# Об Истории законодательства, сочиненной г-м Пасторетом

Михаил Трофимович Каченовский

Объ исторіи законодательства, сочиненной г-мъ Пасторетомъ (*).


(*) Histoire de la legislation etc. Книга сія вышла въ Парижѣ, въ 4 Томахъ, 1817 года. Ея авторъ есть Перъ Франціи, Членъ Королевскаго Института, и проч. Онъ извѣстенъ ученому свѣту въ качествѣ законовѣдца. Сія рецензія напечатана въ Journal des Savans.

Имена большей части завоевателей, при одномъ воспоминаніи объ ничтожныхъ походахъ ихъ, мгновенно возобновляютъ въ памяти нашей продолжительныя бѣдствія народовъ, весьма часто служившія для нихъ средствами къ побѣдамъ. Потому-то судъ безпристрастнаго потомства почти всегда бываетъ нареканіемъ славѣ сихъ героевъ. Всею наградою мудреца, углубляющагося въ подробности оныхъ удачныхъ нашествій, будетъ только гнѣвъ праведный, но тщетный гнѣвъ противу великихъ міра сего, порывамъ преступной гордыни своей обрекающихъ настоящія и грядущія поколѣнія, моихъ жизнь, покой и счастіе были имъ ввѣрены Провидѣніемъ. Совсѣмъ иной судъ въ потомствѣ ожидаетъ героя-законодателя. Мы не только дань хвалы и почтенія платимъ ему за спасительныя намѣренія и за памятники его добродѣтели; нѣтъ, мы ему воздаемъ даже благодарность нашу, на которую приобрѣлъ онъ неотъемлемое право. Добро, которое при жизни своей сдѣлалъ онъ людямъ, неограничивается продолженіемъ одного вѣка, или предѣлами одного края: примѣръ его служитъ вѣчной наукою справедливости, а иногда и орудіемъ счастія многихъ вѣковъ и народовъ. По сему-то исторія древняго законодательства, по сему-то произведенія учености, въ которыхъ описывается благосостояніе великихъ семействъ рода человѣческаго, суть предметы драгоцѣнные по своей пользѣ. Но когда, углубляясь въ отдаленнѣйшіе вѣки, надобно изъ остатковъ, пощаженныхъ временемъ, извлекать мѣру оныхъ великихъ и древнихъ памятниковъ, которые уже несуществуютъ; когда о законахъ надобно догадываться по обычаямъ, причины узнавать по дѣйствіямъ, изъ разбросанныхъ частей составить нѣчто цѣлое, по которому можно было бы достаточно судить о томъ, что нѣкогда существовало: для такого труда сколько потребно свѣдѣній разнообразныхъ, сколько прозорливости трудолюбивой, сколько терпѣнія неутомимаго? Предпринять толикій подвигъ можетъ только писатель, съ истиннымъ талантомъ соединяющій въ себѣ пламенное рвеніе быть полезнымъ для современныхъ и грядущихъ поколѣній. Все свое находимъ въ твореніи, о которомъ теперь намѣрены мы предложить общія понятія.

Въ четырехъ томахъ заклютается законодательство Ассиріянъ, Вавилонянъ, Египтянъ, Сиріянъ и Евреевъ. Остатки исторіи и законодательства сихъ народовъ, собранные и расположенные нашимъ Авторомъ, представляютъ наилучшую, изъ всѣхъ до нынѣ извѣстныхъ, картину политическаго, гражданскаго и духовнаго ихъ состоянія. Сравненіе однихъ законовъ съ другими возбудитъ любопытство читателей. Минемъ подробности законодательства Ассиріянъ, Вавилонянъ, Египтянъ, еще менѣе извѣстнаго, нежели законодательство Евреевъ, о которомъ имѣть достаточное понятіе нѣкоторымъ образомъ велитъ намъ самая наша Религія.

Исторія законодательства въ каждой странѣ такъ тѣсно сопряжена съ исторіею правительства, что Создатель, показывая источникъ, установленіе и вліяніе законовъ, управлявшихъ разными государствами, принужденъ былъ входить въ нѣкоторыя подробности относительно политики самихъ Монарховъ, и разсуждать о благоуспѣшныхъ подвигахъ, или о бѣдственныхъ неудачахъ народовъ. Мы однакожъ ограничимся единственно изложеніемъ существа дѣла.


Законодательство Ассиріянъ, Ванилонянъ и Египтянъ.


Права политическому верховной власти и управленія. Въ царствахъ Ассирійскомъ, Вавилонскомъ и Египетскомъ образъ правленія былъ монархическій. Новѣйшіе писатели, опираясь на нѣкоторыя частныя обстоястельства, сочиняли системы объ Ассирійскомъ и Вавилонскомъ правительствѣ, каждой по своему. Патеръ Гардуенъ почиталъ его демократическимъ; Гогетъ и Бьанчиній {Hardouin, Goguet, Віаосіаі.} послѣ утверждали, что оно было умѣренное. Гогетъ предполагалъ въ немъ три правительствующіе совѣта; Бьанчиній говорилъ, что власть принадлежала вмѣстѣ Монарху и народу. Пасторетъ опровергаетъ сіи системы; онъ утверждаетъ, что Цари имѣли власть неограниченную, и что сомнѣваться въ етомъ недозволяютъ многія неоспоримыя событія. "Цари" говоритъ онъ, "имѣли право надъ жизнью и смертію подданныхъ; сами рѣшали судьбу ихъ, безъ участія какой-либо другой власти законной". Земля принадлежала коронѣ. Монархи назывались Царями Царей; домогались высочайшихъ почестей и пользовались ими. Замѣтить должно, что и женщины могли быть правительствующими Царицами.

Тѣ же сомнѣнія возникали и вразсужденіи Египетскаго правительства. Многіе писатели, къ числу которыхъ принадлежатъ Боссюетъ и Монтескій, думали, что въ Египтѣ образъ правленія былъ умѣренный. Г. Пастореьъ утверждаетъ, и доказываетъ множествомъ событій, что правленіе въ Египтѣ было неограниченное, Онъ ссылается на предписанный Царемъ всему народу двумѣсячный плачь (трауръ) по смерти Іакова; ссылается на титло Царя Царей и владыки владыкъ, которой присвоивали себѣ Монархи Египетскіе; на самовольные приговоры о казняхъ и о взятіе въ казну имуществъ, безъ всякаго порядка судебнаго; на совершенной недостатокъ въ обезпеченіи гражданской свободы; на законъ, или насильство, посредствомъ котораго собственностію государства распоряжали самопроизвольно, равнымъ образомъ и на то, чего судебная власть въ Египтѣ подчинена была престолу; на поступки Сезостриса, которыми измѣнено раздѣленіе, измѣнены всѣ части управленія въ Египтѣ, и даже самое право собственности; на повелѣнія сооружать оныя славныя пирамиды, свидѣтельствующія, что деспотизмъ Государя, недовольствуясь угнѣтать народы мнимыми потребностями и затѣйливыми забавами при своей жизни, еще и по смерти своей мучилъ ихъ работою, только для того чтобы приготовить великолѣпное хранилище плѣннымъ своимъ остаткамъ.

Пропустимъ изслѣдованіе разныхъ причинъ, которыя смягчали власть неограниченную; главныя изъ нихъ суть: религія, могущество жрецовъ, судъ надъ Царями по смерти. Г. Пасторетъ изыскиваетъ: избирательные ли были Цари въ Египтѣ? Онъ думаетъ, что наслѣдственные, по крайней мѣрѣ съ нѣкоторой извѣстной епохи, и что выборы могли быть развѣ только во времена глубокой древности. Утверждая, что престолъ былъ достояніемъ наслѣдственнымъ, нашъ Авторъ находитъ тому особенную, противную избирательной системѣ причину въ томъ, что не было главнаго, умѣреннымъ самодержавіемъ свойственнаго закона, которымъ предварительно опредѣляется, какъ надлежитъ поступать въ разныхъ, впредь могущихъ случиться политическихъ обстоятельствахъ. Фараонъ, на примѣръ, удаляясь изъ Египта, самъ назначалъ временнаго по себѣ намѣстника. Цари самовластно опредѣляли опеку надъ своими дѣтьми и регентовъ для управленія государствомъ. Наконецъ онъ опровергаетъ Монтескія, который утверждалъ, будто братья вступали на престолъ вмѣстѣ съ сестрами.-- Обрядъ принятія самодержавной власти совершался въ Мемфійскомъ храмѣ, гдѣ главный жрецъ возлагалъ на Царя знаки его достоинства.

Нимъ раздѣлилъ Ассирію на многія области. Сему же Монарху приписываютъ и раздѣленіе подданныхъ на разныя поколѣнія. Ремесло отца было единственнымъ упражненіемъ сына. Халдеи составляли одно изъ сихъ поколѣній; ето была особенная, наслѣдственная каста, предназначенная къ совершенію богослужебныхъ обрядовъ, какъ въ Египтѣ жрецы, или какъ сыны колѣна Левіина. Ассирійское царство открыто было для чужестранцовъ, которыхъ даже заохочивало правительство селиться въ его предѣлахъ. Надъ воинами убитыми на сраженіи воздвигаемы были общественные памятники.

Египетъ раздѣленъ былъ также на области, называемыя у Грековъ номами, которыя опять дѣлились на округи, или топархіи а сіи еще на меньшія части. Царь назначалъ людей, которые должны были тамъ управлять его властію. Граждане равнымъ образомъ раздѣлялись на классы, и званія были наслѣдственныя. Обыкновенно классовъ сихъ считается пять, а именно: военный, жреческій, земледѣльческій, ремесленный и пастушескій. Такимъ образомъ каждой человѣкъ необходимо долженъ былъ имѣть одно какое-либо званіе или упражненіе, и, какъ говоритъ Бассюетъ, никто неимѣлъ права быть безполезнымъ для государства. Египетъ былъ наполненъ учебными заведеніями. По мнѣнію Египтянъ, четыре силы управляли жизнію человѣка: талантъ, богатство, любовь и нужда. Законъ запрещалъ сожигать тѣла умершихъ.

Съ царствованія Псамметиха стали давать привилегіи остающимся въ Египтѣ чужестранцамъ. Некосъ предпринималъ провести каналъ между Ниломъ и Чермнымъ моремъ для соединенія Европы съ Азіей, Средиземнаго моря съ обширными морями Индіи. Амазисъ предоставилъ Грекамъ привозить товары, дозволилъ имѣть имъ собственныхъ судей и свободно отправлять богослуженіе.

Законы о собственности и податяхъ. Цари Ассирійскіе и Вавилонскіе, будучи владѣтелями всей земли въ своемъ Царствѣ, отдавали ее въ оброчное содержаніе за ежегодную плату. Чиновники, надзиравшіе надъ успѣхами землепашества, пользовались особеннымъ уваженіемъ. Были и непостоянныя подати, на примѣръ занимаемыя отъ ввозимыхъ въ города товаровъ. Кондильякъ думалъ, что подати налагаемы были не отъ самаго Царя, но что онѣ зависѣли отъ областныхъ сеймовъ; далѣе, что подати были не иное что какъ добровольное приношеніе, а не всегдашній взносъ по принужденію. Пасторетъ отвергаетъ сіе мнѣніе, и говоритъ, что Кондильякъ не представилъ никакихъ на то доказательствъ, уваженія достойныхъ.

Касательно Египта, нѣтъ никакого въ томъ сомнѣнія, что владѣльцы земли взносили въ казну пятую часть своего дохода, такъ что, ежели по стеченію обстоятельствъ доходъ уменьшался, то по засвидѣтельствованіи мѣстнаго начальства и слѣдующая ко взносу часть назначаема была соразмѣрная оному. Такова была поземельная подать. "Четыре же другія части" говоритъ авторъ "оставались въ пользу самыхъ владѣльцовъ для ихъ содержанія, для издержекъ по сельскому домоводству, для другихъ податей, которыя надлежало платить на содержаніе жрецовъ и войска."

Кажется, что правительство предоставляло себѣ доходъ отъ продажи дерева папируса, которое особливо употребляемо было на паруса, на крыши, на одежду, на веревки, и еще служило для письма, какъ наша бумага. Во времена позднѣйшія, когда одинъ Египетскій Монархъ запретилъ вывозить папирусъ въ царство Пергамское, купцы сей страны замѣнили недостатокъ папируса пергаминомъ, которой, послѣ того былъ многими народами принятъ въ употребленіе, донынѣ еще именемъ своимъ напоминаеть о своемъ началѣ. Были взимаемы пошлины отъ товаровъ, отправляемыхъ изъ однихъ городомъ въ другіе, отъ рыбной ловли, отъ рудокопень золотыхъ и серебряныхъ; были и другія разныя подати чрезвычайныя, какъ земными произведеніями, такъ и деньгами: платимыя въ казну государственную, Земли, принадлежавшія Царю и жрецамъ Египетскимъ, составляли половину всего Королевства; не смотря на то, отъ жителей требована была еще подать на содержаніе священныхъ животныхъ. Начальники областей имѣли обязанность собирать всѣ подати. Кажется, что жрецамъ принадлежала доля и въ сборахъ пошлинъ отъ товаровъ.

Законы военные. У Ассиріянъ Царь могъ во время войны распоряжать подданными по своей волѣ; онъ назначалъ число воиновъ, и каждой начальникъ области долженъ былъ представить ихъ, выбравъ изъ лучшихъ юношей. Военные люди присягали въ вѣрности Государю. Но какъ деспотизмъ боялся военной силы; то Царь изъ осторожности перемѣнялъ гарнизоны и начальниковъ! Ни одинъ природный Ассиріянинъ не могъ быть допущенъ служить въ числѣ Царскихъ тѣлохранителей.

Въ Египтѣ, напротивъ, люди, рожденные въ классѣ военномъ, непремѣнно принадлежали къ сему званію. Законъ отнималъ честь у непослушнаго солдата, а бѣглецы были еще виновнѣе. Наказаніе, состоящее въ отнятіи добраго имени и поставленное законодателемъ выше смертной казни, даетъ намъ прекрасное понятіе о характерѣ народа и Царей Египетскихъ.

Слѣдующій случай, показываетъ, какъ Египетскіе воины дорожили добрымъ о себѣ мнѣніемъ общества, или лучше сказазать какъ разумѣли они о чести. Когда Псамметихъ возъимѣлъ довѣренность къ чужестраннымъ войскамъ, то свои оказались непослушными. "Двѣсти тысячь человѣкъ, какъ говорятъ, оставили знамена. Тщетно посылаемы были посредники; тщетно самъ Царь, поѣхавшій къ нимъ, заклиналъ ихъ не покидать отчизны, женъ, дѣтей и храмовъ отечественныхъ. Пока въ рукахъ у насъ оружіе, отвѣчали они, ударяя по щитамъ копьями; дотолѣ не трудно будетъ найти отечество."

Въ правленіе Царя Септоса, когда войско не хотѣло идти защищать государство, Монархъ вызвалъ подъ знамена свои охотниковъ изъ разныхъ классовъ народа.-- Военные люди не могли отдаляться безъ дозволенія начальника; уставы предписывали имъ жить на одномъ мѣстѣ, упражняться въ гимнастическихъ движеніяхъ, всѣ усилія свои и всѣ знанія направлять къ искусству и трудамъ военнымъ; законы же предупреждали ихъ нужды. Слѣдствіемъ сихъ распоряженій была для Египтянъ та выгода, что не имѣли нужды прибѣгать къ помощи наемнаго чужестраннаго войска, и что военное воспитаніе приготовляло дѣтей къ благородному упражненію отцевъ ихъ. Войско совершенно зависѣло отъ Царя, которой собиралъ его и распускалъ по своему произволу.

Законы гражданскіе и уголовные; судопроизводство. Славный былъ законъ у Ассиріянъ и Вавилонянъ, силою котораго въ одинъ назначенный день каждаго года собираемы были дѣвицы на площади, точно какъ бы на торжищѣ. Начиналась продажа: сперва показывали такихъ дѣвицъ, которымъ сама Природа назначала приданое, состоявшее въ прекрасной ихъ наружности; такихъ продавали будущимъ ихъ супругамъ, и собранныя отъ сего торга деньги употребляемы были на приданое тѣмъ, которыхъ не надѣляла красотою Природа; дѣвица доставалась тому, кто соглашался взять ее съ меньшимъ приданымъ.-- Разводы были дозволены; усыновленныхъ дѣтей законъ признавалъ; сестры могли выходить за братьевъ. Непозволялось мужу вывозить жену изъ мѣста родины ея. или пребыванія. Наложницы были терпимы у Ассиріянъ, которые однакожъ не могли имѣть болѣе одной жены законной. Больныхъ женщинъ выводили на площади и, улицы, и спрашивали мимоходящихъ, чѣмъ бы можно было помочь имъ. Законъ, Семирамидѣ приписываемый, назначилъ уборъ женскому полу, которой былъ и въ послѣдующія вѣки въ употребленіи. Другимъ закономъ запрещалось носить палки, неимѣющія на одномъ концѣ шарика, въ образъ яблока, розы, лиліи, или орла, словомъ, неимѣющія на одномъ концѣ того, что уставомъ предписано. Охотно соглашаемся, съ Пасторетомъ, которой утверждаетъ, что законъ сей относился къ наслѣдственнымъ ремесламъ и званіямъ, и что знакъ на палкѣ показывалъ принадлежность особы къ тому или другому классу.


(Оконч. въ слѣд. книжкѣ.)


-----


Об Истории законодательства, сочиненной г-м Пасторетом: [Рец. на Histoire de la legislation etc.]: [Из J. des Savants] / [Пер. М.Т.Каченовского] // Вестн. Европы. -- 1819. -- Ч.103, N 1. -- С.38-50.