# Политика

Сергей Николаевич Южаков

Продолжающееся движение к перегруппировке держав.- Текущие события: английская либеральная партия; военные издержки Англ╕и; вопрос о разводе в Италии; Вольф и Шенерер; Чили-Аргентинское соглашение.

## Политика.


Продолжающееся движеніе къ перегруппировкѣ державъ.-- Текущія событія: англійская либеральная партія; военныя издержки Англіи; вопросъ о разводѣ въ Италіи; Вольфъ и Шенереръ; Чили-Аргентинское соглашеніе.


I.


Назовемъ политическія событія отчетнаго мѣсяца, наиболѣе волновавшія цивилизованный міръ и составлявшія предметъ общаго интереса и вниманія и правительствъ, и публики, и прессы (я не говорю о событіяхъ въ Россіи, которыя вѣдаетъ мой товарищъ по внутреннему обозрѣнію);

Англо-японскій союзъ.

Американская нота Россіи и Китаю о Манчжуріи.

Визитъ принца Генриха Америкѣ и связанные съ нимъ толки о роли державъ во время испано-американской войны.

Визитъ эрцгерцога Франца-Фердинанда въ С.-Петербургъ.

Визитъ принца Уэльскаго въ Берлинъ.

Обсужденіе тарифнаго законопроекта въ Германіи.

Паденіе кабинета Зенарделли-Принети въ Италіи.

Таковы важнѣйшія событія, приковывавшія въ себѣ всеобщее вниманіе въ отчетномъ мѣсяцѣ. Всѣ они такъ или иначе имѣютъ отношеніе къ указанному нами въ прошлой нашей хроникѣ кардинальному явленію современнаго историческаго момента. Всѣ они выражаютъ колебаніе недавно, казалось, устойчивыхъ международныхъ комбинацій и входятъ въ общее движеніе къ перегруппировкѣ державъ. Хронологически это движеніе въ отчетномъ мѣсяцѣ развивалось слѣдующимъ образомъ.

Англо-германское сближеніе, сказавшееся въ 1897 году въ гипотетическомъ раздѣлѣ португальскихъ колоній въ Африкѣ и въ предоставленіи буровъ на у смотрѣніе Англіи, еще въ 1901 году выразилось англо-германскимъ договоромъ объ охранѣ цѣлости и независимости Китая. Однако, попытка Англіи эксплуатировать это соглашеніе противъ Россіи въ маньчжурскомъ вопросѣ вызвала протестъ со стороны Германіи и все соглашеніе стало почти фиктивнымъ. Получивъ отъ Англіи то, что ей было надобно (поддержку въ вопросѣ о строгихъ репрессаліяхъ Китаю), Германія не пожелала дальше играть въ руку своей якобы союзницѣ, и договоръ, считавшійся крупнымъ успѣхомъ англійской дипломатіи, фактически превратился въ мертвую букву. Это не могло не вызвать охлажденія между правительствами Лондона и Берлина, что особенно становилось опаснымъ, благодаря общему сочувствію нѣмецкаго народа бурамъ. Чемберленъ подлилъ масла въ огонь своей извѣстной рѣчью о жестокостяхъ германской арміи въ войну 1870--71 гг. Негодованіе, охватившее Германію, побудило канцлера Бюлова къ очень рѣзкой репликѣ, а въ Англіи сказалось тоже рѣзвостями и непріязненными выходками тоже оффиціальныхъ ораторовъ. Все это завело дѣло гораздо дальше, чѣмъ того могли желать государственные люди и въ Лондонѣ, и въ Берлинѣ. И прежде всего, сами монархи, связанные и родствомъ, и личною дружбою. Вильгельмъ II, съ обычною быстротою рѣшенія, взялъ на себя иниціативу примирительнаго шага. Этимъ шагомъ, которымъ начинается отчетный мѣсяцъ, была командировка въ Лондонъ изъ Берлина адмирала Зенденъ-Бибрана, уже однажды совершившаго такую же примирительную миссію въ королевѣ Викторіи, когда понадобилось изгладить впечатлѣніе знаменитой телеграммы Вильгельма къ Крюгеру (1896) по поводу набѣга'Джейсона. Мисоія адмирала была и теперь, какъ и тогда, чисто придворная. Она должна была, какъ и тогда, пріуготовить почву для политическаго сближенія. Изолированное положеніе Англіи, возбудившей противъ себя чувства всего цивилизованнаго міра своей южно-африканской политикой, внушало ей искреннее желаніе возстановить нарушенную близость съ Германіей. Съ другой стороны, и Германія (по крайней мѣрѣ, оффиціальная Германія) чувствовала потребность въ опорѣ въ виду колебанія тройственнаго союза. Миссія Зенденъ-Бибрана предпринималась, такимъ образомъ, при очень благопріятныхъ для ея цѣли обстоятельствахъ. Адмиралъ былъ очень радушно принятъ при дворѣ Эдуарда VII, который пошелъ на встрѣчу иниціативѣ Вильгельма II и увѣдомилъ, что посылаетъ старшаго сына принца Уэльскаго въ Берлинъ къ дню рожденія германскаго императора. Это опять-таки еще не была политическая миссія, но все-таки выраженіе дружескихъ узъ, связующихъ два правительства. Въ Лондонѣ, повидимому, возлагали много надеждъ на поѣздку принца Уэльскаго, но тамъ сосчитали безъ нѣмецкаго народа, а это уже величина, съ которою надо считаться...

25 (12) января прибылъ принцъ Уэльскій въ Берлинъ. Императоръ Вильгельмъ былъ на станцій для его встрѣчи, вмѣстѣ съ принцемъ Генрихомъ, принцемъ Эйтель-Фридрихомъ и военною свитою. Послѣ обычной встрѣчи и смотра почетнаго караула, принцъ Уэльскій вмѣстѣ съ императоромъ сѣлъ въ закрытую карету, въ которой отправились они во дворецъ на семейный обѣдъ. Населеніе хранило глубокое молчаніе на всемъ пути слѣдованія высокаго гостя. Нигдѣ ни одного англійскаго флага. Совершенно напротивъ, императоръ, когда ѣхалъ на вокзалъ одинъ, былъ предметомъ восторженныхъ овацій. Населеніе столицы выразило и этими оваціями, и этимъ молчаніемъ, и отсутствіемъ англійскихъ флаговъ свою рѣшительную непріязнь Англіи. Молчаніе было еще лучшимъ исходомъ. Настроеніе могло бы выразиться и болѣе жестко. Чтобы не подавать повода къ этому, принца Уэльскаго возили въ закрытой каретѣ и вовсе не показывали публично, ни въ театрахъ, ни на выставкахъ, ни даже на смотрахъ и воинскихъ разводахъ. Все ограничилось семейными обѣдами и однимъ завтракомъ въ казино гвардейскихъ драгуновъ, полкъ которыхъ носитъ названіе бабки принца королевы Викторіи. Принцъ еще посѣтилъ Потсдамъ для возложенія вѣнковъ на могилы почивающихъ тамъ царственныхъ особъ и поспѣшно уѣхалъ изъ Берлина, также скромно, почти скрытно, какъ пріѣхалъ... По пути всюду въ Германіи онъ нашелъ такой же пріемъ со стороны нѣмецкаго народа. Принцъ долженъ былъ вынести изъ своей поѣздки впечатлѣніе очень тяжелое и убѣдиться, что чувства непріязни въ нѣмецкомъ народѣ противъ Англіи, воспитанныя преимущественно ея южно-африканскими преступленіями, очень глубоки. Попытка дворовъ лондонскаго и берлинскаго войти въ соглашеніе разбилась объ эти чувства нѣмецкаго народа. Очень немного надо сообразительности прибавить къ этому убѣжденію, чтобы понять, что и чувства другихъ свободныхъ народовъ Европы, воспитанныя тою же безславною войною, не должны много отличаться отъ чувствъ нѣмецкаго народа. Естественно, если Англія, не желая отказаться отъ своей южно-африканской политики, перестала, повидимому, искать друзей въ Европѣ и обратила вниманіе на другія части свѣта. И германское правительство, послѣ неудачнаго флирта съ Англіей и все еще не увѣренное въ своихъ тройственныхъ союзникахъ, тоже начало искать новыхъ друзей. Вильгельмъ обратилъ вниманіе на Соединенные Штаты.

Послѣ того, какъ Испано-американская война 1898 года обнаружила могущество Соединенныхъ Штатовъ, а пріобрѣтеніе ими Филиппинскаго архипелага и Гавайскихъ о -- въ показало, что эта новая міровая держава склонна выйти изъ строго-американской политической исключительности, выразившейся въ знаменитой доктринѣ Монроэ, великія державы, дѣлающія всемірную исторію, обратили серьезное вниманіе на возможную роль новаго могущественнаго всемірно-историческаго фактора. Конечно, всѣ желали видѣть ее на своей сторонѣ. Франція вспомнила, что она сражалась за свободу Соединенныхъ Штатовъ въ эпоху ихъ возстанія и потомъ вторично была ихъ союзницею во время ихъ второй войны съ Англіей въ началѣ XIX в.; она же отдала Штатамъ бассейнъ Миссисипи, что положило начало тому грандіозному росту и развитію сѣверо-американской республики, которые быды бы немыслимы безъ этой уступки. Въ Россіи охотно вспоминали традиціонную дружбу и услуги, оказанныя Штатамъ въ эпоху междоусобной войны, когда Россія явно воспротивилась англійскому вмѣшательству въ пользу возмутившихся конфедератовъ юга. Въ Германіи возлагали надежды на милліоны нѣмцевъ, населяющихъ территорію великой республики. Но покуда французы, русскіе, нѣмцы считали итоги прошлаго и на нихъ опирали свои виды, англичане смѣло пошли на встрѣчу будущему. Американская плутократія не со вчерашняго дня чувствуетъ склонность къ Англіи, но постоянное соперничество двухъ державъ въ разныхъ пунктахъ Новаго Свѣта продолжало питать традиціонную непріязнь американскаго народа къ Англіи и мѣшало англофиламъ Нью-Іорка, Бостона и Филадельфіи проводить политику сближенія съ Англіей, гдѣ сами очень желали сближенія, но не рѣшались приносить для того сколько нибудь значительныя жертвы. Теперь рѣшились. Уже въ спорѣ съ Венесуэлою изъ-за золотоносныхъ территорій низовья Ориноко, Англія сдѣлала крупную уступку, передавъ дѣло третейскому суду и зная напередъ, что никакой судъ не вынесетъ благопріятнаго Англіи рѣшенія. Такое рѣшеніе могли вынести только броненосцы и, конечно, вынесли-бы. Передача дѣла третейскому суду была лишь замаскированною жертвою. Открыто пожертвовала своими правами и очень крупными интересами Англія въ вопросѣ о междуокеаническомъ каналѣ. Она пожертвовала существенными интересами Канады въ вопросахъ о канадскихъ рыбныхъ ловляхъ и о разграниченіи золотоносной территоріи Клондайка. Новою жертвою было признаніе Гавайскихъ острововъ американскою территоріей. Съ Америкою же Англія шла рука объ руку въ вопросѣ о Самоанскихъ островахъ. Наконецъ, Англія, сначала въ китайскомъ вопросѣ остановившаяся на политикѣ сферъ вліянія (захватъ Вейха-Нея и Кулунскаго полуострова; обмѣнъ нотъ съ Россіей о сферахъ торгово-промышленной дѣятельности съ предоставленіемъ Россіи части Китая къ сѣверу отъ широты Пекина и Англіи -- долины Ян-тсе-Кіанга; сближеніе въ китайскомъ вопросѣ съ Германіей, проводницей политики сферъ вліянія), затѣмъ рѣшительно перешла къ политикѣ цѣлости Китая и открытыхъ дверей, съ самаго начала одобренной Соединенными Штатами. Это явилось тоже очень крупною уступкою Америкѣ, частью и Японіи. Все это, вмѣстѣ взятое, не могло не быть оцѣнено американцами, гдѣ къ тому же восторжествовали на президентскихъ выборахъ республиканцы, т. е. американская плутократія, уже и раньше, какъ сказано, склонная къ сближенію съ Англіей. Такъ образовалась почва для той enteute cordiale между двумя отраслями англосаксонской націи, которая играла очень видную и вліятельную роль въ событіяхъ послѣднихъ лѣтъ. Признавъ и болѣе не оспаривая первенства американскихъ англо-саксовъ въ Новомъ Свѣтѣ, европейскіе англо-саксы соединились съ американскими для общей политики на Дальнемъ Востокѣ и получили ихъ серьезную поддержку вообще, въ нѣкоторой степени гарантирующую Англіи свободу дѣйствій и въ другихъ частяхъ свѣта (въ томъ числѣ и въ Африкѣ). Эта поддержка американскихъ англо-саксовъ являлась также естественною отплатою за то гбрячее сочувствіе, съ которымъ ихъ европейскіе соплеменники относились къ ихъ дѣлу во время войны съ. Испаніей. Существовало убѣжденіе, что только благодаря занятому Англіею положенію европейскіе державы не заступились за Испанію и не остановили американскаго нападенія.


II.


Таково было положеніе, когда императоръ Вильгельмъ задумалъ начать флиртъ съ Америкой, послѣ неудачнаго флирта съ Англіей. Въ Соединенныхъ Штатахъ проживаетъ свыше семи милліоновъ нѣмцевъ и свыше милліона голландцевъ, швейцарцевъ и австрійскихъ нѣмцевъ. Это уже шансъ. Около пяти милліоновъ всегда враждебныхъ Англіи ирландцевъ,-- другой шансъ. Нѣсколько милліоновъ еще всяческихъ не англійскаго языка европейцевъ, поголовно стоящихъ на сторонѣ буровъ, тоже не мѣшаетъ имѣть въ виду. Однако, отбрасывая еще и негровъ, все-таки остается свыше сорока пяти милліоновъ англо-саксовъ. Чтобы разсчитывать на серьезное сближеніе вопреки Англіи, надо соблазнить около половины американскихъ англо-саксовъ. Императоръ Вильгельмъ предпринялъ трудную задачу. Онъ началъ съ того, что, въ виду близкаго спуска на воду заказанной имъ въ Америкѣ яхты, обратился къ президенту Рузвельту, съ просьбою поручить его дочери быть воспріемницей новой яхты. Дочь президента республики въ Америкѣ, какъ и во Франціи, не занимаетъ никакого оффиціальнаго положенія. Она -- m-lle Рузвельтъ, и больше ничего. Однако, они все-таки американка, во-первыхъ, а во-вторыхъ, дочь народнаго избранника. Предоставленіе ей роли, которую въ монархической Европѣ играетъ принцесса крови, не могло не польстить американскому самолюбію. Получивъ любезное согласіе со стороны m-lle Рузвельтъ и ея отца, Вильгельмъ рѣшилъ командировать за океанъ брата своего принца Генриха для присутствія при церемоніи спуска яхты и для визита президенту. Очень чувствительные ко всякому знаку вниманія и любезности, американцы были очень польщены этимъ назначеніемъ и рѣшили вдѣлать самый пышный, умопомрачающій пріемъ высокопоставленному германскому гостю. Этотъ флиртъ долженъ былъ проложатъ путь и къ. политическому-сближенію. Если помнить, что франко-русскій флиртъ привелъ къ франко-русскому союзу, то нельзя отрицать остроумія въ планѣ Вильгельма.

Шумныя приготовленія къ пріему, обычныя при этомъ риторическія упражненія, самые удивительные слухи, обыкновенно сопровождающіе подобныя торжества, пробудили ревность среди европейскихъ англо-саксовъ. Сначала это сказалось только въ печати, которая стала усиленно Эксплуатировать легенду объ услугахъ Англіи въ испано-американскую войну. Англофильская пресса Новаго Свѣта усердно вторила этому хору, обливая холодною струею обществу, готовое радушно и торжественно встрѣтить нѣмецкаго принца. Не двусмысленно указывалось, что и Германія была въ 1898 году на сторонѣ Испаніи, и только родная Англія не позволила ей лишить Америку плодовъ ея военныхъ успѣховъ. Хотя этотъ походъ и являлся холоднымъ душемъ для американцевъ, но все-таки это были только "достовѣрные слухи", а не документально доказанные историческіе факты, и пресса, благопріятная Германіи, могла возражать и оспаривать слѣпое англофильство своихъ противниковъ. Скоро, однако, прессой дѣло не ограничилось и забывшіеся въ своей ревности англичане пожелали создать заднимъ числомъ документально доказанные историческіе факты, или, по крайней мѣрѣ, оффиціально удостовѣренные. Вопросъ о спасеніи Америки Англіей въ 1898 году былъ перенесенъ на парламентскую трибуну. На запросъ въ палатѣ общинъ, лордъ Кранборнъ, товарищъ министра иностранныхъ дѣлъ, отвѣтилъ, что дѣйствительно въ апрѣлѣ 1898 года обсуждался планъ коллективнаго вмѣшательства въ защиту Испаніи и что Англія этому рѣшительно воспротивилась. 0то уже было оффиціальное удостовѣреніе крупной услуги, сдѣланной Англіей американцамъ. Это было, вмѣстѣ съ тѣмъ, плохою услугою принцу Генриху, которому въ 1902 году пришлось бы разсчитываться за сочувствія его соотечественниковъ въ 1898 году... Въ пылу ревности англійскіе государственные люди забыли, что не они одни пишутъ исторію, и что дѣлаемый ими доносъ на Германію можетъ быть документально провѣренъ и, если не справедливъ, то и опровергнутъ. Мало того, они забыли, что они къ тому вынуждаютъ правительство императора Вильгельма, какъ разъ въ это время посылающаго своего брата съ визитомъ американскому народу будто бы съ фальшивымъ привѣтомъ. Опроверженіе не заставило себя ждать. Канцлеръ имперіи опубликовалъ документы, изъ которыхъ документально явствовало слѣдующее: 1) Когда обострились отношенія между Испаніей и Соединенными Штатами до такой степени, что война уже казалась неизбѣжной, державы, всѣ безъ исключенія, сдѣлали въ Вашингтонѣ дружественный демаршъ съ миротворною цѣлью, любезно принятый вашингтонскимъ правительствомъ, но отклоненный; 2) послѣ этого британскій посолъ лордъ Паунсефотъ взялъ на себя иниціативу новаго демарша и разослалъ своимъ коллегамъ проектъ новой ноты, въ которой, ссылаясь на мѣсто въ посланіи президента конгрессу о сочувствіи всего цивилизованнаго міра американской иниціативѣ, державы должны были коллективно заявить, что такого сочувствія отнюдь не имѣется на лицо, и что, напротивъ, общее мнѣніе склонно видѣть въ предложеніяхъ Испаніи основы для лояльнаго соглашенія; 3) германскій посолъ принялъ этотъ проектъ несочувственно, но по просьбѣ лорда Паунсефота протелеграфировалъ его въ Берлинъ съ собственнымъ отрицательнымъ заключеніемъ; и 4) германское правительство немедленно рѣшительно по телеграфу отказалось принять участіе въ подобнемъ демаршѣ. Это уже было не только оффиціальное, но документальное удостовѣреніе историческаго факта, и какъ разъ обратнаго засвидѣтельствованному съ парламентской трибуны англійскимъ министромъ. Нѣсколько позже и въ Journal de St.-Petersbourg появилось подобное же сообщеніе, гдѣ, послѣ совершенно тождественнаго изложенія фактовъ, заявлялось, что и Россія немедленно по телеграфу и рѣшительно отвергла иниціативу англійскаго посла. Итакъ, иниціатива вмѣшательства въ защиту Испаніи исходила отъ англійской дипломатіи, а вмѣшательство не могло состояться, потому что континентальныя державы отказались примкнуть въ англійской иниціативѣ. Конечно, ничего дурного по существу въ этой миролюбивой иниціативѣ не было, но не надо было изъ себя строить спасительницу Америки отъ злыхъ козней континентальной Европы. Противорѣчіе же обнародованныхъ документовъ съ недавнимъ заявленіемъ лорда Бранборна необходимо было объяснить. Это объясненіе отъ него было потребовано въ парламентѣ, и онъ сообщилъ, что указанный германскимъ сообщеніемъ демаршъ былъ дѣйствительно сдѣланъ лордомъ Паунсефотомъ, но по собственной иниціативѣ, не имѣя на то инструкціи отъ кабинета. Когда же кабинетъ былъ о томъ увѣдомленъ, то сперва пожелалъ внести нѣкоторыя измѣненія въ текстъ проектированной Паунсефотомъ ноты, а черезъ два дня увѣдомилъ его, что и вовсе не одобряетъ ноты (черезъ два дня Паунсефотъ уже долженъ былъ сообщить объ отказѣ Германіи и Россіи, а быть можетъ и другихъ державъ, нынѣ молчащихъ, быть можетъ, изъ уваженія къ чувствамъ побѣжденной родственной стороны). Если и повѣрить, что Пуансефотъ дѣйствовалъ самовольно, то все же гдѣ же спасеніе, гдѣ услуги? Но и повѣрить тому, что лордъ Паунсефотъ дѣйствовалъ несогласно съ инструкціями, довольно затруднительно: вѣдь послѣ того и донынѣ, въ теченіе четырехъ лѣтъ, благородный лордъ сохраняетъ постъ посла въ Вашингтонѣ, потому, надо думать, что пользуется полнымъ довѣріемъ и одобреніемъ англійскаго кабинета. Вообще этотъ припадокъ ревности ничего не принесъ англійскимъ имперіалистамъ, кромѣ конфуза... Припадки ревности, впрочемъ, обыкновенно имѣютъ такой исходъ.

Мы не будемъ останавливаться на подробностяхъ пріема принца Генриха въ Америкѣ. Пріемъ былъ пышный и радушный и принцъ Генрихъ вынесъ изъ своего американскаго посѣщенія впечатлѣнія, совсѣмъ иныя, чѣмъ принцъ Уэльскій изъ своего германскаго путешествія. О политическихъ же послѣдствіямъ этого визита судить еще рано. Говорили о переговорахъ по продажѣ Америкою Германіи архипелага Филипинскихъ острововъ, отнятыхъ американцами у испанцевъ въ 1898 году. Еще во времена владычества Испаніи нѣмецкіе капиталы нашли на Филипинахъ широкое приложеніе и создали тамъ значительные германскіе интересы. Съ другой стороны, американцамъ Филипины, повидимому, въ тягость. Они могутъ пригодиться лишь при активной наступательной политикѣ на Дальнемъ Востокѣ. Говорили также о трактатѣ между Соединенными Штатами и Германіей по поводу междуокеаническаго канала, при чемъ Германія получила бы всѣ тѣ гарантіи, которыя предоставлены Англіи Гай-Паунсефотовскимъ договоромъ 1901 года. Для Англіи этотъ договоръ, замѣнившій собою болѣе выгодный Бульверъ-Клейтоновскій трактатъ, былъ большою жертвою. Для Германіи, не имѣющей въ прошломъ никакихъ обѣщаній и условій, онъ былъ бы выигрышемъ, едва ли болѣе связавъ Америку, нежели ее теперь связываетъ Гай-Паунсефотовскій договоръ. Велись ли подобные договоры и къ чему они привели, мы узнаемъ послѣ, но несомнѣнно, что въ американскомъ народѣ усилилось сочувствіе къ нѣмцамъ и ослабѣло въ англичанамъ. Власть находится въ рукахъ англофиловъ, но съ чувствами и мнѣніями американскаго народа приходится считаться еще болѣе, нежели съ чувствами и мнѣніями нѣмецкаго народа.


III.


Неудачный визитъ принца Уэльскаго въ Берлинъ заставилъ оставить всякую надежду на союзъ съ Германіей; огорченія, причиненныя нѣмецкими разоблаченіями о роли британской дипломатіи въ 1898 году въ испано-американскомъ конфликтѣ и внушившія преувеличенныя опасенія на счетъ будущаго англо-американской дружбы; сближеніе между Германіей и Америкой; общее отчужденіе отъ Англіи всѣхъ націй Европы, всѣ эти печальныя послѣдствія безславной южно-африканской политики не могли не изнервить до крайности политическій міръ Лондона и должны были заставить его искать друзей, кто бы они ни были. Въ это время прибылъ въ Англію маркизъ Ито, чрезвычайный посолъ японскаго императора, недавній премьеръ японскаго министерства, шефъ націоналистической партіи въ Японіи. Сначала онъ побывалъ въ Петербургѣ и здѣсь дружескій обмѣнъ воззрѣній на дѣла Дальняго Востока привелъ къ полному, какъ тогда сообщалось въ печати, соглашенію, неоформленному, однако, какимъ-либо документомъ. Само собою разумѣется, подобный обмѣнъ мнѣній не могъ быть направленъ противъ Россіи. Въ Европѣ тоже само собою разумѣется, что подобный обмѣнъ мнѣній обязываетъ. Дипломатія Востока, не только Дальняго, не считается съ подобными неоформленными обязанностями. Хорошо освѣдомленный о намѣреніяхъ континентальной дипломатіи. (потому что онъ посѣтилъ также Берлинъ и Парижъ), маркизъ Ито съ этимъ багажомъ прибылъ въ Лондонъ какъ разъ и время для своей миссіи. Разочарованные въ Германіи, опасающіеся за Америку, встревоженные австро-русскимъ и франко-итальянскимъ сближеніемъ, въ Лондонѣ жаждали друга. И другъ явился, хотя и цвѣтнокожій (для англо-саксовъ это очень много значитъ), хотя и язычникъ, хотя и какъ будто варваръ... Однако, все-таки другъ. Въ результатѣ подписаніе англо-японскаго союзнаго договора, несомнѣнно очень выгоднаго Японіи, быть можетъ выгоднаго Соединеннымъ Штатамъ, непріятнаго континентальной Европѣ и едва ли очень выгоднаго Англіи. Сами англичане указываютъ на слѣдующее: 1) въ случаѣ войны на Дальнемъ Востокѣ Англія окажетъ очень существенную, можно сказать, рѣшающую помощь Японіи, а въ случаѣ войны въ Европѣ Японія безсильна оказать существенную поддержку Англіи; 2) англо-японскій союзъ исключаетъ возможность европейскихъ союзовъ, особенно англо-франко-русскаго, давно лелѣемаго государственными людьми Англіи, жертва, безусловно не окупаемая возможными выгодами новаго союза; 3) Англія взяла на себя обязательство воевать, если Японія очутится въ войнѣ съ двумя державами, такъ что исключительно отъ варварской Японіи зависитъ миръ Англіи съ цивилизованными странами, а можетъ ли Англія положиться на благоразуміе и даже на добрыя намѣренія Японіи? Во всемъ этомъ есть своя доля правды, но, не говоря о будущемъ, въ настоящемъ Англія получила въ японскомъ союзѣ серьезную опору своей имперіалистской политикѣ. Не даромъ гр. Розберри поздравилъ лорда Ландсдоуна съ заключеніемъ англо-японскаго союза.

Значеніе союза выяснится при сравненіи морскихъ и сухопутныхъ силъ Дальняго Востока. Въ разгаръ китайскаго кризиса въ 1900--1901 годахъ, когда державы сдѣлали усиліе, чтобы явиться тамъ съ достаточными силами для защиты интересовъ при разныхъ возможныхъ случайностяхъ и, конфликтахъ, относительная сила на моряхъ Дальняго Востока оказалась слѣдующею:

Броненосцевъ эскадреннаго боя Англія, Россія и Японія имѣли по 4, Соединенные Штаты и Германія по 2, Франція -- 1; другія державы эскадренныхъ броненосцевъ въ тихо-океанскія воды не выслали. Крейсеровъ Россія имѣла 2 полныхъ эскадры (по 4--5 судовъ въ эскадрѣ), Японія столько же и еще свободныхъ 2 крейсера, Англія -- 3 эскадры, Соединенные Штаты -- 2, Германія полторы и Франція -- 2, Австрія и Италія по одной и Голландія полэскадры (дивизія изъ 2 крейсеровъ). Кромѣ того, конечно, суда береговой обороны и минныя флотиліи, но только Англія, Россія, Японія, Франція и Соединенные Штаты, такъ какъ другія державы не имѣютъ тамъ значительныхъ владѣній. Съ тѣхъ поръ Италія и Австрія совершенно увели свои флоты, Германія вернула броненосцевъ эскадреннаго боя, Японія и Россія нѣсколько усилили свои флоты, остальныя безъ перемѣны. Такимъ образомъ, Россія и Японія на моряхъ Дальняго Востока равносильны, при чемъ на сторонѣ Россіи нѣкоторый перевѣсъ величины судовъ и боевой опытности. Присоединеніе французскихъ или германскихъ морскихъ силъ дали бы (какъ въ 18д6 г.) немедленно серьезный перевѣсъ Россіи. Теперь же, принимая во вниманіе, что англійскія силы нѣсколько превосходятъ въ тѣхъ моряхъ даже соединенныя силы Германіи и Франціи, Японія можетъ чувствовать себя въ полной безопасности отъ морского разгрома. И чѣмъ дальше, тѣмъ безопаснѣе, потому что она усиливаетъ, свое морское могущество быстрѣе своихъ возможныхъ соперниковъ, отставая въ тратахъ на флотъ отъ своей союзницы и немного отъ Франціи. Вотъ цифры:

Въ теченіе послѣднихъ пяти лѣтъ (1896--1900 гг.) на сооруженіе новыхъ военныхъ судовъ среднимъ числомъ тратили ежегодно:

Англія

100,0 мили. руб.

Франція

46,2 " "

Японія

37,5 " "

Соединенные Штаты

30,5 " "

Россія

29,2 " "

Германія

23,2 " "

Италія

12,0 " "

Если принять во вниманіе, что весь флотъ Японія сосредоточенъ въ водахъ Дальняго Востока, а флоты другихъ державъ раздѣлены между многими морями и океанами, то быстрый ростъ японской морской силы получитъ еще большее значеніе. Именно этотъ ростъ и открываетъ Англіи нѣкоторыя перспективы и надежды, что черезъ извѣстный срокъ поддержка Японіи на морѣ можетъ оказаться небезполезною и въ случаѣ морской коалиціи противъ Англіи въ Европѣ.

Сухопутныя силы Японіи тоже немаловажны и, если англійскій союзъ обезпечитъ Японію со стороны моря, то ея армія можетъ оказаться очень серьезною наступательною силою. Въ 1900 году японская полевая армія, по росписанію военнаго времени, заключала въ себѣ -- 156 батальоновъ пѣхоты, 50 эскадроновъ кавалеріи, 114 батарей артиллеріи и 42 роты инженерныхъ войскъ, что составляетъ 200 тыс. комбатантовъ при 684 орудіяхъ. Приблизительно столько же можетъ выставить Японія и войскъ второй линіи (запасныхъ и резервныхъ), но покамѣстъ не столь обильно снабженныхъ артиллеріей. Англійскій союзъ, конечно, скоро снабдитъ оружіемъ изобильно. Одновременно съ подписаніемъ англо-японскаго союза, Японія заключила на англійскомъ денежномъ рынкѣ и заемъ въ 4% (до сихъ поръ платили 5%) и на сравнительно съ прежнимъ выгодныхъ условіяхъ выпуска.

Блестящая для Японіи комбинація могла бы превратиться въ тріумфальное шествіе, если бы удалось соблазнить въ союзъ Соединенные Штаты, а за ними и Германію. Невозможность послѣдняго (въ ближайшее время) обнаружилась сразу, когда Германія оффиціально заявила, что англо-японская конвенція ей стала извѣстна лишь послѣ ея заключенія, чѣмъ дипломатически отклонила отъ себя съ нею солидарность. Что касается Соединенныхъ Штатовъ, то если бы дѣло зависѣло лишь отъ ихъ оффиціальнаго руководителя иностранною политикою, министра иностранныхъ дѣлъ Гая, то вѣроятно союзъ былъ бы уже совершившимся фактомъ. Однако, какъ мы выше упомянули, оффиціальному міру Америки надо считаться съ настроеніемъ американскаго народа, теперь мало благопріятнымъ англійскому союзу и еще менѣе благопріятнымъ "желтой" дружбѣ. Германскій флиртъ и германскія разоблаченія также сыграли свою роль. Вѣроятно, императоръ Вильгельмъ не предполагалъ и не ожидалъ подобныхъ послѣдствій своей иниціативы.

Однако, оффиціальный міръ Америки, не рѣшаясь прямо примкнуть къ союзу, остановился на параллельномъ съ англо-японцами дѣйствіи на Дальнемъ Востокѣ и даже взялъ на себя иниціативу. Таковъ можетъ быть смыслъ американской ноты, адресованной Россіи и Китаю и заранѣе протестующей противъ всякаго такого соглашенія о Манчжуріи, которое стѣснило бы свободу американской торговли въ этой области. Послѣднія телеграммы сообщаютъ отвѣтъ Россіи, что она никоимъ образомъ не предполагаетъ стѣснять свободу американской торговли въ Манчжуріи. Соединенные Штаты будто бы объявили себя вполнѣ удовлетворенными. Если это такъ, т. е. Соединенные Штаты не возражаютъ противъ русской оккупаціи Манчжуріи и интересуются исключительно свободою торговли, то ихъ демаршъ для Японіи имѣетъ очень мало значенія, а для Англіи немногимъ больше. Впрочемъ, этотъ инцидентъ еще не слѣдуетъ считать исчерпаннымъ, какъ и вообще все это движеніе къ новой группировкѣ, выразившееся въ англо-японскомъ соглашеніи, германо-американскомъ сближеніи, нотѣ о Манчжуріи Соединеннымъ Штатамъ и пр. Вѣроятно, и въ будущей хроникѣ намъ придется остановиться на дальнѣйшемъ развитіи этихъ еще не созрѣвшихъ и не выяснившихся событій.

Изъ другихъ фактовъ той же категоріи, знаменующихъ движеніе къ новой группировкѣ державъ, выше мы уже отмѣтили заявленіе Германіи о своей несолидарности съ задачами англо-японскаго союза. Аналогичное заявленіе сдѣлала Германія и по поводу американской ноты о Манчжуріи. Она поспѣшила оффиціально заявить, что никакого предварительнаго обмѣна мнѣній между Штатами и Германіей по этому поводу не было и Германія совершенно непричастна упомянутой нотѣ, о которой узнала лишь послѣ ея опубликованія. Если вспомнить, что это заявленіе о несолидарности въ этомъ вопросѣ съ Америкой было сдѣлано въ разгаръ германо-американскаго флирта, то значеніе его еще усилится. Очевидно, Германія очень дорожитъ дружескими отношеніями съ Россіей, что при консервативномъ и монархическомъ характерѣ правительствъ обѣихъ державъ вполнѣ естественно и понятно. Къ тому же должно побуяідать и колебаніе тройственнаго союза. Польская политика тоже не раздѣляетъ, а скорѣе сближаетъ оба правительства. Австро-русское сближеніе, нашедшее себѣ выраженіе въ визитѣ эрцгерцога Франца-Фердинанда въ С.-Петербургъ, могло служить для берлинскаго правительства лишнею побудительною причиною оберегать русскую дружбу, но можетъ явиться и дополненіемъ русско-германской дружбѣ: Австрія тоже консервативная и монархическая держава. Здѣсь въ средней и восточной Европѣ понемногу возрождаются старыя отношенія и комбинаціи.

О франко-итальянскомъ сближеніи мы говорили въ прошлой, хроникѣ. Паденіе франкофильскаго кабинета Занарделли-Принети можетъ замедлить эту естественную эволюцію. Шансы здѣсь еще не выяснились и вѣроятно не ранѣе будущей нашей бесѣды можно будетъ подвести итога этому отвѣтвленію общаго движенія средне-европейскихъ державъ къ перегруппировкѣ.


IV.


Изъ событій отчетнаго мѣсяца, не имѣющихъ отношенія къ только что изложенному историческому движенію, наибольшее значеніе имѣетъ законопроектъ о реформѣ средняго образованія во Франціи. Мы дадимъ о немъ отчетъ, когда онъ станетъ закономъ (палата уже приняла его и онъ переданъ въ сенатъ). Изъ другихъ событій послѣднихъ дней на первомъ планѣ стоитъ окончательное распаденіе либеральной партіи въ Англіи. Гр. Розберри открыто порвалъ съ лидеромъ либераловъ сэромъ Баннерманомъ Кэмпбелемъ и рѣшительно осудилъ программу, изложенную послѣднимъ на собраніи партіи. Графъ отрекается отъ томъ-руля, одобряетъ южно-африканскую войну, рѣзко осуждаетъ либеральные протестк противъ жестокостей, восхваляетъ имперіализмъ и глумится надъ безсильною кучкою, сгруппировавшеюся подъ знаменемъ Баннермана Кэмпбеля. Онъ заявляетъ при этомъ, что онъ не одинъ. Есть свѣдѣнія, что за нимъ послѣдовали лордъ Эдвардъ Грей и Фоулеръ, съ десяткомъ или двумя членовъ палаты общинъ. О намѣреніяхъ Аскита еще пока неизвѣстно. Если и онъ соединится съ гр. Розберри, то число отпавшихъ вѣроятно достигнетъ четырехъ десятковъ. Поговариваютъ о соглашеніи между гр. Розберри и Чемберленомъ съ цѣлью образовать центръ, до сихъ поръ отсутствовавшій въ англійскомъ парламентѣ. Все это впрочемъ еще гипотезы, но выходъ имперіалистовъ изъ либеральной партіи -- фактъ и факту этому можно только радоваться. Онъ развяжетъ руки истиннымъ либераламъ и, ослабивъ ихъ численно, усилитъ морально.

Въ англійскомъ парламентѣ снова на очереди новые кредиты на. войну. Министерство на текущій финансовый годъ ассигновало свыше полутора милліарда франковъ (51 милл. 100 тыс. ф. ст.), немного меньше, нежели въ прошломъ году. Тогда мѣсяцъ обходился въ 5 1/2 милл. ф. ст., теперь 4 1/2 милл., что даетъ въ день безъ малаго 1 1/2 милл. рублей (3.750,000 frs.). Къ 1 янв. 1902 года Англія Содержала въ Южной Африкѣ 287,000 солдатъ, 177,000 буровъ въ концентраціонныхъ лагеряхъ, 208,000 лошадей и муловъ и 30,000 быковъ. Кредиты, конечно, вотированы.

Италію до нельзя взволновалъ вопросъ о разводѣ. Министерство Занарделли-Принети проектировало разводъ, запрещаемый католическою церковью, но, однако, введенный во Франціи и нѣкоторыхъ другихъ католическихъ странахъ. Проектъ изъ самыхъ умѣренныхъ; допускается разводъ только по винѣ одного изъ супруговъ, при чемъ требуется трехлѣтній искусъ послѣ начала иска для имѣющихъ дѣтей и годичный для бездѣтныхъ. Тѣмъ не менѣе и такой проектъ возбудилъ негодованіе клерикальной партіи. Первый протестовалъ Миланскій архіепископъ, за нимъ послѣдовали другіе духовные, агитація разлилась по всей странѣ, особенно сильно проявившись на набожномъ югѣ. Именно подъ напоромъ этой клерикальной агитаціи и пало демократическое министерство стараго гарибальдійца Занардели. Агитація эта показала силу клерикальной партіи, которая до сихъ поръ, по неотмѣненному еще распоряженію Пія IX, воздерживается отъ участія въ политической жизни Италіи. Успѣхъ только что изложенной агитаціи не послужитъ-ли поводомъ къ отмѣнѣ этого распоряженія? И какой парламентъ получитъ тогда Италія? Исходъ кризиса, какъ мы уже упомянули выше, еще не выяснился.

Въ сосѣдней австрійской имперіи переизбраніе знаменитаго парламентскаго обструкціониста Вольфа сильно волновало нѣмецкое общество. Вольфъ, ближайшій сподвижникъ Шенерера, былъ уличенъ въ какихъ-то скандальныхъ похожденіяхъ, что заставило Шенерера и его клубъ нѣмецкихъ націоналистовъ исключить Вольфа, который послѣ этого сложилъ съ себя депутатскія полномочія и нынѣ снова предсталъ передъ своими избирателями въ Траутенау. Его конкуррентъ проводился шенереріанцами. Вольфъ, однако, былъ переизбранъ большинствомъ 1,605 голосовъ противъ 1,301. Шенереръ и послѣ этого заявилъ, что Вольфъ не будетъ вновь принятъ въ составъ партіи, вслѣдствіе чего нѣсколько человѣкъ ее оставили. Эта маленькая querelle de lamille, конечно, не ослабитъ нѣмецкой партіи въ вѣнскомъ парламентѣ.

Изъ другихъ событій отчетнаго мѣсяца еще надо отмѣтить окончаніе Чили-Аргентинскаго пограничнаго спора. Нѣкоторыя еще несогласованныя мелочи переданы третейскому суду и война между двумя родственными республиками, казавшаяся почти неминуемою, во всякомъ случаѣ избѣгнута.


С. Южаковъ.


"Русское богатство", No 2, 1902