# Обзор материалов по общинному землевладению, хранящихся в вольно-экономическом обществе

Семен Яковлевич Капустин

Часть третья.

## Обзоръ матеріаловъ по общинному землевладѣнію, хранящихся въ вольно-экономическомъ обществѣ *).


*) Русская Мысль, кн. III.


Ново-Алексинская община, Симбирскаго уѣзда, Ундоровской волости. Описаніе ея составлено В. Э. Красовскимъ. Въ этой общинѣ ревизскихъ душъ 102, наличныхъ -- 133 мужскаго пола; земли 408 дес. Изъ нихъ подъ усадьбами и огородами -- 16, выгономъ и неудобной -- 58, подъ дровянымъ лѣсомъ -- 9, пахотной -- 325 дес.

Въ описаніи этой общины затронуто весьма много сторонъ общинной жизни, но затронутомъ сожалѣнію, такъ, что читатель не можетъ составить себѣ яснаго представленія о причинахъ приводимыхъ въ описаніи фактовъ, а также критически отнестись къ мнѣніямъ объ этихъ причинахъ самого составителя описанія. Вообще описаніе оставляетъ въ читателѣ множество недоумѣній и не даетъ возможности разрѣшить ихъ на основаніи приводимыхъ въ описаніи данныхъ. Такъ, напримѣръ, изъ описанія г. Красовскаго видно, что относительно владѣнія разными угодьями здѣсь существуютъ почти всѣ тѣ же порядки, которые встрѣчаются вообще въ крестьянскихъ общинахъ другихъ губерній Россіи; нѣкоторые изъ нихъ, какъ, напримѣръ, порядки при переверсткахъ пашенныхъ угодій и по управленію лѣсными угодьями, останавливаютъ на себѣ даже особенное вниманіе вслѣдствіе ихъ разумности и опредѣлительности; точно также порядки по устройству разныхъ хозяйственныхъ и общественныхъ дѣлъ не отличаются отъ существующихъ въ другихъ общинахъ. Между тѣмъ, рядомъ съ изложеніемъ всѣхъ этихъ данныхъ помѣщены указанія автора на различныя явленія мѣстной сельской жизни, свидѣтельствующія, по его мнѣнію, о томъ, что въ понятіяхъ и склонностяхъ крестьянъ деревни Ново-Алексинской нѣтъ ничего общиннаго, что каждый блюдетъ только свои узкія цѣли, чуждъ общимъ интересамъ, и что поэтому здѣсь не спорится никакое общественное дѣло, не предпринимается никакая мірская работа, благодаря которой община могла бы оградить себя отъ разстройства хозяйственныхъ дѣлъ. Такъ, напримѣръ, вслѣдствіе нежеланія устроить весною водоемъ для скота, пришлось въ продолженіе лѣта поить животныхъ изъ лужъ, что и повлекло за собою потерю всего стада; косьба травы производится каждымъ на своемъ участкѣ, потому что, какъ утверждаетъ г. Красовскій, при работѣ сообща каждый работаетъ неохотно, многіе не каждый день являются на работы, отъ чего уборка замедляется, сѣно загниваетъ. Между тѣмъ, рядомъ съ этими и подобными имъ фактами г. Красовскій упоминаетъ, что существовавшая здѣсь прежде общественная запашка, заведенная самими крестьянами, для засыпки продовольственнаго магазина, велась весьма хорошо, достигала вполнѣ цѣли, и уклоненій отъ работъ на этой запашкѣ не было; доходъ отъ запашки шелъ на пополненіе недоимокъ и на другія общественныя нужды. Кромѣ того, по словамъ того же г. Красовскаго, "помочи" въ дер. Ново-Алексинской имѣютъ широкое распространеніе и примѣняются почти ко всѣмъ работамъ въ крестьянскомъ хозяйствѣ.

Затѣмъ въ показаніяхъ г. Красовскаго о хозяйствѣ на лѣсныхъ участкахъ, между прочимъ, упоминается, что изъ лѣсовъ сберегаются лучше тѣ, которые находятся въ нераздѣльномъ пользованіи.

Въ виду всѣхъ этихъ данныхъ, весьма страннымъ кажется неспособность будто бы ново-алексинскихъ крестьянъ разсудить о томъ, что вы: возка каждымъ хозяиномъ на свою полосу навоза весьма полезна даже при ежегодномъ передѣлѣ, такъ какъ и въ слѣдующемъ, и въ послѣдующихъ годахъ достается каждому, все-таки, земля унавоженная, которая даетъ больше урожая, нежели не получавшая удобренія. Крестьяне сѣверной Россіи, а также сѣверной части черноземной полосы, какъ видно изъ множества изслѣдованій общиннаго землевладѣнія, не разъ высказывали такое разсужденіе изслѣдователямъ по поводу ихъ замѣчаній о вредной сторонѣ передѣловъ, опровергая этимъ мнѣніе, что передѣлы будто бы влекутъ за собою небрежную обработку и всякія заботы объ удобреніи. Опредѣленныя постановленія міра о запрещеніи продавать навозъ и скотъ, помочи при вывозѣ навоза на поля и проч. мы встрѣчаемъ при описаніи почти каждой общины въ сѣверныхъ и во всѣхъ нечерноземныхъ губерніяхъ.

Вообще ходячее мнѣніе, что крестьянинъ валитъ навозъ въ оврагъ собственно только потому, что его поле на слѣдующій годъ достанется другому, не вяжется со множествомъ такихъ общинныхъ регламентацій, которыя сопровождаютъ каждый шагъ крестьянина въ его хозяйственной жизни, которыя неотступно говорятъ ему: "что полезно другимъ, полезно и мнѣ". Г. же Красовскій, приводя множество данныхъ о существованіи подобныхъ различныхъ регламентацій, утверждаетъ, что неудобреніе полей навозомъ и свалка его въ овраги является результатомъ ежегодныхъ жеребьевокъ. Между тѣмъ, по приводимымъ имъ же даннымъ оказывается, что цѣль жеребьевокъ заключается въ томъ собственно, чтобы держать на одинаковомъ уровнѣ благосостояніе всѣхъ и каждаго, дать больше земли семьямъ, увеличившимся въ своемъ составѣ, снять съ семьи, потерявшей работника, часть податей и повинностей, соединенныхъ съ соотвѣтственнымъ количествомъ передаваемой въ другія руки земли. Вышеизложенное объясненіе автора стоитъ, кромѣ того, въ противорѣчіи со многими приводимыми имъ подробностями передѣловъ, какъ, напримѣръ, со слѣдующими: для огражденія интересовъ владѣльцевъ полосъ, къ жеребьевкѣ яроваго поля приступаютъ не ранѣе начала весеннихъ полевыхъ работъ въ яровомъ полѣ, когда скотъ можно перевести на пастбище въ паровомъ полѣ; жеребьевка же пароваго поля производится по уборкѣ сѣна съ луговъ. Такимъ образомъ, не представляется ли болѣе соотвѣтствующимъ мѣстнымъ условіямъ слѣдующее объясненіе факта- свалки навоза въ овраги: фактъ этотъ наблюдается лишь въ черноземной полосѣ Россіи, гдѣ коренится еще убѣжденіе, что удобреніе мѣшаетъ урожаямъ,-- убѣжденіе, раздѣляемое даже въ помѣщичьихъ хозяйствахъ. Только въ послѣдніе годы это убѣжденіе начало колебаться у владѣльцевъ, болѣе или менѣе знакомыхъ съ сельскохозяйственною наукой. Кромѣ того, и самъ г. Красовскій находитъ, что главнѣйшіе сельско-хозяйственные непорядки въ деревнѣ Ново-Алексинской коренятся въ незначительной величинѣ надѣла и не могутъ быть поправлены безъ доведенія надѣла до размѣра 12 десятинъ на душу. Это мнѣніе свое аівторъ подтверждаетъ ссылкою на примѣры изъ жизни сосѣднихъ деревень: такъ, онъ говоритъ, между прочимъ, что бѣдность и непорядки въ селѣ Покровскомъ быстро исчезли, когда сосѣдній землевладѣлецъ началъ сдавать имъ свои земли въ аренду. Въ этой мѣстности цѣна аренды 25 р. за 2 дес.-- яровую и пара. Такимъ образомъ, говоритъ г. Красовскій, если бы надѣлъ ново-алексинцевъ былъ увеличенъ, то, при существующей трехпольной системѣ, пришлось бы, вмѣсто 25 р., расходуемыхъ нынѣ на аренду 2 десятинъ, платить всего только 10 р. 44 к.

Въ виду всего этого, настоящимъ описаніемъ ново-алексинской общины слѣдуетъ пользоваться весьма осмотрительно.

Горковская община, Обоянскаю уѣзда, Курской губерніи. Свѣдѣнія объ этой общинѣ, присланныя дѣйствительнымъ членомъ курскаго губ. статистическаго комитета П. М. Горяиновымъ, представляютъ собою краткій набросокъ общихъ порядковъ общиннаго землевладѣнія въ дер. Горкахъ, состоящей изъ 12 дворовъ, 30 ревизскихъ душъ, по послѣдней ревизіи, и заключающей нынѣ около 100 душъ наличнаго обоихъ половъ населенія. Порядки, существующіе здѣсь, ничѣмъ въ особенности не выдаются. Можно только указать, что при семейныхъ раздѣлахъ, въ случаѣ, если дворъ владѣетъ, кромѣ земли, и садомъ, послѣдній оставляется во владѣніи старшаго члена семьи. Еще можно указать на удобреніе навозомъ только ближайшихъ къ усадьбѣ полосъ и продажу помѣщикамъ остальнаго навоза. Передѣловъ земельныхъ угодій съ выдачи уставной грамоты (1862 г.) не было.

Общинное землевладѣніе въ Мамадышскомъ уѣздѣ, Казанской губерніи -- члена сотрудника вольно-экономич. общества Е. Т. Соловьева.

Это весьма объемистый трудъ, заключающій въ себѣ: а) общій очеркъ общинныхъ порядковъ въ Мамадышскомъ уѣздѣ и б) описанія этихъ порядковъ въ нѣсколькихъ отдѣльныхъ общинахъ уѣзда. Въ общемъ очеркѣ приводятся свѣдѣнія: о составѣ общинъ, способахъ пользованія землею, передѣлахъ, объ устройствѣ хозяйственныхъ дѣдъ, полеводствѣ, платежахъ и повинностяхъ; объ юридическихъ отношеніяхъ членовъ общинъ и проч. Къ этому общему очерку приложены: 1) списокъ всѣхъ общинъ въ уѣздѣ, съ означеніемъ количества дворовъ въ каждой изъ нихъ и количества мужскаго и женскаго населенія; 2) таблица, заключающая въ себѣ свѣдѣнія о количествѣ удобной земли въ разныхъ угодьяхъ; 3) списокъ оброчныхъ статей -- мельницъ, водяныхъ сукновальныхъ заведеній, рыбныхъ довелъ; 4) рисунки знаковъ, которые употребляются домохозяевами для рукоприкладства на общественныхъ приговорахъ, при киданіи жребія и проч.

Изъ общаго очерка видно, что общинные порядки одинаковы во всемъ уѣздѣ, несмотря на разнородность населяющихъ его племенъ: русскихъ, татаръ, черемисовъ, вотяковъ..

Что касается до описаній нѣкоторыхъ отдѣльныхъ общинъ, то въ этихъ описаніяхъ мы встрѣчаемъ нѣсколько болѣе подробностей, касающихся общинной жизни, излагая которыя авторъ постоянно замѣчаетъ, что порядки эти общи болѣе или менѣе всѣму уѣзду.

Ознакомившись подробно съ трудомъ г. Соловьева, мы можемъ сказать, что общинные порядки въ Мамадышскомъ уѣздѣ очень мало отличаются отъ существующихъ вообще въ Россіи порядковъ; даже особенности, которыя здѣсь встрѣчаются, не представляютъ собою чего-либо въ высшей степени оригинальнаго, не замѣченнаго доселѣ гдѣ-либо въ другихъ губерніяхъ. Такъ, къ числу особенностей нужно отнести отсутствіе передѣловъ и даже переверстокъ полосъ со времени послѣдней ревизіи. Дворы, получившіе надѣлъ по числу ревизскихъ душъ 1858 г., уже нѣсколько лѣтъ ждутъ ревизіи, чтобы возстановить равновѣсіе между рабочею силой дворовъ и количествомъ находящейся въ ихъ владѣніи земли; теряя въ послѣднее время надежду на скорое приближеніе ревизіи, крестьяне начинаютъ поговаривать о передѣлѣ земель на 6-ти лѣтній срокъ, что уже и сдѣлано крестьянами Тетюшскаго уѣзда.

Другая особенность въ Мамадышскомъ уѣздѣ -- дѣленіе полей прямо на полосы; эта особенность объясняется г. Соловьевымъ ровнымъ мѣстоположеніемъ земель въ уѣздѣ. Впрочемъ, полосы нарѣзываются, все-таки, въ каждомъ изъ отдѣльныхъ участковъ удобной полевой земли. Слѣдовательно, надобно допустить, что распредѣленіе земель по качеству здѣсь, все-таки, существуетъ, какъ и въ остальной Россіи.

Для дополненія общей характеристики существующихъ въ Мамадышскомъ уѣздѣ порядковъ общинной жизни приведемъ нѣкоторыя подробности изъ описанія Чаксынской общины. Въ общинѣ этой надѣлъ можетъ быть сдаваемъ хозяиномъ въ аренду и постороннимъ общинѣ лицамъ, но не болѣе, какъ на одинъ годъ. Разорившійся хозяинъ освобождается на 1 годъ отъ платежей; но чаще ему дается отсрочка на одинъ, на два года. Солдату, взявшему землю по возвращеніи со службы, дается льгота отъ платежей на годичный срокъ. Отказавшійся отъ надѣла за старостью или за недостаткомъ средствъ продолжаетъ. ользоваться пастбищными угодьями. Рыбныхъ ловель, каменоломенъ, мховъ и другихъ угодій въ Чаксынской общинѣ нѣтъ, но, по словамъ автора, тамъ, гдѣ они есть, каждый пользуется ими для себя безплатно; но если пользованіе имѣетъ цѣлью продажу продуктовъ на сторону, то необходимо брать эти угодья у міра въ аренду.

Въ описаніи одной изъ общинъ Мамадышскаго уѣзда, Красногорской, упоминается, что рыбныя ловли и каменоломни находятся во владѣніи, первыя -- трехъ общинъ и вторыя -- двухъ. Способъ пользованія тѣми и другими -- сдача ихъ въ аренду и раздѣлъ дохода -- въ 1-мъ случаѣ совершается тремя общинами, во 2-мъ -- двумя, по числу душъ. Доходъ этотъ идетъ на общественныя нужды.

Во многихъ общинахъ, какъ и въ Чаксынской, содержатся общественныя вѣялки.

Вмѣсто покупки общественнаго быка, каждые 10--12 дворовъ пользуются быкомъ, находящимся у кого-либо изъ хозяевъ. На прокормленіе быка каждый изъ пользующихся имъ дворовъ обязанъ доставлять опредѣленное количество продуктовъ. За пользованіе жеребцомъ, содержимымъ кѣмъ-либо изъ крестьянъ деревни, платится отъ 50 к. до 1 р. за каждую случку.

Помочи весьма распространены для производства разныхъ сельско-хозяйственныхъ работъ.

Движимое имущество только тогда признается выморочнымъ, когда нѣтъ не только родственниковъ, которымъ бы его слѣдовало передать, но и крестниковъ. Родственники, даже вышедшіе изъ крестьянскаго сословія, или перешедшіе въ другія общества, признаются наслѣдниками движимости.

Система хозяйства трехпольная, съ унавоживаніемъ, въ пользѣ котораго здѣсь всѣ убѣждены, а потому навозъ каждымъ дворомъ вывозится на поля.

Передѣлъ сѣнокосовъ производится ежегодно, потому что, при разливѣ весеннихъ водъ, многія части луга неодинаково засоряются пескомъ, и, такимъ образомъ, становится необходимымъ ежегодно раздѣлять оставшіяся незасоренныя части на равные участки. Ширина пахотныхъ полосъ колеблется въ разныхъ частяхъ полей отъ 15 до 18 аршинъ.

Единицею распредѣленія платежей принимается ревизская душа. Сумму годоваго дохода каждой семьи изъ 5 душъ авторъ опредѣляетъ въ 400 р. Собственно земледѣліе даетъ 326 руб. Изъ этихъ денегъ на платежи расходуется -- 18 руб. 90 к., на хозяйственныя надобности, какъ, напримѣръ, на желѣзо, деготь, починку и покупку земледѣльческихъ орудій, сбруи -- 59 р. 10 к. На водку только -- 15 р.

Въ описаніи Чаксынской и другихъ общинъ авторъ весьма подробно останавливается на вопросѣ о семейныхъ раздѣлахъ, приводя точныя опредѣленія существующихъ терминовъ, для выраженія различныхъ родовъ хозяйственнаго и имущественнаго раздѣла. Подъ словомъ раздѣлъ разумѣется, по словамъ автора, собственно распаденіе всей семьи на самостоятельныя хозяйственныя единицы.

Подъ словомъ отдѣлъ понимается отдѣленіе отъ семьи одного или двухъ женатыхъ или холостыхъ сыновей, съ надѣленіемъ ихъ частью семейнаго имущества.

Выдѣлъ -- часть имущества, выдающагося выходящимъ изъ большой семьи -- вдовѣ члена семьи съ ея дѣтьми, или же одному изъ женатыхъ сыновей.

Въ случаѣ, если кто-либо изъ женатыхъ или холостыхъ большой семьи выходитъ изъ нея безъ согласія главы, то такой выходъ обозначается терминомъ -- отходъ.

Надѣлокъ -- пай общаго семейнаго имущества, выдаваемый женатому члену семьи.

Награжденіе -- извѣстное количество денегъ и платья, которое дается уходящему въ солдаты, съ тѣмъ, чтобы, по выходѣ изъ службы, онъ не вступался ни въ раздѣлъ имущества, ни въ наслѣдство.

Осталье -- часть семейнаго имущества, которая остается послѣ полнаго семейнаго и имущественнаго раздѣла на долю главы семьи.

Участникомъ называется членъ семьи, имѣющій долю въ дѣлежѣ, все равно, будетъ ли это сынъ, или пріемышъ.

Въ заключеніе г. Соловьевъ говоритъ о случаяхъ соединенія вновь въ одну семью раздѣлившихся ея членовъ.

Приводя общія цифры семейныхъ раздѣловъ для всего уѣзда, г. Соловьевъ сообщаетъ, что цѣлая половина раздѣловъ приходится на татарское населеніе уѣзда. Вообще на все населеніе уѣзда приходится 10% семейныхъ раздѣловъ, изъ которыхъ на татаръ падаетъ 5%, на русскихъ -- 2 1/2%, на черемисъ -- 1 7/8%, на вотяковъ -- 5/8%.

Г. Соловьевымъ прислано еще описаніе одной общины Тетюшскаго уѣзда -- Верхне-Индырской, состоящей исключительно изъ татарскаго населенія. Порядки землевладѣнія здѣсь весьма сходны съ вышеочерченными порядками въ Мамадышскомъ уѣздѣ.

Земля дѣлится тоже на полосы, которыми и надѣляется каждый дворъ во всѣхъ полевыхъ участкахъ. Такимъ образомъ, каждый владѣетъ землей не въ одномъ, а въ разныхъ мѣстахъ общинной земли (въ Верхне-Индырской общинѣ въ 12-ти). Ширина пашенныхъ полосъ около 5 саж., а сѣнокосныхъ -- 2 саж. Въ Тетюшскомъ уѣздѣ, какъ выше замѣчено, уже совершился передѣлъ, не дожидаясь ревизіи, срокомъ на 6 лѣтъ, а потому и въ описаніи настоящей общины находимъ упоминаніе о передѣлахъ на 6-ти лѣтній срокъ -- по наличнымъ душамъ. По этому передѣлу на душу пришлось пашни по 1 3/4 дес., а покосу -- 74 1/5 саж. По одному душевому надѣлу получили 10 дворовъ, по два надѣла -- 12 дворовъ, по три -- 35, по четыре -- 35, отъ пяти до десяти надѣловъ получили 18 дворовъ.

Изъ дальнѣйшихъ данныхъ, приводимыхъ въ описаніи этой общины, видно, что здѣсь у татаръ какъ сельско-хозяйственные, такъ и общественные порядки еще не получили того развитія, какъ въ русскихъ селеніяхъ, проявляются они слабѣе и вообще менѣе опредѣленно. Такихъ подробныхъ регламентацій и строгаго подчиненія сельско-хозяйственныхъ дѣйствій общимъ интересамъ, какъ въ русскихъ общинахъ, здѣсь почти нѣтъ. Такъ, напримѣръ, здѣсь унавоженіе полей весьма плохое, но хозяину не запрещено отчуждать навозъ въ сторону; не ограниченъ онъ также въ продажѣ скота; помочи бываютъ весьма рѣдко.

Изъ Казанской губерніи еще присланы описанія нѣсколькихъ общинъ уѣздовъ: Казанскаго, Свіяжскаго, Цивильскаго, Чебоксарскаго и Тетюшскаго.

Свѣдѣнія эти собраны и обработаны секретаремъ казанскаго губернскаго статистическаго комитета г. Вечеславомъ. При собираніи свѣдѣній,-- говоритъ г. Вечеславъ,-- онъ руководствовался программами вольно-экономическаго и географическаго обществъ; а такъ какъ въ программѣ географическаго общества выражено желаніе, чтобы при описаніи отдѣльныхъ общинъ была выяснена и та среда, въ которой живетъ и движется описываемая община, то въ виду этого г. Вечеславъ счелъ полезнымъ приложить къ описанію многихъ общинъ статистическія свѣдѣнія, обрисовывающія условія экономической жизни общинъ. Часть свѣдѣній, присланныхъ г. Вечеславомъ, изложены въ брошюрѣ, часть въ рукописныхъ статьяхъ и заключаютъ въ себѣ данныя по слѣдующимъ общинамъ: Чипчуговской и Мульминской -- Казанскаго уѣзда, Введенской -- Свіяжскаго уѣзда, Сюнеевской и Богородской -- Тетюшскаго уѣзда, Цивильской и Чуратчинской -- Цивильскаго уѣзда, Мало-Ждановской и Акулевской -- Чебоксарскаго уѣзда. Изъ нихъ Чуратчинская и Акулевская состоятъ изъ чувашскаго населенія православнаго исповѣданія, Мульминская -- изъ татарскаго, остальныя -- изъ великорусскаго.

Изъ обозрѣнія присланныхъ г. Вечеславомъ свѣдѣній оказывается, что общинные порядки во всѣхъ описанныхъ имъ общинахъ разныхъ уѣздовъ Казанской губерніи весьма схожи съ тѣми, которыя наблюдались г. Соловьевымъ въ общинахъ Мамадышскаго уѣзда. Только относительно русскихъ общинъ, описываемыхъ г. Вечеславомъ, можно замѣтить, что здѣсь община шагнула нѣсколько впередъ въ своемъ развитіи сравнительно съ общинами Мамадышскаго уѣзда. Такъ, именно, въ послѣднемъ уѣздѣ не вошли еще въ обычай частные передѣлы -- переверстки, для распредѣленія земли сообразно количеству работниковъ въ семьѣ, тогда какъ во всѣхъ общинахъ, описываемыхъ г. Вечеславомъ, за исключеніемъ татарскихъ и чувашскихъ, переверстки производятся по мѣрѣ надобности. Дѣленіе полей по качеству земли, по большему или меньшему разстоянію отъ селеній -- здѣсь наблюдается во всѣхъ русскихъ общинахъ. Въ пользованіи лѣсомъ замѣчаются тоже болѣе или менѣе подробныя регламентаціи, имѣющія цѣлью сохраненіе лѣса и болѣе разумное имъ пользованіе. Въ Цивильской общинѣ существуетъ заказной лѣсъ.

Изъ числа многихъ регламентацій въ русскихъ общинахъ укажемъ на? болѣе характеристичныя.

Въ Введенской общинѣ земля по качеству дѣлится на особые участки, которые называются кряжами; кряжи дѣлятся по числу наличныхъ душъ, на полосы, называемыя здѣсь осминниками; ширина этихъ полосъ -- 5 саж.

Въ Чипчуговской общинѣ пахотная земля въ каждомъ изъ трехъ полей раздѣлена на 30 четверухъ. Въ двухъ поляхъ считается въ каждой изъ четверухъ 22 полосы, а въ третьемъ -- 25. Полосы распредѣляются по числу душъ на каждаго домохозяина. Ширина полосъ 1 саж., а длина зависитъ отъ расположенія участка. Такъ, въ тѣхъ поляхъ, которыя вдаются острымъ угломъ въ постороннія владѣнія и имѣютъ видъ трапеціи, длина колеблется отъ отъ 60 до 100 саж. Луга дѣлятся на 30 четверухъ, изъ которыхъ въ каждой 22 пая.

Въ Сюнеевской общинѣ каждое изъ трехъ полей разбито по качеству почвы и мѣстоположенію на 9 участковъ -- десятковъ; каждый десятокъ, дѣлится на 12 жеребьевъ; два жеребья составляютъ выть; жеребьи дѣлятся на дѣлянки, шириною по 3 саж.; дѣлянокъ въ каждомъ жеребьѣ считается по числу душъ -- 122. Въ Богородской общинѣ, Тетюшскаго уѣзда, приблизительно то же дѣленіе; существуютъ только иныя названія: такъ, здѣсь осьмуха соотвѣтствуетъ десятку; въ Сюнеевской общинѣ осьмухи разбиты на десятки, а десятки на загоны. Пользованіе лѣсомъ тоже подчинено болѣе или менѣе опредѣленнымъ правиламъ. Лѣсъ, принадлежащій Цивильской общинѣ, объявленъ заказнымъ; въ Мало-Ждановской -- ежегодно дѣлится по числу деревьевъ, такъ что на каждую ревизскую душу приходится въ одинъ годъ два дерева, въ другой -- три; въ Сюнеевской -- лѣсъ и кустарникъ раздѣлены на участки, изъ которыхъ ежегодно одинъ назначается для пользованія; онъ распредѣляется между членами общины по числу наличныхъ душъ.

Что касается множества другихъ порядковъ, относящихся къ устройству разныхъ хозяйственныхъ дѣлъ, сельскаго управленія, юридическихъ отношеній между членами обществъ и проч., то всѣ эти порядки общи тѣмъ, которые наблюдаются и въ другихъ губерніяхъ съ великорусскимъ населеніемъ. Несмотря на жизнь подлѣ инородческихъ племенъ, мы не видимъ здѣсь никакихъ у этихъ племенъ заимствованій, а въ подробныхъ описаніяхъ г. Вечеслава общинныхъ порядковъ въ чувашскихъ и татарской общинахъ не встрѣтили! ни одного факта, который бы говорилъ на тему о томъ, что въ инородческихъ селеніяхъ порядки и жизнь какъ общинная, такъ и сельско-хозяйственная была бы въ чемъ-либо лучше жизни въ русскихъ деревняхъ; напротивъ, въ послѣднихъ все -- и въ частностяхъ, и въ общемъ -- представляется болѣе развитымъ.

Сковородковская община, С.-Петербургской губ., Лужскаго уѣзда, Яблонецкой волости.

Къ числу лицъ, горячо откликнувшихся на призывъ географическаго и вольно-экономическаго обществъ къ изученію поземельной сельской общины, слѣдуетъ причислить К. Л. Ермолинскаго. Онъ доставилъ въ 1880 г. вольно-экономическому обществу, можно сказать, образцовое изслѣдованіе общиннаго быта дер. Сковородки, Лужскаго уѣзда. Изъ значительнаго числа работъ по общинѣ, присланныхъ въ географическое и вольно-экономическое общество, работа г. Ермолинскаго рѣзко выдѣляется строгимъ научнымъ пріемомъ и подробною разработкой каждой отдѣльной части программы.

Вслѣдствіе этого, въ описаніи общины дер. Сковородки являются такія существенныя подробности, которыя весьма рѣдко можно встрѣтить въ большинствѣ описаній другихъ общинъ. Укажемъ здѣсь вкратцѣ на все существенное въ настоящей работѣ г. Ермолинскаго.

Изъ приводимаго авторомъ очерка земельныхъ порядковъ крестьянъ до выхода ихъ изъ крѣпостной зависимости, между прочимъ, видно, что здѣсь еще весьма недавно существовалъ захватный способъ владѣнія. Земли было много, такъ какъ крестьянскія и барскія земли не были строго разграничены. Многіе сильные крестьянскіе дворы находили тогда выгоднымъ разрабатывать лядины, которыми и пользовались эти дворы путемъ захвата. По освобожденіи отъ крѣпостнаго права, при первомъ же передѣлѣ, всѣ земли распредѣлены были по числу ревизскихъ душъ и захватное пользованіе уничтожилось, такимъ образомъ, само собою. Часть земель, правда, осталась нераспредѣленною между дворами, но она была зачислена въ разрядъ мірскихъ земель. Впослѣдствіи и эти земли начали мало-по-малу вводить въ число земель, подлежащихъ распредѣленію между домохозяевами.

Весьма интересны приводимыя авторомъ подробности пользованія усадебною землей, называемою здѣсь по-мѣстному сдворками. Изъ порядковъ, соблюдаемыхъ здѣсь, авторъ приходитъ къ заключенію, что они отличаются какимъ-то неопредѣленнымъ характеромъ, и дѣйствительно, размѣръ сдворковъ здѣсь первоначально былъ поставленъ въ опредѣленное отношеніе къ полевой землѣ; кому было надѣлено большее количество полевой земли (по числу душъ), тотъ больше получилъ и усадебной земли; кому при передѣлахъ снимали часть земель, утѣхъ уменьшали и сдворные участки, и наоборотъ. Но впослѣдствіи, по мѣрѣ внесенія выкупныхъ платежей, міръ началъ уступать требованіямъ: чтобы при уменьшеніи полевой земли не уменьшать количества сдворочной, на томъ основаніи, что, сдавая часть своей земли, хозяинъ теряетъ вмѣстѣ съ нею ту сумму денегъ, которую онъ внесъ, платя за нее выкупъ. Однако, міръ, желая сохранить правило о соразмѣрности усадебной земли съ полевою и, въ то же время, вознаградить хозяина за отходящую отъ него землю оставленіемъ за нимъ прежняго количества усадебной, поступаетъ большею частью такъ: онъ увеличиваетъ сдворки того хозяина, на котораго наваливаются души; увеличеніе это производится путемъ отрѣзки для сдворковъ ближайшихъ къ селенію полевыхъ участковъ.

Правило о соразмѣрности размѣровъ сдворковъ съ размѣромъ полевой земли, кажется, обусловлено, по нашему мнѣнію, сельско-хозяйственными цѣлями, а также цѣлями общаго благоустройства. Это видно отчасти изъ слѣдующихъ показаній автора: часть сдворковъ, болѣе отдаленная отъ усадьбы, назначается подъ овинъ въ тѣхъ видахъ, чтобъ было безопаснѣе отъ пожара; часть -- около гумна -- назначается для сушки сѣна и складыванія скирдъ хлѣба. Такимъ образомъ, чѣмъ болѣе полевой и сѣнокосной земли, тѣмъ болѣе нужно и мѣста для складки продуктовъ. Затѣмъ часть сдворковъ, назначаемая подъ посѣвъ капусты, подвергается весною выжиганію, а поэтому, если сдворки малы, тѣсны, то хозяинъ долженъ занимать и дѣйствительно занимаетъ иногда подъ капустникъ даже чужую (лишь бы только невоздѣланную, неудобную) землю. Если при всемъ этомъ имѣть въ виду, что въ Сковородкѣ наваливается обыкновенно земля насильно, т.-е. такая земля, которая не окупаетъ труда надъ нею, то станетъ ясно, что хозяину, оставляющему надѣлъ или часть надѣла, по невозможности вносить за него платежи, все-таки, важно сохранить возможно-большее количество сдворочной земли, на которой здѣсь сѣется, кромѣ овощей и конопли, даже одинъ изъ хлѣбовъ -- ячмень.

Что вообще здѣсь очень дорожатъ огородною землей (входящею въ счетъ сдворочной), видно еще изъ того, что многіе хозяева имѣютъ сдворочныя угодья иногда въ двухъ мѣстахъ, а нѣсколько хозяевъ владѣютъ особымъ, отдѣльнымъ участкомъ огородной земли, которымъ и владѣютъ сообща, не разгораживаясь. Они дѣлятъ его между собою по грядамъ, число которыхъ опредѣляется числомъ душъ и отчасти качествомъ земли. Надобно замѣтить, что здѣсь плохое качество сдворочной земли восполняется нѣсколько большимъ ея количествомъ.

Ни въ одномъ почти описаніи общинъ нельзя встрѣтить столько данныхъ для выясненія вопроса объ усадебныхъ земляхъ, какъ въ настоящемъ описаніи г. Ермолинскаго, а потому мы въ настоящемъ отзывѣ о его работѣ и отвели болѣе значительное мѣсто указаніямъ на выдающіяся подробности порядковъ пользованія усадебною землей.

Что касается распредѣленія пашенныхъ угодій, то холмистость мѣстности обусловила здѣсь какъ количество полей, такъ и направленіе полосъ въ каждомъ изъ нихъ. Въ каждой рели (цѣпь холмовъ, гряда) полосы идутъ перпендикулярно направленію рели, т.-е. гребню холмовъ. Этимъ достигается то, что всѣ полосы направляются поперекъ холмовъ и пересѣкаютъ какъ ихъ, такъ и долины между ними (луга и болота). Рель раздѣляется на подѣлы, изъ которыхъ въ каждомъ отводятся полосы каждому двору соотвѣтственно числящимся за нимъ по ревизіи душамъ. Иногда направленіе полосъ въ какомъ-либо подѣлѣ измѣняется при передѣлѣ такъ, что дорога, идущая изъ деревни, оказывается пересѣкающей всѣ полосы, а также и всѣ плохія, т.-е. заброшенныя, залужалыя земли.

Образованіе этихъ залужалыхъ земель, или полосъ, составляетъ причину, вызывающую частыя переверстки, которыя крестьяне называютъ здѣсь общимъ именемъ -- "передѣловъ". Эалужаніе же полосъ въ свою очередь происходитъ вслѣдствіе того, что земля вообще мало плодородна и требуетъ постоянно удобренія, а, между тѣмъ, платежи весьма значительны. Такимъ образомъ, если въ какомъ-либо дворѣ случится болѣзнь, смерть работника, падежъ скота, пожаръ и проч., то весьма естественно, что дворъ этотъ не совладѣетъ со всею находящеюся въ его пользованіи землей и часть полосъ долженъ забросить. А такъ какъ взять эти полосы по ихъ малодоходности никто не пожелаетъ, то міръ и принужденъ наваливать ихъ на болѣе сильныхъ домохозяевъ.

Кромѣ того, многія изъ полосъ, лежащія далеко отъ деревни, обрабатываются хорошо только сильными домохозяевами, а маломощные пашутъ ихъ нѣсколько лѣтъ безъ навоза и затѣмъ оставляютъ, а вмѣсто ихъ раздѣлываютъ приходящіеся на ихъ долю еще болѣе дальніе лядинные участки.

Общая переверстка предпринимается тогда, когда въ полѣ накопится много заброшенныхъ полосъ, частная -- когда одинъ домохозяинъ беретъ добровольно отъ другаго часть его надѣла, или же когда хозяину, на котораго наваливаютъ эту часть, удобно пользоваться ею, оставаясь на старомъ мѣстѣ и войдя въ нѣкоторыя, сдѣлки съ сосѣдями.

Вообще къ передѣламъ приступаютъ весьма неохотно. Въ Сковородкѣ съ 1861 по 1880 г. было 5 переверстокъ, слѣдовавшихъ одна за другою черезъ 8--6 лѣтъ.

Земля въ Сковородкѣ распредѣлена довольно равномѣрно; домохозяевъ, владѣющихъ значительнымъ сравнительно количествомъ земли, весьма мало. Замѣчательно, что во время надѣленія землею многодушниковъ было больше, нежели впослѣдствіи. Такъ, съ 4 душами числилось тогда 5 и съ 5 и 6 душами по одному; затѣмъ съ 1876 г. первыхъ состоитъ лишь 2, а въ 5--6 душами нѣтъ никого; число домохозяевъ съ 3 1/2 душами въ 1876 а 1877 гг. было 2, а въ слѣдующіе года числилось по одному; въ 1880 г. не было уже ни одного; число домохозяевъ съ 3 душами продолжаетъ колебаться только между 5 и 6; всего болѣе владѣющихъ 2-мя душами,-- сначала ихъ было 13, а потомъ число начало увеличиваться: въ 1876 г. ихъ было -- 19, въ 1878 г.-- 20, въ слѣдующемъ -- 21, а въ 1880 г.-- 24; однодушниковъ первоначально было 3, а затѣмъ въ 1876 и 1877 гг., -- по 1, въ 1878 г.-- 2, въ 1879 г.-- 1, въ 1880 г.-- уже ни одного.

Обращаемъ вниманіе на эти подробности, какъ на имѣющія весьма.важное значеніе въ вопросѣ объ отсутствіи въ Сковородской общинѣ коренныхъ передѣловъ и о существованіи здѣсь однѣхъ только переверстокъ, вызываемыхъ необходимостью навалки душъ послѣ разстроившихся хозяевъ.

Покосы передѣляются единовременно съ передѣломъ пашенъ, такъ какъ большинство сѣнокосныхъ участковъ лежитъ у каждаго домохозяина противъ полосъ его пашни. Только одинъ участокъ сѣнокосныхъ угодій десятинъ въ 9 -- станки -- лежащій отдѣльно отъ пашни, дѣлится независимо отъ нея. Для осушенія этого участка прорыта на общій счетъ канава и устроена плотина. Подѣламъ, на которые раздѣленъ этотъ участокъ, дано такое положеніе, что концы трехъ изъ нихъ упираются въ канаву, а концы четвертаго въ лѣсъ. Такимъ образомъ, плохая трава, ростущая у канавы я лѣса, достается всѣмъ, чего бы не было, если бы полосы шли параллельно канавѣ. Кромѣ того, уравненіе въ пользованіи станками достигается еще посредствомъ распредѣленія полосъ въ одинъ годъ въ одномъ порядкѣ, въ другой -- въ обратномъ. Участокъ станки обнесенъ изгородью, чтобы пользоваться имъ, когда прилегающее къ нему поле находится подъ паромъ. Изгородью же былъ обнесенъ съ тою же цѣлью и другой сѣнокосный участокъ -- "пайковскій лугъ", но потомъ изгородь эту уничтожили въ виду, во-пёрвыхъ, того, что лугъ небольшой, а на огораживаніе его, все-таки, шло много времени, и, во-вторыхъ, что запрещеніе пускать на лугъ скотъ до скоса травы имѣло слѣдующее неудобство: въ промежуточное между работами время нужно было уводить далеко лошадей, что и представляла весьма много хлопотъ.

Говоря здѣсь объ изгородяхъ, необходимо упомянуть, что крестьянами на изгороди кладется весьма много работы. Общая длина всѣхъ изгородей до 7 верстъ, т.-е. на душу приходится [огородить около 50 саж. Здѣсь существуетъ и особый порядокъ распредѣленія городьбы, а именно: принимается въ разсчетъ разстояніе городьбы отъ селенія и отъ лѣса, гдѣ берутся жерди, колья, тонкіе прутья и проч.; сообразно этому вся изгородь дѣлится на нѣсколько участковъ (какъ "коны" или "подѣлы" въ поляхъ) -- длиною до 100 саи,-- и затѣмъ эти участки распредѣляются по душамъ, и, такимъ образомъ, каждому домохозяину приходится ставить изгородь въ нѣсколькихъ мѣстахъ. Доля изгороди, поставленная отдѣльнымъ домохозяиномъ, называется прясломъ.

Передѣлы имѣютъ отчасти мѣсто и на арендуемыхъ исполу у помѣщика 22 домохозяевами пожняхъ. Эти пожни невелики и разбросаны въ разныхъ мѣстностяхъ, вслѣдствіе этого они распредѣляются такимъ образомъ: 22 домохозяина составляютъ 13 паевъ (4 хозяина полные пайщики и 18 полупайщиковъ). Пожни раздѣлены на три части, а сами хозяева на 3 группы. 1-я группа получаетъ первую часть, въ которой 5 паевъ; 2-я владѣетъ второю частью пожней, въ которой 4 ная; 3-я -- третьей, состоящей тоже изъ 4 паевъ. Двѣ первыя группы дѣлятъ свои участки по покосамъ, принимая единицей распредѣленія Va пая; 3-я группа разверстываетъ полосы по одной на пай. Первая группа нѣсколько разъ передѣляла свои пожни, а двѣ послѣднія уже лѣтъ 15 не приступали къ передѣламъ. Причиной отсутствія здѣсь передѣловъ служатъ: 1) одинаковость травы на пожняхъ и 2) очистка многихъ полосъ ихъ хозяевами отъ камней и кустовъ. Вообще особый трудъ, положенный на землю, имѣетъ во всей сѣверной Россіи особое значеніе: такъ, напримѣръ, общераспространенное на сѣверѣ оставленіе росчистей изъ-подъ лѣса на 40 и болѣе лѣтъ за тѣми дворами, которые положили свой трудъ на обращеніе лѣса въ пашню или покосъ.

Несоотвѣтствіе плохой земли съ лежащими на ней высокими платежами сказывается и во всѣхъ другихъ распорядкахъ Сковородской общины. Такъ, при пользованіи пастбищами, богатый скотомъ крестьянинъ пользуется правомъ выгонять весь свой скотъ на пастбища вслѣдствіе, главнымъ образомъ, того, что на богатые дворы обыкновенно наваливаютъ больше душъ, больше платежей. Кромѣ того, чѣмъ больше скота у хозяина, тѣмъ онъ облагается большими расходами на содержаніе пастуха. Безземельнымъ предоставлено здѣсь право пользованія пастбищемъ, но съ обязанностью участвовать въ расходахъ на содержаніе пастуха.

Пользованіе дровянымъ лѣсомъ не ограничено никакими особыми постановленіями; но строевой купленный лѣсъ распредѣленъ на полосы, ширина которыхъ пропорціональна участію въ покупкѣ.

Надобно здѣсь еще замѣтить, что лѣсные участки, предназначаемые для расчистки подъ пашни, тоже разбиваются на полосы. Техника этого дѣла весьма трудная и приходится,-- говоритъ г. Ермолинскій,-- удивляться искусству крестьянъ проводить при помощи топора и невооруженнаго глаза чуть ли не верстовыя черезъ лѣсъ линіи съ достаточною точностью. Часто межа перекидывается черезъ нѣсколько холмовъ и перерѣзываетъ болота; въ такихъ случаяхъ вѣхи ставятъ на возвышенныхъ мѣстахъ, чтобъ ихъ далеко было видно.

Пользованіе другими угодьями -- водою для мочки льна и проч.,-- свободно для всѣхъ.

Въ описаніяхъ общинъ, съ которыми мы познакомили читателей, иногда упоминается многими авторами о работахъ по нѣкоторымъ предпріятіямъ сообща, но при этомъ не описывается должнымъ образомъ самое производство такихъ работъ. Въ работѣ г. Ермолинскаго мы встрѣчаемся съ существенными подробностями работъ сообща, которыя, въ виду важнаго ихъ значенія, и вносимъ въ настоящій рефератъ: 22 изъ наиболѣе сильныхъ хозяевъ (изъ разряда зажиточныхъ и среднихъ) арендуютъ поле сосѣдняго помѣщика изъ половины урожая {Въ годъ составленія г. Ермолинскимъ настоящей статьи въ Сковородской общинѣ было 9 безземельныхъ, т.-е. бросившихъ землю; затѣмъ 3 владѣющихъ отъ 1 до 1 1 /2 дес., 12 безлошадныхъ, съ 1 лошадью -- 9.}. Всѣ они представляютъ собою владѣльцевъ 13-ти паевъ и 4 изъ нихъ владѣютъ полными паями, а 18 полупаями {Въ полный пай обыкновенно соединяются или два сосѣда, или отецъ съ сыномъ, или два брата, а также дядя съ племянникомъ.}. Каждый пай долженъ выставлять на каждую работу опредѣленное число рабочихъ людей и лошадей. Полупайщикъ выставляетъ половинное число. При паханіи выѣзжаютъ съ пая по 3 сохи, т.-е. 26 сохъ. А такъ какъ при слѣдованіи всѣхъ этихъ сохъ другъ за другомъ приходилось бы долго ждать при поворотахъ, пока всѣ онѣ не проѣдутъ борозды, то онѣ и располагаются группами въ 3--5 сохъ. Для бороньбы каждый пай выставляетъ пару лошадей и боронильщика; полупайщики по 1 лошади, а боронильщиками чередуются. При возкѣ навоза съ пая требуется пара лошадей, 2 мужчины и 2 женщины (вощиками бываютъ дѣти 10--15 лѣтъ). Большая часть взрослыхъ наваливаютъ навозъ на телѣгу; свалка же его и раскладка по полю поручается 2--3 особо-свѣдущимъ хозяевамъ, которые и распредѣляютъ удобреніе сообразно почвѣ. Дѣвушкамъ поручается растряхиваніе, разбивка навоза.

При посѣвѣ болѣе опытные и умѣлые работники разбрасываютъ зерна (сѣютъ), другіе "лёшатъ" поле, т.-е. дѣлаютъ сохою параллельныя борозды, между которыми сѣвцы разбрасываютъ сѣмена; третьи боронятъ, если посѣвъ дѣлается подъ борону (рожь), или пашутъ, если посѣвъ идетъ подъ соху (овесъ). При посѣвѣ каждый полупай выставляетъ лошадь съ работникомъ, точно также и при уборкѣ.

По уборкѣ хлѣбъ свозится на барское гумно, молотится около мѣсяца, начиная съ половины октября. При молотьбѣ 26 полупайщиковъ чередуются такъ, что одинъ день 13 полупаевъ, другой -- остальные; каждый полупай выставляетъ работника и работницу. Полный пай выставляетъ работниковъ ежедневно.

Молотьба производится отъ 2 до 6 час. утра; въ 10 час. являются 5 вѣяльщиковъ по очереди.

Если послѣдняя рига не совпадаетъ со второю смѣной, то эту ригу или молотятъ обѣ смѣны вмѣстѣ, или она засчитывается на будущее время.

Обмолоченный хлѣбъ ссыпается въ барскій амбаръ, ключъ отъ котораго хранится или у крестьянъ, или въ усадьбѣ. По окончаніи молотьбы зерно распредѣляется между крестьянами; каждый получаетъ свою долю.

Всѣ описанныя работы производятся пайщиками сообща, жатва же ведется иначе. Каждое поле раздѣляется на 13 участковъ, паевъ, слѣдующимъ образомъ: при посѣвѣ отмѣчаются колышками такія пространства, на каждое изъ которыхъ обыкновенно приходится высѣвать 1 куль ржи и 2 куля овса. Эти пространства или участки поля и представляютъ собою паи" Распредѣляются они между пайщиками для уборки ихъ по жребію. Полупайщики при этомъ не раздѣляютъ пай пополамъ, но работаютъ вмѣстѣ. Если въ 13 такихъ участковъ не войдетъ все пространство поля, то остающаяся его часть убирается уже сообща. Для наблюденія за работами хотя и выбирается староста, но это дѣлается собственно только для соблюденія формальности, вслѣдствіе включаемаго въ договоръ объ арендѣ условія; староста обыкновенно не имѣетъ никакого значенія въ дѣлѣ установленія и распредѣленія работъ.

Система хозяйства въ Сковородской общинѣ не обусловливается, по словамъ г. Ермолинскаго, общиннымъ землевладѣніемъ; она одинакова какъ, у крестьянъ, такъ и у мелкихъ и крупныхъ землевладѣльцевъ. Частыя, переверстки (черезъ 3--5 лѣтъ) особеннаго значенія для хозяйства неимѣютъ, потому что каждый хозяинъ знаетъ, что навозъ его съ избыткомъ окупится въ 3 -- 5 лѣтъ. На черезполосность жалобъ не слышно" Система хозяйства на однѣхъ земляхъ трехполѣная, на другихъ лядинная. Паръ при трехпольи -- такъ называемый зеленый, потому что съ осени жнивье не поднимается. Съ лядинъ, по-мѣстному -- суковъ, снимается четыре хлѣба: 1) озимь, 2) ярь, 3) паръ безъ удобренія, 4) озимь и 5) овесъ.

Послѣ четырехъ хлѣбовъ, снятыхъ съ лядины безъ удобренія, поле оставляется въ залежь. При переверсткѣ эти залежные участки обыкновенно не переходятъ цѣликомъ отъ одного хозяина къ другому, а распредѣляются между всѣми домохозяевами путемъ особыхъ измѣненій въ направленіи полосъ, о чемъ и было говорено выше.

Въ тѣхъ отдѣлахъ статьи г. Ермолинскаго, въ которыхъ онъ сообщаетъ о платежѣ налоговъ, объ юридическихъ отношеніяхъ членовъ общины и вообще о различныхъ явленіяхъ мѣстной жизни, мы не встрѣтили никакихъ особенностей, не свойственныхъ и остальной Россіи.

Въ заключительной главѣ "о переходѣ отъ общиннаго владѣнія къ участковому и обратно" авторъ тоже не приводитъ никакихъ особенныхъ мѣстныхъ данныхъ, но здѣсь онъ выдвигаетъ на видъ нѣсколько данныхъ изъ числа сообщенныхъ имъ ранѣе, при описаніи различныхъ порядковъ жизни дер. Сковородки, и на основаніи этихъ данныхъ дѣлается заключеніе о распаденіи въ будущемъ общины. Заключеніе это именно основы, вается авторомъ, во-первыхъ, на развивающейся все больше и больше тенденціи признавать личною собственностью землю, за которую ежегодно вносимы были его хозяиномъ выкупные платежи; во-вторыхъ, на томъ фактѣ, что міръ еще ни разу не отбиралъ насильно земли ни у одного хозяина и распоряжался только принудительною навалкой добровольно оставляемыхъ участковъ; въ-третьихъ, на состоящемъ въ связи съ этимъ такомъ явленіи: разъ подѣлившись по ревизскимъ душамъ, крестьяне уже не возбуждали въ послѣдующее время рѣчи объ уравненіи надѣловъ; такимъ образомъ, въ деревнѣ Сковородкѣ установилось на фактѣ уже подворное долевое землевладѣніе. Это землевладѣніе, по мнѣнію автора, и будетъ здѣсь имѣть мѣсто по окончаніи выкупа, когда земля освободится отъ несоотвѣтственныхъ съ ея производительностью налоговъ. Тогда будто бы исчезнетъ необходимость наваливать души, такъ какъ хозяинъ, желающій оставить землю, всегда найдетъ охотниковъ пріобрѣсти ее; богатые тогда станутъ скупать землю у бѣдныхъ и, такимъ образомъ, вмѣсто навалки земли, явится расхватка ея, что и поведетъ къ полному уничтоженію существующихъ пока переверстокъ.

Въ настоящую нашу задачу не входитъ оцѣнка тѣхъ выводовъ, которые авторъ описываемой общины считаетъ возможнымъ сдѣлать изъ представленныхъ имъ фактовъ. Если при изложеніи описаній многихъ общинъ мы находили иногда нужнымъ возражать на нѣкоторыя мнѣнія авторовъ, то это только въ тѣхъ случаяхъ, когда дѣло касалось не вывода изъ данныхъ фактовъ, а лишь неточнаго изображенія самаго факта, или признанія якобы за фактъ своего собственнаго пониманія явленій крестьянской жизни, недостаточно выясненныхъ или воспроизведенныхъ. Въ настоящей же статьѣ г. Ермолинскаго всѣ данныя общинной жизни дер. Сковородки выяснены во всѣхъ подробностяхъ, изложены точно и тѣмъ дана читателю полная возможность составить по нимъ собственное мнѣніе о будущности Сковородской общины.

Тохтаревская община, Красноуфимскаго уѣзда, Пермской губерніи.

Въ краткомъ описаніи этой общины, составленномъ г. А. Адріановскимъ, обращаютъ на себя вниманіе слѣдующія упоминанія автора:

Если при переверсткѣ приходится взять отъ двора часть надѣла, то хозяинъ выбираетъ участокъ для отрѣзки самъ, по своему усмотрѣнію, но непремѣнно какъ изъ дальнихъ, такъ и изъ близкихъ земель, такъ что при этихъ отрѣзкахъ отходитъ всегда часть и хорошей, и худой земли.

Нѣкоторые домохозяева (15 изъ 160) огораживаютъ свои луга, чтобы весной скотъ не вытаптывалъ травы. Съ такихъ огороженныхъ участковъ получается до 300 пуд. сѣна, вмѣсто 35--75 пудовъ, обыкновенно накашиваемыхъ съ неогороженныхъ. На пару скотъ не пасется, потому что паръ въ первый разъ перепахивается рано, тотчасъ по окончаніи весеннихъ посѣвовъ.

Черноземныя части полей удобряются черезъ 5--6 лѣтъ, а нечерноземныя черезъ 2--3.

Обработка земли производится орудіемъ, среднимъ между сохой и плугомъ, напоминающимъ ярославскую косулю, называемымъ и "сохой", и "сабаномъ". Введено это орудіе, по словамъ г. Адріановскаго, около 15-ти лѣтъ тому назадъ (описаніе составлено въ 1880 году). Одинъ изъ крестьянъ посѣялъ въ 1879 году татарскій овесъ. Въ виду хорошихъ результатовъ посѣва, другіе крестьяне намѣрены были тоже испробовать этотъ овесъ.

Въ 1877--78 году отведены общинѣ по рѣкѣ Сыльѣ, верстъ за 120--130, государственные лѣса, пользоваться которыми крестьяне были намѣрены такъ: на каждую окладную душу вырубать опредѣленное число бревенъ ежегодно.

За поземельную мѣру принято здѣсь такъ называемый переѣздъ, равный 2/3 казенной десятины.

Для нарѣзки полосъ при частныхъ передѣлахъ выбирается ежегодно особое лицо -- осмякъ; занятъ онъ бываетъ исполненіемъ своей обязанности обыкновенно дней 5. Вознагражденія ему не полагается. Сдача или взятіе земли въ аренду здѣсь носятъ названіе продажи.

Мальцевская община, Соликамскаго уѣзда, Пермской губерніи. Описаніе общины составлено А. Роговымъ.

Община состоитъ изъ бывшихъ [помѣщичьихъ крестьянъ и "(заключаетъ въ себѣ 7 деревень и 9 починковъ, разстояніе между которыми отъ 1--3 верстъ; между самымъ сѣвернымъ и самымъ южнымъ поселеніями раэстоніе 11 верстъ, между крайнимъ западнымъ и крайнимъ восточнымъ -- 7 верстъ. Ревизскихъ душъ въ общинѣ считается 305, а по семейнымъ спискамъ 435 мужчинъ и 476 женщинъ. Земли удобной 3,276 дес. и неудобной 90 дес.

Здѣсь, между (прочимъ, существуетъ и;захватный|способъ владѣнія, которымъ, однако, пользуются большею частью лишь зажиточные крестьяне. Держится здѣсь также общій сѣвернымъ губерніямъ обычай, по которому каждый хозяинъ имѣетъ право расчищать свободную землю, лежащую противъ его надѣльной полосы, такъ называемую подполицу.

Система хозяйства здѣсь трехпольная. Въ каждомъ изъ полей (по мѣстному названію перемѣнъ) нарѣзываются каждому хозяину полосы; изъ нихъ длинныя дѣлятся на юны, причемъ вспашка производится такъ, что борозды въ одномъ гонѣ приходятся противъ склада земли въ другомъ. Порядокъ этотъ установленъ прямо въ цѣляхъ чисто сельско-хозяйственныхъ, именно какъ для удобства вспашки и бороньбы, такъ и для уменьшенія на угорахъ силы теченія воды и вреднаго ея дѣйствія. Часть лѣса, котораго у общины 840 дес., находится на свободныхъ мѣстахъ, часть на отведенныхъ дворамъ надѣлахъ. Тѣмъ и другимъ лѣсомъ пользованіе свободное, но лишь для собственныхъ надобностей; для продажи же на сторону нужно согласіе міра. Свободное пользованіе лѣсомъ, ростушимъ на участкахъ, называемыхъ подполицами, ограничено отчасти обычаемъ, о ко-торомъ говорено выше, т.-е. преимущественнымъ правомъ на подполицы тѣмъ хозяевамъ, противъ полосъ которыхъ лежатъ эти участки. При сборѣ сѣна существуетъ ограниченіе относительно времени, въ которое можно начинать сѣнокосъ. Такъ, именно, срокомъ для начала косьбы назначается 8 іюля. У нарушителей этого постановленія міра отбирается сѣнокосный 1 участокъ.

На земляхъ этой общины есть каменоломни, залежи глины и хряща. Относительно пользованія этими имуществами тоже существуютъ нѣкоторыя ограниченія: такъ, напримѣръ, сходъ не дозволилъ одному крестьянину отдать въ наемъ на сторону залежь хряща.

Кромѣ помочей при исполненіи различныхъ сельско-хозяйственныхъ работъ, авторъ отмѣчаетъ важное значеніе той помощи, которую міръ оказываетъ здѣсь крестьянамъ въ трудныхъ случаяхъ ихъ жизни путемъ облегченія ихъ въ налогахъ. Налоги сравнительно весьма высоки и составляютъ причину, задерживающую развитіе общаго благосостоянія. На работника приходится 17 р. 16 к., на десятину (производительную) 1 р. 14 к. Между тѣмъ, почвенныя и климатическія условія здѣсь весьма неблагопріятны для хозяйства.

Все сказанное г. Роговымъ относительно Мальцевской общины прилагается и къ сосѣдней съ нею Козминской общинѣ, состоящей тоже изъ небольшихъ поселеній. Авторомъ приложены къ его описанію планы: а) общій планъ надѣловъ въ общинахъ и б) отдѣльный планъ распредѣленія земель въ одной изъ деревень Мальцевской общины.

Далматовская община, Шадринскаю уѣзда, Пермской губерніи. Довольно объемистое описаніе этой общины, составленное членомъ-корреспондентомъ вольно-экономическаго общества А. И. Зыряновымъ, далеко выходитъ изъ ряда другихъ описаній. Не довольствуясь изображеніемъ однихъ только общинныхъ порядковъ, г. Зыряновъ очерчиваетъ, вмѣстѣ съ тѣмъ, различные данныя и факты изъ исторіи общины, условія современной экономической жизни, различныя административныя вліянія на бытъ далматинцевъ. Такимъ образомъ, многіе порядки въ Далматовской общинѣ являются здѣсь превосходно освѣщенными, и читатель весьма ясно можетъ видѣть причины, вслѣдствіе которыхъ возникъ одинъ данный порядокъ, видоизмѣнился другой, держится въ силѣ третій, падаетъ четвертый и проч.

Кромѣ того, описаніе Далматовской общины крайне интересно въ томъ отношеніи, что селеніе Далматово лежитъ въ чертѣ заштатнаго города Далматова и даже, можно сказать, составляетъ главное ядро городскаго поселенія. Купцовъ и мѣщанъ живетъ въ Далматовѣ сравнительно очень немного и вообще городъ не отличается развитіемъ торговли и промысловъ. Крестьянъ по X ревизіи числилось здѣсь 1,495 душъ м. п., а купцовъ и мѣщанъ съ приписными 450 душъ; на самомъ же дѣлѣ ихъ гораздо меньше, потому что большинство ихъ проживаетъ въ другихъ мѣстностяхъ и никакими узами съ мѣстнымъ обществомъ они не связаны. Главное занятіе мѣщанъ заключается, также какъ и крестьянъ, въ земледѣліи.

На мѣстѣ города Далматова былъ первоначально скитъ, основанный инокомъ Далматомъ. Около этого скита образовалась слободка изъ пришельцевъ изъ Каргополя, Устюга, Вологды и другихъ мѣстъ Россіи. Впослѣдствіи возникли окрестъ и другія селенія, составившія монастырскую вотчину. Въ 1762 г. селенія эти были отобраны въ казну; въ 1781 г. селеніе Далматовское преобразовано въ уѣздный городъ, который въ 1797 году объявленъ заштатнымъ, а волости и# селенія, принадлежавшія къ нему, отошли въ сосѣдніе уѣзды. Въ самомъ же Далматовѣ образовалось два общества: мѣщанское и крестьянское. Всѣ эти историческія событія, конечно, должны были оставить слѣды на порядкахъ общинной жизни.

Мѣщане и крестьяне составляютъ здѣсь два отдѣльныя общества. Но такъ какъ усадьбы тѣхъ и другихъ лежатъ большею частью вмѣстѣ и такъ какъ обширный городской выгонъ сливается, можно сказать, съ огромнымъ крестьянскимъ выгономъ, то понятно, что здѣсь существуетъ много условій для самовольнаго захвата земли подъ усадебныя угодья со стороны зажиточныхъ мѣщанъ и крестьянъ. Часть городскаго выгона даже распахана крестьянами и рѣчи о какихъ-либо передѣлахъ усадебъ здѣсь не поднималось. Передѣлы же пашенныхъ полей производятся здѣсь только отъ ревизіи до ревизіи. Мѣстоположеніе полей ровное, земля -- тучный черноземъ, не нуждающійся въ унавоженіи. Много полей лежитъ среди полей другихъ селеній, и вообще владѣнія далматинцевъ разбросаны на пространствѣ 12-ти верстъ.

Для завѣдыванія передѣлами полей здѣсь были выбраны особыя лица, называемыя пахотными старшинами, которыя и должны отправлять свои обязанности отъ ревизіи до ревизіи. Къ нимъ и теперь обращаются, крестьяне во всѣхъ дѣлахъ и спорахъ, касающихся землевладѣнія; даже волостной судъ не принимаетъ здѣсь къ своему разсмотрѣнію никакихъ споровъ по земельнымъ дѣламъ и отсылаетъ всегда тяжущихся къ старшинамъ. У старшинъ существуютъ особыя тетради, въ которыя записано подробно, какому крестьянину и гдѣ, на какомъ урочищѣ, въ какихъ границахъ принадлежитъ земля, сколько ея и какого она качества. Въ тетрадяхъ этихъ, кромѣ того, отмѣчается убыль и прибыль душъ, отходящая отъ кого-либо и поступающая въ распоряженіе міра земля и проч.

Надѣленіе здѣсь землею установлено производить такъ, чтобы каждому хозяину доставалась земля трехъ качествъ: хорошая, средняя и утлая (плохая, худая). Поля опредѣленной формы не имѣютъ. Для склада хлѣба у всякаго поля устраивается остожье (загородь); для того, чтобы укрыться въ ненастное время, дѣлается балаганъ, а въ самыхъ отдаленныхъ поляхъ иногда строится такъ называемая полевая изба.

Мѣщанское общество пахотной земли не имѣетъ, но, владѣя огромнымъ выгономъ, распахиваетъ въ немъ по 1--2 дес. подъ хлѣба и ленъ. Кромѣ того, мѣщане берутъ въ аренду земли въ крестьянскихъ поляхъ, а также окупаютъ крестьянскія ревизскія души, за что предоставляется окупающему полный душевой надѣлъ. Въ этотъ окупъ поступаютъ больше души умершихъ, отсутствующихъ, сданныхъ въ солдаты, сосланныхъ въ Сибирь и, рѣже, бобылей и безземельныхъ, занимающихся промыслами и ремеслами.

Поднятый здѣсь вопросъ объ уравненіи выгонными землями мѣщанъ и крестьянъ, доходившій до правительствующаго сената, остается нерѣшеннымъ вслѣдствіе того, что мѣщане требуютъ надѣла не только на наличныя, но и отсутствующія души, крестьяне же готовы дать пашни и покосы только осѣдлымъ и прочно живущимъ въ Далматовѣ.

Для раздѣла сѣнокосныхъ угодій существуютъ, также какъ и для распредѣленія пашенъ, выборные старшины. Сверхъ собственныхъ покосовъ, крестьянамъ принадлежитъ право участія въ мѣщанскихъ заливныхъ лугахъ между рр. Исетью и Суварышемъ, въ такъ называемой Наволокѣ, которая и раздѣлена на двѣ части, изъ которыхъ лучшая находится въ пользованіи купцовъ и мѣщанъ, а худшая -- крестьянъ.

Старожиловъ въ мѣщанскомъ обществѣ,-- замѣчаетъ авторъ,-- весьма мало и составляютъ его большею частью люди пришлые, не имѣющіе никакой кровной или почвенной связи съ крестьянскимъ обществомъ, а отъ этого, по всей вѣроятности, нерѣдко являются споры и смуты, послѣдствіемъ чего бывали не разъ поджоги сѣна и хлѣбовъ.

Заслуживаетъ вниманія еще одно обстоятельство, отмѣчаемое авторомъ при описаніи пользованія покосами. Расчистка въ упомянутой выше Наволокѣ кустовъ и зарослей не воспрещена, но это большею частью не дѣлается, потому что большинство крестьянъ находитъ вреднымъ оголеніе отъ древесныхъ зарослей покосовъ, равно какъ и полей; по объясненію крестьянъ, отнятіе тѣни и влаги отъ почвы ведетъ къ малоурожайности хлѣбовъ и травы; хлѣбъ родится лучше и зерно наливается полнѣе, гдѣ поля окружены колками и лѣсами; гдѣ же ноля открыты вліянію вѣтровъ и солнечныхъ лучей, тамъ и урожаи хуже, и зерно тоньше, худощавѣе и маловѣснѣе. Но стремленіе большинства оградить сѣнокосные участки отъ истребленія на нихъ лѣсной растительности парализуется обыкновенно меньшинствомъ разныхъ вліятельныхъ личностей, умѣющихъ захватывать въ свои руки и не выпускать изъ нихъ разныя блага земныя. Совмѣстное владѣніе выгономъ съ мѣщанскимъ обществомъ, въ составѣ котораго большинство людей пришлыхъ, отчасти объясняетъ "такое положеніе дѣлъ. Многіе изъ хозяевъ огораживаютъ нѣкоторыя части своихъ сѣнокосныхъ участковъ. Такія огорожи носятъ здѣсь названіе рѣдки.

Распредѣленіе лѣсныхъ участковъ тоже производится посредствомъ старшинъ, выбираемыхъ на продолжительный срокъ. Лѣсные участки большею частью отводятся хозяевамъ подлѣ пашенъ и покосовъ, къ ряду подполицъ. Охраняются лѣсные участки самими хозяевами, и охраняются очень строго. Благодаря этому, у многихъ отдѣльныхъ лицъ можно встрѣтить хорошія рощи. Лѣсу приходится, впрочемъ, лишь по полдесятинѣ на дворъ. Кустарникъ въ Наволокахъ, замѣренный въ городской выгонъ, не дѣлится между хозяевами и состоитъ въ общемъ пользованіи. Огромный городской выгонъ въ прежнее время заключалъ въ себѣ значительное количество лѣсу, котораго въ настоящее время остается весьма мало. Авторъ подробно описываетъ здѣсь исторію истребленія этого лѣса, начало которой положила начавшаяся между мѣщанами и крестьянами тяжба относительно пользованія лѣсомъ и вообще земельныя и административныя неурядицы. Пользуясь смутами и вообще неопредѣленнымъ положеніемъ, начали рубить этотъ лѣсъ купцы, мѣщане, духовныя лица, разночинцы, крестьяне.

Въ отдѣлѣ о пастбищахъ и другихъ угодьяхъ авторъ сообщаетъ интересныя данныя объ единственномъ почти городскомъ выгонѣ г. Далматова. Длина этого выгона 14 верстъ, ширина отъ 3 до 6 верстъ. Пространство это кругомъ селенія, кромѣ, впрочемъ, южной стороны, обнесено загородью, которая городится крестьянами безъ участія мѣщанъ. Въ этой загороди или, какъ ее называютъ, поскотинѣ, устроено 12 воротъ, для проѣзда на поля и въ другія селенія. Для наблюденія за производствомъ и постоянною исправностью городьбы выбирается отъ каждой сотни по выборному, которые за эту службу освобождаются отъ другихъ натуральныхъ повинностей и имѣютъ право разъ въ годъ, во время рождественскихъ праздниковъ, при сдавленіи Христа, собирать добровольныя приношенія хлѣбомъ печенымъ и зерновымъ.

Въ нижнемъ и верхнемъ Наволокахъ находится много дикоростущаго хмѣля, который въ прежнее время (при палатѣ госуд. имуществъ) составлялъ оброчную статью и отдавался въ аренду вмѣстѣ съ рыбною ловлей въ озерахъ.

Верхній Наволокъ принадлежитъ исключительно крестьянамъ и находится въ совмѣстномъ владѣніи ихъ съ нѣкоторыми изъ сосѣднихъ деревень. Нижній Наводокъ состоитъ въ общемъ владѣніи съ мѣщанами и другими городскими обывателями. Авторъ весьма подробно описываетъ порядки, соблюдавшіеся прежде при сборѣ хмѣля сообща всѣми жителями г. Далматова.

Въ объемистой главѣ -- устройство общихъ хозяйственныхъ дѣлъ -- читатель найдетъ множество интересныхъ подробностей экономической жизни мѣстнаго крестьянства и значительное количество общинныхъ регламентацій по разнымъ предметамъ. Въ числѣ ихъ встрѣчаются весьма характерныя: такъ, напримѣръ, если черезъ городьбу прорвется въ поле скотъ и если, по освидѣтельствованіи городьбы, она окажется хорошаго качества, то за убытки отъ потравы отвѣчаетъ не только лицо, на обязанности котораго лежало содержаніе въ исправности даннаго участка городьбы, но и хозяинъ животныхъ, прорвавшихся черезъ городьбу. Основаніемъ къ установленію такого правила служатъ, по нашему мнѣнію, различныя мѣстныя особенности. Такъ, именно, здѣсь при огромныхъ пастбищныхъ пространствахъ нерѣдко можно встрѣтить мало-прирученныхъ одичавшихъ животныхъ, которыя, бродя на просторѣ, привыкли одолѣвать различныя препятствія, умѣютъ отбиться отъ звѣря, пройти искусно тамъ, гдѣ воспитанное на стойлѣ или въ хлѣвѣ животное не сдѣлаетъ ни шагу. Кромѣ того, мы знаемъ, что и въ болѣе населенныхъ мѣстностяхъ приходится встрѣчать свирѣпыхъ быковъ, отъ которыхъ устоитъ не всякая городьба.

За умышленное завладѣніе чужою землей взыскивается штрафъ, за неумышленное -- виновный обыкновенно наказывается постановкой обществу водки.

Существующая здѣсь система хозяйства обусловливается тоже разными мѣстными условіями. Поля здѣсь не унавоживаются, но не потому, что крестьяне не знаютъ о пользѣ удобренія, такъ какъ въ сосѣднихъ селеніяхъ и въ особенности въ сѣверныхъ волостяхъ Шадринскаго уѣзда, гдѣ почвы мегреватыя и глинистыя, поля постоянно унавоживаются. Удобреніе въ Далматовѣ не вошло въ употребленіе собственно лишь потому, что почва здѣсь -- тучный черноземъ. Сѣвооборотъ здѣсь выработанъ слѣдующій: въ первый годъ земля готовится подъ паръ, на второй -- пары засѣваются, на третій -- засѣваются во второй разъ и на четвертый -- земля вновь поступаетъ подъ пары. Рожь сѣется въ концѣ іюля или началѣ августа на паровую землю, приготовленную съ весны. Подъ пары земля пашется два раза и оба раза боронуется крестъ-на-крестъ, т.-е. вдоль и поперекъ. Подпарки, т.-е. поле по снятіи озимой ржи, вспахивается передъ посѣвомъ и затѣмъ послѣ ручнаго разброса сѣмянъ заборанивается. У мѣщанъ, которые плохо знакомы съ земледѣльческимъ дѣломъ, а также у нѣкоторыхъ изъ обѣднѣвшихъ крестьянъ встрѣчаются отступленія отъ очерченной системы, именно: на 4-й годъ, вмѣсто запущенія земли подъ паръ, засѣваютъ ее вновь овсомъ и ярицей и затѣмъ уже оставляютъ поле подъ паръ. При такомъ порядкѣ полеводства одна половина душеваго надѣла оказывается подъ посѣвами, а другая -- подъ паромъ. Крестьяне осуждаютъ такой родъ хозяйства, какъ дающій весьма плохіе урожаи, и называютъ его чортопаромъ. Въ поляхъ здѣсь высѣвается до 10-ти разнаго рода растеній. Сперва сѣется горохъ, потомъ пшеница, ячмень и ярица на пары, затѣмъ овесъ на пары и подпарки, просо, макъ, ленъ, рѣпа, конопля на новины, если позволитъ мѣсто. Картофель сѣется на огородахъ въ незначительныхъ количествахъ, по недостатку сбыта. Озимая рожь высѣвается по наступленіи лишь особыхъ климатическихъ условій, напримѣръ, при наступленіи засушливыхъ годовъ или годовъ, благопріятствующихъ развитію насѣкомыхъ.

Вслѣдствіе своей выносливости, сравнительно съ другими хлѣбами, озимая рожь выручала весьма многихъ хозяевъ съ 1865 по 1872 годъ, въ которые весь этотъ край страдалъ отъ засухъ. Въ дикомъ видѣ здѣсь произростаютъ, какъ выше упомянуто, вишни, хмѣль и до 8 родовъ ягодъ: малина, калина, смородина, черемуха, клубника, костяника, земляника, боярка. Пользованіе этими малоцѣнными и даровыми произведеніями природы подвергалось разнымъ ограниченіямъ во время существованія палаты государственныхъ имуществъ. Такъ, напримѣръ, при отдачѣ въ аренду разнымъ предпринимателямъ изъ купцовъ хмѣльниковъ, крестьяне лишались и права пользованія на сданномъ участкѣ не только хмѣлемъ, но и ягодами и пр. Нынѣ пользованіе дикоростущими растеніями свободно для всѣхъ общинниковъ, не исключая бобылей и вообще безземельныхъ; только пользованіе хмѣльниками и вишняками обставлено нѣкоторыми регламентаціями.

Юридическія отношенія между членами общины, порядки отправленія денежныхъ и натуральныхъ повинностей здѣсь мало отличаются отъ существующихъ въ другихъ частяхъ Россіи. Характерно здѣсь, между прочимъ, то, что въ дѣйствіяхъ вообще крестьянскаго общества проявляется значительно больше самостоятельности и независимости отъ волостнаго правленія. Такъ, видя, что накопленіе недоимокъ произошло отъ нерадѣнія, распущенности и постояннаго пьянства волостнаго начальства, далматовское крестьянское общество начало дѣйствовать въ сборѣ податей самостоятельно. Собравшись разъ на сходъ, общество приняло на себя непосредственный осмотръ всѣхъ хозяйствъ, за которыми числились недоимки. Оно описало у недоимщиковъ "излишки" изъ имуществъ, оцѣнило ихъ и тутъ же продало. Но, чтобы не обездолить неплательщиковъ, общество предоставило имъ право выкупа въ недѣльный срокъ проданнаго имущества. Это послѣднее постановленіе міра исполняется, какъ замѣчаетъ авторъ, весьма охотно всѣми коренными обывателями Далматовской общины; отказы же отъ возвращенія купленнаго встрѣчаются преимущественно со стороны лишь "пришлыхъ", постороннихъ лицъ. Одинъ разъ міръ простеръ свою самостоятельность въ дѣлѣ сбора недоимокъ до того, что продалъ, для примѣра другимъ, имущество двухъ волостныхъ писарей -- стараго и новаго, несмотря на ихъ угрозы. Земля за неплатежъ податей не только не отбирается, но даже въ томъ случаѣ, когда опустившійся хозяинъ, будучи не въ силахъ вести хозяйство, сдаетъ надѣлъ въ "окупъ" (т.-е. передаетъ участокъ желающему платить за него подати) и потомъ съ теченіемъ времени вновь пріобрѣтетъ средства для самостоятельнаго хозяйства, то обыкновенно ему предоставляется право снова взять въ свое владѣніе сданныя въ окупъ угодья; и такой хозяинъ обыкновенно не слышитъ, по замѣчанію автора, какихъ-либо попрековъ, но, напротивъ, его хвалятъ и одобряютъ, какъ рачителя и старателя.

Въ дѣло семейныхъ раздѣловъ міръ весьма рѣдко вступается. Эти раздѣлы всегда обусловливаются, по словамъ автора, весьма вѣскими причинами, именно: строптивостью характеровъ, строгостью свекровей, сварливостью и непослушаніемъ снохъ, тѣснотою жилья и желаніемъ большаковъ при себѣ устроить бытъ своихъ наслѣдниковъ и безгрѣшно распредѣлить между ними трудомъ нажитое имущество. Требованіе закона объ утвержденіи раздѣла казенною палатой не исполняется, потому что сопряжено первоначально съ расходомъ на прошеніе и гербовую бумагу, а затѣмъ, послѣ того, какъ палата затребуетъ отъ. волостнаго правленія свѣдѣнія или приговоръ общества, съ новымъ рядомъ расходовъ, поклоновъ, безпокойствъ.

Движимое имущество, остающееся по смерти безсемейныхъ, не поступаетъ въ общество, а отдается въ церковь.

Всѣхъ налоговъ здѣсь приходится съ души 10 руб. 86 коп.

Устроенныя въ 50-хъ годахъ кассы вспомогательная и- ссудо-сберегательная находятся въ полномъ разстройствѣ, главнѣйшую причину котораго авторъ видитъ въ злоупотребленіи писарей, которое коренится, какъ извѣстно, въ той безконтрольной и всемогущей власти мѣстной полиціи и вообще администраціи, которая существуетъ de facto относительно крестьянъ.

Въ описаніи Далматовской общины встрѣчается упоминаніе о темныхъ деньгахъ, подъ которыми разумѣется та часть мірскихъ суммъ, которая составляется изъ взносовъ за пріемные и увольнительные приговоры и изъ другихъ сборовъ; сюда же причислялись до введенія всеобщей воинской повинности и деньги съ нанимателей рекрутъ. Въ описаніи Далматовской общины весьма много еще другихъ подробностей, весьма назидательныхъ для изучающаго крестьянскій бытъ.

Довольно объемистый матеріалъ по общинному землевладѣнію представляютъ собою свѣдѣнія, присланныя въ вольно-экономическое общество изъ губерній Вологодской и Архангельской.

Этотъ матеріалъ состоитъ, главнымъ образомъ, изъ отвѣтовъ волостныхъ правленій на вопросы программы, приговоровъ сходовъ о распредѣленіи земель, донесеній и замѣтокъ мировыхъ посредниковъ.

Въ виду сравнительно богатой литературы по общинному землевладѣнію въ губерніяхъ Архангельской и Вологодской, заключающейся въ отдѣльныхъ статьяхъ и очеркахъ, которые въ теченіе многихъ лѣтъ появлялись въ мѣстныхъ губернскихъ вѣдомостяхъ, запискахъ ученыхъ обществъ, въ отдѣльныхъ изданіяхъ и на страницахъ журналовъ {См. выдающіеся труды Ефименко, Щербины, Потанина, Щепотьева, Личкова и мн. друг.}, указанные матеріалы вольно-экономическаго общества теряютъ, конечно, часть своего значенія; но изъ этого, однако, не слѣдуетъ, что многія изъ содержащихся въ нихъ подробностей представляли бы собою совершенно ненужный балластъ въ массѣ матеріаловъ, проливающихъ свѣтъ на положеніе народной жизни въ своеобразныхъ губерніяхъ сѣвера Россіи.

Называя эти губерніи своеобразными, мы имѣемъ въ виду не только ихъ климатическія, почвенныя, но и экономическія условія, на которыя, какъ извѣстно, сильно воздѣйствовали различныя административныя распоряженія, какъ, напримѣръ, ограниченіе подсѣкъ и инструкціи по выдачѣ владѣнныхъ записей, а также цѣлый рядъ законоположеній и административныхъ предпріятій, исходившихъ изъ взгляда на Архангельскую губернію какъ на оброчную статью государства. Взглядъ заслонилъ собою мысль, о принадлежности земли населяющимъ ее жителямъ, обратившимъ дикій край въ страну, возможную для жизни человѣка.

Одно изъ прямыхъ слѣдствій такого взгляда -- явное покровительство устремившимся въ край промышленнымъ компаніямъ и исключительныя заботы о развитіи крупныхъ торговыхъ операцій лѣсными, рѣчными и морскими богатствами, а, главное, забвеніе интересовъ мѣстнаго населенія, принесеніе ихъ въ жертву интересамъ торговымъ. Окончательнымъ результатомъ всего этого явилось обѣднѣніе и голоданіе народа, недоимки, исканіе заработковъ, развитіе ростовщичества, кабала различныхъ формъ и видовъ.

Все это не могло не отразиться на общинной жизни, не повліять на измѣненіе ея формъ. И дѣйствительно, многіе изъ давно существующихъ здѣсь порядковъ общиннаго землевладѣнія пришлось перестраивать, примѣняясь къ новымъ экономическимъ условіямъ, вводить суровыя регламентаціи относительно такихъ земель и угодій, которыми прежде пользовались свободно, налагать ограниченія на свободную сельско-хозяйственную дѣятельность и проч. {Въ Эконом. Журналѣ 1884 г., No 7, въ статьѣ: Изъ жизни архангельскихъ общинъ, написанной по поводу выпуска арханг. губ. статист. комитетомъ брошюры: Сельская поземельная община по описаніямъ, представленнымъ въ комитетъ, намъ привелось съ большою подробностью говорить относительно упоминаемыхъ здѣсь измѣненій въ жизни архангельскихъ общинъ, явившихся послѣдствіемъ взгляда на край, какъ на. оброчную статью государства.}. Такъ, напримѣръ, началось уравненіе душевыхъ надѣловъ въ общинахъ, состоящихъ изъ нѣсколькихъ отдѣльныхъ селеній; затѣмъ дѣленіе земель по качеству на разряды; многія расчистки были изъяты изъ числа земель, не подлежащихъ передѣламъ; произведены были выселенія семей на отдаленные участки; нѣкоторыми сѣнокосными угодьями, въ виду затруднительности раздѣла ихъ по душамъ, положено было пользоваться сообща. Послѣдовали во многихъ общинахъ постановленія о строгомъ преслѣдованіи лицъ, забрасывающихъ свои надѣлы, запрещенія продажи на сторону навоза и скота; предпринято было также многими общинами регулированіе семейныхъ раздѣловъ; ограничена свобода сдачи въ. аренду земель; установлено наблюденіе за неотчужденіемъ земли безъ согласія семьи; общественная помощь при этомъ, однако, не сократилась: такъ, въ деревнѣ Гореличевской, при выселеніи нѣсколькихъ семей на отдаленныя земли, даны были выселяющимся такія льготы: свобода отъ выборовъ на 5 лѣтъ, по полудереву съ дома для возведенія построекъ и помощь всей общины при перевозкѣ старыхъ строеній на новыя мѣста. Разнаго рода помочи, т.-е. помощь трудомъ, работой, продолжаютъ практиковаться при вывозѣ навоза, расчисткѣ пашни изъ-подъ лѣса, жатвѣ, сѣнокосѣ, рубкѣ дровъ. Укажемъ здѣсь въ заключеніе на постановленіе кесломскаго міра о томъ, чтобъ ежегодно наниматься и работать сообща у сосѣдней общины по уборкѣ, во время весенняго разлива, моста на почтовой дорогѣ и наводкѣ его по спаденіи водъ; деньги же, получаемыя за эту работу, обращать на общія мірскія потребности.

Сопоставленіе этихъ проявленій общинной жизни съ тѣмъ гнетомъ, который легъ на край вслѣдствіе взгляда на него, какъ на оброчную статью государства, прямо говоритъ о томъ громаднѣйшемъ значеніи общиннаго землевладѣнія, которое оно имѣетъ въ отношеніи защиты народа отъ поголовнаго обѣднѣнія, отъ нравственнаго растлѣнія и отупѣнія массъ. Общинная жизнь представляетъ собою школу, которая съ самаго ранняго возраста человѣка даетъ ему на каждомъ шагу, при всякомъ обыденномъ и чрезвычайномъ случаѣ уроки, разъясняетъ всю пользу общественной жизни, весь вредъ преслѣдованія исключительно личныхъ интересовъ. Здѣсь въ дѣлѣ наблюденія и распознаванія сложныхъ и запутанныхъ явленій экономической и нравственной жизни дѣйствуетъ не единичный, а коллективный умъ, который, конечно, больше видитъ, больше воспринимаетъ и разносторонне анализируетъ явленіе, нежели умъ единичный, не просвѣщенный высшимъ образованіемъ.

Въ изслѣдованіяхъ Архангельской губерніи, предпринимавшихся съ спеціально сельско-хозяйственными цѣлями, почти постоянно приходится встрѣчаться съ данными, свидѣтельствующими о выработкѣ самостоятельныхъ системъ и пріемовъ хозяйства, измѣненіи конструкціи земледѣльческихъ орудій, примѣнительно къ требованіямъ почвы и другимъ сельско хозяйственнымъ условіямъ. По словамъ гг. Гомилевскаго и Щекотова, крестьяне здѣсь пріобрѣли огромный навыкъ въ опредѣленіи достоинствъ почвы; пріемы обработки подъ разные хлѣба и травы тоже свидѣтельствуютъ о разносторонней наблюдательности и умѣньи пользоваться силами природы {Журн. Сел. Хоз. и Лѣсовод. 1878 г., NoNo 4--7, и 1880 г., NoNo 1 и 2.}. На одной изъ позднѣйшихъ выставокъ въ Архангельскѣ было представлено,-- пишетъ г. Лудмеръ въ отчетѣ объ этой выставкѣ {Тамъ же, т. CLI, отд. II, и т. CLII, отд. II, 1886 г.},-- много прекрасныхъ образцовъ хлѣба, свидѣтельствующихъ о сравнительно высокомъ развитіи хлѣбопашества; земледѣльческія же орудія, -- продолжаетъ г. Лудмеръ,-- "указали на то, что устройство крестьянской сохи и бороны неодинаково во всей губерніи и что крестьяне приспособляютъ эти орудія къ характеру почвы. Въ этомъ отношеніи довольно остроумно приспособлена борона для каменистой почвы". Для сѣнокошенія на разныхъ почвахъ -- лѣсныхъ, каменистыхъ, кочковатыхъ -- употребляются и разнаго рода косы, изъ числа которыхъ можно указать на горбушу и на укороченную соху для косьбы между пнями и вообще между деревьями.

Вообще сельско-хозяйственныя изслѣдованія сѣвернаго края освѣтили многое въ вопросѣ объ общинномъ землевладѣніи. Изъ подробностей, заключающихся въ этихъ изслѣдованіяхъ, мы видимъ, что многіе успѣшные способы и пріемы хозяйства не могли бы имѣть мѣста, еслибы существовала иная форма землевладѣнія, исключающая обычаи и привычку обдумывать всякое предпріятіе сообща, приступать къ его осуществленію- общими силами, подчинять свою волю приговорамъ міра и, въ то же время, благодаря разностороннему обсужденію дѣла и строгой критикѣ различныхъ мнѣній на мірскихъ сходахъ, сознавать, что подчиненіе общему приговору выгодно, въ кондѣ-концовъ, для всѣхъ и каждаго, хотя съ перваго взгляда оно и не кажется таковымъ, а представляется жертвой. Вообще многое на крайнемъ сѣверѣ не было бы совершено, многое осталось бы неиспробованнымъ по невозможности приступить къ дѣлу единичными силами; вслѣдствіе этого, многое изъ жизни мѣстной природы осталось бы никому неизвѣстнымъ, съузился бы вообще кругъ наблюденій; частныя, единичныя наблюденія не могли бы получать столь широкой огласки, какую онѣ имѣютъ при общинныхъ порядкахъ; притомъ же, должное осмысленіе этихъ наблюденій, критическій разборъ ихъ -- уже не имѣли бы столь широкаго приложенія; а, между тѣмъ, все это чрезвычайно важно въ дѣлѣ развитія культуры въ краѣ. Исторія развитія травосѣянія въ Архангельской, Вологодской и Олонецкой губерніяхъ, которое здѣсь совершалось исключительно путемъ самодѣятельности крестьянъ, крайне рельефно говоритъ собою, что, при отсутствіи общиныхъ порядковъ, травосѣяніе не могло бы здѣсь укорениться и получить прочное развитіе {См. данныя по этому предмету въ Труд. Вольно-экон. Общ. 1888 г., 3: Сельско-хозяйственное обозрѣніе.}.

Настоящіе очерки матеріаловъ по общинному землевладѣнію намъ приходится закончить обозрѣніемъ отвѣтовъ на программу вольно-экономическаго общества, присланныхъ изъ губерній Виленской и Витебской.

Въ отвѣтахъ по Виленской губерніи, составленныхъ, главнымъ образомъ, волостными правленіями, частью мировыми посредниками и членами присутствій по крестьянскимъ дѣламъ, категорически заявляется, что въ Виленской губерніи существуетъ лишь подворное, наслѣдственное землевладѣніе; но что подворные участки не отведены къ одному мѣсту, а раскиданы полосами въ поляхъ близкихъ и Дальнихъ, въ мѣстностяхъ съ хорошею, среднею и плохою почвой. Передѣловъ здѣсь, конечно, не бываетъ, и участокъ какого-либо двора, гдѣ бы онъ ни лежалъ, навсегда остается принадлежностью двора. Въ случаѣ семейныхъ раздѣловъ, каждый участокъ только дробится. Каждый домохозяинъ въ отношеніи права распоряженія своею землей и имуществомъ дѣйствуетъ независимо отъ общества; онъ можетъ продавать свой надѣлъ, скотъ, отчуждать на^сторону навозъ. Изъ общинныхъ обычаевъ сохранился, главнымъ образомъ, только обычай помочей, который и примѣняется почти ко всѣмъ случаямъ, при которыхъ онъ имѣетъ мѣсто въ великороссійскихъ губерніяхъ. О круговой порукѣ при подворномъ землевладѣніи не могло бы быть и рѣчи; самому понятію о ней не откуда было бы и зародиться, если бы только она не существовала здѣсь по буквѣ закона и не примѣнялась бы, такимъ образомъ, во многихъ случаяхъ по распоряженію начальства, вѣдающаго крестьянскія дѣла.

По краткости отвѣтовъ, по неопредѣленности ихъ, трудно вообще выяснить себѣ всѣ подробности существующаго здѣсь вида подворнаго землевладѣнія. Выясненія ихъ можно достигнуть только путемъ экспедиціоннаго изслѣдованія людьми, научно къ этому подготовленными.

Въ отвѣтахъ, касающихся нѣкоторыхъ волостей, послѣ категорическаго заявленія о существованіи подворнаго землевладѣнія, встрѣчаются показанія о передѣлахъ земли и другихъ общинныхъ порядкахъ. Въ сообщеніи испр. должн. мироваго посредника 2 уч. Дисненскаго уѣзда, чиновника особыхъ порученій при Виленскомъ губернаторѣ, С. Антоновича, между прочимъ, говорится: "при здѣшнемъ нодворно-участковомъ пользованіи землею, каждымъ домохозяиномъ отдѣльно, сельской общины въ томъ видѣ, какъ она существуетъ въ другихъ мѣстностяхъ Россіи, въ здѣшней бытовой жизни крестьянъ вовсе не существуетъ". Въ отвѣтахъ кривичскаго волостнаго правленія, полученныхъ отъ мироваго посредника 1 уч. Вилейскаго уѣзда, напротивъ, указаны нѣкоторые признаки общиннаго землевладѣнія и описываются передѣлы пахотной земли, которые, какъ говорится въ отвѣтахъ на вопросы 18, 19, 26, "бываютъ въ тѣхъ случаяхъ, если которому-либо отдѣльному подворному домохозяину придется полоса въ низменномъ или, по другимъ причинамъ, неудобномъ мѣстѣ, то по жалобѣ такого домохозяина, по приговору общества, производится уравненіе между домохозяевами всего селенія какъ удобныхъ, такъ и неудобныхъ земель по равной части каждому". Но "при распредѣленіи земель на полосы принимается въ разсчетъ не число ревизскихъ душъ, а число подворныхъ домохозяевъ, какъ бы ни было у него велико или мало число ревизскихъ душъ или наличныхъ работниковъ".

По словамъ г. Антоновича, приславшаго общее обозрѣніе проявленій народнаго быта въ его мировомъ участкѣ, въ связи съ существующею формой землевладѣнія, "каждый домохозяинъ здѣсь заботится всецѣло о своемъ лишь благосостояніи. Запахиваніе чужихъ полосъ, продолжающееся годами, имѣетъ послѣдствіемъ множество тяжбъ, разрѣшить которыя можетъ, конечно, только одно межеваніе, т.-е. возстановленіе путемъ межеванія прежнихъ, разъ установленныхъ границъ; но желаніе однихъ домохозяевъ привести въ извѣстность межи разрушается несогласіемъ другихъ. Какъ въ обществѣ, такъ и въ семьяхъ здѣсь все стремится къ отдѣльному, независимому другъ отъ друга самостоятельному быту".

Что касается Витебской губерніи, то витебскимъ губ. стат. комитетомъ доставлены свѣдѣнія о нѣкоторыхъ общинахъ изъ уѣздовъ Лепельскаго, Полоцкаго, Белижскаю и общій очеркъ существующаго землевладѣнія, составленный г. Бирули-Бялынецкимъ.

Въ свѣдѣніяхъ изъ Лепельскаго и Полоцкаго уѣздовъ упоминается о передѣлахъ пахотныхъ земель; но то, что здѣсь называется передѣломъ, скорѣе можно признать отводомъ земли лицу, доказавшему свое право на владѣніе землею. Послѣдствіемъ такого отвода земли въ различныхъ частяхъ полей, конечно, должно быть уменьшеніе ширины полосъ у каждаго домохозяина.

Свѣдѣнія изъ Велижскаго уѣзда представляютъ собою результаты опроса, произведеннаго непремѣннымъ членомъ велижскаго уѣздн. по крестьянскимъ дѣламъ присутствія, княземъ И. Г. Друцкимъ-Соколинскимъ, вызванныхъ имъ повѣреннаго одной землевладѣлицы, священника села Маклака, волостнаго старшины Маклаковской волости и старостъ сельскихъ обществъ, входящихъ въ составъ названной волости. При этомъ опросѣ для примѣра была взята дер. Задубровье, Михаловскаго общества.

Въ результатѣ опроса оказалось, что усадебная земля состоитъ въ подворномъ владѣніи. Случаевъ передѣла дворовыхъ мѣстъ не было. Что касается полевой земли, то "въ настоящее время,-- говорится въ отвѣтѣ на 25-й вопросъ программы,-- существуетъ раздѣленіе пользованія землею такое, какое было сдѣлано послѣ утвержденія уставной грамоты". Въ отвѣтахъ же на вопросы 29-й и 30-й упоминается о передѣлахъ и изложены слѣдующія ихъ причины: "передѣлы бываютъ: 1) когда умираетъ домохозяинъ, оставляя малорабочее семейство; 2) при переходѣ въ другое селеніе или при передачѣ земли; 3) при несостоятельности и неисправности въ платежахъ. Въ такихъ случаяхъ земля переходитъ къ другимъ домохозяевамъ и производится коренной передѣлъ. Послѣдній разъ такой передѣлъ былъ въ 1879 году по случаю смерти одного домохозяина". Но "при убыли или увеличеніи работника,-- упоминается въ отвѣтѣ на 32-й вопросъ,-- поземельное пользованіе не измѣняется". Далѣе есть упоминанія: о существованіи накладки земли, о принятіи на всѣхъ платежей за умершихъ недоимщиковъ, пострадавшихъ отъ пожара и проч., объ ограниченіи права отчужденія надѣла и о совершенной независимости домохозяина относительно распоряженія скотомъ, навозомъ и другими хозяйственными операціями.

Наконецъ, въ замѣткѣ г. А. Бируля-Бялынецкаго, представляющей собою общій очеркъ порядковъ по землевладѣнію, существующихъ въ Витебской губерніи, читаемъ, что сельская община въ Бѣлоруссіи распалась, вѣроятно, вскорѣ послѣ присоединенія Бѣлоруссіи къ Польшѣ. Надобно полагать, что главнѣйшими причинами распаденія были стремленія владѣльцевъ къ обезземеленію крестьянъ и размноженіе такъ называемой "околичной шляхты". Вовремя освобожденія отъ крѣпостнаго права ни въ одномъ имѣніи, сколько извѣстно г. Бирулю-Бялынецкому, крестьяне не знали ни передѣловъ, ни круговой поруки. До реформы крестьянскіе дворы владѣли извѣстнымъ количествомъ такъ называемыхъ "чвертокъ". Чвертка же (1/4 уволоки, равняющаяся приблизительно 5 десятинамъ) считалась участкомъ, не подлежащимъ дробленію при семейныхъ раздѣлахъ (которые бывали тогда рѣдко). Участки, конечно, не отводились хозяевамъ въ одной окружной межѣ, но представляли собою, какъ и при общинномъ пользованіи, въ каждомъ изъ 3-хъ полей нѣсколько отдѣльныхъ полосъ, называемыхъ шнурами, нивами, загонами и проч. Послѣ реформы крестьяне раздѣлили всю землю по числу ревизскихъ душъ и, такъ сказать, закрѣпили ее въ данномъ количествѣ за дворами. Вслѣдствіе этого, теперь есть дворы, въ которыхъ 2 и даже одна душа владѣютъ 3--4 надѣлами, и наоборотъ -- дворы, гдѣ 3--4 души владѣютъ лишь 2-мя надѣлами.

На основаніи всѣхъ этихъ данныхъ можно составить себѣ, конечно, весьма смутное представленіе о сущности и формахъ землевладѣнія въ Витебской губерніи. Можно отчасти предполагать, что въ однѣхъ мѣстностяхъ губерніи продолжаютъ существовать остатки общиннаго землевладѣнія, въ другихъ они окончательно исчезли; но также можно допустить и такое предположеніе, что подъ вліяніемъ примѣненія здѣсь великороссійскаго "Положенія о крестьянахъ, вышедшихъ изъ крѣпостной зависимости", расширился мѣстный кругозоръ сельскаго населенія; вслѣдствіе чего здѣсь, какъ и у многихъ подворныхъ землевладѣльцевъ Черниговской, Саратовской, Курской и др. губерній, зародилось броженіе къ измѣненію существующихъ порядковъ землевладѣнія на порядки, во-первыхъ, болѣе пригодные для сельскохозяйственной дѣятельности и вообще для жизни сельскаго земледѣльческаго населенія, и, во-вторыхъ, прямо отвѣчающіе требованіямъ тѣхъ законоположеній, примѣненіе которыхъ къ мѣстной жизни начали практиковать, съ освобожденія крестьянъ, мировые посредники и крестьянскія присутствія.

Но сколько бы мы ни высказывали предположеній, они, все-таки, остаются одними предположеніями; познаніе настоящей сущности и порядковъ землевладѣнія въ западныхъ губерніяхъ не можетъ обойтись безъ строго-научнаго излѣдованія людьми, достаточно приготовленными къ такому дѣлу. Въ настоящее время одно только представляется достаточно выясненнымъ, именно то, что подворное землевладѣніе въ западныхъ губерніяхъ не дало никакихъ благихъ результатовъ. Свѣдѣнія, которыя доходятъ до насъ оттуда, рисуютъ мѣстный крестьянскій бытъ далеко не такимъ, какимъ бы онъ долженъ быть въ виду того, что надѣленіе землею въ западныхъ губерніяхъ послѣдовало при весьма выгодныхъ для крестьянъ обстоятельствахъ. Надѣлы въ этихъ губерніяхъ были отведены большею частью безъ урѣзокъ, уменьшенныхъ же (даровыхъ) надѣловъ здѣсь не было; пастбища отведены въ достаточномъ киличестѣ; выкупные платежи значительно понижены. Въ литовской области эти платежи составляютъ въ среднемъ 3 р. 93 к. съ душеваго участка, въ бѣлорусской 4 р. 86 к., а не принимая въ разсчетъ Смоленской губерніи -- 3 р. 90 к. Въ великорусскихъ же губерніяхъ, напримѣръ, центральной земледѣльческой полосы платежи яти въ среднемъ составляютъ 6 р. 41 к., а въ московской промышленной 6 р. 88 к., т.-е. почти вдвое болѣе за меньшее количество земли (Статистика поземел. собсти. централѣн. стат. комитета. Вып. V, предисловіе, стр. XXXIX).

Однако, несмотря на все это, крестьянство западныхъ губерній не можетъ оградить себя отъ завоеванія его земель выходцами изъ Остзейскаго края,-- завоеванія, которое годъ отъ году развивается все болѣе и болѣе.

При обзорѣ матеріаловъ вольно-эконом. общества по общинному землевладѣнію, намъ въ каждой почти отдѣльной общинѣ приходилось наталкиваться на регламентаціи міра, оберегающія каждаго отдѣльнаго крестьянина отъ такихъ хозяйственныхъ предпріятій, которыя грозятъ окончательному оскудѣнію земли, какъ, напримѣръ, отъ продажи скота, отчужденія на сторону навоза и проч. Въ селеніяхъ съ подворнымъ землевладѣніемъ уже никто не блюдетъ какъ общихъ интересовъ, такъ и интересовъ своего ближняго; между тѣмъ, извѣстно, что каждый единичный человѣкъ болѣе или менѣе склоненъ, подъ гнетомъ временныхъ невзгодъ или по другимъ какимъ-либо побужденіямъ, совершать иногда такія дѣйствія, которыя ведутъ къ окончательному разоренію. Изъ западныхъ губерній доходитъ до насъ весьма много извѣстій, подобныхъ, напримѣръ, слѣдующему, напечатанному въ No 262 Правительственнаго Вѣстника 1889 г.: "Въ гор. Вильнѣ на базарахъ закупается въ большомъ количествѣ по весьма высокимъ цѣнамъ солома для вывоза за границу. За пудъ ржаной соломы платятъ на мѣстѣ, не дешевле 15 коп., доставка до Эйдкунена обходится 12 коп., а за границею экспортеры еще зарабатываютъ копѣекъ 10 на пудъ, такъ что за границею цѣна соломы идетъ въ 37 коп., по цѣнѣ сѣна. Высокая цѣна, предлагаемая иностранными агентами за солому, соблазняетъ крестьянъ сбывать ее въ ущербъ собственному хозяйству. Извѣстно, какое важное значеніе имѣетъ солома въ хозяйствѣ, какъ подспорье къ корму и матеріалъ для навоза, отчасти для топлива и какъ строительный матеріалъ для крышъ".

Если сопоставить между собою вышеизложенныя данныя изъ быта архангельскихъ сельскихъ обществъ и сообщенныя вольно-эконом. обществу свѣдѣнія изъ Виленской и Витебской губерній, то тутъ-то и является передъ нами во всемъ своемъ свѣтѣ громаднѣйшее значеніе общиннаго землевладѣнія. Такъ, именно, несмотря на обиженность архангельскаго крестьянства со стороны природы и климата, несмотря на взглядъ на занимаемую имъ территорію, какъ на оброчную статью государства, общинный складъ жизни этого крестьянства сохранилъ и хранитъ его отъ окончательнаго, обѣднѣнія и разброда, воспитывалъ и продолжаетъ воспитывать развитое физически и умственно населеніе, бережетъ его нравственность, твердо стоитъ въ экономической его борьбѣ съ надвигающеюся на него хорошо организованною арміей крупныхъ и мелкихъ промышленниковъ, снабженною всѣми усовершенствованными орудіями борьбы. Между тѣмъ, всѣ извѣстія изъ Западнаго края, равно какъ и упомянутые выше матеріалы вольноэкон. общества, говорятъ лишь о раздорѣ въ крестьянскихъ массахъ, о заполоненіи земли выходцами изъ Остзейскаго края и о другихъ печальныхъ явленіяхъ.

Доведя до конца обзоръ матеріаловъ вольно-экономическаго общества, мы, въ заключеніе нашихъ указаній на содержаніе этихъ матеріаловъ, не можемъ не высказать пожеланія о томъ, чтобъ если не всѣ, то значительная часть этихъ матеріаловъ появилась въ печати.


С. Капустинъ.


"Русская Мысль", кн.IV, 1890