# "Русские Ведомости" и первая Государственная Дума

Александр Александрович Кизеветтер

## "Русскія Вѣдомости" и первая Государственная Дума.


"Борьба за конституцію" и "борьба за демократическія соціальныя реформы",-- таковы два основныхъ лозунга, которые были начертаны на знамени "Русскихъ Вѣдомостей" (на Гейдельбергскомъ совѣщаніи главныхъ руководителей газеты въ тотъ моментъ ея существованія, когда она стала окончательно крупнымъ органомъ опредѣленнаго общественнаго направленія. Съ того времени "Русскія Вѣдомости" неизмѣнно служили этимъ лозунгамъ, разъясняя ихъ значеніе, проповѣдуя необходимость и неизбѣжность ихъ осуществленія, оцѣнивая и критикуя текущія явленія русской жизни съ точки зрѣнія выраженныхъ въ этихъ лозунгахъ высокихъ началъ. Излишне разъяснять, поэтому, что въ жизни "Русскихъ Вѣдомостей" совершенно исключительное значеніе должны были получить тѣ два съ небольшимъ мѣсяца, въ теченіе которыхъ развернулась дѣятельность перваго русскаго парламента, одушевленнаго горячимъ стремленіемъ къ тому, чтобы достигнуть дѣйствительнаго осуществленія конституціонныхъ свободъ и провести глубокія преобразованія [нашего соціальнаго строя на демократическихъ началахъ. Эти знаменательные два мѣсяца по праву могутъ быть выдѣлены изъ полувѣковой исторіи газеты въ особый очеркъ. Болѣе яркаго момента подъема общественныхъ силъ въ борьбѣ за дорогіе газетѣ идеалы пореформенная Россія пока не испытала. И представляется въ высшей степени интереснымъ отдать себѣ отчетъ въ томъ, какое отраженіе получила эта Знаменательная пора на страницахъ "Русскихъ Вѣдомостей".

Крупная роль, сыгранная "Русскими Вѣдомостями" въ распространеніи конституціонно-демократическихъ идей въ русскомъ обществѣ, сказалась, между прочимъ, и въ томъ, что въ средѣ членовъ перваго русскаго парламента явилось немало людей, тѣснымъ образомъ связанныхъ съ редакціей этой газеты. Іоллосъ, Герценштеппъ, Якушинъ непосредственно принадлежали къ основному ядру редакціи "Русскихъ Вѣдомостей". Предсѣдатель первой Государственной Думы Муромцевъ состоялъ давнишнимъ сотрудникомъ этой газеты и временами его сотрудничество принимало характеръ регулярнаго участія въ тѣхъ отдѣлахъ газеты, которыя посвящаются выраженію именно редакціонныхъ мнѣній и въ которыхъ поэтому статьи не подписываются авторами. Наконецъ, среди членовъ первой Государственной Думы было много людей, хотя и да принадлежавшихъ къ составу редакціи "Русскихъ Вѣдомостей", но издавна болѣе или менѣе дѣятельно сотрудничавшихъ въ нихъ своими статьями. За время существованія первой Думы нумера "Русскихъ Вѣдомостей" пестрѣли именами депутатовъ, дѣлившихся съ газетой своими впечатлѣніями, надеждами, тревогами. Благодаря этому сотрудничеству многихъ депутатовъ на страницы газеты переносилась атмосфера думской борьбы со всей непосредственной свѣжестью ея горячихъ красокъ. Среди этихъ депутатскихъ статей мы находимъ за помянутые два мѣсяца длинный рядъ статей Герценштейна по аграрному вопросу, далѣе -- статьи Кокошкина, Новгородцева, Котляревскаго, Якушкина, Ледницкаго, Е. Щепкина, Езерскаго, Обнинскаго, Шершеневича, Имшенецкаго, Бородина и др. Наконецъ, чрезвычайно важнымъ для газеты явилось то обстоятельство, что въ составъ членовъ первой Думы вошелъ Іоллосъ, получившій передъ тѣмъ большую извѣстность своими "письмами изъ Берлина", въ теченіе многихъ лѣтъ украшавшими страницы "Русскихъ Вѣдомостей". Теперь этотъ талантливѣйшій и опытнѣйшій наблюдатель и изобразитель парламентской борьбы вмѣсто прежнихъ замѣтокъ "Изъ залы рейхстага" началъ помѣщать въ "Русскихъ Вѣдомостяхъз" регулярныя замѣтки "Изъ валы Государственной Думы" и читатели нашли здѣсь всѣ прежнія достоинства этого автора: живость красокъ въ изображеніи отдѣльныхъ фигуръ и эпизодовъ парламентской борьбы, вдумчивый и тонкій анализъ ея сложныхъ перипетій, богатую эрудицію въ области государственнаго права и экономическихъ вопросовъ и, наконецъ, ясно продуманное и твердо-устойчивое политическое міросозерцаніе.

"Конечно, я не имѣю возможности разсмотрѣть здѣсь всю массу статей, которыя были посвящены въ "Русскихъ Вѣдомостяхъ" работамъ первой Государственной Думы. Моя задача иная. Я попытаюсь прослѣдить отношеніе "Русскихъ Вѣдомостей" къ важнѣйшимъ поворотнымъ моментамъ въ краткой, но приснопамятной исторіи перваго русскаго парламента и такимъ образомъ выяснить основную руководящую линію, которой держалась редакція въ своихъ сужденіяхъ о знаменательныхъ событіяхъ той (поры. Считаю нужнымъ оговориться, что я буду пользоваться при этомъ лишь тѣми статьями, которыя исходили непосредственно отъ самой редакціи и выражали во всей точности именно редакціонную точку зрѣнія. Изъ статей, подписанныхъ отдѣльными сотрудниками, я считаю возможнымъ и даже необходимымъ привлечь къ дѣлу лишь статьи Іоллоса, который, какъ разъ съ этого времени сталъ однимъ изъ фактическихъ (редакторовъ "Русскихъ Вѣдомостей". Я позволю себѣ начать свой обзоръ не со дня открытія первой Государственной Думы, а съ начала 1906 года, всѣ первые мѣсяцы котораго были заняты предвыборной кампаніей. Думы еще не было, но ожиданіе ея приближающагося открытія, приготовленія къ выборамъ, жаркіе дебаты о томъ, какъ надлежитъ отнестись къ созыву Думы,-- уже цѣликомъ захватили общественное вниманіе и но могли но составить центральной темы для всей повременной публицистики.


I.


22-го декабря 1905 г. распоряженіемъ московскаго генералъ-губернатора "Русскія Вѣдомости" были пріостановлены. Дѣйствіе этого распоряженія продлилось девять дней. Возобновляя выпускъ газеты въ первый день 1906 года, редакція сочла нужнымъ отчетливо формулировать свои (программныя положенія въ виду предстоящаго открытія русскаго парламента. При этомъ редакціи пришлось лишь подвести итогъ всему тому, что въ теченіе многихъ лѣтъ настойчиво проводилось газетой, да въ иныхъ отношеніяхъ яснѣе выразить то, что ранѣе по цензурнымъ условіямъ по необходимости облекалось въ болѣе или менѣе иносказательную форму. "Новыя условія жизни,-- заявляла редакція,-- въ которыя съ такими тяжелыми потрясеніями и испытаніями вступаетъ теперь Россія и которыя должны поставить на смѣну полицейско-бюрократическаго режима гарантированный основнымъ закономъ правовой порядокъ, даютъ возможность "Русскимъ Вѣдомостямъ" осуществлять съ большей полнотой ея давнишнюю {Курсивъ мой. А. К.} программу и высказываться опредѣленнѣе по поводу текущихъ правительственныхъ дѣйствій и административныхъ мѣропріятій. Свобода личности и ея гарантіи; свобода совѣсти, печати, собраній и союзовъ; народное представительство, построенное на (началахъ всеобщаго избирательнаго права и активно участвующее въ законодательствѣ и въ контролѣ надъ дѣйствіями администраціи, основной законъ, выработанный народными представителями и утвержденный Государемъ; самыя широкія законодательныя мѣропріятія, направленныя къ поднятію и упроченію благосостоянія трудовыхъ народныхъ массъ соотвѣтственно началамъ соціальной справедливости; усиленная дѣятельностъ по развитію и распространенію Народнаго образованія и просвѣщенія; возможно болѣе полное признаніе правъ различныхъ національностей имперіи на культурное самоопредѣленіе и самоуправленіе, -- вотъ тѣ главныя вѣхи, по которымъ предстоитъ, по нашему мнѣнію, итти впередъ русскому народу, которымъ мы и считаемъ себя обязанными слѣдовать въ нашей скромной дѣятельности, какъ органа печати".

Черезъ недѣлю послѣ этого анонса, въ опроверженіе нѣкоторыхъ неправильныхъ газетныхъ указаній, "Русскія Вѣдомости" объявили себя безпартійнымъ органомъ, прибавивъ къ этому, что по своимъ программнымъ положеніямъ они пока стаять ближе всего къ конституціонно-демократической партіи, отнюдь не отказывая себѣ въ критикѣ и программы и дѣйствій также и этой партіи {No 7-й, 8-го января.}. Впрочемъ, еще детальнѣе, нежели въ вышеприведенномъ анонсѣ, программныя положенія, раздѣляемыя газетой, были выражены въ проектѣ конституціи или основнаго закона, авторомъ котораго былъ Муромцевъ и который появился на страницахъ "Русскихъ Вѣдомостей" еще въ 1905 г.

Итакъ идеалы и ближайшія задачи были указаны точно и опредѣленно. Затѣмъ, въ ежедневной публицистической работѣ предстояло освѣщать (пути, ведущіе къ ихъ практическому достиженію. Въ передовой статьѣ отъ 1-го января 1906 г. редакція высказала въ наиболѣе общей формѣ свою точку зрѣнія на сущность наступившаго момента. Содержаніе сужденій, выраженныхъ въ этой статьѣ, можно свести къ слѣдующимъ положеніямъ. Страна охвачена смятеніемъ. Основной корень этихъ смутъ заключается въ томъ, что возвѣщенныя въ манифестѣ 17-го октября блага новаго строя все еще не получили осуществленія. Обѣщанія не претворились въ дѣло. "Свободы" провозглашены, но не закрѣплены въ точныхъ нормахъ закона. Между тѣмъ, политическія событія, только-что пронесшіяся надъ Россіей, являются не поверхностными сотрясеніями, а знаменуютъ собою глубокій сдвигъ всего жизненнаго уклада страны. На стоящій источникъ этого сдвига слѣдуетъ отыскивать въ хозяйственныхъ условіяхъ народной жизни. "Наиболѣе реальнымъ изъ факторовъ, толкнувшихъ Россію на путь прогрессивнаго развитія,-- читаемъ въ этой статьѣ,-- мы считаемъ настоящее печальное состояніе народнаго хозяйства и финансовъ нашей страны". Отсюда необходимо признать органическій характеръ народныхъ стремленій къ преображенію государственнаго порядка и пойти навстрѣчу этимъ стремленіямъ,-- таковъ былъ смыслъ руководящей статьи, которой редакція начала 1906 годъ.

Въ слѣдующемъ нумеръ эти общія сужденія были уже переведены на совершенно конкретный языкъ: ближайшая задача -- въ возможно скорѣйшемъ созваніи народныхъ представителей. Этимъ затрогивалась самая жгучая тема тогдашнихъ общественныхъ толковъ и печатной полемики. Острыя разногласія возбуждались въ этотъ моментъ не предвыборнымъ соперничествомъ партій или возможныхъ отдѣльныхъ кандидатовъ. То было еще впереди. Пока же съ запальчивой страстностью преломлялись полемическія копья по вопросу о томъ, слѣдуетъ ли вообще итти въ Государственную Думу и принимать участіе въ выборахъ. Съ крайняго лѣваго фланга энергично выдвигалась мысль о необходимости бойкотировать Государственную Думу въ виду крайней неудовлетворительности избирательнаго закона и отсутствія довѣрія къ той власти, которая будетъ руководить выборами. И въ печати, и на собраніяхъ проповѣдь бойкота выборовъ выставлялась, какъ требованіе наиболѣе радикально настроенныхъ круговъ общества, а съ пера и съ устъ наиболѣе увлекавшихся представителей этого направленія порой срывались даже предложенія смотрѣть на тѣхъ, кто приметъ участіе въ выборахъ, какъ на измѣнниковъ народному дѣлу.

"Русскія Вѣдомости" помѣстили немало статей, въ которыхъ избирательный законъ подвергался самой рѣшительной критикѣ: недаромъ редакція въ своемъ программномъ анонсѣ высказалась за всеобщее избирательное право. Тѣмъ не менѣе по вопросу о бойкотѣ выборовъ "Русскія Вѣдомости" сразу и безповоротно стали на сторону тѣхъ представителей оппозиціи, которые видѣли въ проповѣди бойкота совершенно нежизненное, отвлеченно-доктринерское теченіе. Въ нумеръ отъ 5-го января въ редакціонной замѣткѣ послѣ передовой статьи редакція ограничилась только еще простой регистраціей вращающихся въ обществѣ разнородныхъ мнѣній по вопросу о бойкотѣ. Здѣсь была отмѣчена цѣлая скала противоположныхъ теченій. Одни стоятъ за чистый бойкотъ выборовъ во всѣхъ стадіяхъ избирательнаго процесса. Другіе, какъ, напр., соціалъ-демократы большевистской фракціи рѣшаютъ принять участіе въ предвыборныхъ собраніяхъ, но лишь съ агитаціонными цѣлями, безъ выставленія своихъ кандидатовъ и безъ участія въ подачѣ избирательныхъ бюллетеней". Наконецъ, третьи, какъ, напр., конституціоналисты-демократы, стояли за необходимость принять въ выборахъ энергическое участіе съ цѣлью провести въ Государственную Думу возможно большее количество своихъ кандидатовъ. Отмѣтивъ всѣ эти различныя теченія, "Русскія Вѣдомости" пока ограничились указаніемъ на то, что для отнятія благопріятной почвы у проповѣди бойкота правительство должно отказаться отъ всякихъ стѣсненій свободы выборовъ.

4-го февраля былъ обнародованъ Высочайшій указъ, которымъ открытіе Государственной Думы назначалось, на 27-е апрѣля. Это обстоятельство дало редакціи поводъ вернуться къ вопросу объ участіи въ выборахъ, и на этотъ разъ газета говорила: "При всей неполнотѣ и неравенствѣ избирательнаго права, при всѣхъ политическихъ и тактическихъ недостаткахъ избирательнаго закона" не слѣдуетъ уклоняться отъ выборовъ, а, напротивъ того, необходимо, чтобы всѣ дружными усиліями содѣйствовали избранію въ Думу людей "дѣйствительно достойныхъ довѣрія; дѣйствительно оберегающихъ народные интересы и готовыхъ мужественно защищать ихъ" {No 43-й отъ 14-го февраля.}. Наконецъ, еще подробнѣе и рѣшительнѣе выражено было отношеніе газеты къ данному вопросу въ передовой статьѣ ютъ 16-го февраля: "необходимо критиковать дѣйствующій избирательный законъ,-- читаемъ мы здѣсь,-- необходимо протестовать противъ всякихъ ограниченій свободы выборовъ, но нельзя не только бойкотировать выборы, но и открещиваться отъ будущей Думы, какъ отъ учрежденія, которое не будетъ имѣть ничего общаго съ народнымъ представительствомъ. Критика и протесты необходимы, но было бы неправильно доводить ихъ до невозможности признать въ будущемъ за Думой [авторитетной роли выразительницы народныхъ интересовъ тѣмъ болѣе, что въ концѣ-концовъ Дума при всѣхъ своихъ недостаткахъ все же будетъ "идти туда, куда поведетъ ее общество, и, быть можетъ, оправдаетъ не худшія, а, лучшія предположенія объ ея будущей роли" {No 45-й отъ 16-го февраля.}.

Какъ извѣстно, эти указанія оправдались въ дѣйствительности. Проповѣдь бойкота не получила большаго успѣха. Бойкотъ не былъ послѣдовательно выдержанъ даже тѣми кругами, изъ которыхъ была выдвинута сто идея. Что же касается обширныхъ слоевъ населенія, то спи приняли дѣятельное участіе, въ выборахъ и создали Думу, сумѣвшую согласовать свои политическія выступленія съ лучшими чаяніями общества и народныхъ массъ. Правда, стремленія первой Государственной Думы но получили осуществленія, но вѣдь самъ по себѣ никакой парламентъ не можетъ достигнуть рѣшительныхъ побѣдъ, если въ странѣ не оказывается достаточно сплоченныхъ активныхъ элементовъ для поддержанія его начинаній. По первая Государственная Дума дала все, что она вообще могла дать согласно самой природѣ представительнаго политическаго; учрежденія: юна глубоко освѣтила сущность наличнаго положенія, она категорически и точно формулировала основы того новаго строя, примѣненіе котораго необходимо для дѣйствительнаго оздоровленія нашей жизни, юна пламенно осудила все то, что тормазитъ это оздоровленіе и всей совокупностью своей работы, несмотря на ея невольную кратковременность, оставила послѣ себя глубокій свѣтлый слѣдъ въ общественномъ сознаніи.

Въ концѣ концовъ, самые ревностные распространители идеи бойкота Государственныхъ выборовъ убѣдились въ ошибочности своего воззрѣнія и при выборахъ во вторую Думу толки о бойкотѣ уже не возобновлялись.

Очень важно отмѣтить, что "Русскія Вѣдомости", высказавшись за необходимость созданія Государственной Думы, какъ внушительнаго центра политическаго движенія, никогда не преувеличивали возможной для такого учрежденія роли. Газета неизмѣнно повторяла ту мысль, что народное представительство можетъ быть сильнымъ и плодотворнымъ орудіемъ достиженія свободы лишь при наличности подъема общественнаго настроенія. Въ той же статьѣ, напримѣръ, которую мы только что цитировали по вопросу о бойкотѣ, мы читаемъ: "Главная и основная задача -- стремиться къ тому, чтобы къ моменту созыва Государственной Думы общественное настроеніе стояло на должной высотѣ... въ противномъ случаѣ но дастъ никакихъ результатовъ и побѣда на выборахъ самыхъ лѣвыхъ партій. Общественное настроеніе колеблется отъ очень многихъ причинъ, но одно можно сказать, оно не повышается безпредѣльно и непрерывно. Общественное настроеніе должно повышаться и наивысшаго подъема волна должна достигнуть къ моменту созыва Думы, но не ранѣе того. Таковъ въ двухъ словахъ основной тактическій пріемъ, которымъ слѣдуетъ руководиться всѣмъ партіямъ".

Изложенной здѣсь важной точкой зрѣнія опредѣлилось все отношеніе "Русскихъ Вѣдомостей" къ послѣдовавшей затѣмъ предвыборной кампаніи. Въ срединѣ февраля вопросъ о бойкотѣ постепенно отошелъ на задній планъ. Открылись предвыборныя собранія. Партіи, пока еще приблизительно, стали намѣчать своихъ возможныхъ кандидатовъ. Разгоралась предвыборная борьба. Въ мартѣ въ различныхъ мѣстностяхъ начались уже и самые выборы. Непосредственный интересъ представляло теперь не обсужденіе доводовъ бойкотистовъ, а взаимоотношеніе тѣхъ общественныхъ группъ, которыя уже дѣйствовали развернутыми рядами на аренѣ избирательной борьбы.

"Русскія Вѣдомости" не однажды возвращались къ вопросу о задачахъ начавшейся предвыборной кампаніи. И каждый разъ они развивали одно основное положеніе. Оно сводилось къ слѣдующему. Предстоитъ парламентская борьба за развитіе и укрѣпленіе конституціоннаго строя и за проведеніи соціальныхъ реформъ. Для успѣшности этой борьбы необходимо не раздробленіе, а сосредоточеніе общественныхъ силъ. И нагому, не слѣдуетъ чрезмѣрно детализировать программныя требованія отъ кандидатовъ въ члены Государственной Думы, чтобы обильными подробностями программныхъ различій не затруднить 'объединенія близкихъ по основнымъ стремленіямъ людей. Не слѣдуетъ разбивать голосовъ между многочисленными соперничествующими кандидатами. Дѣло не въ частныхъ оттѣнкахъ при обсужденіи отдѣльныхъ вопросовъ, дѣло -- въ сплоченности и цѣльности общественнаго настроенія. Программныя требованія необходимо сосредоточить около немногихъ основныхъ положеній; списки кандидатовъ [необходимо сосредоточить около немногихъ наиболѣе вѣскихъ и авторитетныхъ именъ; наконецъ, всѣ прогрессивные элементы общества, независимо отъ раздѣляющихъ ихъ частныхъ разногласій, должны сплотиться для оказанія дружной и потому внушительной поддержки первому парламенту. Таковы были руководящія мысли, выдвигавшіяся "Русскими Вѣдомостями" по вопросу о задачахъ избирательной кампаніи. Не выражалась ли въ нихъ высокая трезвость политическаго воззрѣнія? не предохранило ли бы выполненіе этихъ совѣтовъ ютъ многихъ ошибокъ, затруднившихъ первой Государственной Думѣ ея работу? Въ особенности это надо сказать относительно послѣдняго совѣта о необходимости оказанія Дружной общественной поддержки первымъ народнымъ избранникамъ. По сравненію съ послѣдующими впечатлѣніями заслуги первой Думы были оцѣнены высоко многими изъ тѣхъ, кто въ періодъ дѣятельности этой Думы направляли на нее стрѣлы сарказма или упреки, не желая поступиться частными разногласіями ради основныхъ общихъ цѣлей. А Дума нуждалась въ мощной, неослабной поддержкѣ всѣхъ прогрессивныхъ общественныхъ силъ страны, и,-- кто, знаетъ?-- при наличности такой поддержки, быть-можетъ, иначе сложилась бы судьба предпринятаго ею дѣла.

Необходимость сосредоточенія программныхъ требованій на немногихъ основныхъ пунктахъ всего (опредѣленнѣе была выражена въ передовой статьѣ отъ 21-го февраля. Здѣсь говорилось, что выработка слишкомъ детальныхъ партійныхъ программъ повела къ тому, что изъ-за разногласія по отдѣльнымъ пунктамъ (изъ состава партій выходятъ видные члены и стремятся основать свою особую партію. Между тѣмъ,-- говорилось въ статьѣ,-- "не слѣдуетъ забывать, что у насъ еще далеко не обезпечены самыя элементарныя условія политической свободы, а эта свобода составляетъ непремѣнное условіе всѣхъ соціальныхъ реформъ. Ближайшія задачи Думы поэтому опредѣляются совершенно отчетливо: она должна сумѣть провести мѣры, которыя оградили бы законность управленія и элементарныя права гражданъ и привели бы хотя къ временному удовлетворенію острой нужды крестьянскихъ массъ. Вотъ эта-то требованія и должны быть сдѣланы лозунгомъ предстоящихъ выборовъ... поэтому передъ выборами желательно прекратить излишнюю партійную рознь изъ-за деталей требуемыхъ реформъ. Необходимо намѣтить важнѣйшія задачи Думы въ ближайшемъ будущемъ и подобрать въ нее людей, которые подготовлены къ рѣшенію этихъ задачъ въ желательномъ направленіи {No 50-й отъ 21-го февраля.}.

Итакъ, главное сплотить прогрессивныя общественныя силы: около какой именно партіи начнется это сплоченіе, это -- вопросъ второстепенный, лишь бы только эта партія явилась дѣйствительной носительницей прогрессивныхъ началъ. Нетрудно понять, на какую общую предпосылку опирался подобный совѣтъ. Расхожденіе прогрессивныхъ партій въ то время подсказывалось вѣдь преимущественно различіемъ ихъ общихъ идеологій, ихъ конечныхъ отдаленныхъ идеаловъ, между тѣмъ какъ въ отношеніи ближайшихъ, минимальныхъ требованій момента имъ гораздо легче было бы сойтись на общихъ рѣшеніяхъ: такъ просты и безспорны были эта требованія, порожденныя самой жизнью. И вотъ, высказываясь за Объединеніе всѣхъ прогрессивныхъ элементовъ страны, "Русскія Вѣдомости", очевидно, руководились той трезвой и вполнѣ практической мыслью, что въ виду остроты создавшагося положенія обсужденіе ближайшихъ задачъ и минимальныхъ требованіи гораздо важнѣе, жизненнѣе и плодотворнѣе, нежели академическіе споры о конечныхъ цѣляхъ и общефилософскихъ предпосылкахъ партійныхъ стремленій. А самой первой изъ этихъ ближайшихъ задачъ газета справедливо признавала необходимость создать Думу не только прогрессивную, но и крѣпко сплоченную единствомъ настроенія, не ослабляемую внутренними треніями и разномысліями.

Вотъ почему, при началѣ выборовъ газета, не связывая себя ни съ одной изъ боровшихся партій, внимательно слѣдила за тѣмъ, гдѣ можно было бы намѣтить тотъ центръ, около котораго могло бы скристаллизироваться на выборахъ настоящее прогрессивное теченіе. И когда по (мѣрѣ хода выборовъ становилось все яснѣе, что наибольшіе успѣхи у избирательныхъ урнъ одерживаетъ партія народной свободы, "Русскія Вѣдомости", именно ради своей основной мысли о необходимости сплоченія Общественныхъ силъ, высказались за то, что всѣ друзья освобожденія должны дружными усиліями доставить этой партіи окончательную побѣду на выборахъ. Въ передовой статьѣ отъ 21-го марта газета говорила: "Въ настоящее время можно уже съ увѣренностью сказать, что конституціоналисты-демократы во всякомъ случаѣ проведутъ въ Государственную Думу довольно значительное число своихъ сторонниковъ... теперь больше, чѣмъ когда-либо нужно объединеніе силъ... объединеніе это совершается вокругъ конституціонно-демократической партіи и чѣмъ оно будетъ полнѣе, чѣмъ энергичнѣе будетъ оказывать поддержку партіи прогрессивное общество, тѣмъ скорѣе можетъ наступить умиротвореніе страны". На слѣдующій день газета вернулась къ развитію той же мысли: "Результаты выборовъ, насколько они успѣли выясниться, показываютъ, что населеніе успѣло оцѣнить прогрессивную программу.... успѣхи новой Россіи на выборахъ въ настоящее время сливаются съ побѣдой констатуціонно-демократической партіи, поэтому настоятельно необходимо, чтобы всѣ живые и прогрессивные элементы страны шли сомкнутыми рядами подъ флагомъ этой партіи и самымъ рѣшительнымъ образомъ поддерживали ея кандидатовъ на выборахъ {NoNo 78-й и 79-й.}".

По мѣрѣ того, какъ выборы подходили къ концу и составъ будущей Думы вырисовывался уже съ полной ясностью, вставалъ вопросъ о содержаніи дѣятельности перваго парламента. По этому вопросу въ обществѣ также шли страстные споры. Нѣкоторыми общественными группами и партіями выдвигалось требованіе, чтобы Дума ограничилась выработкой и проведеніемъ основнаго закона, который бы далъ странѣ конституцію, построенную На истинно-демократическихъ началахъ, и затѣмъ уступила бы мѣсто новому парламенту, избранному на основаніи этой новой конституціи. "Русскія Вѣдомости" при обсужденіи этого важнаго вопроса опять-таки стали на точку зрѣнія практической осуществимости, на точку зрѣнія жизненную. онѣ исходили отъ того неоспоримаго положенія, что народъ будетъ ждать отъ перваго парламента Немедленнаго приступа къ разработкѣ насущнѣйшихъ своихъ нуждъ и что для самаго осуществленія усовершенствованной конституціи необходимо будетъ предварительно установить элементарныя основы правомѣрной свободы. Отсюда съ очевидностью вытекалъ тотъ выводъ, что первая Дума неизбѣжно должна будетъ вступить на путь органической законодательной работы. Это положеніе было весьма ясно и. обстоятельно развито въ особенности въ передовой статьѣ отъ 31-го марта и затѣмъ не однажды подтверждено дальнѣйшими статьями, къ числу которыхъ надлежитъ отнести и рядъ статей, трактовавшихъ спеціально о неотложности приступа къ разработкѣ аграрной реформы.

Я исчерпалъ наиболѣе существенные пункты, которыхъ касались руководящія статьи "Русскихъ Вѣдомостей" въ періодъ подготовленій къ созыву первой Государственной Думы. Газета входила въ обсужденіе всѣхъ тѣхъ вопросовъ, которые волновали тогда общественное мнѣніе. Среди страстныхъ, пылкихъ споровъ и толковъ по этимъ вопросамъ, "Русскія Вѣдомости" высказывались по нимъ съ тѣмъ твердымъ спокойствіемъ, въ которомъ выражалось сознаніе глубокой моральной отвѣтственности за всякое сужденіе, выдвигаемое въ такой критическій моментъ, среди такого кипучаго возбужденія общественной мысли. Газета ни разу по увлеклась въ это время суетнымъ желаніемъ взять непремѣнно наиболѣе рѣзкую, наиболѣе высокую ноту. Она ясно и безповоротно формулировало необходимость полнаго разрыва со старымъ порядкомъ. Но она не преуменьшала всей сложности и трудности предстоящей борьбы съ нимъ. И именно въ виду этой-то сложности и трудности газета настойчиво призывала къ осмотрительности и тщательно взвѣшеннымъ рѣшеніямъ, и неустанно указывала на необходимость считаться не съ отвлеченными схемами, а съ практическими требованіями жизни. Непримиримыя позиціи бойкотистовъ и сторонниковъ превращенія первой Думы исключительно въ учредительное собраніе, не находили сочувствія на столбцахъ "Русскихъ Вѣдомостей". Газета полагала, что дѣятельность первой Думы лишь въ томъ случаѣ станетъ понятной народу, если она направится непосредственно на удовлетвореніе острыхъ народныхъ нуждъ. Но въ то же время газета но преувеличивала силы представительнаго, собранія, и не уставала повторять, что Дума можетъ быть сильна только единствомъ и сплоченностью поддерживающаго ее общественнаго настроенія.

27-го апрѣля открылись засѣданія первой Государственной Думы. Попытаемся же теперь прослѣдить, какъ реагировали "Русскія Вѣдомости" на важнѣйшія событія въ жизни этого приснопамятнаго перваго русскаго парламента.


II.


Изо дня въ день со всѣмъ вниманіемъ слѣдя за тѣмъ, какъ развертывалась драматическая судьба первой Государственной Думы, "Русскія Вѣдомости" въ оцѣнкѣ явленій думской жизни Неизмѣнно придерживались тѣхъ самыхъ руководящихъ положеній, которыя были ими примѣнены къ обсужденію избирательной кампаніи. Какъ ранѣе по отношенію къ избирателямъ, такъ теперь и по отношенію къ депутатамъ газета неуклонно настаивала на двухъ вещахъ: во-первыхъ, на необходимости дружнаго единства дѣйствій, и во-вторыхъ, на необходимости на-ряду съ конечными цѣлями не пренебрегать тѣми минимальными, практически осуществимыми требованіями, которыя имѣли непосредственную жизненную важность. Газета тщательно отмѣчала и живѣйшимъ образомъ привѣтствовала каждое проявленіе этихъ началъ въ дѣятельности Думы. Извѣстно, при какой импозантной, торжественной обстановкѣ прошли два первыя засѣданія Государственной Думы 27-го и 29-го апрѣля. Избраніе Муромцева въ предсѣдатели Думы осуществилось съ рѣдкимъ единодушіемъ. Тотчасъ же вслѣдъ за этимъ произошла другая внушительная манифестація цѣльности того Настроенія, съ которымъ всѣ депутаты впервые переступили порогъ Таврическаго дворца. "Амнистія!" "Амнистія!" -- восклицала толпа, стоявшая на пути слѣдованія депутатовъ въ Государственную Думу. И сердца депутатовъ вибрировали въ унисонъ съ этими возгласами. Амнистіи была посвящена первая рѣчь, сказанная съ депутатской трибуны. Какъ извѣстно, произнесеніе этой рѣчи было возложено на испытаннаго борца за освобожденіе Россіи И. И. Петрункевича. Во второмъ засѣданіи, по окончаніи выборовъ президіума, Родичевымъ было внесено предложеніе, состоявшее изъ трехъ пунктовъ: 1) обратиться отъ Думы къ Государю съ адресомъ, въ отвѣтъ на тронную рѣчь; 2) избрать коммиссію для выработки проекта этого адреса, и 3) постановить безотлагательно., что въ текстъ адреса должно быть введено указаніе на необходимость амнистіи. Этотъ третій пунктъ далъ Государственной Думѣ возможность выразить свое отношеніе къ вопросу объ амнистіи во только въ формѣ рѣчей отдѣльныхъ депутатовъ, но и въ формѣ общедумскаго постановленія. При голосованіи предложенія Родичева всѣ депутаты, какъ одинъ человѣкъ, поднялись за его принятіе. Этотъ исходъ голосованія былъ привѣтствуемъ бурными апплодисмантами, и Родичевъ предложилъ закончить засѣданіе, чтобы разойтись подъ прекраснымъ впечатлѣніемъ единенія. Правда, на слѣдующій день уже обнаружилось треніе въ средѣ Думы по этому же вопросу. Возникли предложенія выдѣлить изъ адреса вопросъ объ амнистіи и двинуть его немедленно въ формѣ отдѣльнаго обращенія къ Государю. Но то была лишь мимолетная, легкая зыбь, пробѣжавшая по. согласному настроенію Думы и пока еще не уничтожившая послѣдняго.

Отмѣчая всѣ эти обстоятельства, "Русскія Вѣдомости" съ чувствомъ удовлетворенія подчеркивали сказавшееся въ нихъ единодушіе народныхъ представителей {No 116-й отъ 30-го апрѣля.}. Но менѣе важный поводъ къ выраженію такого же удовлетворенія дало газетѣ послѣдовавшее затѣмъ обсужденіе отвѣтнаго адреса Государственной Думы Государю Императору. Послѣ продолжительныхъ преній адресъ былъ принятъ единогласно, причемъ только пять человѣкъ не сочли возможнымъ присоединиться къ вотированію адреса, но они заявили, что они не подадутъ голосовъ и противъ адреса, а просто воздерживаются отъ баллотировки и покидаютъ залу засѣданія. "Русскія Вѣдомости" привѣтствовали содержаніе адреса во всей его совокупности {No 121-й отъ 6-го мая.}, признавъ, что всѣ высказанныя въ адресѣ заявленія вытекаютъ изъ существа дѣла, отвѣчаютъ назрѣвшимъ жизненнымъ нуждамъ страны, и въ общей сложности составляютъ органически связную программу преобразовательныхъ мѣропріятій, могущихъ содѣйствовать дѣйствительному переходу Россіи къ новому порядку. Привѣтствуя содержаніе адреса, "Русскія Вѣдомости" сочли нужнымъ отмѣтить также симптоматическое значеніе особенностей его обсужденія. "Едва ли можно,-- писала газета {No 122-й отъ 7-го мая.},-- на чемъ другомъ такъ наглядно, измѣритъ быстроту движенія общественной и народной мысли, какъ на происходившихъ въ Государственной Думѣ преніяхъ по поводу отвѣта на тронную рѣчь. Многимъ постановленія о необходимыхъ свободахъ, всеобщемъ избирательномъ правѣ, объ основахъ аграрной реформы казались банальными и блѣдными; это вѣдь такъ часто повторялось на всякихъ съѣздахъ и митингахъ,-- не нужно ли идти дальше? Но все-таки постепенно Дума усвоила ту точку зрѣнія, что ея задача -- не провозглашать новые политическіе и соціальные принципы, а сообщать тому, что сдѣлалось убѣжденіемъ и желаніемъ широкихъ народныхъ массъ, весь политическій и Нравственный авторитетъ, который присущъ рѣшеніямъ представительства.... теперь также и представители различныхъ партій могли оцѣнить, до какой степени въ настоящую минуту важнѣе утвержденіе авторитета Думы, авторитета перваго народнаго представительства несмотря на всѣ несовершенства дѣйствующаго, избирательнаго закона, чѣмъ всѣ самые блестящіе партійные успѣхи".

Обсужденіемъ и принятіемъ думскаго адреса закончился, если можно такъ выразиться, праздничный періодъ въ жизни первой Государственной Думы, когда, несмотря на всю сложность положенія, члены Думы не могли Не испытывать торжественнаго чувства по поводу того, что имъ на первыхъ шагахъ ихъ дѣятельности удалось избѣжать раскола въ собственной средѣ и съ дружнымъ, одушевленнымъ единодушіемъ удалось формулировать свои общіе запросы и задачи. Но уже приближались дни тяжелыхъ, испытаній.

Депутаціи, избранной Думой для поднесенія отвѣтнаго адреса, было отказано въ пріемѣ. Это обстоятельство обсуждалось въ засѣданіи Думы 8-го мая. Въ рѣчи, произнесенной Аладьинымъ, прозвучали намеки на то, въ какомъ смыслѣ учитывался этотъ фактъ на крайнемъ лѣтомъ флангѣ Думы. Тѣмъ не менѣе, и группа трудовиковъ примкнула къ предложенной к.-д. Фракціей формулѣ перехода къ очереднымъ дѣламъ. Въ этой формулѣ говорилось, что по взгляду Думы "значеніе отвѣта на тронную рѣчь заключается въ его содержаніи, а не въ способѣ представленія".

По вслѣдъ за этимъ эпизодомъ, вскорѣ послѣдовалъ другой, въ сущности уже поставившій ребромъ вопросъ о судьбѣ Думы. Я разумѣю выступленіе предсѣдателя совѣта министровъ Горемыкина въ засѣданіи 13-го мая съ деклараціей, представлявшей собой отвѣтъ министерскаго кабинета на думскій отвѣтный адресъ на тронную рѣчь. Министерская декларація, какъ извѣстно, заключала въ себѣ категорическое отрицаніе всего того, что было выражено въ думскомъ адресѣ. Программа Думы признавалась "недопустимой" съ точки зрѣнія министерства. Въ отвѣтъ на (это Дума съ своей стороны,-- послѣ ряда горячихъ рѣчей,-- вотировала выраженіе полнаго недовѣрія кабинету Горемыкина и включила въ формулу перехода къ очереднымъ дѣламъ указаніе на необходимость скорѣйшей замѣны этого кабинета министерствомъ, пользующимся довѣріемъ Думы. Описывая это засѣданіе, строго уравновѣшенный и многоопытный, въ Прецедентахъ парламентской исторіи Іоллосъ писалъ въ "Русскихъ Вѣдомостяхъ": "Самый скромный парламентъ не могъ бы сговориться съ такимъ министерствомъ {No 127-й отъ 14-го май.}". Тѣмъ не менѣе, на слѣдующій день послѣ засѣданія стало извѣстнымъ, что министерство Горемыкина остается у власти.

"Конфликтъ уже на-лицо",-- такъ опредѣлили "Русскія Вѣдомости" сущность создавшагося положенія. "Между народными представителями и кабинетомъ,-- писала газета" {ibid.}, -- глубокая пропасть, непримиримое разногласіе. Работать вмѣстѣ они не могутъ. Нельзя съ привычками и міровоззрѣніемъ самовластныхъ чиновниковъ выступать передъ народными представителями... министерство сознательно пошло на конфликтъ съ Думой".

При выяснившейся невозможности совмѣстной работы Думы и министерства выходъ изъ положенія могъ быть двоякій: или отставка министерства, или роспускъ Думы и новые выборы. Однако, не послѣдовало ни того, ни другаго. Думѣ было предоставлено до времени продолжать свои (работы въ вулканической атмосферѣ длительнаго конфликта съ осужденнымъ ею министерствомъ. Черезъ недѣлю послѣ прочтенія деклараціи Горемыкина въ Думѣ состоялся знаменитый парламентскій турниръ между представителями кабинета (Стишинскимъ и Гурко) и Герценштейномъ по аграрному вопросу (засѣданіе 19 то мая). Блестящее выступленіе Герценштейна нанесло тѣмъ болѣе сокрушительный ударъ авторитету защитниковъ министерской программы, что, помимо нежеланія министерства идти навстрѣчу потребностямъ народныхъ массъ, критика Герценштейна вскрыла еще съ поразительной наглядностью полную невѣжественность правительственныхъ ораторовъ въ экономическихъ вопросахъ. Конфликтъ между Думой и кабинетомъ принималъ все болѣе рѣзкія формы. Крики "Въ отставку!" чуть ли не ежедневно оглашали своды Таврическаго дворца.

Въ предшествующемъ изложеніи я не однажды отмѣчалъ, что "Русскія Вѣдомости" постоянно рекомендовали не пренебрегатъ въ пылу борьбы за далекіе идеалы ближайшими и практически осуществимыми задачами. Сейчасъ я получаю поводъ указать, какъ нельзя яснѣе, на то, это эту "осуществимость" газета отнюдь не измѣряла степенью "пріемлемости" тѣхъ или иныхъ задачъ для даннаго правительства. Программа, развитая въ думскомъ адресѣ, была признана совершенно "непріемлемой" для кабинета Горемыкина, и тѣмъ не менѣе "Русскія Вѣдомости" привѣтствовали эту программу, какъ перечень мѣръ, которыя могли бы и должны бы были осуществляться, такъ какъ необходимость этихъ мѣръ подсказывалась реальными потребностями страны; правда, эти мѣры были радикальны, но газета какъ-разъ и стояла на той точкѣ зрѣнія, что лишь радикальными реформами можно достигнуть дѣйствительнаго оздоровленія Россіи, тишь бы только эти радикальныя реформы были согласованы съ условіями народной жизни. И когда разразился конфликтъ между Думой и кабинетомъ, когда съ очевидностью выяснилась невозможность для нихъ какого бы то ни было сотрудничества, "Русскія Вѣдомости" опредѣленно стали указывать, какъ на единственно правильный и здоровый выходъ изъ создавшагося положенія, опять-таки на мѣру радикальную, и тѣмъ не менѣе съ ихъ точки зрѣнія вполнѣ могущую быть осуществленной при условіи общаго искренняго желанія добра Россіи. Въ полномъ согласіи съ настроеніемъ самой Думы "Русскія Вѣдомости" опредѣленно стали на ту точку зрѣнія, что такимъ выходомъ могло быть только созданіе парламентскаго министерства.

Въ передовой статьѣ отъ 16-го мая газета говорила: "О парламентаризмѣ писалось много въ Россіи и писалось въ большинствѣ случаевъ горячо и убѣдительно. Но теперь прошла уже эпоха однихъ только теоретическихъ разсужденій объ основахъ будущаго строя конституціонной Россіи. Настала пора практическаго опыта и нагляднаго обученія. Произошло первое свиданіе лицомъ къ лицу бюрократическаго непарламентскаго министерства и нашего, парламента. Вся мыслящая Россія можетъ теперь на основаніи фактовъ судить, возможно ли нормальное теченіе ея будущей политической жизни иначе, какъ на основахъ парламентаризма". Далѣе въ статьѣ выяснялось, почему у насъ, въ Россіи, примѣненіе дудистическаго строя на манеръ прусскаго не могло бы датъ тѣхъ же результатовъ, что въ Пруссіи; газета указывала на то, что цѣлая бездна лежитъ между традиціями прусской и русской бюрократіи и потому-то въ Россіи бюрократическое, не парламентское министерство, никогда не будетъ въ состояніи вступить на поприще гармоническаго сотрудничества съ народнымъ представительствомъ {No 128-й отъ 16-го мая.}. Въ нумеръ отъ 24-го мая газета вновь подняла этотъ вопросъ и еще подробнѣе обосновала свою точку зрѣнія. Въ передовой статьѣ этого нумера былъ данъ очеркъ издавна развивавшагося отчужденія бюрократіи и общества и тѣхъ послѣдствій, къ которымъ это отчужденіе приводило: здѣсь указывалось на то, что благодаря многолѣтней антиобщеетвенной политикѣ бюрократія, оторвавшись отъ общества, замкнулась въ касту и стала вырождаться, будучи лишена обновляющаго притока свѣжихъ силъ. Бюрократія и общество перестали понимать другъ друга, утратили общій языкъ, далеко разошлись въ своихъ представленіяхъ о сущности народныхъ потребностей {No 135-й отъ 24-го мая.}. Разнорѣчіе горемыкинскаго кабинета съ Государственной Думой въ этомъ историческомъ освѣщеніи получало характеръ не случайнаго эпизода, объясняемаго только личными свойствами отдѣльныхъ дѣятелей, по неизбѣжнаго слѣдствія общихъ, давно назрѣвшихъ причинъ. На этомъ-то основаніи "Русскія Вѣдомости" и приходили къ заключенію, что выходъ изъ положенія можетъ быть найденъ не смѣной лицъ у министерскихъ Портфелей, но перемѣной самой системы организаціи кабинета, призывомъ къ власти парламентскаго министерства на мѣсто министерства бюрократическаго.

При такихъ условіяхъ подходилъ къ концу первый мѣсяцъ существованія Государственной Думы. Въ самой Думѣ атмосфера накалялась все болѣе бурными стычками между народными представителями и министрами. А вокругъ Думы кипѣли разнородныя страсти... Въ оффиціальныхъ изданіяхъ стали появляться заявленія, прямо направляемыя противъ Думы. Въ то же время, на крайнемъ лѣвомъ флангѣ съ новой силой зазвучали отголоски бойкотистскаго направленія, какъ-разъ въ такой моментъ, когда Дума нуждалась въ энергичной поддержкѣ со стороны общественныхъ массъ. Тогда Плехановъ счелъ нужнымъ выступить съ Печатнымъ обращеніемъ къ рабочимъ, въ которомъ онъ говорилъ, что "весь народъ долженъ единодушно поддержать Думу" (текстъ этого обращенія можно найти въ No 133 отъ 21-го мая "Русскихъ Вѣдомостей"). Но точка зрѣнія Плеханова не была раздѣлена тогда всѣми руководителями соціалъ-демократіи. Въ самой Думѣ появились признаки колебанія дотолѣ цѣльнаго настроенія. Съ трибуны стали проскальзывать фразы о томъ, "что намъ просто надо разойтись по домамъ"; трудовики выдвинули проектъ о перенесеніи обсужденія аграрной реформы въ особые мѣстные комитеты, и въ этомъ предложеніи также чувствовалось нѣкоторое, хотя и отдаленное, вліяніе бойкотистскаго настроенія.

Въ нумеръ отъ 27-го мая "Русскія Вѣдомости" подводили итоги дѣятельности Думы за первый мѣсяцъ ея существованія. Здѣсь прежде всего было отмѣчено, что Дума при всѣхъ своихъ выступленіяхъ противъ [наличнаго режима неизмѣнно оставалась на легальной почвѣ осуществленія принадлежащихъ ей по закону правъ; указывалось затѣмъ на кипучую энергію, проявленную Думой: "Уже внесенъ рядъ законопроектовъ ю разныхъ реформахъ политическаго характера, уже цѣлую недѣлю дебатируется одинъ изъ наиболѣе острыхъ вопросовъ русской жизни,-- аграрный; на:дняхъ будетъ провозглашена отмѣна въ законодательномъ порядкѣ смертной казни. Пренія Думы читаются всей Россіей, народъ уже въ самомъ широкомъ смыслѣ этого слова видитъ, что недаромъ избиралъ своихъ представителей, что они не на словахъ, а на дѣлѣ хотятъ порвать съ ненавистнымъ для всѣхъ прошлымъ". Въ противовѣсъ бойкотистскому настроенію нѣкоторыхъ кружковъ въ статьѣ отмѣчалось, что въ широкихъ слояхъ населенія, Дума успѣла пріобрѣсти прочную популярность, выражаемую въ массѣ посылаемыхъ въ Думу привѣтственныхъ адресовъ и просьбъ. Задача Думы въ высшей степени сложна, но именно потому ей необходимо стойкое единодушіе внутри и дружная поддержка извнѣ {No 138-й отъ 27-го мая.}. За нѣсколько дней передъ этимъ газета говорила: "Задача русскаго общества состоитъ въ томъ, чтобы, понимая всю сложность положенія и оцѣнивая всѣ блестящія стороны нашей первой Думы, оказывать сій постоянную моральную поддержку и дать ей время успѣшно выполнить тѣ разнообразныя и необычайно трудныя начинанія, къ которымъ она приступила. Только дружнымъ, стойкимъ и упорнымъ натискомъ всѣхъ духовныхъ силъ страны можемъ мы смести остатки стараго порядка. А Дума является естественнымъ центромъ и объединительнымъ пунктомъ этихъ духовныхъ силъ {No 133-й отъ 21-го мая.}".

Въ этихъ словахъ была выражена та самая точка зрѣнія, которую "Русскія Вѣдомости" выдвинули, какъ было показано выше, съ самаго начала предвыборной кампаніи. За мѣсяцъ существованія Думы газета могла только укрѣпиться въ сознаніи правильности своего руководящаго положенія: единодушная Дума и тѣсно сплоченное съ ней общество,-- вотъ что было нужно для дѣла освобожденія.

Въ теченіе іюня Дума продолжала свои законодательныя работы: обсужденіе аграрной реформы и законопроектовъ о "свободахъ", въ разгоряченной атмосферѣ вѣчно смѣняющихся противорѣчивыхъ слуховъ о предстоящей ей судьбѣ. Противорѣчивость этихъ слуховъ была не случайна. Въ продолженіе всего іюня въ высшихъ сферахъ дѣйствительно боролись противоположныя теченія и происходили колебанія между различными рѣшеніями.

Уже въ нумеръ отъ 4-го іюня скрупулезно точный въ своихъ сообщеніяхъ Іоллосъ писалъ, что господа министры разрабатываютъ проектъ "разгона" Думы. Теперь изъ циркуляра Столыпина, обнародованнаго въ печатной самооправдательной запискѣ г. Рейнбота,-- бывшаго московскаго градоначальника,-- намъ документально извѣстно, что еще очень задолго до 11-го іюля министерство запрашивало мѣстныя власти о томъ, какъ, по ихъ мнѣнію, было бы встрѣчено населеніемъ распущеніе Думы. Слухи о подготовкѣ разгона пошли очень настойчивые. 7-го іюня появилось (оффиціальное опроверженіе этихъ слуховъ. Но, печатая это опроверженіе, "Русскія Вѣдомости" писали: "Мы, очевидно, пережили только-что одинъ изъ тѣхъ критическихъ моментовъ въ политической жизни, отъ которыхъ зависитъ характеръ дальнѣйшаго развитія страны", и далѣе газета сообщала, что несмотря на правительственное опроверженіе предшествующихъ слуховъ "дымъ былъ не безъ огня". Правда, кое-что изъ происшедшаго за кулисами политической сцены дѣйствительно не совпадало съ распространившимися слухами, тѣмъ не менѣе вопросъ о разгонѣ все-же поднимался, но въ концѣ-концовъ превозобладало иное теченіе. Это означало, что вмѣсто распущенія Думы вдругъ повѣяло отставкой горсмымискаго кабинета. Въ нумеръ отъ 9-го іюня впервые были переданы слухи о возможности сформированія кабинета лзъ со-' става думскаго большинства съ Муромцевымъ во главѣ.

Между тѣмъ, наканунѣ появленія этого сообщенія въ Таврическомъ дворцѣ снова состоялся "большой парламентскій день". 1-го іюня разразился еврейскій погромъ въ Бѣлостокѣ, вызвавшій бурный взрывъ негодованія во всемъ прогрессивномъ обществѣ. Во время дебатовъ, возникшихъ по этому поводу въ Думѣ, князь Урусовъ въ засѣданіи 8-го іюня произнесъ замѣчательную рѣчь съ разоблаченіями провокаціонной дѣятельности агентовъ департамента полиціи въ подготовкѣ еврейскихъ погромовъ. Рѣчь эта произвела потрясающее впечатлѣніе и въ Думѣ и за ея стѣнами. Она заканчивалась словами: "Здѣсь скрывается большая опасность и она не исчезнетъ, пока на дѣло управленія и на судьбы страны будутъ оказывать вліяніе люди -- по воспитанію вахмистры и городовые, а по убѣжденію -- погромщики". По окончаніи этой рѣчи бурные апплодисменты по адресу оратора смѣшались съ громовыми криками "Въ отставку!" по адресу кабинета...

Іоллосъ посвятилъ этой рѣчи статью въ "Русскихъ Вѣдомостяхъ" въ (нумеръ отъ 11-го іюня, озаглавивъ ее "Историческое засѣданіе". Здѣсь юнъ писалъ между прочимъ: "Кто видѣлъ вчера собственными глазами, какую роль игралъ въ этихъ дебатахъ министръ внутреннихъ дѣлъ, согласится, что. Дума занималась не цвѣтами краснорѣчія. Слова были Дѣломъ, огромнымъ дѣломъ: передъ всей страной были открыты кулисы, за которыми накоплялась грязь безотчетнаго управленія, и если мы съ вами ее раньше знали, то для милліоновъ другихъ эта грязь еще не была изобличена. Вчера ее судили и осудили". Въ этой корреспонденціи Іоллоса есть еще одно мѣсто, которое представляетъ теперь, пожалуй, еще большій интересъ, нежели въ моментъ своего появленія въ печати. Это -- строки, въ которыхъ на столбцахъ "Русскихъ Вѣдомостей" впервые появилась характеристика политической физіономіи Столыпина, тогда еще мало кому вѣдомаго дебютанта на министерскомъ посту. Пюізволю себѣ привести здѣсь эти строки. "Я не такъ молодъ, чтобы вѣрить во вліяніе правдиваго и честнаго слова на министровъ, по, признаюсь, когда г. Столыпинъ взошелъ на трибуну, у меня промелькнула мысль: онъ скажетъ Думѣ, что послѣ всего, что узналъ здѣсь, дѣйствительно порядочный человѣкъ не можетъ остаться во главѣ власти. Съ красными пятнами на щекахъ, видимо употребляя чрезвычайныя усилія, чтобы сдержать свое волненіе, министръ внутреннихъ дѣлъ сталъ однако возражать. Или это были не возраженія, а попытки оправдаться? Во всякомъ случаѣ онѣ производили не ясное впечатлѣніе,-- впечатлѣніе чего-то очень безпомощнаго, хотя г. Столыпинъ и увѣрялъ, что онъ получилъ "всю полноту власти" и хочетъ пользоваться ею законно, только для огражденія порядка. Если бы ему мѣшали "призраки" вахмистровъ и погромщиковъ, онъ ушелъ бы и разрушилъ ихъ,-- увѣрялъ министръ внутреннихъ дѣлъ,-- по вся Дума, независимо отъ того, одобряла ли юна крики "Вонъ погромщиковъ!" или считала ихъ неумѣстными, видѣла только, что передъ ней слабый, не сознающій унизительности своего положенія человѣкъ, быть-можетъ, расплачивающійся за чужіе грѣхи, но совершенно неспособный что-либо уничтожить кромѣ собственнаго своего человѣческаго достоинства {No 151-й отъ 11-го іюня.}".

Прозорливый наблюдатель политической жизни по первому мимолетному впечатлѣнію поразительно вѣрно разгадалъ человѣка. Вѣдь громкія фразы о государственныхъ задачахъ въ соединеніи съ чисто-полицейскимъ, а вовсе не политическимъ міросозерцаніемъ, вызывающій томъ мнимой властности въ соединеніи съ готовностью идти на поводу у высшихъ сферъ вплоть до отказа отъ своего достоинства (вспомнимъ исторію со штатами морскаго вѣдомства),-- въ этомъ весь Столыпинъ.

Такъ, по вышеприведеннымъ строкамъ изъ статьи Іоллоса можно видѣть, въ какихъ надежныхъ и талантливыхъ рукахъ находилась политическая информація "Русскихъ Вѣдомостей" въ дни первой Государственной Думы.

Прошла недѣля послѣ "историческаго засѣданія", и въ газетахъ появилось сообщеніе, что на-дняхъ окончательно будетъ рѣшенъ вопросъ "поручитъ ли Муромцеву составленіе кабинета". 16-го іюня въ "Русскихъ Вѣдомостяхъ" появился уже предположительный списокъ членовъ этого кабинета {No 155-й отъ 16-го іюня.}. Въ Думѣ шли въ это время дебаты по законопроекту о собраніяхъ, среди которыхъ былъ поставленъ на обсужденіе срочный законопроектъ объ отмѣнѣ смертной казни. Какъ извѣстно, посвященное этому жгучему вопросу засѣданіе 19-го іюня ознаменовалось рѣзкимъ инцидентамъ. Отъ военнаго министерства выступилъ на трибуну главный военный прокуроръ Павловъ, чье имя какъ-разъ въ это время вызывало крайнее негодованіе въ связи со смертными казнями по постановленіямъ военныхъ судовъ. Павлову не дали возможности произнести ни одного слова. Крики заставили его удалиться съ трибуны, и засѣданіе пришлось прервать на нѣкоторое время.

Признавая такія сцены нежелательными ни съ какой точки зрѣнія, Іоллосъ въ отчетѣ объ этомъ засѣданіи замѣчалъ однако, что то была стихійная вспышка гнѣва, которую должно было бы предвидѣть правительство., сколько-нибудь желающее считаться съ настроеніемъ народныхъ представителей. Нельзя было высылать на трибуну человѣка, пользовавшагося какъ-разъ наиболѣе глубокой антипатіей, въ связи съ событіями, потрясавшими общественныя чувства. "Два міра стояли другъ противъ Друга, совершенно одинъ другаго не понимая,-- замѣчалъ Іоллосъ.-- А для предупрежденія подобныхъ сценъ нѣтъ другаго средства, какъ прекратить такого рода безтактности. А развѣ все пребываніе нынѣшняго министерства у власти не есть сплошная безтактность?" {158-й отъ 20-го іюня.}.

Вопросъ о смѣнѣ министерства дѣйствительно пріобрѣталъ центральное значеніе. Переговоры о парламентарномъ министерствѣ продолжались. 30-го іюня изъ Петербурга пришло категорическое увѣдомленіе, что 1-го іюля кабинетъ Горемыкина подаетъ въ отставку. Дни этого кабинета на самомъ дѣлѣ были уже сочтены. По этимъ еще не разрѣшались вопросы ни о замѣстителѣ Горемыкина, ни о судьбѣ самой Думы. Изъ печатныхъ разсказовъ П. Н. Милюкова теперь общеизвѣстно, что среди тѣхъ различныхъ проектовъ, между которыми тогда колебались высшія сферы,-- проектъ образованія министерства изъ среды думскаго большинства также разсматривался ими одно время, какъ реальная возможность. Вотъ почему и "Русскія Вѣдомости" посвятили тогда нѣсколько обстоятельныхъ статей обсужденію этого вопроса. Газета опредѣленно высказалась при этомъ за желательность образованія не однородно-партійнаго, а коалиціоннаго министерства. Опираясь на историческій Опытъ западно-европейскихъ странъ, она установила то положеніе, что при всѣхъ преимуществахъ однородныхъ кабинетовъ въ критическіе, переходные моменты политической жизни, требующіе напряженія всѣхъ живыхъ силъ націи, больше пользы могутъ принести кабинеты коалиціонные, лишь бы только въ парламентѣ находилось достаточно компактное ядро, могущее придать министерству единство настроенія. Такимъ ядромъ въ первой Государственной Думѣ являлась фракція конституціоналистовъ-демократовъ, а боевыя особенности момента требовали, по мнѣнію газеты, введенія сверхъ того въ составъ парламентскаго министерства также и представителей лѣваго крыла Думы, такъ какъ правыя теченія почти совсѣмъ не были въ Думѣ представлены {No 163-й отъ 25-го іюня.}.

Къ началу іюля, однако, ситуація рѣзко измѣнилась. 1-го іюля переговоры о парламентскомъ министерствѣ прервались, условія, выдвинутыя представителями фракціи конституціоналистовъ-демократовъ, были признаны въ "сферахъ" непріемлемыми.

Вмѣстѣ съ тѣмъ вопросъ о роспускѣ Думы вступилъ въ окончательную фазу своего развитія. Въ настоящій моментъ мы еще не располагаемъ свѣдѣніями о таинственныхъ подробностяхъ, обусловившихъ рѣшеніе этого вопроса. Выясненіе ихъ приходится предоставить историкамъ послѣдующихъ поколѣній. Факты, всѣмъ извѣстные, наводятъ на мысль, что дѣло не обошлось безъ (сознательныхъ усилій въ томъ направленіи, чтобы вызвать Думу на какое-нибудь формальное превышеніе ея законныхъ полномочій и тѣмъ создать внѣшній удобный поводъ для роспуска. Если такой планъ существовалъ, то надо признать, что онъ былъ выполненъ весьма топорно, и неуклюже. (Министерство, давно уже допускавшее печатаніе на страницахъ правительственной газеты всякаго, рода хулы на Думу, наконецъ, рѣшилось на явно незаконный актъ: оно издало обращеніе къ населенію, въ которомъ сообщались совершенно невѣрныя свѣдѣнія о дѣятельности Думы, преимущественно по аграрному вопросу. Это обращеніе было распространяемо чрезъ оффиціальныхъ агентовъ власти, его расклеивали въ публичныхъ мѣстахъ. Для Думы создавалось невозможное положеніе. Извращенія фактовъ ея дѣятельности оффиціальными представителями правительства нельзя было оставить безъ возстановленія истины. Депутатомъ Кузьминымъ-Караваевымъ было внесено принятое затѣмъ Думой предложеніе обратиться къ населенію съ отвѣтомъ на правительственное сообщеніе по аграрному вопросу. Обсужденіе проекта такого сообщенія вызвало въ Душѣ страстные дебаты. Лѣвое крыло Думы настаивало на томъ, чтобы въ обращеніе былъ введенъ призывъ къ поддержкѣ Думы народомъ. Большинство Думы считало нужнымъ ограничиться разъясненіемъ неправильной передачи фактовъ въ правительственномъ сообщеніи. "Русскія Вѣдомости" посвятили этому вопросу передовыя статьи 28-го іюня, 6-го и 8-го іюля {NoNo 165-й, 172-й и 174-й.}. Въ этихъ статьяхъ газета стала на сторону думскаго большинства. Въ статьяхъ говорилось, что въ виду создавшагося положенія въ высшей степени важно выдержать такую позицію, которая показывала бы ясно, что не Дума, а именно министерство вышло за предѣлы конституціонныхъ пріемовъ своимъ обращеніемъ къ населенію, притомъ же обращеніемъ, явно извращающимъ факты.

Принятый Думой текстъ контръ-обращенія дѣйствительно былъ проникнутъ духомъ серьезной сдержанности, не было никакихъ эксцессовъ,-- было сказано лишь то, чего нельзя было не сказать въ виду появленія правительственнаго сообщенія, т. е. поправлялась допущенная въ этомъ сообщеніи невѣрная передача фактовъ.

Но несмотря на все это въ "сферахъ" было рѣшено не ждать другихъ поводовъ къ роспуску Думы. Правда, наличный поводъ слишкомъ уже явственно былъ созданъ самой властью. Однако, на это не обратили вниманія. Враждебныя первой Думѣ теченія безповоротно превозобладали въ "сферахъ", и съ ненавистной Думой "народнаго гнѣва" спѣшили теперь покончить какъ можно скорѣе.

8-го іюля были подписаны Высочайшіе указы объ отставкахъ Горемыкина и о роспускѣ первой Государственной Думы. 9-го іюля эти акты были распубликованы.

Статья "Русскихъ Вѣдомостей", посвященная этому событію {No 176-й.}, выясняла, въ какой мѣрѣ оно отличается по своему внутреннему характеру отъ обычныхъ роспусковъ палатъ въ конституціонныхъ государствахъ. Статья заканчивалась восклицаніемъ."Настоящее тревожно, будущее темно, ночь надвигается... Но солнце взойдетъ надъ родиной, все-таки взойдетъ!"

Я привожу эти строки, потому что онѣ, на мой взглядъ, явились характернымъ заключительнымъ аккордомъ-той двухмѣсячной публицистической работы, которая была посвящена газетой оцѣнкѣ событій въ жизни первой Думы.

Мы видѣли, что при этой оцѣнкѣ "Русскія Вѣдомости" неизмѣнно выдерживали вдумчиво-осторожное отношеніе къ развертывающимся событіямъ. Опредѣленно установивъ свою точку зрѣнія на необходимость коренной отмѣны стараго государственнаго порядка и горячо привѣтствуя направленныя къ этой цѣли усилія первыхъ народныхъ представителей, "Русскія Вѣдомости" никогда не поддавались въ своихъ сужденіяхъ голосу страсти, не ослѣплялись какими-либо иллюзорными увлеченіями. Сознаніе сложности переживаемаго момента сквозило во всѣхъ откликахъ газеты на политическія событія. Но. если эта сознательная сдержанность противостояла порывамъ излишняго оптимизма, то въ ней же коренилось спасительное предохраненіе и отъ пессимистическаго отчаянія. И вотъ почему прочувствованная похоронная статья "Русскихъ Вѣдомостей" по поводу роспуска первой Думы была все-же закопчена мажорнымъ аккордомъ, выражавшимъ непоколебимую вѣру въ конечную побѣду народнаго дѣла.

А пока писались эти бодрыя строки, темныя подпольныя силы уже подготовляли для редакціи трагическую необходимость вскорѣ вернуться къ похороннымъ статьямъ.

Черезъ десять дней послѣ роспуска первой Государственной Думы, столбцы всей прогрессивной печати наполнились отзвуками надгробнаго рыданія. Русское общество было поражено ужасной вѣстью объ убійствѣ Герценштейна. Для редакціи "Русскихъ Вѣдомостей" эта вѣсть приносила не только гражданское, но и глубочайшее личное горе: убитый депутатъ былъ однимъ изъ ревностнѣйшихъ членовъ редакціоннаго братства "Русскихъ Вѣдомостей".

Но и на этомъ не остановились удары судьбы. Такая же трагическая кончина ютъ предательскаго выстрѣла изъ-за угла уже подстерегала и выдающагося по своимъ публицистическимъ заслугамъ редактора "Русскихъ Вѣдомостей" Іоллоса.

Связь "Русскихъ Вѣдомостей" съ памятью о первой Государственной Думѣ глубока и знаменательна. Газета честно послужила дѣлу этой Думы печатнымъ словомъ, внеся тѣмъ свою посильную лепту въ борьбу первыхъ народныхъ избранниковъ за благо родины. И на полѣ этой борьбы осталась кровь двухъ благороднѣйшихъ людей, тѣсно связавшихъ съ "Русскими Вѣдомостями" свою плодотворную литературную дѣятельность.


А. Кизеветтеръ.


"Русскія Вѣдомости", 1863--1913. Сборникъ статей. М., 1913