# Аристократ, друг демократов

Юрий Беляков

(Из старинного рода Карновичей)

Юрий Беляков


Аристократ, друг демократов


(Из старинного рода Карновичей)


"Ярославский агрокурьер", 13 марта 2008 г. No 10

Наши замечательные земляки

OCR Бычков М. Н.

4 апреля 1866 года у ворот Летнего сада в Петербурге раздался выстрел радикально настроенного студента Дмитрия Каракозова. Покушение на священную особу государя-императора повлекло за собой волну репрессий против оппозиционных сил страны. В мае того же года А. И. Герцен писал: "Полицейское бешенство достигло чудовищных размеров. Как кость, брошенная рассвирепелым сворам, выстрел вновь раззадорил злобу грызшихся и сдул слабый пепел, которым начало было заносить тлевший огонь. Темные силы еще выше подняли голову, и перепуганный кормчий ведет на всех парусах чинить Россию в такую черную гавань, что при одной мысли о ней цепенеет кровь и кружится голова".


В жернова карательной машины попал и журнал "Современник", издаваемый Н. А. Некрасовым. Уже через 10 дней после выстрела в Александра II Николай Алексеевич получает известие о решении закрыть журнал принятом властями. 12 мая издание "Современника" приостановлено, а 1 июня он официально запрещен. Некрасов начинает переговоры с издателем А. Краевским об аренде у него журнала "Отечественные записки". Сильно сомневаясь в том, что власти позволят ему возглавить журнал, Николай Алексеевич пишет Краевскому:

"Если бы Вы решились взять в редакторы человека, не имеющего имени резко обозначенного, то этим бы развязали руки для работы в Вашем журнале многим дельным литераторам. Назову для пояснения моей мысли, например, Карновича".

"Дельные литераторы", о которых пишет Некрасов, -- это, конечно же, писатели так называемого демократического лагеря, его единомышленники и соратники. А кто такой Карнович? Что это за человек, которому Николай Алексеевич доверяет настолько, что советует Краевскому отдать в его руки журнал?

Евгений Петрович Карнович -- представитель старинного дворянской о рода, который ведет свою родословную с начала XVII века, от войскового товарища в малороссийском казачьем войске Антона Васильевича. Другой представитель рода -- Степан Ефимович Карнович. "Голштинской службы генерал-майор, русской службы бригадир, любимец Петра III, пожалован был в 1761 г. в графы герцогства Шлезвиг-Голштинского, но ни он, ни его потомки титулом этим не пользовались" -- так характеризует Степана Ефимовича словарь Брокгауза и Ефрона.

Нам мало что известно о его сыне, названном в честь отца тоже Степаном, знаем только, что было у Степана Степановича два сына -- Ефим и Петр.

Рачительным хозяином, неуемным новатором в области ведения сельского хозяйства прославился среди современников внук С. Е. Карновича Ефим Степанович, один из основателей созданного в 1843 году Ярославского общества сельского хозяйства и первый его секретарь в течение восьми лет. Считая хлебопашество невыгодным в Ярославской губернии, он призывал помещиков заменить его другими видами хозяйствования: льноводством, для чего даже выписывал за свой счет заграничных мастеров; полевым разведением картофеля, огородничеством, травосеянием. Вместе с другим ярославским помещиком И. И. Самариным едва ли не первым в России стал сеять клевер. Заботился о внедрении в сельскохозяйственное производство различных орудий и машин. По инициативе Е. С. Карновича при канцелярии ярославского губернатора был создан комитет, который начиная с 1844 года ежегодно устраивал местные сельскохозяйственные выставки. Организовывались они и после кончины Ефима Степановича, которая последовала в 1853 году.

Евгений Петрович Карнович, правнук Степана Ефимовича, прославился как писатель-историк. Он родился 28 октября (по новому стилю 9 ноября) 1823 года в родовом селе Лупандине близ Ярославля. Сейчас этого села нет на карте Ярославского района, его давным-давно поглотил город. Евгений получил, как тогда было принято, прекрасное домашнее образование, кроме того, в 1844 году закончил Петербургский педагогический институт. В том же году получил богатое наследство, измеряемое сотнями крестьянских душ. Получил -- и дал всем этим душам вольную, предпочтя зарабатывать себе на жизнь собственным трудом. Многие современники его не поняли. "Сам себя обобрал и привел в бедность", -- так выразился Н. С. Лесков, которого мы знаем как писателя, поднявшего на высоту больших художественных обобщений новые, никем до него не исследованные стороны русской жизни, населившего свои книги толпой никогда до него не виданных в литературе ярких, своеобразных, глубоко национальныхлиц, которого знаем как тончайшего стилиста и знатока родного языка и совсем не знаем как выразителя крепостнических отношений.

В биографии Е. П. Карновича много ярких и -- увы! -- мало известных нам страниц. Он преподавал в Тульской гимназии греческий язык, потом в Калужской -- историю и статистику. В ту же пору пробует писательское перо: его переводы комедий Аристофана "Облака" и "Лизистрата" опубликованы соответственно в 1 -й книге альманаха "Репертуар и Пантеон" за 1845 год и в 12-м номере журнала "Библиотека для чтения" за тот же год. Довелось Карновичу потрудиться и в городе Вильно (Вильнюсе) на посту правителя канцелярии попечителя Виленского учебного округа (при генерал-губернаторе И. Г. Бибикове). В 1859 году Евгений Петрович вышел в отставку и поселился в Петербурге. На жизнь зарабатывал, исполняя до конца дней своих обязанности директора тюремного комитета.

Свой досуг Карнович полностью посвятил занятиям литературным. Уже первая его художественная повесть "Варенька Ченцова", напечатанная в некрасовском "Современнике" в 1858 году (отдельным изданием вышла в 1860 году), привлекла внимание читающей публики выраженными в ней антикрепостническими настроениями. Однако самый громкий общественный резонанс вызвала статья Карновича "Нужно ли распространять грамотность в русском народе", опубликованная в "Современнике" в 1857 году. В этой статье молодой публицист дал достойную отповедь, категорическую и весьма доказательную, самому В.И. Далю, к этому времени уже маститому мэтру, издавшему свой гениальный "Толковый словарь живого великорусского языка".

Было это так. Даль, живший в Нижнем Новгороде, в 1856 году опубликовал в московском журнале "Русская беседа" "Заметку о грамотности", в которой выступил решительным противником обучения крестьян грамоте, которая, по его словам, "без всякого умственного и нравственного образования... почти всегда доходит до худа". "Перо, -- писал далее Даль, -- легче сохи, вкусивший без толку грамоты норовит в указчики, а не в рабочие".

Что было, то было: просветитель проявил себя в данном случае консерватором.

"На грамотность

ударил Даль,

Но отразил его Карнович", --


так увековечил эту острую, исторически важную полемику Некрасов в стихотворении "Что поделывает наша внутренняя гласность".

Обстоятельства сложились так, что редактором "Отечественных записок" Карнович не стал. Однако начиная с 1860 года стали появляться в разных газетах и журналах многочисленные его статьи: публицистические, юридические, исторические. Назову лишь некоторые из его трудов: "Об образовании евреев в России" ("Педагогический сборник", 1857 г.), "О крепостном праве в Польше" ("Современник", 1858 г.), "Римские папы в былое и настоящее время" (журнал "Рассвет", 1860 г.), "Очерки старинного быта Польши" ("Современник", 1860, 1861 и 1863 гг.), "Значение бироновщины в русской истории" ("Отечественные записки", 1873 г.), "Служилые, должностные и сословные знаки отличий в России" ("Исторический вестник", 1886 г.), "Финансы России в прошлом веке" ("Новь", 1887 г.), "Внешняя и внутренняя торговля в России в XVIII в." ("Новь", 1888 г.). В 1861-1862 годах Евгений Петрович издавал еженедельный журнал "Мировой посредник", с 1865-го по 1871 год был постоянным сотрудником газеты "Голос", в 1875-1876 годах редактировал "Биржевые ведомости", в 1881-1882 годах -- журнал "Отголоски". У Карновича завязываются близкие, товарищеские отношения с Некрасовым, его творчество высоко оценивали Н. А. Добролюбов, Н. Г. Чернышевский.

С течением времени Е. П. Карнович все большее внимание уделяет беллетристике. Писал он много и быстро, его перо легко преодолевало завесу времен. Н. С. Лесков в статье "Геральдический туман", посвященной выходу в свет книги Карновича "Родовые прозвания и титулы в России и слияние иноземцев с русскими", отметил такие черты характера и способности Евгения Петровича, как "удивительное трудолюбие, систематичность и памятливость". Действие большинства исторических романов и повестей Карновича происходит в XVIII веке: автор воспроизводит события из времен Павла I в романе "Мальтийские рыцари в России" (1877), события из эпохи Екатерины II -- "Самозванные дети" (1878), о борьбе за трон царевны Софьи Алексеевны -- "На высоте и на доле" (1879), о дворцовых переворотах после смерти императрицы Анны Иоанновны -- "Любовь и корона" (1879). Эти и многие другие его художественные и публицистические произведения собраны в 10-томном собрании сочинений, которое было издано уже после смерти писателя в 1909 году в качестве приложения к журналу "Родная речь".

Евгений Петрович скончался в Петербурге 25 октября (6 ноября) 1885 года. Он умер, можно сказать, с пером в руках. Всего за час до поразившего писателя кровоизлияния в мозг - мозгового удара, как тогда говорили -- Карнович писал очередную срочную статью для журнала.

До революции исторические романы и повести Евгения Карновича были необычайно популярны в России. Более того, литературоведы, анализируя произведения русских писателей-историков позднейшего времени, обнаружили в них явное знакомство авторов с трудами Карновича. Однако для самого Евгения Петровича наступило забвение. О нем постепенно забыли. Такое нередко случается в истории.

Тем не менее время все расставило по своим местам. С начала 90-х годов прошлого века имя исследователя истории и певца "загадочного XVIII века" вновь оказалось на пике читательской популярности. Первым о нем вспомнили редакторы совместного советско-финского предприятия "Smart", переиздав в 1990 году книгу Карновича "Замечательные и загадочные личности XVIII и XIX столетий". В том же году другое совместное предприятие "Интерпринт" переиздало его исторический роман "Пагуба". В 1991 году московское издательство "Бимпа" выпустило в свет репринтное издание исследования Карновича "Родовые прозвания и титулы в России и слияние иноземцев с русскими", впервые напечатанное известным русским издателем А. С. Сувориным в 1886 году.

Дальше -- больше. Исторические повести "Мальтийские рыцари в России" и "Самозванные дети" (под одной обложкой) дважды, в 1992 и 1993 годах, выпускало издательство "Планета". Но больше всего повезло роману "Любовь и корона". В наши дни его переиздавали 5 раз: в 1992 году -- издательство "Высшая школа", в 1993-м -- московский "Современник" и петербургский "Logos", в 1994-м -- полиграфическое предприятие "Армада", в 1995 году -- издательство "Панорама" (г. Москва).

Издательский центр "Терра" в 1995 году издал собрание сочинений Карновича в 4 томах, включив в него не только художественные произведения, но и научные исследования автора. Таким образом, этот четырехтомник стал самым полным собранием сочинений летописца XVIII века. Кстати, издание четырехтомника имеет прямое отношение к нашей земле: печатался он на Ярославском полиграфкомбинате.

Взрыв популярности некогда забытого писателя, на мой взгляд, неслучаен. Мы строим обновленную Россию, думаем о ее будущем. Но можно ли созидать будущее без знания прошлого, без опоры на опыт предков?