# Албазин

Дмитрий Иванович Языков

АЛБАЗИНЪ, Русскій городъ, бывшій нѣкогда на рѣкѣ Амурѣ (см. это). Посланный въ 1638 въ Енисейскъ для отправленія военной службы Полякъ, или Литвинъ, Никифоръ Черниговскій, убилъ въ 1665 Илимскаго воеводу Обухова. Страшась наказанія, онъ съ соумышленниками своими бѣжалъ и пришелъ на р. Амуръ, гдѣ они поставили острогъ, который послѣ названъ Албазинскимъ, по имени одного Даурскаго князька, тамъ жившаго. На Дюгальдовыхъ картахъ Китайской Татаріи означена на томъ мѣстѣ, гдѣ стоялъ Албазинъ, рѣка Якса; но извѣстно, что изъ всѣхъ, въ Амуръ впадающихъ, самая ближняя отъ Албазина, находится въ двухъ верстахъ ниже онаго, и называется по-Китайски Ему-ли, а по-Русски Албачиха. Впрочемъ, Китайцы, какъ прежде г. Албазинъ, такъ и нынѣ пустырь онаго, называютъ Якса. Въ 1674 имѣлось уже описаніе Албазинскаго острога. Черниговскій, выстроивъ острогъ, увѣдомилъ о томъ Нерчинскаго воеводу, и отсылалъ къ нему собираемый ясакъ. Русское правительство, опасаясь, чтобы построеніемъ Албазина и сборомъ съ нѣкоторыхъ Тунгусовъ ясака не подать Китайцамъ повода къ непріятельскимъ дѣйствіямъ, отправило къ нимъ (1675) посланникомъ Грека Николая Спафарія (см. это), который между прочимъ далъ предписаніе, чтобы изъ Албазина, ни по Амуру, ни по р. Зіи, водою не ходили, съ живущихъ у послѣдней рѣки Тунгусовъ ясака не требовали, въ Албазинѣ жили спокойно, и оберегались отъ нападенія Китайцевъ. Не смотря однако же на это, Албазинцы вскорѣ послѣ начали опять дѣлать поиски для открытія новыхъ мѣсть внизъ по Амуру, и сбирать ясакъ съ тамошнихъ жителей, что и побудило Китайцевъ обратить на это вниманіе. Они начали (1683) приготовляться къ войнѣ. Русское правительство, узнавъ о семъ, прислало въ Албазинъ надежнаго начальника, Алексѣя Толбузина, который прибылъ туда въ Іюнѣ 1684. Черезъ годъ послѣ сего, Китайцы, въ числѣ 14 или 15,000, при 150 пушкахъ, осадили Албазинъ, гарнизонъ котораго состоялъ только изъ 450 человѣкъ при 9 пушкахъ, а острогъ укрѣпленъ былъ худо. Китайскій воевода потребовалъ сдачи и, не получивъ отвѣта, началъ канонаду. Храбрый Толбузинъ принялъ намѣреніе обороняться до крайности, надѣясь получить помощь изъ Нерчинска; но надежда его осталась тщетною. Въ первые дни осажденные лишились слишкомъ ста человѣкъ; деревянныя укрѣпленія не долго стояли противъ пушечныхъ и ружейныхъ выстрѣловъ; наконецъ не стало ни пороху, ни свинцу; тутъ всѣ жители просили воеводу начать переговоры о сдачѣ, съ условіемъ свободнаго пропуска въ Нерчинскъ. Китайцы сперва уговаривали Русскихъ переселиться на ихъ сторону: не болѣе 25 согласились на это; всѣ прочіе, гнушаясь предложеніемъ, отправились въ отчизну подъ предводительствомъ Толбузина, бывъ однако же лишены непріятелемъ всего имущества, кромѣ запаса, нужнаго для прохода до Нерчинска. Нерчинскій воевода Власовъ, видя несправедливость Китайцевъ и жалѣя о важномъ уронѣ, началъ помышлять о возвращеніи потеряннаго. Получивъ свѣдѣніе, что Китайцы сожгли Албазинъ и всѣ тамошнія Русскія селенія, но хлѣбъ въ полѣ оставили невредимымъ, онъ отправилъ туда опять Толбузина, подчинивъ ему Полковника Бейтона (см. это) съ 200 человѣкъ военныхъ; къ сему отряду присоединились многіе изъ бывшихъ Албазинскихъ жителей, что все вообще составило 671 человѣкъ при 5 мѣдныхъ и 5 чугунныхъ пушкахъ. Толбузинъ, пришедъ на мѣсто, въ слѣдствіе приказанія Власова, сперва сжалъ хлѣбъ, а потомъ заложилъ (25 Сент.) вновь Албазинъ на старомъ мѣстѣ, укрѣпивъ его землянымъ валомъ. Китайцы, узнавъ это, сперва начали безпокоить жителей, а потомъ (7 Іюля 1689) явились подъ Албазиномъ въ числѣ 7,000 человѣкъ съ 40 пушками, а въ Албазинѣ было не болѣе 736 человѣкъ. 1 Сент. сдѣлали они приступъ, но были отбиты съ большимъ сь ихъ стороны урономъ. Въ продолженіе сей осады, цынготная и другія болѣзни истребили Албазинскій гарнизонъ до того, что въ исходѣ Ноября осталось онаго не болѣе 150 человѣкъ; но величайшее для Албазинцевъ несчастіе было то, что мужественный начальникъ ихъ Толбузинъ былъ убитъ пушечнымъ ядромъ. Мѣсто его занялъ Бейтонъ, который искусствомъ своимъ и храбростію умѣлъ уничтожать всѣ непріятельскія покушенія; наконецъ, Китайцы, видя свою неудачу, перемѣнили осаду на блокаду, а въ началѣ Мая 1687 сняли и эту, отступивъ на 4 версты отъ города. Они были такъ учтивы, что предложили Бейтону прислать своихъ лекарей для пользованія больныхъ, если только объявятъ имъ число оныхъ. Храбрый Полковникъ, поблагодаря ихъ за это, отвѣчалъ, что не имѣетъ нужды въ лекаряхъ, ибо всѣ люди его въ самомъ лучшемъ здоровьѣ, а для доказательства, что у него и съѣстныхъ припасовъ много, прислалъ главному Китайскому воеводѣ пирогъ, вѣсомъ въ пудъ, который и принятъ отъ него съ благодарностію. Вскорѣ послѣ сего Русское правительство, желая прекратить несогласія съ Китайцами, назначило для сего Окольничаго Ѳедора Алексѣевича Головина. Пекинскій Дворъ, узнавъ о семъ, послалъ къ осаждавшему Албазинъ войску приказъ возвратиться на прежнія свои мѣста, что и было исполнено 30 Августа 1687. Головинъ, по прибытіи на мѣсто, началъ сношенія съ Китайскимъ правительствомъ, слѣдствіемъ коихъ было то, что мѣстомъ конгреса былъ назначенъ городъ Нерчинскъ, куда прибыли и Китайскіе уполномоченные. По заключенному тутъ 37 Авг. 1689 мирному трактату (см. Нерчинскій договоръ), между прочимъ Албазинъ уступленъ Китайцамъ, кои разорили его до основанія. Сими свѣдѣніями обязаны мы бывшему Исторіографу Миллеру. Подробности см. въ Академическихъ Ежемѣсячныхъ Сочиненіяхъ 1657, II.


Яз.


Энциклопедическій лексиконъ, т. I: А--Алм, с. 408--409