# Определение сен-домингских негров...

Михаил Трофимович Каченовский

## Определение сен-домингских негров о поднесении генералу Дессалину императорского достоинства и прокламация сего генерала


Мы, генералы войска гаитского, имея намерение утвердить торжественным актом желание сердец наших, и всего народа гаитского:

Будучи уверены в том, что власть верховная должна быть нераздельною, и что польза отечества требует, чтобы бразды государственного правления были вверены в руки того, к которому стремятся доверенность, любовь и преданность сограждан.

Будучи убеждены несчастными опытами и историею народов в том, что государство только тогда благоденствует, когда управляется одним человеком, и что того преимущественно надлежит почтить титлом правителя, кто своими заслугами, дарованиями и влиянием на дела общественные умел утвердить свободу и независимость граждан.

Рассудив, что после долговременных смятений и несчастий, необходимо нужно оградить безопасностью спокойство граждан; что самой верный способ достигнуть сей цели есть вверить одному начальнику, одаренному способностью достойно управлять народом, власть священную и великую, которая, соединяя в себе всю силу государства, соделается страшною для неприятеля и будет залогом тишины и благоденствия для граждан:

Рассудив, что титло генерала-губернатора, которое до сего времени носил на себе гражданин Жан-Жак-Дессалин, не удовлетворяет общему желанию, потому что оно означает власть второстепенную, зависящую от другой верховной власти, которую мы навсегда свергли с себя, как иго несносное для людей свободных.

Не внимая более упорным отрицаниям гражданина Жан-Жак-Дессалина принять подносимую власть от народа и войска с того времени, когда мы объявили себя независимыми, почитая сии отказы противными выгодам, желанию и благу отечества.

Мы торжественно определяем упомянутому Жан-Жак-Дессалину быть гаитским императором, и представляем ему право избрать по себе наследника.

Желаем, чтобы сие непринужденное излияние сердец наших, согласное с мнением всего народа, немедленно было представлено на утверждение и произведено в действо определением сената, который нарочно по сему случаю имеет быть созван.

В Порт-о-Пренсе. 25-го января 1804 года, в первое лето независимости гаитского народа.

Подписали: Верне, министр финансов; Клерво Христоф, начальствующий над северною дивизиею; Петион и Гафрар, дивизионные начальники и государственные советники. (За сим следуют имена подписавшихся 258 чиновников: государственных советников, офицеров генерального штаба, и проч.)


-----------


В Дессалине. 15-го февраля, в первое лето независимости. От гаитского генерал губернатора генералам армии и властям гражданским и военным, органам народа.

Граждане! Ничто столько не побуждает меня принять священное титло, подносимое мне вашей доверенностью, как ревностное мое желание пещись о благе империи и с твердою решимостью довершить наше предприятие, которое должно показать свету, что мы не толпа возмутившихся невольников, но люди утвердившие свою независимость вопреки общему мнению, будто власть законная не может существовать в народе, ценою собственной крови купившем свою вольность, и без внешней помощи сокрушившем кумир, которому приносили нас на жертву. Мы попрали ногами сей идол, подобно Сатурну, который пожирал детей своих. Граждане! не забудем несчастий, не давно претерпенных нами. Напоминания о них должны служить для нас важным уроком, должны заставить нас быть осторожными против неприятельских покушений, должны истребить в нас всякое снисхождение к мучителям.

Страсти слабые никогда не делают людей великими; предприятия робкие и нерешительные остановляют быстрый ход революций.

Вы признали необходимым для пользы государства, чтобы я принял сан, которым вам угодно было почтить меня; возлагая на себя новое бремя, вступаю в новые обязанности в рассуждении выгод моего отечества, которому давно уже я посвятил все свои силы и способности; но долг важнейший предлежит мне. Чувствую, что мне надлежит довершить наше предприятие, составить мудрые законы, сообразные с нашими нравами и обычаями, предписать каждому гражданину пределы, в которых он должен удерживать свою вольность, так чтобы все пользовались личными правами, и в то же время власть, пекущаяся о общем благоденствии, сохранила свою нерушимость. Не забывайте, что вы вверяете мне кормило в такое время, когда свирепые валы яростно ударяют в корабль государства.

Я воин. Битвы были всегдашним моим занятием. Оправдаю ваш выбор, когда неприятель жестокий и корыстолюбивый появится на берегах наших; буду сражаться, начальствуя над вами, и покажу, что звание вашего генерала всегда любезно моему сердцу.

Высокий сан, в который вы возвели меня, напоминает мне, что я соделался отцом сограждан, быв прежде их защитником; но отец семейства воинственного всегда должен держать меч в руке своей, если хочет, чтобы дети его были мужественны и неустрашимы в сражениях.

К вам обращаюсь, генералы и воины, к вам, которые после меня, должны заступить мое место: почитаю себя счастливым, что верховная власть после меня достанется храброму воину, пролившему кровь свою за отечество; так! торжественно отрицаюсь от присвоения верховной власти моему дому.

Никогда не отдам преимущества старшинству по летам, если не найду в нем способностей, нужных для управления государством; нередко пылкий юноша споспешествует благу своего отечества более, нежели опытный, но холодный старец, который медлит и размышляет там, где надобно быть решительным и опрометчивым.

На сих условиях соглашаюсь быть вашим императором. Горе тому, кто к подножию престола, воздвигнутого благодарностью, приближится с чувствами буйными и строптивыми!

Подписано: Дессалин.


(Из англ. вед.)


-----


Определение Сен-Домингских негров о поднесении генералу Дессалину императорскаго достоинства и прокламация сего генерала: (Из англ. вед.) / [Пер. М.Т.Каченовского] // Вестн. Европы. -- 1805. -- Ч.19, N 2. -- С.154-159.