# О почтении русских к бороде и волосам своим

Петр Федорович Калайдович

## О почтении русских к бороде и волосам своим


Можно, кажется, суеверие разделить на два рода: одно частное, а другое общее. Первое принадлежит одному какому-нибудь народу, одному обществу, одному человеку, другое напротив есть принадлежность всего рода человеческого. Не мое дело изыскивать причины как частного, так и общего суеверия, и рассуждать о заблуждениях; скажу только, что почтение к бороде и волосам принадлежит ко второму роду суеверия.

У всех почти народов волосы были в таковом почтении, что даже происходили кровопролития за страшное оскорбление -- вырвать бороду. У евреев волосы были нечто священное. Оставив другие народы, скажем что-нибудь о русском.

Славяне, до принятия ими христианской веры, столько уважали свои волосы, что приносили оные в жертву богам и думали, что сие жертвоприношение гораздо им приятнее, нежели тучные стада и плоды земные. Несчастье старались они отвратить, приходя к Перуну с обстриженною головой и бросая свои волосы в огонь, перед ним горящий. Голова Перуна была серебряная, а борода и усы золотые: одно это обстоятельство означает уже какое-то уважение славяно-руссов к волосам. Они столько почитали богиню Золотую бабу, что никто не дерзал пройти мимо ее капища, не вырвавши волоса из головы или бороды своей.

Татищев говорит, что князья русские и бояре, будучи язычниками, постригали своих детей, когда совершалось им семь лет, т. е. когда оканчивался первый возраст, и праздновали с весельем торжественный день пострига. Такое обыкновение осталось и по принятии веры христианской. История много раз упоминает о постригах княжеских детей.

В летописях мы находим, что "великий князь Всеволод III, учинив постриг сыну своему Юрию 1192 года апреля 25 дня, того ж дня и на коня его посадил, и была во Владимире радость великая". Далее читаем, что в 1213 году князь Константин Всеволодович с великим торжеством постриг Василька и Всеволода, из которых первому было четыре, а второму три года. Сына в. к. Иоанна Васильевича Георгия по прошествии семи лет постригали со стрелами и на коня посадили {Польские историки рассказывают, что при Попеле II живший в Крушвице земледелец Пяст угостил в доме своем двух незнакомых пришельцев свининою и медом, приготовленными к празднованию постриг и наименования сына его. По смерти Попела, которого загрызли мыши, Пяст избран в князи 842 года, и был родоначальником многих государей.}, и проч.

Славяне приняли христианскую веру; но почтение к волосам осталось то же. И теперь суеверы берегут остриженные свои волосы в особливом месте и кладут их с собою во гроб, веря, что на том свете Бог в каждом волоске потребует отчета. Новая сия басня вероятно происходит от старой. Заглянем в историю и мы увидим, до чего доходит сие почтение к волосам. В Русской правде есть о бороде целая статья -- следующая: "Если кто вырвет у кого-нибудь бороду при свидетелях и будет знак, то ему заплатить 12 гривен пени, и проч. {Вот подлинные слова Русской правды: Кто порвет бороду, а выймет знамение, а будут люди, то 12 гривен продажи, и проч.}". В той же русской правде сказано, что если кто отрубит у кого палец, тот заплатить должен только три гривни. Мы читаем в Истории Иоанна Васильевича, что ростовский князь от показанной на него переписки с королем польским отрицался и говорил: чтоб мне сей бороды у себя не видать. Это очень похоже на божбу магометан, которые клянутся бородою своего Пророка, -- Стоглав, сочиненный в царствование царя Иоанна Васильевича, строго запрещает брить бороду, а преступников сего закона отлучает от православной церкви и проклинает. Один старый служебник сильно восстает против бритья бороды и называет сие дьявольским поощрением, и проч. Такое грубое суеверие царствовало у нас в то время, когда свет веры христианской давно уже озарил Россию.

Петр Великий, подражая другим европейским государям, повелел всем обрить свои бороды. И Шеин, первый из подданных русского царя, явился пред лицо его 1700 года выбритый; Шереметев второй, а за ним все войско последовало примеру государя и бояр его. Русский бородач по именному указу Петра I непременно платил в казну пеню за то, что не брил бороды своей. Смотрите, как все переменяется. За сто лет проклятие гремело против бреющих бороду; теперь надобно купить за деньги дозволение быть с бородою. "Кто не похочет брить бороду и усы, с тех брать (выключая попов и диаконов): с служилых чинов и приказных по 60 рублей. с человека в год, с гостей по 100 рублей, с торговых и посадских по 60 рублей, с посадских третьей статьи, боярских людей, ямщиков, извозчиков и церковников по 30 рублей и давать им знаки из Земского приказа". 16 января 1705 года. Кроме того каждый крестьянин с бородою едущий в город, или из городу, платил в казну по одной копейке. Тогда начался ропот в раскольниках; они твердо стояли за свои бороды: "Как! говорили старообрядцы, мы де с бородою составляем образ и подобие Бога; а без нее на что мы будем похожи? Лучше хотим пострадать, нежели обрить свои бороды". Они приводили в доказательство правого своего дела старопечатные книги, в которых будто находится, что святые мученики Антоний, Иоанн и Евстафий пострадали за свои бороды.

Все старания обратить их на путь истинный остались безуспешны. Дмитрий Ростовский сочинил целую книгу о брадобритии, в которой он доказывает им нелепость их понятий о волосах, и увещевает их оставить грубое свое заблуждение {Она напечатана в Москве 1714 года, в 8.}; Но кто их уверит? Нашлись из них такие бородачи, кои писали речи pro barba. Петр Великий повелел выбить бородовую монету: на одной стороне изображен был нос с усом, а на другой надпись -- плачена и год. Такие монеты, яко дозволение носить бороду, раздавали всем раскольникам; но сия насмешка не помогла; они твердо стояли за свои бороды и теперь хранят их, яко зеницу ока своего.


Петр Калайдович.


-----


Калайдович П.Ф. О почтении руских к бороде и волосам своим / Петр Калайдович // Вестн. Европы. -- 1810. -- Ч.50, N 7. -- С.223-227.