# О первобытной России и ея жителях. Сочинение Николая Арцыбышева

Михаил Трофимович Каченовский

О первобытной Россіи и ея жителяхъ (*).


(*) Сочиненіе Николая Арцыбышева, Члена С. Петербургскаго общества любителей наукъ, словесности и художествъ. Въ С. Петербургъ, печатано въ Императорской типографіи 1809 года, 109 стр. въ осьмую долю листа.

Русская исторія начинается со времени прибытія Рурика, съ того времени, когда три народа, разноплеменные и разноязычные, Славяне Новогородскіе, Финны (Чудь) и Руссы составили одно государственное тѣло. Сіе великое произшествіе относится къ половинѣ девятаго вѣка по Рождествѣ Христовѣ. Слышу возраженія: Какъ! не ужели свѣдѣнія наши о дѣяніяхъ отечественныхъ простираться должны не далѣе начала княженія Рурикова? Не ужели сѣверная страна гемисферы нашей была необитаема? -- До составленія Русскаго государства сѣверъ покрытъ былъ мракомъ неизвѣстности, онъ былъ обитаемъ, но людьми необразованными, чуждыми гражданскаго устройства, непрославившими имени своего никакими дѣяніями, неоставившими по себѣ никакихъ письменныхъ памятниковъ, какъ Греки, Римляне, и позднѣйшихъ временъ народы, предавшіе потомству незабвенныя свидѣтельства бытія своего въ мірѣ. Геродотъ, Страбонъ, Плиній ничего не говорятъ намъ достовѣрнаго о странахъ и народахъ первобытной Россіи. Повѣсти о Короляхъ Финскихъ и Пермскихъ, о государяхъ Новгородскихъ и Кіевскихъ до Рурика бывшихъ, выдуманы поздными разсказсчиками, и теперь онъ не болѣе уважаются, какъ и басни о данной Славянамъ отъ Александра Македонскаго граматѣ, золотыми буквами написанной и хранимой въ Сералѣ Турецкаго Султана, или о происхожденіи Рурика отъ Пруса, ближняго родственника Августова. Намъ надобенъ приступъ къ Исторіи, въ которомъ предложены были бы несомнительныя извѣстія о народахъ и странахъ первобытной Россій. Несторъ, единственный, первый и достовѣрнѣйшій указатель Русскаго сѣвера, даетъ намъ сіи извѣстія, собранныя г-мъ Арцыбышевымъ въ объявляемой здѣсь книгѣ, и расположенныя имъ для удобности въ иномъ порядкѣ. Главной трудъ г-на Сочинителя состоитъ въ томъ, что онъ объясняетъ мѣста пребыванія народовъ, основывая мнѣнія свои на отечественныхъ и немногихъ чужестранныхъ свидѣтельствахъ.

По разсмотрѣніи предложенныхъ Несторомъ и объясняемыхъ г-мъ Арцыбашевымъ извѣстій открывается, что Латыши и Чухонцы (Чудь, Финны) были старинными обитателями Русскаго сѣвера; между ними и близь ихъ поселились Славяне, пришедшіе отъ берега Дунайскаго и вытѣсненные оттуда Волохами; потомъ къ нимъ же и къ Славянамъ пришли изъ за Балтійскаго моря Руссы. Изъ Финновъ, Славянъ и Руссовъ составилось государство. Отсюда начинается Исторія.

Критика историческая въ молчаніи благодаритъ г-на Сочинителя за подъятый трудъ, и признаетъ его достовѣрнымъ свидѣтельствомъ прилѣжанія, свѣдѣній и основательной разборчивости: критика словесная въ недоумѣніи останавливается на нѣкоторыхъ страницахъ, и желаетъ, чтобы вообще книги полезныя, но сухія по содержанію своему, не пугали читателей слогомъ страннымъ и непонятнымъ.

"Я пишу для Русскихъ" такъ начинаетъ Г. Сочинитель увѣдомленіе свое на стр. 5. "не для знатоковъ, но для тѣхъ, которыхъ лѣта, упражненіе, образъ жизни и вкусъ непозволили заняться жесткимъ нарѣчіемъ Нестора, тяжелыми бесѣдами Байеровъ, Миллеровъ, Тунманновъ, Шлецеровъ и проч. -- Для воспитанниковъ университетовъ не новость будетъ конечно все то, что я сказать намѣренъ, и если не пишетъ онъ о своемъ отечествѣ, то это думаю единственно лишь для того, чтобы написать что нибудь лучше, полнѣе, вѣрнѣе." Кто отгадаетъ, куда относится слова не пишетъ онъ?

Стр. 11. "Мы не коверкаемъ словъ чтобы выдавить изъ нихъ звукъ, записывающій насъ подъ знамена Пріамовы." Намъ кажется, можно бы пошутить на счетъ Рудбековъ и Тредіаковскихъ, не приписывая звуку возможности записывать подъ знамена. Смотрите, такъ ли говоритъ Ав. Шлецеръ о Штраленбергѣ {Probe Russischer Unhallen 1768. стр. 101.}; "онъ хваталъ слова, клалъ ихъ на этимологическую дыбу и мучилъ до тѣхъ поръ, пока не давали онѣ звука такого, какой надобенъ ему былъ для мнимаго открытія или для любимой гипотезы."

Стр. 13. "Представлять себѣ начало ихъ (царствъ) на нынѣшней, ногѣ есть то же, что приписывать годовому ребенку дѣла средовѣчнаго человѣка." Весьма удачное сравненіе царствъ съ жизнію человѣческою! они родятся, младѣнчествуютъ, зрѣютъ, старѣются и умираютъ. Ахъ, еслибъ не было тутъ нынѣшней ноги!

Тамъ же. "Присовокупимъ къ тому, что все ими (Римлянами и Греками) сказанное едвали можетъ быть отнесено къ первобытной Россіи. -- Средніе вѣки но болѣе съ нимъ знакомы". Съ кѣмъ? и для чего переходить отъ древнихъ народовъ къ среднимъ вѣкамъ, a не къ народамъ еще въ средніе вѣки жившимъ?

Еще нѣсколько замѣчаній. У Сочинителя (стр. 15) уроженецъ противуполагается иностранцу. Намъ кажется, что при первомъ словъ должно стоять еще другое, по которому узнать можно было бы, какой или откуду. Далѣе, слова подозрѣвать (стр. 35 ) и подозрѣніе (89) Г. Сочинитель употребляетъ вмѣсто догадываться и догадка. -- Стр. 55. Разныя варварскіе народы ... имѣли въ неи (въ Даніи) ночлегъ." Стр. 88. "Подлинникъ Несторовъ есть еще завоеваніе письмянности."

Малыя грамматическія пятна сіи не отъимаютъ историческаго достоинства. Мы замѣтили ихъ единственно для тѣхъ молодыхъ людей, которые книжкою Господина Арцыбышева станутъ руководствоваться при чтеніи Русскихъ лѣтописей, искренно совѣтуя имъ полюбить сочиненіе о первобытной Россіи и ея жителяхъ.


М.


"Вѣстникъ Европы". Часть XLVIII, No 21, 1809