час, в смертный той час.


Все их силы прекратились,


Сами в воду повалились,


В тот потоп, в тот потоп.


Кои плавали водами,


Тех накрыло всех волнами,


Водой той, водой той.


Не всех творец истребляет,


Неких в ковчег затворяет,


Хранит впредь, хранит впредь.


Человек смотрел на звери,


Как отверсты смерти двери


За грехи их, за грехи их.


Горько плакали смотрявше,


Руки кверху все взды<ма>вше


Ко творцу всех, ко творцу всех.


Друг со другом обнимались,


В час последний разлучались


Друг с другом, друг с другом.


Отец с сыном тут прощались,


Мать со дщерью разлучались


В горький той час, в горький той час.


Вдруг увидели: волнами


Ковчег Ноев с сыновьями


Носит там, носит там!


Больно им, досадно стало,


Грех со злобою восстали


Пагубою, пагубою.


Вода горы все покрывает,


Людей всех истребляет


И зверей всех, и зверей всех!


Ной в ковчеге сохранялся,


Пока потоп продолжался,


И сыны с ним, и зверье с ним.


Ной печалился немало -


Ковчег водою подымало,


Водой той, водой той.


Страх великий наводило,


Как ковчег с шумом носило,


Как ковчег с шумом носило


Водой той, водой той.


В страхе смертном находились,


Когда тут с водой сразились


Ной с семьей, Ной с семьей.