# Николай Михайлович Карамзин

Николай Михайлович Карамзин

## Николай Михайловичъ Карамзинъ.


Помѣщая портретъ знаменитаго писателя и исторіографа, пользуемся случаемъ сказать нѣсколько словъ о его жизни. Николай Михайловичъ Карамзинъ родился 1-го декабря 1766 года въ Симбирской губерніи. Родъ его происходилъ по прямой линіи отъ Кара-Мурзы, татарскаго князька, вступившаго въ русскую службу при московскихъ царяхъ. Первоначальное воспитаніе получилъ Карамзинъ дома, подъ руководствомъ отца, въ деревнѣ. Богатая волжская природа имѣла громадное вліяніе на развитіе способностей ребенка; онъ страстно полюбилъ чудную рѣку и даже въ зрѣломъ возрастѣ не могъ равнодушно видѣть широкой рѣки и плавающихъ судовъ. Первымъ чтеніемъ маленькаго Карамзина были романы. Вымыселъ полный чудесъ и таинственности подѣйствовалъ на чувства дитяти такъ, что онъ будучи 9-ти лѣтнимъ ребенкомъ строилъ воздушные замки и былъ маленькимъ Донъ-Кихотомъ. Только 14-ти лѣтъ былъ отвезенъ Карамзинъ въ Москву въ пансіонъ профессора Шадена, а въ послѣдніе года бытности своей въ пансіонѣ онъ посѣщалъ и нѣкоторыя лекціи московскаго Университета. Особенно старательно изучалъ онъ языки. По выходѣ изъ пансіона Карамзинъ поступилъ въ Преображенскій полкъ, въ который былъ записанъ, но тогдашнему обычаю, еще въ дѣтствѣ. Вскорѣ смерть отца понудила Николая Михайловича выйти въ отставку. Онъ уѣхалъ на родину, гдѣ проживъ недолгое время отправился въ Moскву и тогда-то началось его серіозное образованіе. Онъ сошелся съ кружкомъ Новикова -- и это имѣло большое вліяніе на его послѣдующую дѣятельность. Онъ усердно занялся литературой, поощряемый сочувствующимъ ему обществомъ. Зная прекрасно языки, онъ много занимался западной литературой -- и его любознательность подталкивала его далѣе, ему хотѣлось самому видѣть ту природу, которая навѣяла столько дивныхъ мыслей и образовъ любимому его поэту Лессингу.

Наконецъ въ маѣ 1789 г. исполнилось его горячее желаніе: онъ уѣхалъ заграницу.

Путешествіе свое началъ Карамзинъ Германіей, гдѣ посѣтилъ, знаменитаго философа Канта. Это знакомство тѣмъ болѣе поразительно, что Карамзину было тогда только 23 года,-- но онъ не стѣсняясь своей молодостью смѣло вступилъ съ Кантомъ въ философскій разговоръ и настолько увлекъ старика, что тотъ далъ ему даже выписку своихъ двухъ сочиненій, которыхъ Карамзинъ еще не читалъ,-- дабы, какъ выразился Кантъ, изчезли всѣ его сомнѣнія, Затѣмъ познакомился онъ съ извѣстными поэтами Гердеромъ и Виландомъ. Изъ Германіи Карамзинъ поѣхалъ въ Швейцарію. Особенно полюбилась ему Женева, гдѣ онъ и прожилъ довольно долго, наслаждаясь чтеніемъ Confessions Жанъ-Жака Pycсо; духъ его паритъ надо мною -- писалъ Карамзинъ въ Россію. За Женевой Карамзинъ посѣтилъ Парижъ, Лондонъ и обратно въ Россію поѣхалъ моремъ и дорогой на кораблѣ переводилъ изъ Оссіана Путешествіе это составляетъ эпоху въ жизни Карамзина. Плодомъ его были знаменитыя Письма русскаго путешественника, гдѣ русская читающая публика впервые познакомилась съ чистымъ русскимъ языкомъ.

Возвратясь въ Петербургъ въ 1790 г., Карамзинъ сошелся съ Державинымъ -- и сообщая ему о намѣреніи своемъ издавать журналъ просилъ Державина помѣщать въ немъ свои произведенія.

Издаваемый имъ журналъ носилъ названіе "Московскій Журналъ" и существованіе его длилось 2 года. Въ немъ помѣщены: "Наталья Боярская дочь" и "Бѣдная Лиза". Вслѣдъ затѣмъ издалъ Карамзинъ свои сборники: Аглаю, Аониды и затѣмъ Пантеонъ или собраніе русскихъ Авторовъ.

Наконецъ, въ "Вѣстникѣ Европы" начали появляться его историческіе опыты одинъ другаго удачнѣе,-- и вотъ въ октябрѣ 1803 г. назначенъ онъ русскимъ придворнымъ исторіографомъ и всецѣло посвятилъ себя созданію Исторіи Государства Россійскаго.

Что сказать объ этомъ замѣчательномъ памятникѣ русскаго творчества?

Страшными яркими красками изобразилъ Карамзинъ дикіе нравы нашихъ предковъ, междоусобія и неурядицы, сердечно-тепло обрисовалъ привлекательные образы Мономаха, Мстислава, Даніила. Нельзя не удивляться стройности этого огромнаго созданія -- сколько умѣнья требовалось для того чтобы связать столько разнородныхъ предметовъ, нарисовать въ одной картинѣ церковь и государство, нравы, экономическій бытъ и политику. Разсматривая исторію Карамзина со стороны научной, мы должны замѣтить, что онъ не успѣлъ кончить своего исполинскаго труда, не сказалъ своего великаго слова. Неумолимая смерть поразила великаго писателя -- и русская исторія осиротѣла. Рѣшимость заняться исторіей государства Россійскаго привлекла къ нему милостивое расположеніе членовъ Императорской фамиліи; -- много вечеровъ провелъ Карамзинъ читая свою Исторію Императрицѣ Маріи Ѳеодоровнѣ, Елизаветѣ Алексѣевнѣ и самому Императору Александру.

Нѣтъ словъ для выраженія той тяжолой гнетущей скорби, какую испытывалъ достойный историкъ при вѣсти о кончинѣ дорогаго Монарха.

Начавшіеся затѣмъ безпорядки чрезвычайно волновали Карамзина; наконецъ все было кончено, императоръ Николай вступилъ твердою стопою на престолъ -- и Карамзинъ въ новой императорской четѣ пріобрѣлъ такихъ же милостивыхъ друзей какъ и въ покойномъ Императорѣ Александрѣ. Вскорѣ тяжелая простуда осилила здоровье Николая Михайловича -- и послѣ долгихъ страданій великій человѣкъ скончался 22-го мая 1826 года.

Это былъ высокій умъ, доброе сердце, гражданинъ и слуга отечеству, какихъ дай Богъ намъ больше.

Лежитъ вѣнецъ на мраморѣ могилы;

Ей молится Россіи вѣрный сынъ,

И будитъ въ немъ для дѣлъ прекрасныхъ силы

Святое имя Карамзинъ*).

*) Стихи Жуковскаго.


"Нива", No 33, 1873