# Животный организм и погода

Дмитрий Никифорович Кайгородов

## ЖИВОТНЫЙ ОРГАНИЗМЪ И ПОГОДА*.


*) Публичная лекція, читанная въ Кронштадтскомъ Морскомъ Собраніи 27-го января 1895 г.


Что измѣненія погоды оказываютъ вліяніе на организмъ человѣка и животныхъ, это извѣстно уже съ давнихъ временъ. Кто не слыхалъ о болѣзненности старыхъ ранъ передъ наступленіемъ ненастья или вообще непогоды? Кому неизвѣстны жалобы лицъ, имѣющихъ непріятность обладать мозолями, на болѣзненность этихъ послѣднихъ передъ измѣненіемъ погоды къ худшему? Кому не случалось слышать, что у старыхъ людей передъ непогодой нерѣдко болятъ "косточки"? Старые охотники и рыболовы, какъ преимущественные обладателя застарѣлыхъ ревматизмовъ и хирагрическихъ (на пальцахъ рукъ) наростовъ, прекрасно знаютъ, что когда безъ всякой видимой причины начинаетъ давать о себѣ знать старый знакомецъ-ревматизмъ, или начинаетъ покалывать въ хирагрическіе наросты,-- слѣдуетъ ожидать наступленія перемѣны погоды. Все это факты общеизвѣстные.

То же самое и относительно животныхъ. Отбитъ только заглянуть въ календарную страничку народныхъ примѣтъ, чтобы найти тамъ цѣлый рядъ указаній на тѣ или другія предстоящія измѣненія въ погодѣ, въ зависимости отъ характерныхъ измѣненій въ поведеніи того или другого животнаго, преимущественно изъ числа домашнихъ. Такъ, напримѣръ:

"Запѣли во время продолжительнаго ненастья пѣтухи -- ожидай, что оно скоро кончится".

"Когда воробьи усиленно вьютъ гнѣзда и летаютъ во множествѣ -- знакъ, что погода будетъ ясная и ведреная".

"Когда цыплята собираются въ закрытое мѣсто или подъ матку -- будетъ ненастье".

"Кошка жмется къ печи или лежитъ свернувшись комкомъ -- къ стужѣ".

"Кошки царапаютъ когтями двери или столъ, или что-нибудь въ избѣ -- къ вѣтрамъ и снѣгу".

Большая часть этихъ и многихъ другихъ народныхъ примѣтъ не пустая болтовня, а многовѣковой опытъ наблюдательнаго народа, жизнь котораго проходила и проходитъ въ самомъ тѣсномъ общеніи съ природой. Народъ продолжаетъ и по сейчасъ пользоваться этими, унаслѣдованными отъ дѣдовъ и прадѣдовъ, примѣтами, при различныхъ своихъ хозяйственныхъ работахъ. Мы же, интеллигенція, оторвавшись отъ народной жизни и гордясь обладаніемъ барометра и гигрометра, въ своемъ большомъ самомнѣніи давно уже забросили эти примѣты и привыкли относиться къ нимъ свысока,-- смотрѣть на нихъ почти какъ на суевѣрія и предразсудки, совершенно такъ же, какъ и медицина второй половины истекающаго вѣка, увлекшаяся легкостью приготовленія -- благодаря успѣхамъ химіи -- многоразличныхъ искусственныхъ лекарственныхъ препаратовъ, давно уже привыкла относиться свысока къ народной медицинѣ и забросила народный травникъ, -- къ благу ли страждущаго человѣчества -- это еще большой вопросъ.

Между тѣмъ, вѣдь не пренебрегаемъ же мы народными пословицами, напротивъ, даже открыто признаемъ ихъ народную мудрость, а вѣдь онѣ являются продуктомъ той же народной наблюдательности, только въ другой области явленій.

Мы часто видимъ у людей недоучившихся, схватившихъ кое-какія скудныя знанія, что они почитаютъ себя чуть не мудрецами, для которыхъ нѣтъ на свѣтѣ ничего неяснаго и непонятнаго, а чего они не могутъ понять и объяснить, то сплеча относятъ къ суевѣрію и предразсудкамъ. Нѣчто въ такомъ же родѣ, нужно сознаться, случилось и съ нами: вступивъ въ обладаніе барометромъ, термометромъ и гигрометромъ, мы вообразили себя уже во всеоружія по отношенію къ метеорологическимъ явленіямъ и смѣло забросили народную метеорологическую мудрость, изрѣдка удѣляя ей лишь страничку въ томъ или другомъ календарѣ, гдѣ она появляется почти-что въ качествѣ -- странички любопытныхъ курьезовъ и предразсудковъ.

"Кошка царапаетъ ногтями столъ въ избѣ -- къ вѣтрамъ и снѣгу", говорить народная примѣта. При поверхностномъ взглядѣ, это звучитъ, дѣйствительно, какъ будто курьезно. Въ самомъ дѣлѣ: у кошки отчего-то зачесались когти, вотъ она и зацарапала столъ или двери,-- при чемъ же тутъ снѣгъ или вѣтеръ?..

Тѣмъ болѣе, что по справкѣ у барометра сплошь да рядомъ оказывается, что онъ въ это время благополучно поднимается кверху или продолжаетъ стоять неподвижно на прежней высотѣ. Гигрометръ (въ отапливаемой комнатѣ) также, по прежнему, показываетъ на "очень сухо". Но, повторяю, это кажется только такъ при поверхностномъ взглядѣ человѣка, не довѣряющаго народной наблюдательности, создавшей вышеприведенную примѣту. Попробуемъ же отнестись къ этой примѣтѣ съ довѣріемъ и взглянемъ на нее съ нѣсколько иной точки зрѣнія.

Кто является болѣе чувствительнымъ приборомъ -- барометръ ли, сдѣланный изъ мертваго металла, или же организмъ живого существа, сложенный изъ тончайшихъ элементовъ, внутри которыхъ циркулируютъ тончайшіе нервные и другіе токи? Конечно, я думаю, сомнѣнія быть не можетъ, что организмъ живого существа, въ данномъ случаѣ кошки, является несравненно болѣе тонкимъ и чувствительнымъ приборомъ, чѣмъ барометръ.

Далѣе. Могутъ ли существовать въ природѣ явленія, которыя, не будучи улавливаемы барометромъ и другими нашими метеорологическими приборами, могутъ дѣйствовать на живой организмъ кошки? Я думаю, что могутъ (и даже увѣренъ, что существуютъ).

И, наконецъ, можетъ ли дѣйствіе на организмъ кошки одного изъ такихъ, пока еще для насъ неизвѣстныхъ, явленій, вызвать въ этомъ животномъ извѣстное нервное возбужденіе, проявляющееся въ какомъ-нибудь непроизвольномъ движеніи, какъ, напримѣръ, въ данномъ случаѣ, въ царапаньи того или другого предмета когтями? Я думаю, что мы не имѣемъ основанія отвѣтить и на этотъ вопросъ отрицательно.

Въ результатѣ получается слѣдующее: относясь съ довѣріемъ къ опытности и наблюдательности народа, я говорю,-- по всей вѣроятности, вѣтрамъ и выпаденію снѣга предшествуютъ явленія особаго порядка, до сихъ поръ существующими метеорологическими приборами еще не улавливаемыя, которыя, однако, дѣйствуютъ на чувствительный организмъ кошки и вызываютъ въ немъ рефлективныя движенія, выражающіяся царапаньемъ когтями различныхъ предметовъ. Я не говорю, чтобы это было именно и непремѣнно такъ, но говорю, что это весьма вѣроятно и возможно, а потому данная примѣта заслуживаетъ нашего вниманія и провѣрки. Къ подобному же результату привело бы насъ и разсматриваніе многихъ другихъ народныхъ примѣтъ.

Итакъ, многія обыденныя явленія и многія народныя примѣты о погодѣ несомнѣнно указываютъ на многоразличное вліяніе на животный организмъ различныхъ извѣстныхъ, а также и какихъ-то до сихъ поръ намъ не извѣстныхъ, метеорологическихъ факторовъ.

Всѣ явленія подобнаго рода, т. е. явленія, происходящія въ животномъ организмѣ подъ вліяніемъ тѣхъ или другихъ метеоролологическихъ факторовъ, могутъ быть раздѣлены на слѣдующія двѣ категоріи. Bo-1-хъ, явленія, происходящія въ животномъ организмѣ вслѣдствіе вліянія на него метеорологическихъ факторовъ, имѣющихъ мѣсто въ настоящее время, и, во-2-хъ, явленія, происходящія въ животномъ организмѣ вслѣдствіе вліянія на него приближающихся метеорологическихъ явленій. Кромѣ явленій этихъ двухъ категорій, существуютъ еще явленія, указывающія на возможность предчувствія животнымъ организмомъ метеорологическаго характера цѣлыхъ временъ года.

Разсмотримъ, нѣкоторыя изъ наиболѣе интересныхъ явленій каждой изъ этихъ категорій.


I.


1. Вліяніе дующихъ на дворѣ вѣтровъ на изолированный отъ наружнаго воздуха животный организмъ.

Нѣкоторые люди и животныя несомнѣнно чувствуютъ на себѣ вліяніе тѣхъ или другихъ вѣтровъ, дующихъ въ данное время на дворѣ, не смотря на то, что они, т.-е. люди и животныя, находятся въ это время въ закрытомъ помѣщенія, болѣе или менѣе изолированномъ отъ наружнаго воздуха, напримѣръ, въ комнатѣ. Такъ, вѣтры изъ южныхъ румбовъ, повидимому, дѣйствуютъ вообще благопріятнымъ образомъ на организмъ человѣка и животныхъ, а изъ сѣверныхъ -- неблагопріятнымъ, напримѣръ, по отношенію къ душевному настроенію и состоянію здоровья.

Такъ, напримѣръ, одинъ нашъ извѣстный литераторъ сообщаетъ мнѣ, что въ продолженіи всей его 5б-ти-лѣтней жизни, насколько только онъ можетъ запомнить, онъ всегда замѣчалъ, что настроеніе свѣтлое и жизнерадостное смѣняется у него мрачнымъ и пессимистическимъ, въ зависимости отъ направленія вѣтровъ: при южныхъ вѣтрахъ, тѣ же самыя обстоятельства, непріятности, обиды и т. п. кажутся ему нестоющими, чтобы о нихъ думать, и все рисуется ему въ розовомъ свѣтѣ. Совсѣмъ другое дѣло, когда западный вѣтеръ переходитъ въ сѣверозападный. За день, за два до этого, въ немъ начинается смутная тревога, страхъ, безпредѣльная тоска, муки совѣсти и т. п. Если сѣверозападный вѣтеръ продолжаетъ упорствовать -- имъ овладѣваетъ безсонница, онъ" дѣлается раздражительнымъ и склоннымъ къ гнѣву изъ-за пустяковъ, при чемъ весь свѣтъ продолжаетъ рисоваться въ его глазахъ въ самыхъ мрачныхъ краскахъ. Всѣ эти симптомы онъ испытываетъ, впрочемъ, только при сѣверозападныхъ и сѣверныхъ вѣтрахъ, при сѣверо-восточныхъ же они исчезаютъ. И это онъ замѣчалъ не только на себѣ, но и на окружающихъ его лицахъ, т.-е., что и у нихъ, при сѣверныхъ вѣтрахъ, расположеніе духа омрачается, сонъ дѣлается чуткимъ или совсѣмъ исчезаетъ и является расположеніе къ сварливости. Къ этому онъ еще добавляетъ, что появляющійся у него раза два, три въ годъ, застарѣлый бронхитъ, въ теченіи своемъ также подвергается вліянію вѣтровъ: при сѣверномъ вѣтрѣ катарръ обостряется, мѣшаетъ спать по ночамъ, при южныхъ же смягчается, хотя бы онъ при этомъ, въ обоихъ случаяхъ, не выходилъ даже вовсе изъ дому.

Изъ моихъ личныхъ наблюденій въ этомъ направленіи, т.-е, относительно вліянія вѣтровъ на человѣка, могу сообщить здѣсь лишь слѣдующее: у меня осталось положительное впечатлѣніе изъ младенческихъ лѣтъ моихъ дѣтей, что они т.-е. дѣти, въ тѣ годы особенно безпокойно спали въ тѣ, по преимуществу, осеннія ночи, въ которыя на дворѣ бушевали бурные западные и юго-западные вѣтры, при чемъ нерѣдко, послѣ продолжительнаго безпокойства, засыпали поперекъ кроватки. Въ подобныхъ случаяхъ мнѣ даже случалось иногда съ успѣхомъ прибѣгать къ перемѣщенію дѣтскихъ кроватокъ подъ прямымъ угломъ къ первоначальному ихъ направленію,-- вслѣдъ затѣмъ слѣдовалъ болѣе спокойный сонъ.

Англійскій метеорологъ Ральфъ Аберкромбю, въ своемъ прекрасномъ популярномъ сочиненіи о погодѣ {Ralph Abercrombÿi "Das Wetter". (Deutsch, von Dr. I. М. Pemter).}, между прочимъ, приводитъ слѣдующую пословицу (англійскую?): "дѣлай съ людьми дѣла тогда, когда дуетъ сѣверо-западный вѣтеръ", при этомъ, какъ бы въ поясненіе приведенной пословицы, прибавляетъ: "сѣверозападный вѣтеръ выступаетъ на задней сторонѣ циклона и просвѣтляетъ душевное настроеніе человѣка, въ противоположность невралгическимъ и ревматическимъ болямъ, приносимымъ передней стороной циклона и дѣлающимъ людей сварливыми". Хотя эти слова англійскаго метеоролога находятся въ прямомъ противорѣчіи съ вышеприведенными наблюденіями нашего русскаго литератора, но это не должно насъ смущать: въ данное время для насъ важно установить самый фактъ вліянія вѣтра на организмъ человѣка, дѣло же дальнѣйшихъ наблюденій въ этомъ направленіи будетъ -- выяснить, какіе именно вѣтры и какъ именно дѣйствуютъ на людей, и одинаковы-ли эти дѣйствія для разныхъ странъ, разныхъ временъ года и т. п.

Перехожу затѣмъ къ міру животныхъ. Всякому птичнику и орнитологу, часто наблюдающему птицъ подъ открытымъ небомъ, хорошо извѣстно, что въ весеннее время, въ пору наиболѣе оживленнаго и обильнаго птичьяго пѣнія, при наступленіи холодныхъ сѣверо-восточныхъ вѣтровъ,-- а нерѣдко еще и раньше ихъ наступленія -- пѣніе птицъ значительно ослабѣваетъ я даже вовсе прекращается, до тѣхъ поръ, пока вѣтеръ не стихнетъ или не перейдетъ на другіе, болѣе теплые румбы. Конечно, при поверхностномъ взглядѣ, повидимому, ничего не представляется особеннаго въ томъ, что птицы не поютъ при холодномъ вѣтрѣ. Обыкновенно это объясняютъ тѣмъ, что, молъ, такъ какъ при сѣверовосточныхъ вѣтрахъ температура воздуха значительно понижается, вслѣдствіе чего уменьшается количество летающихъ и бѣгающихъ по землѣ насѣкомыхъ, забивающихся отъ холода въ разные укромные уголки, то поэтому птицамъ приходится терпѣть нужду въ пищѣ, а при пустомъ желудкѣ, извѣстно -- не до пѣсенъ. Отчасти это вѣрно; но при этомъ упускаются изъ виду зерноядныя птицы, мало, интересующіяся насѣкомыми, а между тѣмъ и эти птицы также примолкаютъ; даже воробьи -- ужъ они ли, кажется, не обтерпѣлись и не привыкли къ всевозможнымъ вашимъ метеорологическимъ осеннимъ и зимнимъ невзгодамъ, а и тѣ не только прекращаютъ въ такіе дни свое неугомонное чириканье, но нерѣдко всѣ куда-то запрятываются. Кромѣ того, говорятъ, самой птицѣ холодно и не уютно при холодномъ вѣтрѣ, а потому, естественно, что она молчитъ и боится, молъ, простудить свое горлышко... Допустимъ даже, что оно и такъ, но въ такомъ случаѣ тѣ птицы, которыя находятся въ надежномъ, тепломъ пріютѣ и имѣютъ предъ собой въ обиліи свой обычный кормъ -- комнатныя птицы, содержащіяся въ садкахъ и клѣткахъ,-- конечно, не должны бы имѣть никакихъ причинъ сбавлять свои пѣсни въ вышеупомянутые дни, когда на дворѣ дуютъ холодные сѣверо-восточные вѣтры, а между тѣмъ и онѣ сбавляютъ и нерѣдко вовсе даже умолкаютъ и сидятъ на жердочкахъ, нахохлившись и насупившись, точно такъ же, какъ и ихъ сестры, тамъ, подъ открытымъ небомъ. Вотъ тутъ-то и приходится признать неудовлетворительность вышеприведенныхъ ходячихъ объясненій и поставить большой вопросительный знакъ. И замѣчательно, что, въ то самое время, какъ комнатныя птицы начнутъ снова подавать свои голоса и заводить пѣсни,-- въ особенности если еще при этомъ въ клѣткахъ начнется общее оживленное купанье и охорашиванье -- въ то же самое время и на дворѣ начинаютъ раздаваться птичьи голоса и пѣсни, а въ лужахъ можно увидѣть купающихся воронъ и повысыпавшихъ изъ своихъ притоновъ и убѣжищъ воробьевъ. Взглянувъ же въ это время на флюгеръ, можно убѣдиться, что вѣтеръ повернулъ на ЮВ, Ю или ЮЗ или вовсе стихъ.

Рыбы, въ ихъ подводномъ царствѣ, также несомнѣнно испытываютъ на себѣ вліяніе вѣтровъ. Такъ, всякому опытному рыболову извѣстно -- и это можно даже найти во многихъ руководствахъ по рыбной ловлѣ,-- что при извѣстныхъ вѣтрахъ, преимущественно дующихъ съ С, СВ и В, рыбы, по крайней мѣрѣ, извѣстныя породы ихъ -- плохо и даже нерѣдко и вовсе не ловятся. Рыба не "клюетъ" и не "гуляетъ", какъ говорятъ рыболовы, а стоитъ на одномъ мѣстѣ, забравшись въ глубокія ямы, омута и другія крѣпкія мѣста. Перешелъ вѣтеръ на другіе румбы или стихъ,-- пошла гулять и рыба, и на удочкахъ у рыболововъ начался клёвъ. Положимъ, явленіе клёва рыбы есть явленіе весьма сложное, зависящее отъ многоразличныхъ причинъ, но что одною изъ такихъ причинъ, несомнѣнно, является также направленіе и сила вѣтра -- это не подлежитъ сомнѣнію. И здѣсь, какъ и въ мірѣ птицъ, повторяется то явленіе, что и комнатныя рыбы, живущія въ акваріумахъ (по крайней мѣрѣ, караси и, такъ называемыя, золотыя и серебряныя рыбки, которыхъ мнѣ преимущественно приходилось наблюдать), повидимому, также чувствуютъ на себѣ дѣйствіе дующихъ на дворѣ вѣтровъ, какъ и ихъ сородичи на волѣ въ прудахъ, рѣкахъ и озерахъ. Такъ, мнѣ неоднократно приходилось наблюдать въ моемъ акваріумѣ, что при очень сильныхъ вѣтрахъ рыбки часто стоятъ неподвижно на одномъ мѣстѣ, причемъ преимущественно принимаютъ направленіе перпендикулярное къ направленію дующаго на дворѣ вѣтра, и если при этомъ потревожить ихъ покой, то онѣ, описавъ вялымъ, медленнымъ движеніемъ одинъ или два круга, вокругъ помѣщающейся по среди акваріума туфовой скалы, снова останавливаются неподвижно въ прежнемъ направленіи.

Итакъ, дующіе на дворѣ вѣтры реагируютъ извѣстнымъ образомъ на животный организмъ, даже и въ томъ случаѣ, когда, этотъ организмъ находится въ такомъ изолированіи отъ наружнаго воздуха, въ какомъ, напримѣръ, находятся рыбки въ комнатномъ акваріумѣ въ зимнее время.

2. Явленіе труднаго пробужденія во время выпаданія осадковъ на дворѣ или незадолго до ихъ выпаденія.

Еще въ бытность мою воспитанникомъ одного изъ закрытыхъ военно-учебныхъ заведеній, я замѣтилъ, что въ нѣкоторые изъ дней, въ которые мнѣ, въ качествѣ дежурнаго, приходилось утромъ будить товарищей по ротѣ, добудиться ихъ было особенно трудно, и это бывало именно по утрамъ пасмурныхъ -- дождливыхъ, снѣжныхъ или туманныхъ дней. Впослѣдствіи я сталъ замѣчать это Явленіе труднаго пробужденія въ извѣстные дни и на своей семьѣ, и не только на дѣтяхъ, но и на себѣ, а также и на прочихъ взрослыхъ членахъ семьи. Мнѣ случалось также слышать и отъ другихъ лицъ, что ими замѣчалась связь между тяжелымъ пробужденіемъ и непогодою. Отмѣтки этого явленія начали производиться въ моихъ записныхъ книжкахъ съ 1889 г., причемъ записывались лишь съ осени до весны, въ лѣтнее же время записей этого рода не дѣлалось. Всего сдѣлано было, по 20 января текущаго года, 49 наблюденій. Изъ этого числа наблюденій, въ 46 случаяхъ (93 проц.) трудное пробужденіе сопровождалось выпаданіемъ осадковъ на дворѣ, частію во время самаго пробужденія, частію же спустя нѣсколько (обыкновенно немного) часовъ, при чемъ въ 32 случаяхъ наблюдался снѣгъ, въ 7--дождь и въ 7--туманъ и иней. Изъ числа этихъ 49-ти наблюденій труднаго пробужденія 22 имѣли мѣсто при поднимающемся барометрѣ и 27 при падающемъ, причемъ высота барометра, въ часъ пробужденія, колебалась въ очень широкихъ границахъ: отъ 726 до 783 милим. Изъ этихъ данныхъ, я полагаю, можно вывести заключеніе, что разсматриваемое явленіе труднаго пробужденія находится внѣ зависимости отъ давленія воздуха, такъ какъ оно (т. е. явленіе) почти одинаково часто наблюдается, какъ при поднимающемся, такъ и при падающемъ барометрѣ,-- какъ при очень высокомъ, такъ и при очень низкомъ его положеніи. То же самое можно сказать и относительно вліянія влажности, такъ какъ въ зимнее время, въ которое это явленіе также нерѣдко наблюдается, врядъ ли могутъ происходить, въ отапливаемыхъ комнатахъ и за двойными оконными рамами, сколько-нибудь значительныя колебанія во влажности воздуха, отличающагося въ это время года, обыкновенно чрезвычайною сухостью.

Перейдемъ теперь къ явленіямъ второй категоріи, т. е. къ явленіямъ вызываемымъ въ животномъ организмѣ приближающимися перемѣнами погоды.


II.


1. Болѣзненныя явленія въ организмѣ человѣка. Сюда относятся всѣ тѣ невралгическія, ревматическія, подагрическія, хирагрическія боли, болѣзненность старыхъ ранъ, мозолей и т. п., а также измѣненія въ психическомъ состояніи душевно-больныхъ, каковыя наблюдаются, за большій или меньшій періодъ времени, до наступленія извѣстныхъ измѣненій въ состояніи атмосферы, и именно, главнымъ образомъ, передъ измѣненіемъ хорошей (тихой и ясной) погоды въ дурную (вѣтряную, сопровождающуюся дождемъ или снѣгомъ). Такъ какъ таковыя измѣненія погоды, къ худшему, въ большинствѣ случаевъ, обусловливаются у насъ прохожденіемъ циклоновъ {Циклономъ навивается область низкаго стоянія барометра (область барометрическаго минимума). Антициклономъ называется область высокаго стоянія барометра (барометрическаго максимума).}, то, слѣдовательно, всѣ вышеупомянутыя болѣзненныя явленія предшествуютъ приближающимся циклонамъ -- служатъ ихъ показателями. Теперь вопросъ въ томъ, какъ велико то разстояніе во времени и пространствѣ, которое отдѣляетъ упомянутыя болѣзненныя явленія отъ приближающагося циклона,-- именно отъ той его части, со вступленіемъ которой въ наши предѣлы собственно начинается уже непогода? Вопросъ этотъ представляетъ собою огромный интересъ, но въ настоящее время онъ, можно сказать, находится еще только въ стадіи своего рожденія. Несомнѣнно, что этотъ вопросъ не можетъ имѣть одного общаго рѣшенія, а долженъ рѣшаться по частямъ, такъ какъ природа его весьма сложная. Разстояніе, отдѣляющее болѣзненныя явленія отъ, такъ сказать, непогодной линіи приближающагося циклона, есть несомнѣнно величина крайне измѣнчивая: тотъ или иной видъ болѣзненнаго явленія, та или иная сила циклона, та или иная скорость поступательнаго его движенія -- все это, несомнѣнно, должно вліять на величину упомянутаго разстоянія. Аберкромбю, въ своемъ упомянутомъ уже выше сочиненіи о погодѣ, даетъ слѣдующій схематическій рисунокъ циклона, внутри котораго, и именно въ передней части циклона, между прочимъ, вписаны на разныхъ мѣстахъ, слѣдующія болѣзненныя явленія: невралгія, болѣзненность старыхъ заросшихъ ранъ, ревматизмъ, ломота (Reissen) и болѣзненность мозолей.


Какъ видно изъ этой схемы, Аберкромбю отводить для невралгіи самое переднее мѣсто -- вслѣдъ за появленіемъ перистослоистыхъ облаковъ (Cirro-Stratus), являющихся на небѣ первымъ видимымъ признакомъ приближающагося циклона. Приблизительно въ одномъ мѣстѣ съ невралгіей показаны "водянистое" солнце и "блѣдная" луна. Перисто-слоистыя облака показаны на изобарѣ {Изобары -- линіи равной высоты барометра; линіи эти, въ циклонахъ и антициклонахъ, образуютъ собою замкнутую фигуру, б. ч. эллиптической формы.} 765 (милиметровъ барометрическаго давленія), невралгія же находится, приблизительно, около изобары 760. За невралгіей слѣдуетъ, нѣсколько ближе къ центру циклона, ревматизмъ и ломота -- приблизительно на изобарѣ 755, когда небо становится уже "грязнымъ" (Schmutziger Himmel). Въ этомъ же мѣстѣ показано и безпокойство животныхъ. Отступя, приблизительно, еще на одну изобару (750). показаны старыя раны (Narben) и мозоли. Такимъ образомъ, по Аберкромбю, прежде всего даютъ знать о приближеніи циклона невралгическія болѣзненныя явленія, затѣмъ слѣдуютъ ревматическія боли и ломота (Reissen), и наконецъ, еще позже, болѣзненность закрытыхъ, старыхъ ранъ и мозолей, послѣ чего вскорѣ начинается уже и дождь (изобара 740). Такой послѣдовательный порядокъ болѣзненныхъ явленій, предшествующихъ приближающейся непогодѣ, въ общемъ сходится и съ моими наблюденіями въ этомъ направленіи. (Я бы еще поставилъ въ эту схему разсмотрѣнное выше явленіе труднаго пробужденія, и именно между изобарами 745 и 740). Однако, въ настоящее время, послѣ того, какъ стала извѣстна работа д-ра М. Н. Нижегородцева "О вліяніи метеорологическихъ условій на душевное разстройство" {Труды V съѣзда общества русскихъ врачей въ память Н. Пирогова.}, я думаю, что граница схемы, предложенной Аберкромбю, должна быть нѣсколько расширена, и именно въ томъ смыслѣ, что вліяніе приближающагося циклона на организмъ человѣка распространяется далѣе изобары 765 и сказывается иногда еще задолго до появленія на небѣ перисто-слоистыхъ облаковъ (что подтверждается также и моими наблюденіями надъ криками лягушки-древесницы, о которыхъ рѣчь будетъ впереди). На основаніи своихъ наблюденій надъ душевно-больными, въ сопоставленіи съ синоптическими картами погоды, д-ръ Нижегородцевъ пришелъ, между прочимъ, къ слѣдующимъ заключеніямъ:

"Продолжительными наблюденіями автору удалось установить фактъ воздѣйствія на душевное разстройство циклоновъ и антициклоновъ, на возниковеніе и передвиженіе которыхъ сводятся основныя перемѣны погоды". И далѣе: "въ большинствѣ случаевъ, максимумъ эффекта сказывается (на больныхъ) при приближеніи барометрическаго минимума. При отстояніи этого минимума, приблизительно, на 10 град. широты, эффектъ уже ясно выраженъ". 10 градусовъ широты -- это слишкомъ 1000 верстъ, начало же перисто-слоистыхъ облаковъ врядъ ли отстоитъ на такомъ большомъ разстояніи отъ мѣстонахожденія минимума. Что начало воздѣйствія приближающагося циклона на животный организмъ находится иногда на весьма большомъ разстояніи отъ собственно непогодной части циклона, это еще рельефнѣе выступаетъ изъ нижеслѣдующихъ моихъ наблюденій надъ криками лягушки-древесницы.

2. Крикъ лягушки-древесницы или квакши (Hyla arbored), какъ показатель предстоящей перемѣны погоды. Многимъ, вѣроятно, случалось видѣть на картинкахъ (преимущественно въ дѣтскихъ книжкахъ заграничнаго происхожденія) изображеніе этой лягушки, сидящей въ стеклянной банкѣ на маленькой лѣсенкѣ. Заграницей, преимущественно въ Германіи, эту хорошенькую, маленькую, свѣтлозеленую лягушечку часто держатъ въ комнатахъ, причемъ, обыкновенно, говорятъ, что, будто бы, она передъ хорошей погодой влѣзаетъ на свою лѣсенку, а передъ худой -- уходитъ въ воду, налитую на двѣ банки. На волѣ эта лягушка живетъ въ западной Европѣ, а также въ западной и южной Россіи. Зиму, подобно прочимъ лягушкамъ, квакша проводитъ въ спячкѣ, съ весны же и до конца осени держится на деревьяхъ, среди листвы, подъ цвѣтъ которой вполнѣ подходитъ своей окраской, и занимается тамъ ловлей насѣкомыхъ, которыми питается. Въ случаѣ кратковременнаго, преходящаго дождя, квакша прицѣпляется или, вѣрнѣе, присасывается кончиками своихъ пальцевъ и брюшною поверхностью къ нижней сторонѣ листовой пластинки, подъ прикрытіемъ которой, какъ подъ зонтикомъ, и выжидаетъ окончанія непогоды. При продолжительномъ же ненастьи, она спускается съ дерева и, забравшись въ воду ближайшей канавы или пруда, отсиживается тамъ до окончанія ненастья, послѣ чего снова переселяется на древесныя вѣтви. Такимъ образомъ, слѣдовательно, жизнь этого маленькаго животнаго находится въ тѣсной зависимости отъ погоды: ведреная погода, ясно свѣтитъ солнышко, ей сытно и уютно въ зеленомъ древесномъ шатрѣ; напротивъ, если погода продолжительно-ненастная, квакша голодаетъ и отсиживается въ прудовой тинѣ. Въ весеннее время, когда весь животный міръ заботится о продолженіи своего рода, квакши-самцы многой по-долгу кричать, причемъ крикъ ихъ ближе всего можно сравнить съ звуками колотушки ночнаго сторожа. Въ прочее время лѣта, квакши, по словамъ Бремщ кричатъ особенно много и громко передъ грозой. Желая прослѣдить за квакшей и ея криками въ комнатѣ у себя дома, я, пять лѣтъ тому назадъ, пріобрѣлъ въ одномъ изъ петербургскихъ магазиновъ экземпляръ квакши-самца. Выбирая для меня, изъ большого количества квакшъ, экземпляръ съ черноватымъ, складчатымъ горлышкомъ -- признакомъ взрослаго, способнаго кричать, самца, продавщица, между прочимъ, сказала, что въ ночь, наканунѣ, ея квакши сильно кричали, "какъ это онѣ всегда дѣлаютъ передъ оттепелью", добавила она (дѣло было въ декабрѣ и на дворѣ, дѣйствительно, стояла сильная оттепель, съ дождемъ и вѣтромъ). Это обстоятельство, т.-е. способность квакши предсказывать зимою наступленіе оттепели, придало, конечно, еще большій интересъ моей покупкѣ, и я сталъ дѣлать отмѣтки въ моей записной книжкѣ, каждый разъ, какъ моя квакша принималась кричать. Прожила у меня эта квакша двѣ зимы и два лѣта, причемъ крики ея записывались только въ зимніе мѣсяцы (въ лѣтніе я бываю обыкновенно въ отъѣздѣ). Результаты получились слѣдующіе:

Всего было записано 26 наблюденій крика квакши. Изъ этого числа въ 21-мъ случаѣ (или 81%) послѣ крика слѣдовали осадки (дождь, снѣгъ и иней), причемъ въ 9-ти случаяхъ (42%) осадки слѣдовали въ первыя же сутки послѣ крика, въ 8-ми случаяхъ (38%) -- во вторыя сутки и въ 4-хъ случаяхъ (19%) -- въ третьи сутки.

Изъ остальныхъ 6-ти наблюденій, въ одномъ случаѣ послѣдовала, въ первые же сутки, оттепель, безъ осадковъ, въ одномъ случаѣ, также въ первые сутки, сильная буря съ юго-запада, и въ 3-хъ случаяхъ не произошло никакихъ особенныхъ видимыхъ атмосферическихъ явленій, по крайней мѣрѣ въ ближайшіе за крикомъ трое сутокъ.

Изъ тѣхъ же 26-ти наблюденій, въ 11-ти случаяхъ квакша кричала при поднимающемся барометрѣ, въ 12-ти случаяхъ -- при падающемъ барометрѣ и въ 3-хъ случаяхъ -- при неподвижномъ^барометрѣ. При этомъ, во всѣхъ случаяхъ, когда крики наблюдались при поднимающемся и неподвижномъ барометрѣ, послѣдовало, въ ближайшія трое сутокъ, паденіе барометра, причемъ въ одномъ случаѣ въ теченіе первыхъ, послѣ крика, сутокъ, послѣдовало даже поднятіе барометра, но затѣмъ, во вторыя сутки, барометръ началъ падать, и на третьи сутки послѣдовало выпаденіе осадковъ (снѣгъ).

Такимъ образомъ, изъ вышеприведенныхъ цифръ видно, что въ 14-ти случаяхъ изъ 26-ти, квакша указала на предстоящее измѣненіе погоды раньше, чѣмъ это сдѣлалъ барометръ, который во всѣхъ этихъ 14-ти случаяхъ или поднимался кверху во время крика, или стоялъ неподвижно.

Осенью прошлаго (1894) года мнѣ снова удалось обзавестись прекраснымъ экземпляромъ квакши-крикуньи. Купленная 29 сентября, она уже 1 октября подала первый голосъ. Всего было записано (по 11 марта сего года) 65 криковъ. Изъ этого числа въ 55-ти случаяхъ (83%) послѣ крика слѣдовали осадки (дождь, снѣгъ, иней), при чемъ въ 27 случаяхъ (49%) осадки слѣдовали въ первыя же сутки послѣ крика, въ 25 случаяхъ (45%) -- во вторыя и въ 3-хъ случаяхъ (5%) въ третьи сутки.

Изъ остальныхъ 11-ти наблюденій въ 5-ти случаяхъ послѣдовала оттепель, безъ осадковъ (въ 2-хъ случаяхъ въ первыя сутки, въ 2-хъ -- во вторыя и въ одномъ -- въ третьи сутки послѣ крика) и въ 6-ти случаяхъ не послѣдовало никакихъ особенныхъ перемѣнъ въ состояніи погоды, по крайней мѣрѣ въ ближайшія трое сутокъ.

Изъ тѣхъ же 65-ти наблюденій, въ 33-хъ случаяхъ квакша кричала при поднимающемся барометрѣ, въ 27 случаяхъ -- припадающемъ и въ 6-ти -- при почти неподвижно-стоявшемъ барометрѣ.

Изъ всѣхъ этихъ наблюденій вытекаетъ, что крики квакши находятся внѣ зависимости отъ измѣненій давленія воздуха, и что на организмъ этого животнаго, видимо, дѣйствуютъ какія-то явленія особаго порядка, барометромъ не воспринимаемыя.

(Измѣненія во влажности наружнаго воздуха не могли играть, при этомъ, никакой роли, такъ какъ моя квакша, помѣщавшаяся въ стеклянномъ терраріумѣ, стоявшемъ въ отапливаемой комнатѣ, съ двойными оконными рамами, была, можно сказать, почти вполнѣ изолирована отъ вліянія наружнаго воздуха).

То обстоятельство, что за криками квакши, или по крайней мѣрѣ за большинствомъ изъ нихъ, вскорѣ слѣдовало измѣненіе погоды къ худшему, естественно должно было подать мысль о связи этихъ криковъ съ движеніями циклоновъ, въ большинствѣ случаевъ приносящихъ намъ дурную погоду. И дѣйствительно, сдѣланныя мною сопоставленія криковъ квакши съ соотвѣтствующими синоптическими картами погоды (по бюллетенямъ главной физической обсерваторіи въ Петербургѣ), вполнѣ оправдали сдѣланное предположеніе. Именно оказалось, что дни, въ которые кричала моя квакша, въ Лѣсномъ, въ громадномъ большинствѣ случаевъ, совпали съ тѣми днями, въ которые на материкѣ Европы появлялись болѣе или менѣе значительные минимумы. Для примѣра приведу здѣсь слѣдующее сопоставленіе дней крика моей квакши, съ 13 по 26 октября, съ днями появленія минимумовъ на материкѣ Европы, какъ они показаны на картѣ обзора погоды за октябрь мѣсяцъ (нов. стиля), помѣщенной въ ноябрьской книжкѣ "Метеорологическаго Вѣстника" за 1894 г.

Дни криковъ квакши: октября 18, 15, 16, 17, 19, 21, 25, 26 {Всѣ числа по старому стилю.}. Дни появленія минимумовъ: октября 13, 15, 16, 17, 19, 21, 24, 25, (съ 26 по 31 октября квакша ни разу не кричала и за это же время не показано на картѣ ни одного новаго появленія минимума).

Изъ сопоставленія этихъ цифръ видно, что изъ 8-ми дней, въ которые кричала квакша, 7 совпали съ днями появленія минимумовъ на материкѣ Европы. 24 октября въ моей записной книжкѣ не значится записи крика квакши, а между тѣмъ въ этотъ день вступилъ на материкѣ Европы минимумъ со стороны Ледовитаго океана, черезъ Бѣлое море. Это обстоятельство, т. е. отсутствіе записи крика квакши 24 октября, могло произойти отъ недосмотра -- онъ могъ быть не услышанъ, вслѣдствіе случайнаго отсутствія изъ дому всѣхъ членовъ моей семьи; или же квакша могла кричать ночью (что она иногда и дѣлаетъ) и остаться, потому, неуслышанной. 26 октября квакша кричала (вечеромъ), хотя на этотъ день и не показано появленіе новаго минимума; 27-го утромъ выпалъ густой снѣгъ. Въ моихъ записныхъ книжкахъ есть нѣсколько подобныхъ случаевъ, когда квакша кричала незадолго до выпаданія осадковъ (преимущественно снѣга), безъ того, чтобы въ это время появился гдѣ-нибудь новый минимумъ, но такіе случаи бывали, сравнительно, довольно рѣдко.

Повидимому, квакша реагируетъ также и на появленія максимумовъ (антициклоновъ). Такъ, на картѣ обзора погоды за декабрь мѣсяцъ 1894 г. ("Метеорологич. Вѣстн.", январь, 1895 г.), показаны появленія максимумовъ 2, 4, 7, 10, 20 числа, и въ эти же дни, кромѣ лишь 20 декабря, у меня отмѣчены также и крики квакши. Докторъ Нижегородцевъ тоже нашелъ, что его больные реагировали на антициклоны. Такъ, онъ говоритъ: "вліяніе погоды на душевно-больныхъ выражается тѣмъ сильнѣе, чѣмъ рѣзче, внезапнѣе ея перемѣна, чѣмъ рѣзче само данное метеорологическое состояніе, чѣмъ долѣе оно не наблюдалось и чѣмъ болѣе отличается отъ предшествовавшаго (смѣна антициклона циклономъ и наоборотъ {Подчеркнуто мною.}". И далѣе: "антициклонамъ" {Тоже.} (зимнимъ, осеннимъ и весеннимъ) свойственно, вообще говоря, болѣе благотворное вліяніе, хотя и возбуждающее, но тонизирующаго характера {"Метеорологич. Вѣстникъ" ноября 1894 г.}.

Впрочемъ, что касается до дѣйствія на квакшу антициклоновъ, то въ этомъ отношеніи требуются еще дальнѣйшія изслѣдованія. Что же касается до циклоновъ (минимумовъ), то я могу смѣло утверждать, на основаніи моихъ наблюденій надъ криками квакши, что эта лягушка чувствуетъ (и кричитъ) въ Петербургѣ, когда минимумъ приближается съ океана къ западнымъ берегамъ Европы, отстоящихъ отъ насъ на 1000 и болѣе верстъ, точно такъ же, какъ это имѣетъ мѣсто и у душевно-больныхъ людей, по наблюденіямъ д-ра Нижегородцева.

3. Пауки-паутинники, какъ предсказатели перемѣны погоды. Это тѣ пауки, которыя ткутъ, для ловли насѣкомыхъ, сѣти, изъ паутиннаго вещества, выдѣляющагося изъ особыхъ бородавочекъ, находящихся на заднемъ концѣ брюшка этихъ животныхъ. (Кромѣ пауковъ-паутинниковъ есть еще много видовъ пауковъ, ведущихъ бродячую жизнь и ловящихъ свою добычу, бросаясь на нее, подобно тому, какъ это дѣлаютъ хищныя животныя). Надо замѣтить, что запасъ паутиннаго вещества въ тѣлѣ паука-паутинника находится въ тѣсной зависимости отъ количества принимаемой паукомъ пищи: обильно питается паукъ -- много паутиннаго запаса, и наоборотъ. Такимъ образомъ, паукъ долженъ весьма осмотрительно расходовать запасъ своего паутиннаго вещества, потому что, если онъ, напримѣръ, израсходуетъ его на свою паутинную постройку передъ дурной погодой, которая, наступивъ, вымочить и изорветъ его постройку, то онъ рискуетъ погибнуть отъ голода, такъ какъ, по прекращеніи ненастья ему не изъ чего будетъ соткать себѣ новую паутинную сѣть, потому что онъ, отощавши за время ненастья, не найдетъ въ себѣ достаточнаго запаса паутиннаго вещества для новой паутинной постройки. Вотъ почему у пауковъ-паутинниковъ и должно было выработаться тонкое чутье относительно предстоящихъ измѣненій погоды, которыя эти пауки повидимому и предчувствуютъ за большее или меньшее время впередъ. Извѣстный нѣмецкій натуралистъ-энтомологъ Ташенбергь говоритъ {Brehms Thierleben. Bd. IX, S. 712.}, что если крестовый паукъ (Epeira diadema) разрываетъ основныя нити своей колесообразной паутинной постройки, по извѣстному направленію, и затѣмъ скрывается, а также, если домашній паукъ (Tegenaria domestica), ткущій воронкообразную паутину, забирается въ глубину своей воронки и тамъ поворачиваетъ конецъ своего брюшка въ извѣстную сторону, то въ непродолжительномъ времени нужно ожидать наступленія сильнаго вѣтра, съ той именно стороны, съ которой крестовый паукъ началъ обрывать свои нити и въ которую сторону обратилъ свое брюшко домашній паукъ, забравшись въ конецъ своей паутинной воронки. Точно такъ же и наоборотъ: когда крестовый паукъ выходитъ изъ своего убѣжища и начинаетъ вновь прикрѣплять основныя нити своей паутины, а домашній паукъ появляется у отверстія своей паутинной воронки и выставляетъ изъ нея свои переднія лапки, какъ бы приготовившись къ схватыванію добычи -- можно быть увѣреннымъ въ скоромъ наступленіи тихой и ясной погоды. Далѣе {Тамъ же.}, Ташенбергъ приводитъ, между прочимъ, еще слѣдующій историческій эпизодъ, въ которомъ способность пауковъ предчувствовать предстоящія измѣненія погоды играла весьма выдающуюся роль. Въ 1794 году главнокомандующій французской революціонной арміей, Пишегрю, былъ того мнѣнія, что съ затопленной въ то время водою Голландіей) ничего нельзя подѣлать, и хотѣлъ уже отдать приказъ объ отступленіи. Въ то время, какъ онъ еще колебался въ принятіи окончательнаго рѣшенія, находившійся въ плѣну у голландцевъ французскій генералъ Катремеръ Дижонваль прислалъ ему изъ Утрехтской тюрьмы (сидя въ которой онъ прилежно изучалъ жизнь и нравы пауковъ) извѣстіе, что пауки предсказываютъ ему наступленіе, въ теченіе ближайшихъ 10-ти дней, холодовъ. Пишегрю выждалъ; холода дѣйствительно наступили; французская армія стремительно двинулась по льду на Амстердамъ, и освобожденный изъ плѣна генералъ, сообщившій столь важное извѣстіе -- о предстоящемъ наступленіи морозовъ -- съ тріумфомъ возвратился въ Парижъ.

На островѣ Соединенія, по свидѣтельству Винсона, живетъ одинъ паукъ, раскидывающій свою паутину надъ ручейками и маленькими водопадами. Иногда этотъ паукъ покидаетъ свою паутину, иногда же совершенно уничтожаетъ и дѣлаетъ новую, отстоящую значительно выше отъ уровня воды. Такое его дѣйствіе всегда связано съ появленіемъ въ скоромъ будущемъ суровой, дождливой погоды, вслѣдствіе которой уровни ручейковъ и водопадовъ поднимаются значительно вверхъ, и потому могли бы затопить его гнѣздо { Н. и М. Фесенко: Пауки-паутинники (Монографія). Спб. 1883 г., стр. 60.}.

4. Примѣры предчувствія птицами предстоящихъ измѣненій погоды. И въ мірѣ птицъ можно также найти не мало явленій, указывающихъ на существованіе у нихъ предчувствія предстоящихъ измѣненій погоды. Такъ, охотники могутъ разсказать не мало случаевъ, когда на ранне-весеннихъ глухариныхъ и тетеревиныхъ токахъ, при вполнѣ, повидимому, благопріятной для токованія погодѣ, въ лѣсу царитъ, иногда, совершенно непонятное молчаніе, которое объясняется большею частью лишь на слѣдующій день, вдругъ разыгрывающеюся снѣжной завирухой или наступленіемъ сѣверо-восточныхъ вѣтровъ, съ рѣзкимъ пониженіемъ температуры воздуха.

Пѣтухи, куры, утки и прочія домашнія птицы также, несомнѣнно, реагируютъ на предстоящія рѣзкія измѣненія погоды, что хорошо извѣстно наблюдательнымъ птицеводамъ, и на что указываютъ многочисленныя народныя примѣты, существующія почти у всѣхъ народовъ. Въ этомъ отношеніи открыто еще обширное поле для наблюденій. Въ особенности пригодной для того птицей является пѣтухъ, съ его громкимъ и характернымъ крикомъ. Я увѣренъ, что хорошо обставленныя наблюденія надъ криками этой птицы, хотя бы въ теченіи одного только года, могли бы не мало пролить свѣта на интересующій насъ вопросъ.

Въ заключеніе намъ остается еще разсмотрѣть


III.


Явленія, указывающія на возможность предчувствія животнымъ организмомъ метеорологическаго характера цѣлыхъ временъ года.

Такъ, напримѣръ, обильный прилетъ къ намъ осенью сѣверныхъ видовъ птицъ (чечетокъ, свирестелей, щуровъ и друг.) находится, повидимому, въ связи не только съ урожаемъ у насъ нѣкоторыхъ ягодъ и сѣмянъ, но также -- и нерѣдко -- предвѣщаетъ снѣжную и суровую зиму. Послѣднимъ яркимъ тому примѣромъ можетъ служить суровая зима 1892--1893 года, при началѣ которой происходили совершенно необычайныя, по размѣрамъ, нашествія къ намъ сѣверныхъ птицъ. Также и передъ прошлой, довольно суровой, зимой наплывъ сѣверныхъ птицъ къ намъ былъ весьма обильный.

У лѣсничихъ есть примѣта, что если извѣстныя бабочки откладываютъ на зиму свои яички на стволѣ дерева близъ самой поверхности земли, то зима будетъ малоснѣжная, если же высоко на стволѣ, то, наоборотъ -- обильная снѣгомъ.

Одно лицо, бывшее на Амурѣ, сообщаетъ мнѣ слѣдующую интересную примѣту, существующую тамъ, относительно разливовъ этой рѣки. Если осенью, въ долинѣ Амура, встрѣчается много мертвыхъ полевыхъ мышей, висящихъ на кустахъ и маленькихъ деревцахъ, съ защемленной въ развѣтвленіи вѣточекъ шеей, то въ маѣ мѣсяцѣ будущаго года будетъ сильный разливъ рѣки. Эта странная примѣта, по моему мнѣнію, можетъ быть единственно объяснена массовой перекочевкой полевыхъ мышей изъ мѣстностей, угрожаемыхъ разливомъ, въ другія, болѣе возвышенныя, при чемъ, тѣсня другъ дружку, нѣкоторыя изъ этихъ мелкихъ животныхъ могутъ соскальзывать съ вѣтокъ, на которыя онѣ взбираются для объѣданія почекъ, и застрявать шеей въ развилинахъ вѣтвей. У камчадаловъ также существуетъ примѣта, что когда полевыя мыши массами откочевываютъ изъ мѣстности, то нужно ожидать мокраго года {Бремъ. Жизнь животныхъ. Переводъ съ 3-го нѣмецкаго изданія. Томъ II, стр. 574.}. Также у нашего народа есть примѣта, которая гласитъ, что "если мыши вьютъ гнѣзда наверху суслоновъ или копенъ, то осень будетъ мокрая, если же въ копнахъ снизу и на полосахъ въ землѣ, то будетъ сухая весна".

Итакъ, мы ознакомились, въ бѣгломъ очеркѣ, съ явленіями всѣхъ трехъ категорій, относительно вліянія погоды на организмъ человѣка и животныхъ. Разсматривая эти явленія, мы видѣли, что если не всѣ они, то, во всякомъ случаѣ, большинство изъ нихъ находятся внѣ зависимости отъ измѣненій въ давленіи воздуха и другихъ метеорологическихъ факторовъ, показателями которыхъ являются наши теперешніе метеорологическіе приборы. Намъ здѣсь, очевидно, приходится имѣть дѣло съ явленіями особаго порядка, не улавливаемыми нашими современными метеорологическими приборами. На основаніи моего многолѣтняго и близкаго общенія съ природой,-- на основаніи вышеприведенныхъ моихъ наблюденій надъ криками квакши и надъ явленіемъ труднаго пробужденія и многихъ другихъ моихъ мелкихъ наблюденій, здѣсь не упоминавшихся, а также и на основаніи наблюденій д-ра Нижегородцева, пришедшаго совсѣмъ инымъ путемъ къ результатамъ, аналогичнымъ Съ результатами моихъ наблюденій,-- я рѣшаюсь высказать увѣренность, что всѣ эти явленія особаго порядка -- не что иное, какъ токи,-- въ однихъ случаяхъ электрическіе, въ другихъ, можетъ быть, магнитные, а въ третьихъ -- тѣ и другіе вмѣстѣ. Въ извѣстныхъ явленіяхъ, повидимому, дѣйствуютъ токи земные, горизонтальные; этими токами могутъ вызываться въ организмѣ человѣка или животныхъ индуктивные (наведенные) токи, которые, дѣйствуя извѣстнымъ образомъ на нервы, могутъ обусловливать тѣ или другія явленія, какъ, напр., крики квакши и пѣтуха, усиленіе болѣзненнаго состоянія у душевно-больныхъ, особенное поведеніе пауковъ-паутинниковъ, угнетенное состояніе духа у людей и животныхъ во время извѣстныхъ вѣтровъ и друг. Иныя же явленія, повидимому, указываютъ на токи надземные вертикальные, проявляющіеся между землей и облаками, какъ, напр., въ явленіяхъ труднаго пробужденія, болѣзненности ранъ и мозолей, и друг., наблюдаемыхъ незадолго до выпаденія осадковъ, уже въ то время, когда небо покроется облаками. Таковы мои предположенія. Насколько они близки къ истинѣ -- покажетъ будущее, когда будутъ найдены средства для болѣе удобнаго изслѣдованія всѣхъ этихъ земныхъ и надземныхъ токовъ, которые въ настоящее время являются еще для насъ своего рода terra incognita.

Что же касается до предчувствія животными характера погоды за цѣлые мѣсяцы впередъ, современныя наши познанія не даютъ намъ еще пока никакого отвѣта, относительно природы этихъ явленій. Будемъ надѣяться, что незнающая преградъ мысль человѣческая, въ недалекомъ будущемъ, прольетъ свѣтъ и на эту пока еще для насъ вполнѣ таинственную загадку.


Д. Кайгородовъ.


17 марта 1895 года. Лѣсной.


"Міръ Божій", No 8, 1895