# Письма к Н. В. Гоголю

Николай Михайлович Языков

Гоголь Н. В. Полное собрание сочинений и писем: В 17 т. Т. 12: Переписка 1842-1844

М.: Издательство Московской Патриархии, 2009.


## 760. H. M. Языков -- H. В. Гоголю


<27 февраля 1844. Москва>


Только что я собрался было писать к тебе и уселся с пером в руках, как вот принесли мне твое письмо. Спасибо, трикраты спасибо тебе за неоставление меня твоими воспоминаниями обо мне и советами: советы твои бодрят меня, давая мне какую-то надежду на будущее, на лучшее, которого я так долго ожидаю, но которого ожидаю терпеливее с тех пор, как ты мне его обещаешь. Распоряжение моими утрами -- какое ты велишь -- сделаю и даже начну с завтрашнего дня; вижу, предчувствую, т. е. чувствую пользу его!!

Я уже писал тебе, что Боборыкин -- сей английский милорд -- не оправдал моих на него надежд по части доставления тебе книг: он не взял их от меня, отозвавшись тем, что едет в дилижансе, а прежде ведь сам вызвался: знай наших! Весною, вероятно, найдутся ездоки надежнейшие: я постараюсь исполнить твое желание еще более, чем тогда было можно; творений Святых Отцов, переведенных Троице-Сергиевой лаврою, -- теперь выходит третье издание за прошлый год -- и "Москвитянина" за 1843 пришлю; там есть отлично-прекрасная проповедь Филарета на осв<ящение> храма в оной лавре -- так, как в прибавлениях к переводам Св. Отцов, -- его же беседа на Благовещение и слово в 1-й день Пасхи!! Ты их прочтешь с большим удовольствием.

Если ты видишься с Копом, то поклонись ему от меня и поблагодари за все, что он для меня сделал; он старик препочтеннейший! Скажи ему, что нынешнюю зиму все припадки моей болезни гораздо слабее прежних, несмотря на то что я сижу взаперти!! Весна и некомнатный воздух, конечно, подействует на меня благодетельно-- и я авось-либо... мне хочется тут сказать "начну писать стихи", да боюсь обмануть самого себя... У нас, брат, теперь стихов пишется вообще несравненно меньше, нежели в прошлые, даже еще недавние, годы; вообще литературою занимаются очень немногие, и те крайне вяло и недействительно, или не видя на нее требования, или, может быть, чувствуя, что сами они не могут пробудить его по своей слабости!! Заметно и то еще, что новое поколение пишет по-русски хуже, нежели прежние или даже предшествующее; не умеет выражаться ясно (знак, что оно не имеет в голове мысли ясной), пишет варварским слогом и немецким складом (ему до того чужд дух языка русского) и что оно не знает или не хочет знать даже слов его!! Плохая надежда на будущее!!

На днях увижусь с Шевыревым и попрошу от него книгу, которую ты поручаешь ему вручить мне, и воспользуюсь ею, точно, как ты предписываешь.

Сердечно жалею, что тебе не ложилось в Ницце так, как ты предполагал, но ведь ты не просидел же всей зимы бездейственно, т. е. делал свое дело -- т. е. писал много!!

Надежда Николаевна Шереметева все еще больна: часто простужается; ведь она не щадит себя для других и забывает, что у нас не Италия: теперь же и очень -- пошли вдруг сильные морозы, перемежающиеся сильными же оттепелями. Нет ничего легче, как простудиться даже человеку привычному к суровому холоду.

Получил ли ты деньги и письмо мое, посланные в Ниццу в январе по русскому стилю?


Весь твой Н. Языков.


Февр<аля> 27 дня. 1844. Москва

Мой поклон Василию Андреевичу. Что "Одиссея"? Благодарю за "Наля и Дамаянти". "Ундина" лучше, ей-ей!!

Получил ли ты собрание слов от брата Петра Михайловича?


## 797. Н. М. Языков -- Н. В. Гоголю


<2 июня 1844. Москва>


Ты что-то давно не писал ко мне, мой любезнейший Николай Васильевич! Я даже не знаю, где ты теперь, куда поедешь на лето и что ты делаешь, т. е. делаешь ли свое дело?

Я продолжаю сидеть в Москве по-прежнему. Иноземцев не пустил меня съездить в Симбирск хотя бы на месяц: сижу и жду чего-то лучшего, собираюсь переехать на дачу, потому что у нас жары несноснейшие, и у меня в комнатах тем паче, потому что в мои окна с утра до ночи Феб смотрит! Не знаю, когда пошлю я тебе еще несколько книг, тобою требуемых: теперь как-то мало едут за границу, и к тому два мои благоприятеля, с коими я надеялся отправить к тебе с каждым по посылке, задержаны судьбою в Москве: Погодин упал с дрожек и так повредил себе ногу, что должен пролежать в постели месяца с два; еще не знают, переломил ли он ногу или только ушиб, или вывихнул? Таким-то образом и вся поездка его в чужие края не совершилась. Мельгунов снова занемог; он ведь жених; сосватал себе какую-то немочку в Берлине, стремился было к ней и в этом-то состоянии стал форсить, молодечничать, не взирать на северный ветер и холод и простудился на гулянье! Впрочем, ему опять лучше -- и он, конечно, скоро поспешит в путь! Напиши мне, как на тебя подействовал указ 15-го апреля 1844 г.? Не сделает ли он перемены в твоем пребывании в чужих краях и даже не принудят ли тебя возвратиться восвояси и пребывать в России? Посылаю тебе "Тригорское" -- по твоему желанию. Делай со мной что угодно, в твоей статье о современных русских стихотворцах -- все, что ты скажешь обо мне, будет мне сладко, и лестно, и праведно. Где же будет напечатана эта статья? Смею спросить, что твои "Мертвые души" и вообще писал ли что-нибудь с тех пор, как мы расстались в Гаштейне? Я написал несколько посланий и мелочей нынешнею весною; с меня довольно и этого, по слабости моего здоровья и на первый случай после долгого молчания.

Все мои родные и знакомые разъезжаются из Москвы по дачам или по деревням: я буду летом гораздо уединеннее, чем зимою, когда, собственно говоря, у меня уединения не было вовсе; если буду чувствовать себя бодрым, то и за стихи примусь; меня станут купать в соленой воде. Пиши ко мне об себе самом. Как ты, куда и где? Прощай покуда. Будь здоров.


Твой Н. Языков.


Июня 2 дня 1844. Москва.


## 813. H. M. Языков -- H. В. Гоголю


6-го июля 1844 г. Москва.


Неудивительно, что ты о сю пору не получил мною к тебе посланных; с частию этих книг, несмотря на то, что и взялась тебе доставит дама, да еще и немка, случилась история: оная дама потеряла адрес этим книгам, которого они теперь и дожидаются в Любеке, адрес послан уже, следственно можешь ты по этой части успокоиться, а другая посылка книг давно уже за границей: ее взяла г-жа А., которая давно уже сидит в Дрездене; взяла и обещалась переслать к тебе во Франкфурт. Чорт же ее знает, почему она это не делает! Вот тебе и дамы!

Я уже переехал на дачу. Погода сильно не благоприятствует сельским наслаждениям; ветры, дожди, сырость и проч., но все-таки я чувствую себя бодрее вне копченого воздуха столицы, хожу все-таки более, чем прежде, и хожу все-таки на чистом и свежем воздухе, который почитают лучшим лекарством особенно тех болезней, коим врачебная пачкотня и аптечные взвары, настойки и кашки мало помогают. Я поселился возле Зыкова, -- ты, вероятно, не знаешь это место: оно за Петровским парком, довольно уединенно, а между тем не вовсе пустынно или отшельнично; с моего балкона вижу гуляющую публику; московские розы и лилии мелькают передо мною и, так сказать, улыбаются мне. На даче пробуду до сентября.

Нынешнею весною я написал несколько стихотворений, большею частью послания и пришлю тебе образчики их в книжке, которая теперь печатается; это выбор из моих стихотворных дел -- прежних, новых и новейших: издание, как говорится, скопленье.

Погодин поправляется; говорит даже, что он скоро и в путь отправится, т. е. в Мариенбад; хорошо, если он отвезет тебе "Москвитянин" за 1843 и текущий годы. Книжку "Обозрение богослужебных книг Грекороссийской Церкви", я насилу отыскал в Москве; вот почему и не послал ее с Мельгуновым: ты получишь ее вместе с моими стихами. Прощай покуда. Будь здоров.


Твой Н. Языков.


## 829. Н. М. Языков -- Н. В. Гоголю


20-го августа 1844. Москва.


Только что теперь я отвечаю тебе на твое письмо от июня 14-го дня, но "да не смущается сердце твое": это предолгое молчание мое причинено единственно тем обстоятельством, что я в это время искал себе другой квартиры, и потому ждал, пока найду ее, чтобы написать тебе, куда тебе писать ко мне; и так пиши ко мне Арбату к Спасу на Песках, в дом Безменова. -- Теперь ты уже, конечно, получил хоть сколько-нибудь книг, из числа мною посланных,-- странна судьба этих посылок: одна особа, взявшаяся тебе доставить книги, довезла их до Любека да там и оставила, потому что потеряла адрес; чорт бы ее побрал! а другая давно уже сидит в Дрездене и адрес твой имеет и обещалась оттуда тотчас же по ее приезде переслать тебе мою посылку, да чорт ее знает зачем у ней дело стало!

Я не послал книг с Новосильцевым, потому что не имею чести знать его, а с Мельгуновым, потому что той книги, которую тебе надобно, тогда в Москве не нашлось, а теперь она у меня.

Собрания же моих стихотворений о сю пору еще нет в выходе; оно давно уже напечатано, да... причина: какая-то остановка в цензуре по тому случаю, что переменился ценсор. Как только получу оное, тотчас пришлю тебе, хотя нового тут для тебя почти что ничего, но все-таки. Погодин о сю пору не справится с ногою: сначала врачи думали, что нога его не переломилась, и только на всякий случай перевязали они ее в лубки и держали его шесть недель на постели, а теперь он уже и вставать может, т. е. ему позволяется вставать, а нога никуда не годится, и ходит он, если это значит ходить, на двух костылях с двумя вожатыми!!

У нас в литературе нового ничего: все тихо, плохо и худо по-старому и лучшего не предвидится!

Прощай покуда. На днях напишу тебе больше; теперь ей-ей некогда: перебираюсь на новую квартиру.


Твой Н. Языков.


## 855. Н. М. Языков -- Н. В. Гоголю


<14 октября 1844. Москва>


Отвечаю тебе на два письма одним: так пришлось, так и быть! Спасибо тебе за знакомство, которое ты мне доставил. Гр<афа> Ивана Петровича Толстого хвалят все благородные и добро-мыслящие люди: я постараюсь сойтись с ним. Книги посылать буду и через него; впрочем, не знаю еще, что придется послать тебе из нашей бедной литературы и из нашей Москвы, бедной литераторами. Я просил тебе у Погодина "Московский Вестник" за нынешний год; он обещал послать сам; прошлый 1843 г. он-де доставил Жуковскому, следственно, ты его видел. Твое письмо, то, в коем ты сердишься на Бецкого, самовольно выдавшего в публику твой портрет, я, для сильнейшего подействования, показывал Погодину и покажу Шевыреву. Им, кажется, не худо будет видеть и знать, нравятся ли тебе подобного рода, так сказать, спекуляции. Имеющий уши -- да слышит!

Я никак не понимаю о сю пору, куда же девались книги, посланные мною к тебе еще весною истекающего года? Посланные с г-жой Анненковой, те, кои ты получил, везла г-жа Ейндродт?

В Москву приехал Иван Васильевич Киреевский, пытавшийся взять на себя редакцию "Москвитянина". Было много съездов и переговоров, но все кончилось пшиком. "Москвитянин" будет издаваться и в 1845 <г.> и в прежнем основании. Жаль мне этого. И. Киреевский поднял бы его и дал бы ему весу и духу -- и дело вышло дельное, и пошло бы ходко. Деятельность И. Киреевского разбудила бы деятельность многих молодых и даже немолодых людей, дремлющих и зевающих теперь, потому только, что им не к кому пристать и не с кем идти.

Я посылаю тебе книжку моих стихов (кн<язь> Вяземский перешлет ее куда следует) -- это, брат, изданьице маленькое, тут кое-что не знаю как и не знаю зачем собрано; составлял его мой племянник Валуев. Я между тем собираю воедино все, что написал я в десять лет (1833--1843), и этою же осенью выдам и тебе пришлю. Мелыунов лечится водою, и водное лечение сильно ему помогает: бодрит, освежает, восстановляет его всего; зовет и меня на себе отведать Присницевой системы, уже смягченной и не требующей диеты столь спартанской, как у самого родителя водолечения! Не забудь написать мне, полезно ли оно А. О. Розети? Я ведь могу решиться еще раз съездить в немецкую землю, если будет надежда выздороветь порядком. Прощай покуда. Будь здоров.


Твой Н. Языков.


От тебя сильно ждут писем С. Т. Аксаков и H. H. Шереметева.

Октября 14 дня 1844. Москва.

Письма ко мне надписывай: в приход Николы Явленного, в Серебряный переулок, в дом Шидловской.


## 867. H. M. Языков -- H. В. Гоголю


<5 ноября 1844. Москва>


Отвечаю на твое письмо от 25-го окт<ября>. Радуюсь, что ты получил-таки книги, посланные мною с г-жою Анненковой. Продолжение переводов Св. Отцов пришлю тебе скоро -- через кн. Вяземского или через гр. Толстого, -- это продолжение идет, т. е. выходит, очень медленно: в 1844 году явилось только 2 книжки вместо обещанных 4-х, а 1844 г. уже на исходе! Жаль! и даже странно и непонятно, почему почтенные издатели таких общеполезных книг действуют так вяло: они расходятся у нас нельзя лучше!

С месяц тому назад послал я к тебе через кн. Вяземского книжку моих стихотворений; тут собрано кое-что из старинных и кое-что из новых и новейших: книжка вышла не в диво и плохая, ни то ни се -- но да не смущается сердце твое: я уже собрал и приготовил к поданию в цензуру все мои стихи, сочиненные с 1834 по 1845 г., -- выйдет книжка толстенькая и явится в начале будущего 1845 г. и к тебе во Франкфурт-на-Майне. Я совершенно согласен с тобою, что в моих стихах о сю пору повторяется прежняя мысль: пора приняться за дело, а самого дела все нет! Я вижу это и сам! Но это, брат, значит только то, что у меня есть только охота, и сильная охота, приняться за дело, а возможности приняться за дело еще нет. И теперь самое небольшое умственное напряжение производит или, лучше сказать, усиливает припадки моей болезни, так что мне, ей-Богу, нельзя порядочно и задуматься. Я же, с тех пор как живу в Москве, пью сарсинаривную <?> настойку, которая усиливает раздражение нервов и так далее и проч.

Мельгунов крайне доволен водным лечением, пишет о нем восторженно и сильно и меня зовет на свежую воду. Мне бы хотелось снестись с ним по этой части -- почему же и не испробовать: от Москвы до Рейна более, чем от Москвы же до Гаштейна! Но жаль, что я не знаю, куда писать к нему, он уехал уже оттуда, где лечился, а куда -- не сказал ясно.

Шевыреву я сообщил твой вопрос о твоем письме к нему: он писать к тебе будет на днях. Погодин в страшном горе: у него жена больна безнадежно, и он расстроен невыразимо отчаянно! И. Киреевский приготовляется к изданию "Москвитянина" на 1845 г. -- не откажись же ты исполнить мою просьбу, уважь ее, не порази, не бей меня, не бей меня.

Даю тебе обещание писать к тебе часто.

У нас зима начинается грозно: сегодня 16 гр<адусов> морозу -- 5-го ноября! Это много и рано! Зато слякоти нынешнею осенью было мало.


Твой Н. Языков.


Ноября 5 дня 1844. Москва.


## 877. Н. М. Языков -- Н. В. Гоголю


<Ноябрь 1844. Москва>


Водное лечение меня соблазняет: вчера я видел разительный пример Приснецева чудодействия! Человек, поехавший к нему едва движущимся, еле живым, испорченный долголетним аптечным и даже водным лечением в Питере, был у меня молодец молодцом, крепкий, краснощекий. Что ни говори, а этакой очевидный, так сказать, осязательный факт очень красноречиво говорит больному против того способа лечения, в котором он, несчастный, имеет честь находиться 10 лет! Правда, что я теперь пишу стихи, и пишу стихи, как мне кажется, не болезненные, что я во время этого писания вовсе забывал мои болезненные припадки, но зато во время отдыха я очень, очень чувствую и вижу, как сокрушительно действует на меня эта деятельность!! Не грех мне и призадуматься и подумать, что, может быть, есть на свете возможность восстановить меня покрепче и понадежнее теперешнего!!

Мельгунов писал в Москву, что водное лечение переродило его сызнова: он ведь и женился возрожденный только им -- он, которого тоже много лет пользовали знаменитейшие врачи и самые рациальнейшия системы врачевания... Так-то!

Хомяковы и Свербеевы тебе кланяются, брат мой Петр Мих<айлович> тоже; Елагины и Киреевские тоже.


## 880. H. M. Языков -- H. В. Гоголю


<2 декабря 1844. Москва>


Моя новая квартира мне вовсе не нравится; я в ней не усядусь, как бы мне надобно и как бы мне хотелось; предполагаю купить себе дом в Москве: тут я могу расположиться, разобраться, распрост<р>аниться и раскинуться, как мне будет любо и угодно: а это ведь важное дело для нашего брата стихотворца и для писателя вообще: привол, простор, вольготность и из этих трех обстоятельств изливающаяся жизнь, тихая и безмятежная, -- вот главное!

О "Москвитянине" на будущий 1845 год я распоряжусь вернее, нежели Погодин на 1844. Я не знаю, как ему не стыдно поступать с тобою так явно неосмотрительно и глупо и грубо. Пог<один> теперь находится в горе и отчаянии: у него жена умерла, и эта потеря сильно оцепеняет и убивает его. Жаль его! Мы, холостые словесники и люди, не можем и оценить, как велико его несчастие: на жене его лежала у него вся домашняя жизнь, и весь его быт ученый охранялся ее удивительною деятельностию и добротою: теперь Погодин один под небесами, и на руках у него маленькие дети!!

На днях был у меня М. С. Щепкин; о книгах, которых ты от него требуешь, пишет он к тебе сам, я же с моей стороны сделал в этом деле все, что мог: я показал ему строки твоего письма, до него касающиеся! Благодарю тебя за это знакомство; я буду стараться содержать его в должной силе и живости! Вообрази себе, что <я> не видывал Щепкина в "Ревизоре" -- и, вероятно, не увижу его уже нигде, кроме моей квартиры.

Я пишу стихи, расписываюсь -- пишу стихи и духовные и мирские; прилагаю здесь образчик первого рода. Тебе кланяются Свербеевы: они тебя помнят и любят, как подобает, и чтут воспоминание о твоем бывании на их вечерах. Елагины тоже. У Ив. Киреевского идет работа, и все наши московские собратья ему содействуют. Петр Васильевич уехал или заехал к себе в деревню и там уселся и засел и продолжает не издавать свое драгоценное и единственное собрание русских песен, т. е. пребывает с ними, глядит на них, ласкает их и ровно ничего с ними не делает. Это похоже на то, как поступают крысы с серебряными и золотыми вещами: они стаскивают их к себе в подполье, где этих вещей никто не видит, а сами крысы ими не пользуются. Но ведь крысы не берутся за не свое дело: не провозглашают себя собирателями и обнародователями своих драгоценных собраний!!

Переводов свят<ых> отц<ов> вышла и третья часть за 1844 год, все три части посылаю сегодня же к графу Толстому.

Как идет "Одиссея"?


Твой Н. Языков.


Декабря 2 дня. 1844. Москва.


## 760. Н. М. Языков -- Н. В. Гоголю


Впервые напечатано: Русская Старина. 1896. No 12. С. 617-619. Печатается по изд.: Переписка Н. В. Гоголя: В 2 т. / Вступ. ст. А. А. Карпова; сост. и коммент. А. А. Карпова и М. Н. Виролайнен. М., 1988. Т. 2. С. 379-381.

... проповедь Филарета на осв<ящение> храма... -- Слово по освящении храма Явления Божией Матери преподобному Сергию... говоренное синодальным членом Филаретом, митрополитом Московским // Москвитянин. 1843. No 1.

Что "Одиссея"? Благодарю за "Наля и Дамаянти". "Ундина" лучше, ей-ей!!-- Речь идет о переводе В. А. Жуковского "Одиссеи", а также о его стихотворной повести "Наль и Дамаянти" (переложение части древнеиндийского эпоса "Махабхарата", изд. 1844) и сказке "Ундина" (изд. 1837).

...собрание слов от брата Петра Михайловича?-- По просьбе Гоголя П. М. Языков делал для него записи областных слов, а также собирал этнографические и статистические материалы по Симбирскому краю и Поволжью вообще. Частично они сохранились в записных книжках писателя.


## 797. Н. М. Языков -- Н. В. Гоголю


Впервые напечатано: Русская Старина. 1896. No 12. С. 619-620. Печатается по изд.: Переписка Н. В. Гоголя: В 2 т. / Вступ. ст. А. А. Карпова; сост. и коммент. А. А. Карпова и М. Н. Виролайнен. М., 1988. Т. 2. С. 384-385.

...в Симбирск...-- Имение Языковых находилось в Симбирской губернии.

...указ 15-го апреля 1844 г. -- Указ Императора Николая I от 15 марта 1844 г. о паспортах, вводивший более строгие правила выезда за границу.


## 813. Н. М. Языков -- Н. В. Гоголю


Впервые напечатано: Русская Старина. 1896. No 12. С. 621-622. Печатается по первой публикации.


## 829. Н. М. Языков -- Н. В. Гоголю


Впервые напечатано: Шенрок В. И. Письма H. M. Языкова к Н. В. Гоголю // Русская Старина. 1896. No 12. С. 622-623. Печатается по первой публикации.

Ответ на письмо от 14 июля 1844 г.

Новосильцев -- Петр Петрович (1797-1869), тогдашний московский вице-губернатор, позднее -- рязанский губернатор.

Мельгунов -- Николай Александрович (1804-1867), писатель.


## 855. Н. М. Языков -- Н. В. Гоголю


Впервые напечатано, с пропусками: Русская Старина. 1896. No 12. С. 623-624. Печатается по изд.: Переписка Н. В. Гоголя: В 2 т. / Вступ. ст. А. А. Карпова; сост. и коммент. А. А. Карпова и M. H. Виролайнен. М., 1988. Т. 2. С. 388-389.

...на два письма... -- Конец августа (первая половина сентября) 1844 г. и 19 сентября (1 октября) 1844 г.

"Московский Вестник" -- Описка Языкова. Речь идет о журнале "Москвитянин".

...книжку моих стихов... -- Сборник "56 стихотворений Н. М. Языкова" (М., 1844).

...выдам и тебе пришлю.-- Сборник "Новые стихотворения Н. Языкова" вышел в Москве в 1845 г.


## 867. Н. М. Языков -- Н. В. Гоголю


Впервые напечатано: Русская Старина. 1896. No 12. С. 624-625. Печатается по изд.: Переписка Н. В. Гоголя: В 2 т. / Вступ. ст. А. А. Карпова; сост. и коммент. А. А. Карпова и М. Н. Виролайнен. М., 1988. Т. 2. С. 392-393.

...письмо от 25-го окт<ября>. -- Речь идет о письме от 14 (26) октября 1844 г. (No 853).


## 877. Н. М. Языков -- Н. В. Гоголю


Впервые напечатано: Шенрок В. И. Письма H. M. Языкова к Н. В. Гоголю // Русская Старина. 1896. No 12. С. 627. Печатается по первой публикации.


## 880. Н. М. Языков -- Н. В. Гоголю


Впервые напечатано, с пропусками: Русская Старина. 1896. No 12. С. 627-628. Печатается по изд.: Переписка Н. В. Гоголя: В 2 т. / Вступ. ст. А. А. Карпова; сост. и коммент. А. А. Карпова и М. Н. Виролайнен. М., 1988. Т. 2. С. 395-396.

... пишет он к тебе сам... -- Письмо не сохранилось.

...пишу стихи и духовные и мирские; прилагаю здесь образчик первого рода. -- "Подражание псалму" ("Блажен, кто мудрости высокой...") H. M. Языкова; впервые напечатано в "Москвитянине" (1845. No 1); вошло в репертуар исполнителей народных духовных стихов.

У Ив. Киреевского идет работа... -- Имеется в виду работа И. В. Киреевского в качестве редактора "Москвитянина".

Петр Васильевич -- Киреевский.

Граф Толстой -- граф И. П. Толстой.