# Газета из ада, пляска Иродиадина

Николай Алексеевич Клюев

Малая повесть о судьбе огненной, русской.

Клюев Н. А. Словесное древо. Проза

СПб.: ООО "Издательство "Росток", 2003.


## ГАЗЕТА ИЗ АДА, ПЛЯСКА ИРОДИАДИНА:


Малая повесть о судьбе огненной, русской


Захожий старичок -- клюшка кукишем, с копием о земь, сапоги выворотные, рубцами на вон, как до Петра носили, обличьем же с протопопом Аввакумом схож, -- поведал мне сие малое слово о судьбе огненной, русской. "Ты, -- говорят, -- ветром питаешься; в газетине хоть от сердечного смысла всячину праведную пропечатываешь, только преисподнего не ведаешь.

Имеется при мне потайное рукописание, рясным и столбовым письмом по кипарисной бумаге умными персты выведено. Господи, благослови прочести малое за большое, во премудрое слышание, душе и телу во исцеление:

Вышла газета из ада, какая -- грешным от сатаны <награда>. И в бесконечные веки не будет душам их отрады.

В нынешний век зри всяк человек:

Грех скончался.

Истина охромела.

Любовь простудой больна.

Честность и верность в отставку вышли.

Вера ушла в пустыню.

Совесть попрана ногами.

Благодеяние таскается по миру.

Терпение лопнуло.

Ложь ныне первоприсутствует.

Бесчиние в монастырях проживает.

Гордость с монахами познакомилась.

Тщеславие игуменствует.

Братоненавидение епископствует.

Невежество старейшенствует.

Сатана, предвидя кончину сих дней, приказал бесам ад наполнить разных огней, послал бесов размерить адскую глубину, где бы можно было грешных посадить за вину. Потом сатана всед на седало, зарычал на бесей весьма яро: "Что-то грешных во аде мало?" Бес подскочил и рек, что еще не век, а когда придет миру конец, тогда ты будешь многим душам отец.

Предстали пред князя тьмы беспопечительные чернецы; он, смеяся, сказал: "Вы зачем, святые отцы, сюда пришли или в царствие небесное пути не нашли? Знать, вы весь век богатства ради, а не прокормления мзду сбирали, того ради и путь в царствие небесное утеряли!

Вы препровождали жизнь в монастырях, вам и должно быть в райских краях.

Но, видно, вы в небрежении грабительном жили, что в моей области честь себе заслужили".

Бес подскочил без хвоста и сказал: "Они не блюли поста. 1917 года, когда снизошла на землю Свобода, они для кровавой охоты поставили на церкви пулеметы. Метили в бытия праведное сердце, тем и отворили во ад себе дверцы".

Притащили бесы табашника в ад, который сотню за осьмушку платил и светлую Коммуну хулил: дескать, большевики нас, миляг, забижают, по десятке с рыла налоги платить принуждают; всё на приюты да на образованье, -- за сие постигло его геенское наказанье. Зарычал Вельзевул на табашника яро: "Воистину мало тебе смолы и вара! Променял ты драгие подарки на паленый ус да цигарки! Всю Рассию пренепорочную закоптил, зато и на вилы бесовы угодил. А за хуление мужицкой красной власти приготовят тебе мои черти страсти: вытянут язык на сажени, чтоб забыл ты змеиные пени!"

Явились на тот свет гордые господа: прокуроры да становые приставы, городские головы, генералы, для которых бог -- чины да зерцалы и которые пили кандяк, на закуску -- палья, совесть им -- рубь, а мужик -- каналья.

Бес кричит из ада: "Честнейшие господа, пожалуйте сюда! Я вас отменно буду угощать, огнь горящий и жупел велю возгнещать! Я, милостивые государи, повелю чай греть в самоваре, но для роскошных и жирных здесь во аде есть котел на взваре.

Растоплю олово заместо пуншу, чтоб промочить вашу скаредную душу.

Гей, змий-стоглав, воздай господам множество слав: посади их по тысяче на зуб, чтоб не осталось от них ни праха, ни круп!" Змий тому давно рад: облапя сих господ, потащил во ад.

Привели бесы богача, который процентом богатство распространял, а излишнее неимущим не раздавал. Он горько возопил: "Я успел столько денег накопить, что мог бы весь ад откупить!"

Сатана в насмешку сказал: "Видно, ты здесь хочешь роскошно проживать, время тебе в преисподней побывать.

Тамо узнаешь, как обижать бедных, понеже и сам будешь в самых последних".

А нищим сатана сказал: "Вы зачем сюда пришли или в царствие небесное пути не нашли?

Здесь места все заняли вельможи, ибо в житии своем были мне во всем угожи".

Нищие, то услышавши, ухватили кошели да в царствие небесное и побрели".


* * *


Старичок в сибирке, клюшка с кукишем, ликом же -- протопоп Аввакум, что заживо царем Алексием за истинный древлеотеческий крест пламени огненному предан, поведал мне тайну индийской души народной.

"Ты, -- говорит, -- ветром питаешься, а преисподнюю не разумеешь.

Все ваши газеты и книги -- одно рассеяние мысленное, и грядет век в коем и мышу грызть их попретит.

Ныне мужицкими кровями пишется новая книга, нарицаемая Гога -- сиречь Хризопраз в глазу, по-нашему же Усекновение главы".

После сего восстал старичок с услонца резного, что в келье моей для гостей уготован и, простершу десную на заход солнечный укоризно, с истовым покором рек: "О, злочестивый и прескверный, и злосмрадный, и беззаконный, и блудный, и скверный Ироде, како не устрашился еси дати святое некрадимое сокровище и непорочное светило и благовестие -- главу народную Иродиаде злосмрадней и нечестивей во мзду скверного плясания!.."

Бросил я глаза на заход солнечный, куда гость стремление имел, и ёкнуло у меня под ложечкой. -- Дымен и багров, аки кровь зрячая, а за багровым его дымом лежат страны западные, страны ученые, хитростью умственной никем не превзойденные.

Вздыбили там сорокаэтажные тулова железные небоскребы, слепят каленым, еретическим светом подземные чугунки, башня вавилонская -- сиречь Эйфелева, за звезды шпульцом задевает, а в разных пиротехниках миллионы рейтузников, выскоблив себе длани, аки тыковь, а через то самое браду честную упразднив и образа Божия не возымев, ядосмесительством занимаются, -- порох гремучий и огне-метательные дула вымышляют и сие за высокую науку себе ставят -- червонными литерами на камне-мраморе прозвища своих злокозненных и лютых мудрецов выводя.

А в неприступных палатах, что по-аглински банками зовутся гремит Золотой Змий, пирует царь Ирод-капитал и с ним князи и старшины, и тысячники, беззаконии студодейцы и осквернители и блазнители нечестивии...

Вшедши же Иродиада -- всемирная буржуазия посреде нечестивых и пляса угоди Иродови и возлежашим с ним.

И клятся Капитал ей: "Всё, аще просиши у мене -- дам ти".

И вшедши абие со тщанием к царю, глаголюще: "Хощу -- даси зде на блюде главу русского народа, ею же, яко яблоком, поигра на блюде..."

Ушел от меня гость не простяся, только дух тимьянный по себе оставил, -- воскресный, усекновенный воздух.


* * *


Вдругоряд узрел я моего доброгласника в месте злачном, -- есть такое место и в нашем городишке, -- там, где Народный прошпект в березняк надречный колено загнул. Стоит он, опершись на свою заречную клюшку, и сетующим, укорным оком публику нашу обводит.

А, надо вам сказать, публика у нас -- всё одна образованность; барыни четырех-пяти панчуков матери, и волосья на сиво, и курицы самую личность ее цапками выбродили, а сарафан у нее неприкновен до голяшек, и зоб на панель нагишом вывален. Таковы и дочки их: барышни каблучные, барышни в уборку с головкой, барышни -- сквозная строчка, барышни -- избави нас от лукавого, пипочки и саечки, а по оптовой мужицкой прозывке -- колотая посуда; закон же колотой посуды общеведом: сколько в ней не лей, не токмо воды, но и пива нового, о котором в цветных пасхалиях поется, -- всё беззадержно в навоз да в грязь вытечет. И зияет такая блудная посудина своей душой-щелью, дразнит мягкозадых молодых людей, у которых, нечистый их ведает, для какой надобности спереди и сзади по полсотни карманов наделано, штаны пузырями в самом причинном месте -- раздуты.

"Пляшет плясея плясучая".

Опознав меня, с прогорклой слезой заговорил доброгласник.

"Каблучками постукивает, лодыжками подрыгивает, -- всё за пречистую главу народную, чтоб поиграть ею на блюде, яко узрелым яблоком, а телеса акридные да медовые воронью отдать на расклевание..."

Пляшет Иродиада студодейная.

По кафедральным соборам в образе архиерейском, саккосом парчовым блистает... Оборотень окаянный.

По ученым кабинетам сюртуком да постной рожей прикидывается: дескать, я всё знаю и о русском народе воздыхаю, но, приподняв завесу истории и т. п., убеждаюсь в необходимости созыва бесовского сонмища -- сиречь Учредительного собрания.

Пляшет Иродиада бескостная.

Шторкой в окне пузатого серого дома, с лицевой стороны которого огненная метла восстания смела растопорху, когтистого прожору -- двуглавого орла государства.

Пепельницей модной, где две голых свинцовых бабы табакуру из бывших высокоблагородий ручкой делают.

Собачкой косолапой с барским бездельным ожерелком на плюгавой шейке.

Всё за всечестную, пророческую и достохвальную главу народа русского...

И абие посла Ирод спекулатора и повеле принести главу святого.

Спекулатор же шед усекну его, и принеси главу его на блюде и дает ю Иродиаде.

Скончав же течение свое предтеча мирови и сниде во ад, благовествуя избавление вселенной.

Слышав же ад глаголы его и рече ко диаволу:

"О ком сей глаголет, высокомысленный? Кто ли радость творя ему?"

Отвещав же диавол ко аду, глагола ему:

"Се -- бо ныне пришед, радость творит велик Богогласник; егда бе на земли, велико свидетельствоваше и глагола всему миру и Свободе, Равенстве и Братстве, хотя избавити вселенную". Аминь.


<1919>


## ПРИМЕЧАНИЯ


Газета из ада, пляска Иродиадина. Малая повесть о судьбе огненной, русской. -- ЗВ. 1919. 15 июня.

Печатается и датируется по тексту газетной публикации.

Газета из ада... -- Клюев не без тонкого умысла вводит в свое повествование тип захожего старичка -- своеобразного отголоска странника-бегуна. Среди бегунов имела широкое распространение антикрепостническая сатира, бытовавшая под разными названиями ("Газета из ада", "Газета ада"), в которой рассказывается о том, какими мучениями за прегрешения будут подвергнуты все сильные мира сего на том свете. "Газета" высоко чтилась в старообрядческой среде. Она по обыкновению висела на почетном месте около образов, вставленная в рамку под стеклом, написанная печатными славянскими буквами. Клюев не ограничивается цитированием источника, а расширяет рамки исходного текста и проецирует его сатирическую направленность на современность (См.: Надеждин. Исследование о скопческой ереси // Сборник правительственных сведений о раскольниках, составленный В. Кельсиевым. Вып. 3. Прилож. С. 11 -- 12; Ливанов Ф. В. Раскольники и острожники. Очерки и рассказы. Т. 1-3. СПб., 1868. Т. 1. С. 13; Юзов И. Политические воззрения староверов // Русская мысль. 1882. No 5. С. 207).

...пляска Иродиадина... -- См. примеч. с. 501.

Вельзевул -- князь бесов.

...Усекновение главы. -- См. примеч. с. 501.

Ирод I Великий (ок. 73--74 г. до н. э.) -- царь Иудеи. Мнительный и властолюбивый. Христиане приписывают ему "избиение младенцев" при известии о рождении Христа.

...сиречь Эйфелева... -- Эйфелева башня, высота 300 м, сооруженная по проекту А. Г. Эйфеля в Париже для Всемирной выставки 1889 г. как символ достижений техники XIX в.

...избави нас от лукавого... -- Стих из молитвы Господней (Мф. VI, 13).

...сиречь Учредительного собрания. -- Учредительное собрание в России -- парламентарное учреждение, заседание которого проходило 5 (18) янв. 1918 г. в Таврическом дворце в Петрограде и было распущено декретом ВЦИК за отказ признать декреты Советской власти.