# П. С. Коган

Л Блюмфельд

Статья из Литературной энциклопедии (1931)

Источник: Блюмфельд Л. Коган // Литературная энциклопедия: В 11 т. -- [М.], 1929--1939. Т. 5. -- [М.]: Изд-во Ком. Акад., 1931. -- Стб. 366--370.

Оригинал здесь: Фундаментальная электронная библиотека - http://feb-web.ru/feb/litenc/encyclop/le5/le5-3661.htm


КОГАН Петр Семенович [1872--] -- критик и историк зап.-европейской и русской лит-ры. Р. в семье врача, окончил гимназию и историко-филологический факультет Московского университета, где работал у Александра Веселовского и Стороженко. В оставлении при университете по кафедре зап.-европейской лит-ры К. было отказано ввиду его еврейского происхождения. В 1910 К. сдает магистерский экзамен при СПБ. университете и избирается приват-доцентом по кафедре германо-романской филологии. Одновременно К. читает лекции на Высших женских курсах им. Лесгафта. После Октябрьской революции К. работает в Наркомпросе в качестве председателя научно-художественной секции ГУСа, ведет также и педагогическую работу. С 1921 до последнего времени -- президент ГАХНа.

Печататься К. начал в "Русской мысли", "Образовании", "Современном мире" и др. журналах. Первая его работа напечатана в "Книговедении", 1895, No 4--5. В 1903 выходят его "Очерки по истории зап.-европейской лит-ры". Книга эта явилась на русском языке почти первым обзором (если не считать лекций профессора Стороженко), охватывающим всю зап.-европейскую лит-ру в главнейших ее проявлениях, рассматривающим эту лит-ру в тесной связи с современными ей социально-политическими и научными течениями. "Автор, -- пишет В. М. Фриче в статье, посвященной К., -- последователь идейно-культурного метода: история лит-ры для него -- отраженная в художественных образах, отвлеченных понятиях история духа времени" ("Новая книга по истории западно-европейской лит-ры", "Русская мысль", 1903, кн. 9). В эпоху реакции, когда более четко вырисовываются два враждебных течения в лит-ой критике -- идеалисты и марксисты, -- К. примыкает к лагерю последних и ведет решительную борьбу против идеалистов -- Гершензона, Мережковского, Айхенвальда, Чулкова и др. Лозунгу последних -- "лит-ра, в отличие от других форм словесного искусства, есть царство художественной формы" (Гершензон) -- К. противопоставляет теорию служебной роли лит-ры, устанавливает зависимость ее от экономики и тесную связь лит-ры с наукой, философией и общественно-политическими идеями эпохи. В противовес критикам-импрессионистам, устанавливающим примат переживания в лит-ре и полную зависимость последней от творческой индивидуальности (Айхенвальд), Коган подчеркивает зависимость личности художника от общественной среды. "Литературное произведение есть акт общественный, а не индивидуальный" ("Пролог"). Но, ставя так. обр. лит-ое произведение и художника в тесную зависимость от экономики общества, а также науки, философии и общественно-политической мысли и придавая, особенно последним, огромное значение, К. недостаточно оценивает влияние классовой и политической борьбы. Лит-ра является памятником эпохи, выразителем мировоззрения всего общества, культурных его устремлений: "Лит-ра и философская мысль -- лучшее выражение культурного стремления общества" -- пишет Коган в брошюре "Интеллигенция и народ" [1917]. Лит-ра рассматривается у К. не как непосредственное отражение психоидеологии известного класса, а как выражение господствующей или популярной в обществе данного периода идеи или системы научных взглядов. Так. обр. творчество Ибсена у К. -- воплощение идей ницшеанства, Золя -- зависит полностью от естественно-научной системы Дарвина, Гамсун -- поэт иррационального и т. д. Характерно, что пропагандируя в своей брошюре "Интеллигенция и народ" необходимость для литературы итти на службу к новой, разрушающей старое силе (пролетариату), К. именует ее слишком широким термином -- "демократия". "Необходимо уничтожить существующий разрыв между лит-рой и демократией, необходимо отыскать пути, на к-рых могло бы начаться взаимодействие идейно-творческих, с одной стороны, и демократических явлений -- с другой". ("Интеллигенция и народ"). Однако взгляду на литературу как на выражение психоидеологии определенного общественного класса противоречит высказанный в той же брошюре взгляд К. на лит-ру как на выражение идеологии только господствующей общественной группы. "Угнетенные никогда не имели собственных грамотеев в художественном творчестве, поэты, певшие о страданиях народа, подходят с точки зрения гуманной части угнетателей..," ("Интеллигенция и народ"). Тяготеющий к марксизму метод Когана в его дооктябрьских работах нередко сводится к радикальному просветительству.

В своих литературно-критических работах послеоктябрьского периода К. более близок к марксистскому литературоведению. Но, признавая, что разбор художественного произведения нельзя поручать человеку, стоящему на "внеклассовой" точке зрения ("Наши лит-ые споры"), К. в разборе лит-ых явлений послеоктябрьского периода, а также и в новых изданиях "Очерков по истории зап.-европейской лит-ры", далеко не всегда рассматривает лит-ые явления с точки зрения их классовой сущности. В определении современных лит-ых течений К. становится нередко на "объективную" точку зрения, никак не оценивая их с точки зрения соответствия общественно-политической жизни и запросам страны, хотя и признает, что "в лит-ре главное содержание -- идеологическая чистота, революционное, подчас новое мироощущение" ("Наши лит-ые споры"). И само определение классовой сущности Коган часто заменяет расплывчатыми психологическими характеристиками. Так, историю современной лит-ры и критики К. определяет как борьбу двух "стихий" -- действенной и созерцательной: "Лицом к лицу очутилась бьющая через край жизнь, не регулируемая потребностью выражения, с одной стороны, и инстинкт архитектонического стремления к оформлению, традиционная привычка созерцания ("Наши лит-ые споры"). В своем определении пролетарской лит-ры К. часто сбивается на классификацию исключительно по тематике. Однако бесспорной заслугой К. является то, что в период лит-ой дискуссии 1923--1925 о возможности существования пролетарской лит-ры К. четко выступил как горячий ее поборник.

Признавая и декларируя марксистский метод в оценке лит-ых фактов единственно правильным и возможным, являясь продолжателем общественной тенденции в лит-ой критике, Коган все же близок еще к культурно-историческому и социологическому методу в литературоведении. И его марксизм, в особенности в дореволюционных работах, проявляется не столько методологически, сколько лирически, в форме сочувствия материализму и социализму. Диалектика содержания и формы, диалектика лит-ых стилей редко раскрывается в работах К., склонного ограничиваться публицистическим освещением идей писателя, импрессионистическими и отрывочными замечаниями о формальных особенностях, не рассматривая стиля в его диалектическом единстве.

Несмотря на это, работы Когана сыграли положительную роль в русском литературоведении своей борьбой против эстетствующей критики, а также попыткой установить на протяжении почти всей мировой лит-ры зависимость последней от экономики эпохи. "История зап.-европейской лит-ры" К. -- важный этап в подготовке марксистского литературоведения. К. -- прекрасный популяризатор, книги его написаны простым, четким языком, не лишенным публицистической заостренности.


## Библиография:


I. Очерки по истории зап.-европейской литературы, т. I, М., 1903 (изд. 9-е, Гиз, М., 1928), т. II, М., 1905 (изд. 8-е, Гиз, М., 1928), т. III, чч. 1 и 2, М., 1909--1910 (изд. 4-е, Гиз, 1928); Очерки по истории древних литератур, т. I. Греческая литература, М., 1907 (изд. 5-е, Гиз, М., 1923); Очерки по истории новейшей русской литературы, 3 тт., М., 1909--1912 (изд. 6-е, 2 тт., Гиз, М., 1929); Белинский и его эпоха, М., 1911; Белинский, М., 1911; Романтизм и реализм в европейской литературе XIX в., СПБ., 1914 (изд. 2-е, М., 1923); Интеллигенция и народ, М., 1917; Н. Г. Чернышевский в русском освободительном движении, П., 1917; Пролетарские поэты, Литполитотдел Реввоенсовета Запфронта, 1920; "Пролог", изд. 2-е, Гиз, М., 1923 (изд. 1-е, 1915); Белинский и его время, М., 1923; Литература этих лет, изд. "Основа", Ив.-Вознесенск, 1924; Пролетарская литература, изд. "Основа", Ив.-Вознесенск, 1924 (изд. 4-е, 1925); Красная армия в нашей литературе, изд. "Военный вестник", М., 1926; Наши литературные споры, изд. ГАХН, М., 1927; Литература великого десятилетия, изд. "Московский рабочий", М., 1927; История русской литературы от древнейших времен до наших дней, изд. "Молодая гвардия", М., 1927; Горький, Гиз, М., 1928; Хрестоматия по истории зап.-европейской литературы, тт. I--II, Гиз, М., 1929--1930.

II. Фриче В. М., Рецензии на "Очерки по истории зап.-европейской литературы", т. I, "Образование", 1903, кн. 10, и "Русская мысль", 1903; Белецкий А. И., Рецензии на "Теорию словесности", М. -- П., 1915, "Наука и школа", 1916; No 2; Переверзев В. Ф., Рецензия на "Очерки по истории новой русской литературы", "Печать и революция". 1923, кн. 3; Эйхенбаум Б., Вопросы вокруг вопроса о формалистах, "Печать и революция", 1924, кн. 5; Ср. ответ П. С. Когана, О формальном методе, там же, 1924, кн. 5, Ипполит И., Грустная история, "Книга и революция", 1930, No 8; Динамов С., Рецензия на "Красную армию в нашей литературе", "Книгоноша", 1926, No 41--42; Фриче В. М., Рецензии на статью Когана "О комсомольской прозе", "Красная нива", 1927, No 9; Глаголев А., Рецензия на "Наши литературные споры", "Журналист", 1927, No 21; Дубовников А., Рецензия на "Историю русской литературы с древнейших времен до наших дней", "Молодая гвардия", 1928, No 4; Рогожин И., Рецензия на "Историю русской литературы в самом сжатом изложении", "На литературном посту", 1928, No 1.

III. Словарь членов Общества любителей российской словесности при Моск. университете, М., 1911; Писатели современной эпохи, т. I, ред. Б. П. Козьмина, изд. ГАХН, М., 1928; Мандельштам Р. С., Художественная литература в оценке русской марксистской критики, ред. Н. К. Пиксанова, изд. 4-е, Гиз, М., 1928; Ее же, Марксистское искусствоведение, ред. Н. К. Пиксанова, Гиз, М., 1929.


Л. Блюмфельд