# Известие о Словаре Немецко-Сербском

Михаил Трофимович Каченовский

Извѣстіе о Словарѣ Нѣмецко-Сербскомъ.


Разсуждая о происхожденіи нашего Церковнаго языка, я приводилъ свидѣтельства перваго знатока въ литтературѣ Славянскихъ нарѣчій, знаменитаго Богемца, Аббата Добровскаго {Вѣстн. Евр. 1816, No 19 и 20, стран. 252.}, которой, въ перепискѣ своей съ историкомъ Енгелемъ {Ceschicht. ed. Ungr. Reichs und feiner Rebenlander. III, pag. 155.}, полагаетъ различіе между нарѣчіями древнимъ Сербскимъ неиспорченнымъ (Serbica antiqua incorrupta) и нынѣшнимъ Сербскимъ испорченнымъ (Serbica hodierna corrupta). Древнее сіе нарѣчіе можно видѣть въ разныхъ книгахъ, написанныхъ Сербами, для которыхъ Церковный языкъ, намъ и имъ общій, служитъ вмѣстѣ и письменнымъ языкомъ, и которые торжественно называютъ его стариннымъ своимъ достояніемъ. Чтожъ касается до нынѣшняго ихъ нарѣчія простонароднаго, неимѣющаго по свидѣтельству Рунислава {Вѣстн. Евр., тамъ же стран. 261.}, никакихъ писанныхъ правилъ, испещреннаго, какъ онъ же говоритъ, Нѣмецкими, Венгерскими и Турецкими словами; то объ немъ ничего нельзя было бы сказать достовѣрно безъ помощи Словаря, о которомъ намѣренъ я предложить Славянскимъ филологамъ. Самъ Линде въ превосходномъ своемъ Словарѣ Польскаго языка, сравнивая и объясняя слова всѣхъ нарѣчій Славянскихъ, о нынѣшнемъ Сербскомъ, широко простирающемся въ Турецкихъ и Австрійскихъ владѣніяхъ, ничего неупоминаетъ. Видя ближайшее сходство между нарѣчіями, Церковнымъ и книжнымъ Сербскимъ, онъ не счелъ за нужное особо приводить слова сего послѣдняго, и руководствовался только Словаремъ покойнаго Протоіерея Алексѣева, отдавши должную справедливость почтенному труду сего ученаго мужа. Но приступимъ къ дѣлу, и сперва упомянемъ о заглавіи сей, весьма рѣдкой у насъ въ Россіи, книги {Пользуясь ею по благосклонности А. Ѳ. Малиновскаго, долгомъ почитаю изъявить усерднѣйшую благодарность Его Превосходительству. К.}.

Нѣмецкій и Сербскій словарь на потребу Сербскаго народа въ Крал. Державахъ. Возписанъ Его Превосходительству Высоко-Преосвященнѣйшему Господину Архіепископу и Митрополиту иже въ Карловцѣ. Во Віеннѣ (въ Вѣнѣ) въ лѣто 1790. Иждивеніемъ Іосифа Благороднаго отъ Курцбекъ (Gdlen bon Ruribech) Крал. дворнаго Типографа и Великокупца (Grosbhandler). Въ больш. 8, страницъ XVI, 720.

Вся книга напечатана Нѣмецкими буквами и Церковными, безъ соблюденія однакожъ надстрочныхъ знаковъ, которые только въ посвященіи и предисловіи тщательно удержаны. Вотъ посвященіе:

"Его Превосходительству Высоко Преосвященному господину господину Моѵсею Пустникъ Архіепископу Карловачкому, и всего Сербскаго Народа Митрополиту, Его Крал. Ап. Величества Тайному Совѣтнику, Ордена Стефанова коммемдатору и пр. и пр. моему милостивому Господину {Замѣтитъ должно, что титулъ напечатанъ не одинакой величины буквами, расположенными приличнымъ образомъ. На противуположной страницѣ то же самое посвященіе находится на Нѣмецкомъ языкѣ. К.}


"ВАШЕМУ ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ


"Посвящаю я книгу сію еже чрезъ то благодарность мою и почитаніе принести, Обоя, прошу, примите.

"Я непосвящаю ю вамъ за то, дабы Васъ хвалити, Кто похвалить заслуженныя мужи по приличію ихъ и по достоянію?

"Равнѣ ниже за ласкательство посвящаю ю ВАШЕМУ ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ -- ниже за то, да бы тую инимъ препоручали, ниже да бы защитили ю; того я не ищу,

"Естьли она добра, то не требуетъ защита, негоднали есть то никто ю защищати не можетъ.

"Посвящаю же ю ВАШЕМУ ПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВУ по истинному точію движенію внутренныя благодарности за чрезъ толь долгое время показанную благонаклонность и благоволеніе о трудѣхъ моихъ.

"Здравіе {Въ Нѣмецк. Heil.} буди мзда ваша! -- дѣло же есть возвышенный столпь вашь {That ist The Monument} -- ниже я, ниже сіе сочиненіе -- но вы сами возвышаете себѣ Оный?

"Покорнѣйшій и понизнѣйщій,

"Іосифъ Благороденъ отъ Курцбекъ."

Весьма нетрудно замѣтить, что въ семъ посвященіи слогъ не самой лучшій, и что сочинитель невездѣ избѣжалъ фразъ, близкихъ къ просторѣчію, по крайней мѣрѣ здѣсь сохранилъ онъ грамматическую правильность въ окончаніяхъ {Букву ь вмѣсто ъ ставилъ онъ, кажется, по нуждѣ; ибо въ словахъ напечатанныхъ другимъ шрифтомъ ъ вездѣ стоитъ на своемъ мѣстѣ. К.}. Но въ предисловіи встрѣчаются такія несходства, которыя могутъ намъ показаться очень странными. Предложимъ ихъ въ немногихъ выпискахъ. Въ слѣдующей читатели между прочимъ, замѣтятъ важное обстоятельство, касательно исторіи книгопечатанія.

"Вѣдомо есть, да я тѵпографію Іллѵрическаго и прочихъ восточныхъ языковъ неимѣвый еще въ Кес. Кр. земляхъ предводителя {Вмѣсто: предшественника: Borganger.}, собственнымъ моимъ иждивеніемъ, токмо за еже отечеству полезенъ быти, воздвигаω есмь"

"Невоздѣланное убо поле воспріяхъ за еже дѣлати е, на коемъ бы могаω, аще не богатства собирати, поне чести получати."

Да вмѣсто что; воздвигаоω, могаω вмѣсто воздвиглъ, моглъ.

"Что либо есмь могаω тѵпографіею моею; къ пользѣ славнаго Сербскаго народа сотворити, все оное усердно и вѣрно есмь сотворіω. Кадъ бы имаω выше содѣйсвителей, выше вѣжества оу языку овомъ, выше бы могаω и сотворити." Hatte ihr mehr Mitarbeiter, mehr Hilfsquellen und Hilsmiffenchafft in diefer Sprache gehabt, etcet.)

Тутъ еще болѣе видно, что авторъ неможетъ обойтисъ безъ просторѣчія, и потому весьма часто принужденъ бываетъ отступать отъ стариннаго нарѣчія Сербскаго, которое Дибровскій называетъ неиспорченнымъ. Нѣсколько примѣровъ изъ Словаря еще болѣе насъ въ томъ удостовѣритъ. Но мы напередъ остановимся надъ однимъ обстоятельствомъ, касательно названія Сербскаго языка. Въ предложенной выше выпискѣ самъ авторъ говоритъ объ Иллирическомъ языкѣ, разумѣя подъ симъ же именемъ Сербскій; ибо въ Нѣмецкомъ его текстѣ и народъ Сербскій и языкъ вездѣ называются Иллирійскими. Господинъ Волтиджи, сочинитель Словаря Иллирійско-Итало-Нѣмецкаго {Riscoslovnik Iiliricskoga Itallanskoga і Nimackoga jezika. U Beczu (въ Вѣнѣ), 1803 8. Тутъ Иллирійскимъ языкомъ названъ Кроатскій. Дивится нечему: -- Словарь напечатанъ у того же Курцбека.}, все что ни есть Славянскаго въ мірѣ называетъ Иллирійскимъ. Съ совершенною увѣренностію въ истинѣ своего мнѣнія онъ смѣло и чистосердечно утверждаетъ, что Албанія, Рагуза, Монтенегро, Далматія, Либурнія, Пригорная часть Истріи, Крайнъ, Каринтія, Кроація, Боснія, Расція, Сербія, Булгарія, Славонія, большая часть Венгрія, Богемія, Моравія, Силезія, Польша и Poссія -- всѣ сіи провинціи заключаются въ сномъ древнемъ всеобщемъ имени ИЛЛИРИКА, иначе ИЛЛИРІИ, точно какъ подъ именемъ Италіи, Франціи, Германіи разумѣютъ, всѣ въ нихъ заключающіяся области. Г. Воллтиджи въ длинномъ Латинскомъ предисловіи исчисляетъ всѣхъ извѣстныхъ ему знатныхъ Иллирійцевъ, между которымй: Руской съ гордостію указываетъ на Графа Щувалова, Ломоносова, Хераскова, Сумарокова, Вишенскаго (?), Осипова. Послѣ етаго никто уже пусть неудивляется, что Воллтджи всѣмъ добрымъ обитателямъ оной пространной Иллиріи отъ души совѣтуетъ иначе неговоритъ между собою, какъ на природномъ ихъ Иллирійскомъ языкѣ. Оставимъ въ покоѣ г-на Волтиджи, и скажемъ, что Иллиргйское наименованіе. какого бы то ни было Славянскаго нарѣчія никого недолжно вводить въ заблужденіе. Иллиріею въ древности называлась извѣстная страна; но объ языкѣ тогдашнихъ ея жителей ничего достовѣрно сказать не можно. Во времена къ намъ ближайшія въ Иллиріи появляются разныя Славявскія племена, несходными нарѣчіями отличающіяся между собою. Теперь спрашивается: какое именно нарѣчіе должно разумѣть подъ Иллирійскимъ? Удовлетворительной отвѣтъ на ето находится въ Предисловіи къ Польскому Словарю г-на Линде. "Сей трудолюбивый Лексикографъ свидѣтельствуетъ (стран. XIII), что южныя Славяне привыкли иногда всѣ Славянскія нарѣчія безъ разбору называть Иллирійскими, а иногда только южныя, какъ-то Кроатское, Боснійское, Славонское, даже Виндическое и Крайнское, что можно видѣть въ заглавіи Словарей упомянутыхъ діалектовъ, почти вездѣ именуемыхъ иллирійскими; и потому-то всегда надобно прилѣжно вникать и добираться, какое именно нарѣчіе разумѣется подъ тѣмъ общимъ названіемъ. Я, продолжаетъ Г. Линде, всячески старался распознавать и отличать слова всѣхъ оныхъ діалектовъ, и проч. -- и такъ мы знаемъ теперь, что подало поводъ г-ну Курцбеку Сербской народъ называть Иллирійцами, и языкъ его Иллирійскимъ.


(Окончаніе въ слѣд. книж.)


-----


[Каченовский М.Т.] Известие о словаре немецко-сербском [Иосифа Благородного от Курцбек, напечатанном в Вене, в 1790 г.] // Вестн. Европы. -- 1817. -- Ч.96, N 21. -- С.42-49.


Извѣстіе о Словарѣ Нѣмецко-Сербскомъ.


(Окончаніе.)


Немногіе примѣры покажутъ намъ самымъ яснымъ и достовѣрнымъ образомъ, сколь велика разность между древнимъ нарѣчіемъ Сербскимъ и нынѣшнимъ. Выписываемъ нѣкоторыя фразы: "Онъ ничего нестрашится -- устрашаетъ чужестранныхъ сюду приходити (стран. 8).-- Ничего отъ сего товара продати можно есть -- я сіе изъ добраго намѣренія сказалъ есмь -- далеко прозырающія умысли, имѣти (стран. 9). -- Привикай полатінски говорити -- старая привичка премѣняется въ природу (стран. 228). -- По одѣянію срѣтаютъ, по уму провожаютъ (стр. 291).-- Онъ симъ дѣломъ великую славу, похвалу получилъ, заслужилъ, пріобрѣлъ (стр. 323). -- Осязати біеніе жилы -- пулсъ y него весма скоро идетъ (стр. 399). -- Добрыхъ качествъ человѣкъ -- пощади живота y побѣдителя просити, молити. Сего довольно. Кто невидитъ здѣсь совершеннаго сходства не только съ церковнымъ нашимъ языкомъ, но въ нѣкоторыхъ фразахъ даже и съ Русскимъ нынѣшняго вѣка? Сходство съ послѣднимъ объяснится далѣе.

Выберемъ теперь еще нѣсколько такихъ примѣровъ, которые дадутъ намъ поводъ къ другимъ заключеніямъ. "Тамо способно якорь бациты {Weifen.} можно -- обтужити {Uflagen, стран. 26.}. -- Обувати чепелы, чизмы, чарапы {Schube, Stiefeln, Strumpfe. Стран. 35.} -- Рупа {Der boch.}. Лудъ е maй мишъ, кой само едну рупу зна -- кртина из рупе изилази {Est ist eine alberne Maus, die ein Soch weis -- der Maulwurf friecht aus feinem Soche. стран. 323.}.-- Перстень на прстъ метути -- омириши тай цвѣтъ {Den Ring an den Ftunger frecfen -- riche an diese Blume. Мирисанье обоняніе. Стран. 419.}. -- Онъ съ правога пути зайде -- онъ на полъ пута срѣлся самномъ {Er hat des rechen Weges werfechlet -- er istmir auf deni halben Wege begegwet. Стран. 639.}.-- Ние выше отъ две фунте тешко {Es wiegt nicht uber zwen Pfund. Стран. 676.}." Етотъ языкъ, для насъ малопонятный, или даже и совсѣмъ невразумительный, есть нынѣщній простонародный Сербскій. Онъ неочищенъ, необработанъ, не имѣетъ своей литтературы. Между нимъ и Церковнымъ языкомъ, такое точно теперь отношеніе, какое до 18 вѣка было между общенароднымъ. Русскимъ и упомянутымъ Церковнымъ же. Было время, когда и у насъ неумѣли писать на употребительномъ нарѣчіи, и недогадывались, чтобы нужно было обработывать его для выгодъ просвѣщенія народнаго.

Извѣстно, что слова входятъ въ языкъ по весьма разнообразнымъ причинамъ, которыя всѣ болѣе или менѣе любопытны. Слово деньги, на примѣръ, вошло къ вамъ вмѣстѣ съ означаемою имъ вещію непрежде тринадцатаго вѣка, именно при порабощеніи Татарами предковъ нашихъ. Желательно знать, какъ называются деньги на языкѣ Сербовъ, у которыхъ тотъ же предметъ не могъ имѣть одинакаго съ нашимъ имени по извѣстнымъ причинамъ историческимъ. Пріискиваю въ Словарѣ и нахожу: новцы, пѣнязи -- ложный новацъ -- готовыя новцы. Татарское происхожденіе слова деньги и его значеніе мы знаемъ; но откуда взялись новцы? Такимъ же образомъ при Нѣмецкомъ словѣ Rod (кафтанъ) нахожу неизвѣстнаго происхожденія имя халина; которая и вообще значитъ одежду, Новцы и халина употребительны, по свидѣтельству г-на Линде, во многихъ Славянскихъ нарѣчіяхъ, между тѣмъ какъ въ нашемъ вовсе нѣтъ ихъ. Столько же есть Славянскихъ словъ, намъ неизвѣстныхъ ни по наименованію своему, ни по происхожденію, и сколь глубокихъ, долговременныхъ и неусыпныхъ требуется изысканій, чтобы изъ всѣхъ нарѣчій Славянскаго языка извлечь несомнительные признаки переселенія племенъ, ихъ же сосѣдства съ прочими народами, и разныхъ происшествій предварившихъ разсвѣтъ Исторіи!

Въ рецензіи на славный трудъ г-на Линде, напечатанной въ Галльскихъ Ученыхъ вѣдомостяхъ, замѣчено, что авторъ непользовался Нѣмецко-Сербскимъ словаремъ Курцбека. Въ отвѣтъ Рецензенту отъ имени Линде сказано, что Польскій Лексикографъ имѣлъ его въ рукахъ своихъ и даже нѣсколько дней разсматривалъ съ намѣреніемъ извлечь изъ него Сербское нарѣчіе; но скоро увидѣлъ, что упомянутый, въ Вѣнѣ изъ типографіи Курцбека вышедшій, Словаръ, есть не иное что какъ Россійскій словарь г-на Родде, перепечатанный нѣсколько отмѣнными буквами церковнаго шрифта. -- Мы неимѣемъ теперь y себя Россійскаго Словаря г-на Родде; но смѣло ручаемся, что въ немъ не можетъ быть простонароднаго Сербскаго нарѣчія словъ и фразъ, изъ числа которыхъ предложена выше только малѣйшая часть ихъ. Если же правда, что Курцбекъ пользовался книгою г-на Родде; то немудрено понять, какимъ образомъ въ Сербскомъ словарѣ очутились наши Русскія слова и фразы. К.


-----


[Каченовский М.Т.] Известие о Словаре немецко-сербском [Й.Курцбека]: (Окончание) / К. // Вестн. Европы. -- 1817. -- Ч.96, N 22. -- С.125-128.