# Деревня

Николай Алексеевич Клюев

## ДЕРЕВНЯ


Валентину Михайловичу Белогородскому

Будет, будет стократы

Изба с матицей пузатой,

С лежанкой-единорогом,

В углу с урожайным Богом:

У Бога по блину глазища, --

И под лавкой грешника сыщет,

Писан Бог зографом Климом

Киноварью да златным дымом.

Лавицы -- сидеть Святогорам,

Кот с потемным дозором,

В шелому чтоб роились звезды...

Вот они, отчие борозды --

Посеешь усатое жито,

А вырастет песен сыта!

На обраду баба с пузаном --

Не укрыть извозным кафтаном,

Полгода, а с телку весом.

За оконцами тучи с лесом,

Всё кондовым да заруделым...

Будет, будет русское дело, --

Объявится Иван Третий

Попрать татарские плети,

Ясак с ордынской басмою

Сметет мужик бородою!

Нам любы Бухары, Алтай, --

Не тесно в родимом крае,

Шумит Куликово поле

Ковыльной залетной долей.

По Волге, по ясной Оби,

На всяком лазе, сугробе,

Рубили мы избы, детинцы,

Чтоб ели внуки гостинцы,

Чтоб девки гуляли в бусах,

Не в чужих косоглазых улусах!

Ах девки -- калина с малиной,

Хороши вы за прялкой с лучиной,

Когда вихорь синебородый

Заметает пути и броды!

Вон Полоцкая Ефросинья,

Ярославна -- зегзица с Путивля,

Евдокию -- Донского ладу

Узнаю по тихому взгляду!

Ах парни -- Буслаевы Васьки,

Жильцы из разбойной сказки,

Всё лететь бы голью на Буяны

Добывать золотые кафтаны!

Эво, как схож с Коловратом,

Кучерявый, плечо с накатом,

Видно, у матери груди --

Ковши на серебряном блюде!

Ах, матери -- трудницы наши,

В лапотцах, а яблони краше,

На каждой, как тихий привет,

Почил немерцающий свет!

Ах, деды -- овинов владыки,

Ржаные, ячменные лики,

Глядишь и не знаешь -- сыр-бор

Иль лунный в сединах дозор!

Ты Рассея, Рассея матка,

Чаровая, заклятая кадка!

Что там, кровь или жемчуга,

Иль лысого чорта рога?

Рогатиной иль каноном

Открыть наговорный чан?

Мы расстались с Саровским звоном --

Утолением плача и ран.

Мы новгородскому Никите

Оголили трухлявый срам, --

Отчего же на белой раките

Не поют щеглы по утрам?

Мы тонули в крови до пуза,

В огонь бросали детей, --

Отчего же небесный кузов

На лучи и зори скупей?

Маята как змея одолела,

Голову бы под топор...

И Сибирь, и земля Карела

Чутко слушают вьюжный хор.

А вьюга скрипит заслонкой,

Чернит сажей горшки...

Знаем, бешеной самогонкой

Не насытить волчьей тоски!

Ты Рассея, Рассея матка,

На мирской смилосердись гам:

С жемчугами иль с кровью кадка,

Окаянным поведай нам!

На деревню привезен трактор --

Морж в людское жилье.

В волсовете баяли: "Фактор,

Что машина... Она тое..."

У завалин молчали бабы,

Детвору окутала сонь,

Как в поле межою рябой

Железный двинулся конь.

Желты пески расступитесь,

Прошуми на последках полынь!

Полюбил стальногрудый витязь

Полевую плакучую синь!

Только видел рыбак Кондратий,

Как прибрежьем, не глядя назад,

Утопиться в окуньей гати

Бежали березки в ряд.

За ними с пригорка елки

Раздрали ноженьки в кровь...

От ковриг надломятся полки,

Как взойдет железная новь.

Только ласточки по сараям

Разбили гнезда в куски.

Видно к хлебушку с новым раем

Посошку пути не легки!

Ой ты каша, да щи с мозгами --

Каргопольской ложке родня!

Черноземье с сибиряками

В пупыре захотело огня!

Лучина отплакала смолью,

Ендова показала течь,

И на гостя с тупою болью

Дымоходом воззрилась печь.

А гость, как оса в сетчатке,

В стекольчатом пузыре...

Теперь бы книжку Васятке

О Ленине и о царе.

И Вася читает книжку,

Синеглазый как василек.

Пятясь, охая, на сынишку

Избяной дивится восток.

У прялки сломило шейку,

Разбранились с бёрдами льны,

В низколобую коробейку

Улеглись загадки и сны.

Как белица, платок по брови,

Туда, где лесная мгла,

От полавочных изголовий

Неслышно сказка ушла.

Домовые, нежити, мавки --

Только сор, заскорузлый прах...

Глядь, и дед улегся на лавке

Со свечечкой в желтых перстах.

А гость, как оса в сетчатке,

Зенков не смежит на миг...

Начитаются всласть

Васятки Голубых задумчивых книг.

Ты Рассея, Рассея теща,

Насолила ты лихо во щи,

Намаслила кровушкой кашу --

Насытишь утробу нашу!

Мы сыты, мать, до печёнок,

Душа -- степной жеребенок

Копытом бьет о грудину, --

Дескать, выпусти на долину

К резедовым лугам, водопою...

Мы не знаем ныне покою,

Маята-змея одолела

Без сохи, без милого дела,

Без сусальной в углу Пирогощей...

Ты Рассея -- лихая теща!

Только будут, будут стократы

На Дону вишневые хаты,

По Сибири лодки из кедра,

Олончане песнями щедры,

Только б месяц, рядяся в дымы.

На реке бродил по налимы,

Да черемуху в белой шали

Вечера как девку ласкали!

<1926>

Клюев Н. Белая Индия. Стихотворения и поэмы. М., 2000. С. 371-428.