# Исторические отрывки

Михаил Трофимович Каченовский

[О кн. Ф.И.Круга "Zur Munzkunde Russlands", посвящ. рус. старин. монетам и сравнение ее с "Нестором" А.Л.Шлецера].

## Исторические отрывки


Весьма справедливо сказано в одном немецком журнале, по рассмотрении сочинения г-на Круга о российских монетах {Zur Münzkunde Russlands, von dem Herrn Collégien Assessor Krug, herausgegeben von der Kayserlichen Académie der Wissenschassten in Petersburg 1805.}: "Ныне часто выходят толстые книги, содержащие в себе очень мало; напротив того сочинение г-на Круга по числу листков есть только книжка, но по содержанию -- книга, притом весьма хорошая". Г. Круг намерен издать полную историю монет российских, начиная с древнейших времен, а сие сочинение служит только ее предвозвещением; оно тем заманчивее, тем приятнее для любителей российской истории, что г. Круг, не ограничиваясь одними русскими монетами, иногда мимоходом останавливался над другими предметами любопытными. Все мнения свои подтверждает он или выписками из русских летописей, или же весьма умными, скромными и удачными догадками.

Г. Круг во многих местах противоречит Шлецеру, геттингенскому профессору. Например: в летописях сказано что Олег, Рюриков сродник и преемник в 881 году приплыл по Днепру к Киеву со многочисленным войском, остановился под городом, скрыл воинов в ладьях, и послал сказать к владетелям киевским, что купцы, плывущие в Грецию, просят их к себе на лодки. Аскольд и Дир поверили обману, пришли на лодки, и были убиты. Г. Шлецер почитает (см. Нестор III. с. 59) невозможным, чтобы они были так беспечны; думает, что владетельным князьям киевским совсем не пристало посещать купцов, и потому заключает, что Аскольд и Дир были простые варяги, странствующие рыцари, которые, искавши приключений, остались наконец в Киеве. Напротив того г. Круг ничего странного не находит в сем посещении. Ансгар приглашал к себе на постоялый двор короля шведского, и там угощал его. Король Гаральд Грамфельд с придворными своими посещал исландский корабль, привезший мягкую рухлядь в Норвегию. Сколько раз Великий Петр посещал корабли чужестранные!

Шлецер называет баснею Олегово сухопутное путешествие на судах под Константинополь. Случай сей в самом деле походит на басню; однако г. Круг старается отдать обратно достоверность сему историческому сказанию, на которое много уже раз нападали критики. В летописях говорится, что Олег вытащил на берег суда свои, поставил их на колеса (может быть на катки) и при благополучном ветре подъехал к столице. -- На каждом судне помещалось около 40 человек. Они были построены особливым способом, вероятно выплетены из прутьев, обтянуты кожами, засмолены и законопачены. Не одни руссы и норманны плавали на таких судах; но еще прежде Юлий Цезарь воинам своим велел сделать подобные, видев их прежде у бриттов. Есть примеры в истории, что суда были перетаскиваемы и переносимы. Норманны в 888 году, осаждая Париж, и не могши плыть вверх по Сене, тащили суда свои вокруг Парижа по сухому пути более 2000 шагов. Таким же образом поступили они, возвращаясь обратно. Российский князь Юрий Владимирович сделал то же самое в 1151 году, не могши переправиться через Днепр под Киевом. В Шотландии не очень давно перетаскивали суда лошадьми по сухому пути и проч. Ливий и Светоний упоминают о кораблях, с одного места на друге переносимых людьми, рабочим скотом, телегами и машинами. При таком множеств примеров и при легкости упомянутых лодок, повествование об Олеговом сухопутном на судах путешествии кажется не вовсе баснословным.

Олег вывез из Константинополя великое количество дорогих материй, называемых наволоками, о которых упоминается в византийской и русской историях, и которые по причине высокой цены своей иногда употреблялись вместо денег. Г. Круг полагает, что слово сие происходить от Babilonica: так у древних назывались шелковые и златошвейные дорогие ткани, деланные в Вавилоне. Вероятно, что отсюда же произошло французское слово Pavillion, также балдахин; ибо на западе Вавилон назывался Балдахом.

Слово золотник г. Круг производит от золотых монет императоров греческих; сии монеты назывались solidi, и весили 70 гран, то есть столько, сколько в золотнике содержится. Таким образом определить можно вес греческой литры, о которой до сих пор еще не положено ничего достоверного.

Руссы, но примеру греков, ввели у себя пробный вес. Незадолго перед сим найден такой вес в обвалившейся части пещер в Киеве. Сперва не знали, для какого употребления служила вещь сия. Она медная; на одной стороне видно имя Глебово, на другой в маленьком кругу число семь и около его столько же точек. Она весит 369 гранов. Все заставляло думать, что она не подложная. Это был пробный вес семи монет; но каких? -- случай решил. У графа Алексея Ивановича Мусина-Пушкина, в Москве, хранится древняя серебряная монета великого князя Ярослава. Весу в ней 53 грана; следственно семь таких монет весят 371 гран, что очень близко подходит к пробному весу. Г. Шлецер сомневался не только в подлинности, но даже в бытии упомянутой монеты; однако г. Круг сам видел ее, и смотрел глазами знатока. Итак, мнение, что русские переняли бить монету у татар, есть совершенно несправедливое. При сем случае сочинитель упоминает о том, что г. Шлецер во многих возбудил сомнение о надписи в Тмутаракани и о Песне Игоревой. Знаменитый исследователь истории наконец сам уверился, что Песнь Игорева не есть подложное сочинение; может быть он не сомневается теперь и о надписи, которая уже обстоятельно описана и на меди вырезана.

Г. Шлецер шутил на счет одной пермской монеты, будто бы сделанной до Рождества Христова; к тому подала повод ошибка в переводе. По-русски означено, что она выбита до введения христианской веры (то есть в Пермии), следственно перед окончанием четырнадцатого столетия.

В Новгороде известны были так называемые корабленники. Г. Круг почитает их за одно с Rosenobles, английскими четырнадцатого века золотыми монетами, которые привозимы были в Россию по причине торговых оборотов. Шеляг и стерляг, названия видимые на старинных российских серебряных монетах, сочинитель почитает заодно с шиллингом и стерлингом. Последнее слово произошло от саксов, которые господствовали в Англии, и которых писатели времен Карла Великого называли эстерлинги (Oesterling).

По исследованиям г-на сочинителя видно, что у руссов было много золота и серебра еще в 9 и 10 столетиях, и что в 8 веке они были совсем не в таком состоянии, как вообще думают.


-----


[Каченовский М.Т.] Исторические отрывки: [О кн. Ф.И.Круга "Zur Munzkunde Russlands", посвящ. рус. старин. монетам и сравнение ее с "Нестором" А.Л.Шлецера] // Вестн. Европы. -- 1807. -- Ч.34, N 15. -- С.194-200.